Перерождение в Апокалипсисе: Попаданец в фэнтези-стратегию

      Если у учебы в Академии и есть хоть какое-то преимущество, помимо того, что это место, где ты просто тратишь деньги и время, как в любом другом колледже, так это возможность легко заводить связи. В прошлой жизни мне это было ни к чему: я учился в захудалом ВУЗе в глуши, лишь бы не погрязнуть в долгах. А вот в этой жизни я был определённо богат.       Поэтому я мог легко вращаться в кругах богачей и заниматься делами богатых людей.       Смеяться над бедняками.       Жаловаться на высокие налоги и обсуждать, кого бы подкупить, чтобы их снизить.       И, конечно же, влиять на геополитику так, что от этого будут зависеть жизни и смерти десятков тысяч людей.       Ну, вы знаете, развлечения богатых.       В общем, я спешил к будущей предводительнице Нежити, когда меня осенила простая мысль.       Я привлекал слишком много внимания: за мной и моей небольшой свитой по коридорам сама собой увязалась толпа, а охрана и Чемпионы лишь сильнее выделяли нас. Учитывая, что слухи и сплетни распространяются быстрее света, стоило мне добраться до секции общежития, где жила моя цель... вместо приватной беседы нас явно ждали публичные дебаты.       Угх.       А ведь убеждать кого-то и без зрителей тяжко.       — Приветствую, леди Адил! Я пришёл обсудить с вами ужасные слухи, что дошли до меня! — начал я как можно громче и увереннее. Любой, кто держал ухо востро, и так знал правду. Объявление войны и наши условия были отправлены ещё несколько недель назад. По словам Ханроу, Ригерту с трудом удалось удержать орков на месте, чтобы они не выступили в поход. А наши войска уже двигались к землям Нежити, пока я делал всё возможное, чтобы они не понадобились. — Кажется, там говорилось, будто благородные Хранители совершили нечто неподобающее: например, объявили войну Завоевателям, которые ни в чем не повинны!       Мне нужно было играть на публику, но я не мог отделаться от чувства, что это слишком легко. Дело не в толпе, ловящей каждое слово, а в самом пафосе. Годы притворства компетентным лидером раздули моё эго. Надо быть осторожнее, чтобы меня не прикончили прямо посреди речи или типа того.       Тут вперёд выступила Селика, в полном доспехе и в окружении своей охраны. Должен признать: почти две дюжины вампиров в серебряных латах и красных плащах, стоящие плечом к плечу, смотрелись впечатляюще. Хоть на обои ставь. Но их единообразие и строй лишь помогали мне: чем официальнее и собраннее выглядели они, тем больше мы походили на отчаянный сброд – хотя по огневой мощи мы им ничуть не уступали.       — Это не слухи, Король-Мудрец.       Селира? Или Сельдерея? Нет, это овощ. Может, Серия? Чем больше она говорила, тем яснее я понимал, что забыл её имя. Зато я помнил, что она наследница Дома Адил! Дайте мне поблажку, я не менеджер. Я играю в видеоигры и люблю работать в тёмных местах, где меня никто не трогает.       — Ваш народ не единственный, кому подобает обладать такой властью на континенте, — продолжила она. — В конфликте, который мы предложили, либо Завоеватели, либо Хранители смогут потягаться с вами силой.       — Но зачем кому-то со мной тягаться? Разве я не использовал мощь Цитадели только ради мира и процветания своих земель и народа? Разве я не стремился к счастью для своих людей, стараясь при этом не приносить несчастья другим? — я изобразил глубокое огорчение. По сравнению с вечным страхом за свою жизнь, пустить крокодилью слезу было проще простого. Стыдно ли было мне притворяться, что плачу? Да, но пара слезинок, в общем-то, грош цена за предотвращение войны. — Ну же, скажите прямо, каковы ваши истинные помыслы? А ведь работая вместе, мы могли бы добиться всего без насилия. Те времена канули в Лету. Мы можем процветать вместе, дав старым обидам угаснуть.       Это была ложь. Вся эта игра была устроена так, что мир был невозможен, и даже самые верные союзники в конце концов втыкали тебе нож в спину. Все участники конфликта настолько травмированы прошлым, что не способны на компромиссы. Каждая фракция намерена воплотить своё видение будущего и не собирается прощать старые обиды без расплаты... или полного уничтожения своих врагов.       И всё же я мог притвориться, будто мир ещё возможен, особенно в свете недавних открытий.       Прежде чем Селелелия успела ответить, я обратился к толпе, глядя на неё.       — Истина стала очевидной. Древние пали не от рук равных себе, их сокрушили силы, неподвластные им. И у меня есть тому доказательства: я разослал разведчиков в самые дальние уголки континента, — я оглянулся через плечо. Айя была уже наготове. В форме служанки, с крытой тележкой, она неспешно следовала за остальной моей свитой и охраной. По моему знаку она открыла четыре свидетельства. — Враги Древних всё ещё существуют. Свежую чешую Ужасов Бездны по-прежнему находят на побережье. Яды Властителей Небес всё ещё действуют. Живой Металл продолжает расти, а Изгнанники ждут часа мести. Падение Древних было вековой тайной, но теперь правда ясна как никогда: они пали, сдерживая четырёх врагов, которые живы по сей день... и именно эти враги удерживают нас всех на этом единственном континенте, сколько мы себя помним.       По толпе прошел ропот, а Селериака (точно не так) отшатнулась.       Я воспользовался моментом и продолжил давить:       — Прошу вас, леди Адил, подумайте об угрозах, что таятся за пределами известных земель. Мы вернули Цитадели, но когда-то они пали, и враги Древних наверняка захотят уничтожить и нас, — меня подмывало упасть на колени и умолять, но я не мог. Как бы эффективно это ни было, нужно помнить: формально я глава государства. Обидно не использовать такой козырь, но я не мог позволить себе запятнать репутацию, то есть единственное, что спасает меня от замены. — Остановите свои армии, наберитесь сил и раскройте тайны Древних вместе с остальным континентом. Что плохого в том, чтобы искать процветания, удержать руку от насилия и подставить плечо другим, а не тянуть всех вниз?       В логичном мире Совершенная Селл (мечты, мечты) приняла бы мою искреннюю мольбу, все бы отступили, и никто бы не пострадал.       Но этот мир не был логичным.       — В ваших словах есть доля правды, но вы многое умалчиваете, Король-Мудрец. Если ничего не предпринимать, вы один возвыситесь над всем континентом и будете править нами всеми. Каким бы процветающим ни был мир, вы получите от него вдвое больше даров за ваши две Цитадели и два региона.       Да, примерно такой логики я и ожидал. Если число Цитаделей у игрока > 1, ценность союза/перемирия = 0. Эта строчка кода отлично перевелась на язык реальной политики в голове бессмертной вампирше, и меня бесило, что я не мог с ней поспорить. Чёрт, трудно помнить, что это всего лишь игра, когда живой человек следует её логике.       — Война между Завоевателями и Хранителями состоится, — продолжала она. — Один из нас возвысится, чтобы бросить вызов вашей зарождающейся гегемонии. Этот континент ещё не ваш... и он никогда не будет принадлежать тем, кто посрамил наших почитаемых Предков.       Вы можете спросить: зачем все эти речи и доказательства, если я знал, что потерплю неудачу?       Почему просто не объявить войну?       Всё просто.       Casus belli.       Если бы мы объявили войну без этой сцены, наши цели и намерения могли истолковать неверно, случайно или специально. Однако после нашей сделки с орками ради перемирия, попытки договориться с Нежитью и предъявления доказательств большей угрозы... людям стало гораздо сложнее исказить факты в свою пользу.       Вместо этого факты в свою пользу оборачиваем мы.       Мои люди все такие доблестные, благородные и разумные, они хотят мира и готовятся к битве с врагами Древних. Мы не только раздавали еду и золото, чтобы остановить бойню, но и пытались уговорить обе стороны прекратить вражду, прежде чем прибегнуть к силе. Кроме того, у нас есть доказательства угрозы, против которой нам всем стоит объединиться, и мы не собираемся использовать своё преимущество против кого-либо, кроме неё.       А вот люди Адил выглядят поджигателями войны. Они заявляют, что хотят соперничать с «моей» гегемонией, но делают это, не имея никаких прав на земли орков, зная о более страшных угрозах на горизонте, и, наконец, они грубо отказались отступить, когда им привели веские доводы.       Картинка сложилась: мои люди правы, а они – нет. И всё это в нейтральной обстановке, на глазах у представителей всех зарождающихся сил континента.       По крайней мере, я на это надеялся, потому что опция «casus belli» в диалоговом окне так и не всплыла, чтобы я мог нажать и подтвердить выбор.       Так или иначе, я кивнул и решил завершить спектакль символическим жестом.       Я снял перчатку и бросил её на пол.       Толпа вокруг затихла, а леди Адил, даже будучи мертвой, резко втянула воздух.       — Тогда, леди Адил, вы не оставляете мне выбора. Я объявляю вас и ваш народ угрозой безопасности и благополучию не только моего народа, но и всех, кто желает подготовиться к борьбе с врагами Древних, — я подбирал слова очень осторожно, чтобы не прозвучало так, будто я претендую на весь континент. Если вы меня слышите, мои будущие враги: я просто приглашаю вас во временный союз против большего зла. Я не говорю, что владею вашими задницами, хотя я бы определенно управлял вашими территориями куда лучше. — Только законы Академии удерживают меня от того, чтобы прямо сейчас сразить и пленить вас и вашу свиту. Но знайте: я приказал своим армиям выступить к вашим землям тридцать дней назад.       Я рассчитывал, что это станет финальной точкой, но не ожидал такого результата.       Вместо вспышки гнева или молчания, леди Адил пошатнулась и плюхнулась на пол.       А?       — Ты... ты знал, что я откажусь?       Было бы неправильно промолчать. Передо мной была возможность укрепить репутацию и показать, насколько серьёзна ситуация. Да, за её счёт, но когда удача даёт шанс... нужно им пользоваться.       Я кивнул и произнёс:       — Мы уничтожим вашу способность вести войну против Завоевателей. Гражданских пощадят, но всех отправят в вашу столицу, а их дома и мастерские сравняют с землёй. Половину ваших полей сожгут, а любого торговца, ищущего проход через ваши земли, перехватят.       План был в том, чтобы искалечить их, а не осаждать Цитадель. У меня были все основания полагать, что владеть тремя Цитаделями – всё ещё плохая идея. К тому же, я не смогу заключить союз с Нежитью и получить их бонусы, если они будут уничтожены. В общем, это будет быстрый налёт с грабежом.       — Ваши армии будут разбиты, и всё, что вы сможете делать, это отчаянно отстраиваться заново, пытаясь удержать владения и отбиться от соседей. Но не волнуйтесь, Завоеватели не двинутся против вас.       Опять же, я был готов на этом закончить, но Сесиль снова заговорила:       — Но откуда тебе это знать? Зачем Завоевателям сдерживаться?       И снова подвернулась отличная возможность.       — Потому что двинусь я, а они знают, что я не настолько глуп, чтобы сражаться с ними честно.       И-и-и... уход со сцены влево.       Толпа быстро разошлась, оставив нас одних, хотя некоторые задержались посмотреть, как охрана помогает леди Адил подняться. Кто-то мог всё перевернуть и выставить меня тираном или захватчиком континента, но я считал, что сыграл свою роль идеально. Те, кто видел всё своими глазами, подтвердят правду, и нужные люди её услышат.       А услышат они, что я действую ради будущего своей страны, что я не отступаю, когда переходят черту, и что я намерен использовать свою мощную экономику для подавления проблем. Несомненно, пока моя армия в походе, кто-то попытается мутить воду на моих землях: провоцировать восстания в деревнях, поддерживать бандитов или нанимать наемников.       Но я подготовился и к этому.       — Айя, свяжись с последователями Улыбающегося Тирана. Скажи, что я хочу провести фестиваль для нашего народа по всем моим землям.       — Мудрый выбор, мой король, — согласилась Айя.       Я знал, что дело сделано. Я позволил культу разрастись до полноценного района в столице по одной простой причине: они дорого обходятся ради своего скромного бонуса к счастью, но сила, которую они дают при должном финансировании и повышении уровня района, огромна. По сути, «Фестиваль Улыбающегося Тирана» даёт огромный прирост безопасности и счастья на 4 хода (целый год) с перезарядкой в 8 ходов. С каждым уровнем района время перезарядки снижается на 2. На максимальном уровне (3) перезарядка составляет 4 хода, что означает постоянный бонус к безопасности и счастью, пока у тебя есть деньги. А деньги у меня, разумеется, будут.       — Будет исполнено, — закончила она.       Войны снижают счастье, и все захотят разжигать мятежи и преступность, пока солдаты далеко, так что Фестиваль Улыбающегося Тирана был необходим. Он сохранит народ довольным, даже если победа не принесет новых земель или добычи, и, что важнее, защитит мои территории от лазутчиков и бандитов.       Отдав приказ, мне оставалось только сидеть и ждать окончания занятий.       Мои армии уже на границе, и к тому времени, как они доберутся до первой деревни, Рита и Илиш уже придут на помощь Ригерту.       Три Чемпиона против одного, так как второй Чемпион Нежити учиться здесь со мной, и рисковать ею они не станут.       Эта битва, как и все лучшие битвы, была выиграна ещё до её начала.