Перерождение в Апокалипсисе: Попаданец в фэнтези-стратегию

      Я всегда считал, что эти гигантские кареты максимально тупые. Одна огромная повозка на чудовищно больших колёсах, которую тащат через полстраны десятки лошадей, что‑то вроде роскошного автобуса без двигателя? Да уж, лучше бы эти лошади пахали поля или возили грузы. Любой правитель должен всегда помнить об упущенной выгоде. Сорок с лишним лошадей куда полезнее занять чем‑нибудь другим, а не таскать по континенту маленький убогий сарай на колёсах.       И всё же, став новоявленной силой, которая метит в соперники Академии на всём континенте, я не мог заявиться в чужие земли, выглядя как нищеброд. Печальная правда в том, что если хочешь, чтобы с тобой разговаривали как с кем‑то значимым, нужно выглядеть соответствующе. В отличие от современного мира, где достаточно надеть костюм и ты более‑менее сносно смотришься в любой ситуации, здесь всё было иначе. Здесь весь мой кортеж должен был выглядеть достойно.       Лошади должны быть самые лучшие.       Солдаты должны быть самыми отборными.       Слуги должны быть высшего разряда.       Понты должны быть безупречными.       Разумеется, нет ничего удивительного в том, что я ни хрена не понимаю ни в моде, ни в обычаях этого мира. В своей прошлой жизни я и о тамошних‑то вещах едва что знал, и это при том, что у меня всегда под рукой была маленькая железка, способная выдать мне любые знания, которые человечество считало нужным выложить в сеть. Тут у меня, конечно, были наставники, которые пытались вбить мне в голову этикет и всё с этим связанное, но это были занятия из разряда «раз в сто лет».       Честно говоря, казалось бы, после того как ты разнёс целую страну за пару дней, тебе должны позволять спокойно ходить в трениках и не считать тебя за это мусором. Но такова жизнь.       В общем, разбираться во всём этом мне в итоге стало лень.       Поэтому я просто спросил у человека, который всем этим занимался, сколько ему нужно денег, велел обойтись без вычурности, накидал пару идей и удвоил ему бюджет.       Оглядываясь назад, я теперь понимаю: это было ошибкой.              

***

             — Такое чувство, будто я возглавляю победный марш, а не дипломатическую процессию, — процедил я сквозь зубы Ригерту, когда мы приближались к Цитадели Стражей.       Стражи получили свою Цитадель одними из последних. Да, у них было преимущество, они знали, что делают, но по сути они только начинали. Так что весь мой этот кортеж-парад сейчас полз через строящийся город, в котором многие жили во времянках и палатках. Я чувствовал себя идиотом, махая рукой детям в лохмотьях, которые с грязных улиц смотрели на меня с восхищением.       — Типа, какого чёрта? Надо было сперва гуманитарную помощь сюда отправить.       — Ты бы их только унизил, если бы прислал такое, Джек, — наставительно отозвался Ригерт и ухмыльнулся, когда я зыркнул на него за то, что он прав.       На нём был новый яркий камзол с моим гербом поверх свежих, сияющих лат. Он даже коротко подстригся и подровнял бороду, так что на вид помолодел лет на десять. Я не злюсь, что всё внимание достаётся ему, но то, что он щеголяет тут таким прилизанным, лишний раз подчёркивало: дома его вполне устраивало выглядеть как пугало.       — Кроме того, когда мы заявляемся вот так, со всей мощью, мы придаём твоим победам вес. Надо, чтобы никто не сомневался, что все эти присказки правда.       — О скромности тоже забывать не стоило, — проворчал я, находясь в центре полноценной военной процессии по главной улице чужой столицы. Моей официальной охраной в этом путешествии числились больше пятисот человек. Двести из них тяжёлая кавалерия. Ещё двести – летучая кавалерия, кружившая над нами. Наконец, вся тяжёлая пехота шла «коробками», в сверкающих латах и таких же туниках, как у Ригерта, неся мои знамёна. — Скажи хоть, что это реально правильный ход. Стражи же не взбесятся из‑за такого, да?       Поскольку Хранители Луны на обозримое будущее выбыли из игры и вряд ли станут сотрудничать со мной, когда оклемаются, Стражи Подземелий выглядели неплохой заменой. У них было относительно сбалансированное древо технологий, хоть и проседающее в поздней части игры из‑за более «тонких» юнитов. Им требовалось много микроконтроля, поэтому играть за них было той ещё болью: автобой вечно сливал им кучу войск. Зато экономика у них была приличная, с кучей стратегических бонусов на металлы, и в отличие от Детей Эльм, они были готовы торговать и заключать союзы.       Проблема была в том, что это были самые фанатичные паладины всего сеттинга: мастера дипломатии, но при этом яростно настроенные против некоторых фракций. Несмотря на их любимый дресс‑код из металлических микро‑бикини, плавок и тёмной цветовой гаммы, именно они были той самой правильной, законопослушно‑доброй фракцией. Те же Хранители Луны были скорее Нейтрально‑Добрые, готовые договариваться и идти на компромисс.       Но не эти ребята.       Справедливость должна быть воздана справедливостью.       Зло должно быть наказано и научено быть лучше.       Хорошие мальчики и девочки получают награду.       Плохие мальчики и девочки получают наказание.       М-да.       Тёмнокожая, беловолосая фракция, которая носит в основном металлические купальники, обтягивающий шёлк или плащи безо всякого белья под ними, верит в наказание преступников и в то, что с хорошими мальчиками и девочками надо обращаться очень ласково. У кого‑то из разрабов явно был фетиш; я бы с удовольствием пожал ему руку за то, как он выложился ради игры, но в реальности это была одна сплошная головная боль.       — Они смотрят на меня как на кусок мяса, — буркнул я.       Здесь мне вот‑вот должно было стукнуть пятнадцать. Четырнадцать пролетели незаметно из-за всей этой шумихи в Академии. Это, вообще‑то, общеизвестный факт. Один из моих титулов – «Мальчик‑Король», в конце концов. И всё равно на меня косились со всех сторон. В силу обстоятельств я предпочитал зрелых дам молоденьким девушкам, и дух, может, был бы и не против, но сама мысль о том, чтобы потакать желаниям в нынешнем теле, вызывала у меня позывы к рвоте. Может, если бы кто‑то другой переродился в теле подростка, он бы спокойно ориентировался на свой ментальный возраст и делал в пятнадцать всё, что хотел. Я же? У меня желчь к горлу подступала от одной такой мысли.       — Ты уверен, что они у тебя такие уж справедливые и благородные, если так пялятся на ребёнка?       — ...Это немного тревожно, но я вижу в их взглядах скорее восхищение, чем похоть, — сам тот факт, что в этой толпе вообще есть похоть, уже был чертовски странным. Видимо, мои мысли хорошо читались по лицу, потому что Ригерт вздохнул. — Большинство тех, кто смотрит на тебя как на мужчину, примерно твоего возраста.       Если они младше меня это просто мерзость.       Если они формально мои ровесники – тоже мерзость.       Ну, разве что на пару лет старше. Хотя бы на три. Стоп, это же восемнадцать получается. Бр-р. Встречаться с восемнадцатилетней, когда в голове мне за тридцать? Меня сейчас стошнит. Хотя кто знает? Может, когда мне стукнет двадцать и меня накроет кризис среднего возраста, я стану конченым извращенцем. Но пока что оказаться в центре фансервисной фракции и ловить на себе взгляды как на кусок мяса мне совсем не улыбалось. Не разговаривайте со мной, если вам нет хотя бы двадцати четырёх. Хотя, чёрт, это, наверное, всё равно слишком мало. Тридцать? Тогда уже всем участникам будет неловко.       Знаете что, я просто перестану об этом думать.       — И-и-и ты решил просто всё игнорировать. Ты же понимаешь, что так только подзадоришь уверенных в себе, они будут лезть к тебе, чтобы доказать, что достойны, да?       Ом-м-м-м-м-м.       Не думать.       Ом-м-м-м-м-м.       Не думать.       Ом-м-м-м-м-м.       — Тебе всё равно придётся научиться иметь дело с вниманием и соблазнением, и лучше раньше, чем позже, Джек.       Не слышу, не слышу. Я высшая форма жизни, лечу сквозь космос, просто улыбаюсь и машу толпе ручкой.              

***

             Волнистые волосы до плеч. Перчатки до локтя. Почти обтягивающий укороченный топик. Нижняя половина обтянута накидкой, завязанная сбоку, с очень узкими шортиками, открывающая через длинный разрез почти всю ножку. Большие фиолетовые глаза, подведённые фиолетовым карандашом. Аккуратные губки с фиолетовой помадой и белые узоры на лбу вместо короны.       Дамы и господа, перед вами – Верховный Юстициар Стражей Подземелий, Кхалай Милосердный.       Да.       Этот невысокий, стройный субъект в костюме а-ля «танец живота» и есть король тёмных эльфов.       И прежде чем вы спросите: да, по канону он любит, когда по нему ходят ногами, любит ходить ногами по другим и в будущем заведёт себе несколько любовников сразу. Ему нравятся как мужчины, так и женщины.       И нет, до его стандартов ты не дотягиваешь, тупой извращенец.       Здесь вставьте стандартные дифирамбы разработчикам.       — Рад встрече, Король-Мудрец. Ваши... телохранители, безусловно, произвели впечатление на мой город.       Кхалай Милосердный. Лидер с упором на дипломатию и бонусами к культурному развитию. Оставьте его в покое, и вскоре весь ваш город будет увешан плакатами с тёмными эльфами, а граждане начнут возмущаться, что вы не загорелый, подтянутый смазливый мальчик с прессом и прожигающей ухмылкой. Да, с ним не потягаешься, если дать ему разогнаться. Надо очень быстро его «поправлять» серией глубоких, проникающих ударов по его территории, чтобы всё время выбивать его из равновесия. Здесь вставьте ещё кучу двусмысленных шуток. Нет, серьёзно, форумы от него в восторге.       — Боюсь, мой народ теперь вечно будет мечтать, чтобы по нашим улицам маршировали твои воины, а не мои.       Несмотря на то, что мне было пятнадцать, а ему – ближе к ста пятидесяти, я уже был выше его ростом.       Я изо всех сил старался не вспоминать арты, выжженные у меня в мозгу, где фигурируют Кхалай и слово «воображение», и ответил тому лёгким уважительным поклоном.       Верите или нет, но артов с ним больше, чем с Ритой.       Впрочем, логично: симпов у него вдвое больше.       Ах да.       Дипломатия.       — Вы льститеь мне. Я просил выделить лёгкий эскорт, но, боюсь, мой народ настоял на своём, особенно после катастрофического разлада отношений с Детьми Эльм.       Учителя успели мне немного вбить в голову, как оправдывать свои действия. Прецеденты и историческая подоплёка важны. Попытка убийства во время дипломатической встречи у меня дома, в общем-то, вполне неплохое объяснение для такой тяжёлой охраны.       — Вижу, ваш город сейчас выглядит так же, как и наш в самом начале. Мы будем рады помочь тому, кто также стремиться к миру.       Я почувствовал спиной взгляд Ригерта, когда начал с торгового предложения ещё до того, как мы вошли внутрь стен Цитадели, но проигнорировал его.       Само торговое предложение в этой фразе было не так важно.       Важно было то, что я назвал Стражей Подземелий теми, кто стремиться к миру, и то, что упомянул их «ответвление». Согласно лору, если Дети Эльм были бешеными лесниками, то Стражи Подземелий – долгоживущие, крайне эффективные шахтёры, обслуживающие большую часть древних подземных сооружений. Жизнь на поверхности им пришлось исследовать отдельно, но избыток металлов и товаров это с лихвой компенсировал. К тому же их культура ценила сотрудничество, создание сильных рынков сбыта и поддержание порядка.       Они знают, что одно неверное движение может обрушить целый тоннель и медленно, мучительно убить сотни жителей из-за специфики их среды обитания.       Похвала этой части их культуры наверняка принесёт мне очки.       Ну и напоминание, что я приструнил фракцию, которую они ненавидят больше всего, тоже.       Это наверняка стоит пары-тройки одолжений... и тут Кхалай взял меня под руку и положил ладонь мне на грудь, увлекая к своему дому.       — О, давай оставим формальности на потом. Тебе и твоим солдатикам нужно отдохнуть, — Кхалай улыбнулся и прижался ко мне грудью, опираясь на мою руку. Я ухитрился глянуть через плечо на Ригерта. Этот утырок, который минуту назад сверлил меня взглядом с немым вопросом, теперь едва сдерживал смех. Чёрт. Возвращая взгляд обратно, я краем глаза заметил одного из своих гвардейцев, смотревшего на меня с завистью. Его товарищ сзади, наоборот, вытаращил глаза и тоже пытался не заржать. Кто‑то явно не читал досье по миссии. — Если ты не против, Джеки, как насчёт чашечки чая до всех этих формальностей?       Слава богу, при всей моей терпимости к таким вещам, я гетеро.       Заодно мне пришлось на миг отключить собственные моральные тормоза, потому что Кхалай сейчас клеился к кому-то, кому формально всего пятнадцать. В этом мире очень кривые представления о совершеннолетии, и это надо исправлять. Ну, ладно, наверное, типа, сто пятьдесят по меркам тёмных эльфов – это чуть больше семнадцати человеческих, но сути это не меняет.       Я хотел хороших отношений и не был заинтересован, поэтому обозначил черту максимально чётко, стараясь никого не обидеть.       — Прошу прощения, Верховный Юстициар, но мне нужно заняться своими воинами, и я считаю, что интересы наших народов должны быть на первом месте, — я покачал головой и чуть вывернул руку. К чести Кхалай, он понял намёк мгновенно, отпустил меня и прекратил спектакль. Никаких надутых губок. Никаких поз. Просто Кхалай, стоящий и слушающий меня сразу после отказа. Всё-таки нельзя получить настоящий, честный БДСМ без согласия! — Благодарю за приглашение. Я его очень ценю, но вынужден отказаться.       Кхалай, в отличие от Тиры, которая после отсутствия комплиментов её красоте моментально начала планировать мою смерть и свержение, лишь кивнул и холодно отступил после моего, надеюсь, деликатного отказа.       Извини, король, но я скучный парень, которому нравятся только девчонки.       А именно: те, кому около тридцати.       Прежде чем что‑то вообще станет возможным, мне самому надо прожить ещё минимум десять лет!       — Понимаю, в таком случае добро пожаловать в Цитадель Стражей Подземелий, Король-Мудрец.       Я обратился к Кхалай по титулу, и теперь он ответил мне тем же. Он улыбнулся и жестом указал на ворота, которые тут же распахнулись. Кольцо управления Цитаделью было у него на руке, так что это не составило труда. Знакомая Цитадель взмывала в небо передо мной. Большая часть земли вокруг была пустой, не считая участка с огромным многоэтажным зданием из того же материала, что и Башня. Это их бонус к знаниям и производству за поздний старт. Они знали, на что способны Цитадели, и построить сооружения между Цитаделью и внешними стенами было легко.       — Пусть ваше пребывание у нас будет приятным, а наши народы процветают вместе в эти тёмные и смутные времена.       Я кивнул мужчине и двинулся вперёд, а вслед за мной – гвардейцы и Ригерт.       Пока что всё шло гладко, но я был уверен, что так будет недолго.       Три года в роли Короля-Мудреца... значит, прошло двенадцать ходов, а значит, скоро начнётся большинство войн. Хуже всего, что в этот раз на арену вышла Академия. Их армии и знамёна скоро выступят, чтобы заявить права на весь континент. Количество крови, которое прольётся в ближайшие пару лет, грозит затопить весь материк... если я каким‑то образом их не остановлю, создав союз между мной, Завоевателями и Стражами.       Если это не отпугнёт остальных, то, по крайней мере, втроём мы сможем закончить войны быстро и решительно.       Если, конечно, у меня получится.