Перерождение в Апокалипсисе: Попаданец в фэнтези-стратегию

      Страх и голод.       Вот мое главное оружие в этой войне.       Двух моих армий едва хватало, чтобы удерживать остальных от жадных взглядов на мои земли и попыток отхватить от них кусок. Стоило мне вывести на патрулирование границ хоть один из двух фулл-стаков, как все тут же полезли бы в мои владения – даже с учётом того, что благодаря транспортной сети я мог реагировать очень быстро. У меня просто не было достаточно людей, чтобы отбивать все одновременные вторжения, которые начались бы, реши я хоть немного ослабить бдительность.       Да, я в дружественных отношениях с орками и тёмными эльфами и держу нейтралитет с нежитью, но дружба имеет свойство угасать, когда в дело вступают национальные интересы. Нейтралитет же во многих случаях – лишь синоним оппортунизма, и я не питал иллюзий: нежить полезет на мои земли при первой же возможности. Да что там нежить, все полезут, стоит им только почуять слабость.       Поэтому лучшим решением было задействовать шпионский слой карты, добавленный в третьем дополнении.       К счастью, здесь шпионаж не требовал предварительных исследований, в отличие от игры.       Нет, я понимаю, что устранение политических фигур в ранней игре – это имба, но неужели целому Университету нужно тратить шестнадцать месяцев на изучение технологии, чтобы я просто получил такую возможность? Серьезно, разрабы, снизьте стоимость науки. Устроить кому-нибудь судьбу Цезаря это ведь не ракетостроение!       В общем, суть шпионажа в игре заключалась в отправке Чемпионов на отдельный уровень карты, так называемый «Теневой» слой. Там они перемещались быстрее – не мгновенно, но заметно шустрее обычного, – а у разных классов Чемпионов были свои способности.       Чемпионы с упором на экономику могли проворачивать ограбления, повышать коррупцию, снижая выработку зданий и клеток, или воровать деньги. В моём случае это работа для Саралы. Дамагеры и стрелки, вроде Риты, в Теневом слое становились убийцами. Они могли устранять людей, красть технологии и организовывать банды разбойников, которые разоряли вражеские улучшения, пока противник не отправлял за ними армию. А вот воины, такие как Илиш и Ригерт, в Теневом слое были самыми бесполезными. Всё, что они умели, это нанимать наёмников и водить юниты для осады городов, поджога деревень и уничтожения инфраструктуры. В отличие от остальных Чемпионов, провал для них означал смерть, сбежать они не могли... а если их ловили, им приходилось сражаться убогим, наспех собранным сбродом вместо нормального, полноценного думстака.       Однако такова была мета внутри игры.       В реальной жизни попасться на операции мог любой Чемпион, так что отправлять Саралу означало тратить его время и терять потенциальный доход. Времени Риты тоже можно было найти лучшее применение, чем плодить бандитов, которых профессиональная армия раздавит без особого труда. Оставались Илиш и Ригерт – те, кто мог жечь деревни, но при этом вести с собой ветеранов вместо наёмников и кого можно было нормально экипировать под конкретную задачу.       Агенты, от которых можно откреститься, могли наносить урон, отступать и успеть провернуть всё заново ещё не раз, прежде чем их поймают.       Короче, да. Посмотрев на то, что устроили гоблины, я решил выяснить, какие фокусы сойдут с рук мне.       Игра служила скорее набором ориентиров – чертовски толковым, надо признать, – но по факту нужно было проявлять изобретательность и использовать все доступные средства ради победы.       И, разумеется, нужно было проверить, насколько получится прогнуть правила и штрафы под свои стратегии, прощупав почву в вопросе союзов.

      ***

      Земли, занятые Завоевателями, были известны как Рубиновые Долины. Пустынный регион, малопригодный для земледелия, зато изобилующий пустынными клетками с высоким шансом на стратегические и редкие ресурсы. Торговцы обычно из кожи вон лезли, чтобы стартовать именно здесь, но в этой партии точки появления были довольно стандартными. Завоеватели обычно спавнились здесь потому, что у них не было проблем с едой в ранней игре, и они могли компенсировать отсутствие экономических бонусов отличными клетками для эксплуатации.       И под началом Освободителя они занимались ровно этим.       Цитадель Завоевателей окружал огромный, разросшийся город. Во все стороны тянулись постройки из красного камня, а от самой Цитадели расходились шесть главных дорог. Каждая из них отделяла районы города друг от друга, словно спицы в огромном колесе. В игре стиль архитектуры был чисто косметическим, но в реальности имел куда больший вес. Планировка города Завоевателей гарантировала, что ресурсы из Цитадели легко дойдут до населения, массивные жители и их повозки смогут без труда перемещаться по улицам, а если кто-то вздумает напасть – защитники смогут лавиной хлынуть по широким дорогам и вышвырнуть врага вон.       Вот почему с Завоевателями стоит воевать только на выгодной местности.       То есть с большой высоты, куда они не достанут, осыпая их огнём, пока твоя пехота сидит в окопах под прикрытием артиллерии.       Сражаться с этими ребятами честно максимально тупо.       В общем, я сошёл со своей летающей повозки на посадочную полосу Завоевателей, которую только закончили строить. В отличие от других городов, возводивших грузовые терминалы, они разместили полосу прямо внутри города, расчистив место от временных построек. Она примыкала к внутреннему дорожному кольцу, соединявшему радиальные магистрали, так что припасы могли легко растекаться по всему городу. Кто-то назвал бы это глупым решением – мол, так десант сможет высадиться прямо в городе, да ещё и на готовую инфраструктуру... но никто не настолько безумен, чтобы высаживать войска в центре города, кишащего Завоевателями.       Это просто дорогой способ убить своих людей.       — Король-Мудрец, — поприветствовал меня Крушитель. У орков портных немного, но Крушитель стоял достаточно высоко в иерархии, чтобы при случае выглядеть нарядно. Его одежда отдалённо напоминала ближневосточные мотивы, скрещённые с тогой. Половина его мощной груди и одна рука были открыты, остальное скрывала белоснежная ткань, а на поясе висели тёмно-пурпурный кушак и нож под стать размеру Завоевателя. — Ты рано.       — Ветра были попутными, — потянулся я.       Следом за мной вышли Айя и Сирена, а за ними – небольшая группа слуг. Визит предстоял короткий, так что все просто загрузились в мою попытку создать пассажирский лайнер. Сделать полёт плавным вышло дорого, зато аппарат был многоразовым и позволял перемещаться очень, очень быстро. Месяцы пути сокращались до недели-двух. А если задействовать больше летающих коней, магов и пилотов для ночных перелётов, то и до пары дней.       — А ещё я не хотел стеснять ваши деревни.       — Они встретили бы тебя как почётного гостя.       — С тем, что ждёт нас впереди? Я предпочитаю оставлять почести тем, кто контролирует Цитадель.       Крушитель фыркнул, и Сирена тут же метнула на него злобный взгляд, но, перехватив мой взор, лишь тяжело вздохнула. За последние пару месяцев Святая всё больше привязывалась ко мне. Уроки дипломатии и тренировки давали плоды... а может, я просто пассивно качал навыки дипломатического Чемпиона в фоновом режиме? Как бы то ни было, теперь она бросалась на всё, что выглядело хоть немного угрожающим или оскорбительным для меня.       — Кроме того, — продолжил я, — загляни я к ним, мне пришлось бы делиться подарками, предназначенными для Освободителя и тебя.       — Вот как?       Я сделал знак, и подарок вынесли из багажного отсека в хвосте кареты. Хоть я и называл её каретой, размером она была с небольшой автобус или трамвай. Уровень небольшого частного самолёта, чего вполне хватало, чтобы везти кучу одежды, припасов и дипломатических даров... даже для Завоевателей.       — Попробуйте. Крепкая штука, без новых технологий такое не сделать.       Химия была чертовски важным исследованием Ранга 2, которое давало кучу улучшений. От простых удобрений и качественной стали до перегонных кубов для спиртного. В общем, она просто повышала эффективность всего и вся. Это помогало перейти к экономике Ранга 2 игрокам, строящим империю «вширь», но и для тех, кто, как я, играл «полу-ввысь», пользы тут было навалом.       — Спирт, перегнанный из зерна. Чистый. По моим прикидкам, даже вашим людям хватит нескольких кружек, чтобы опьянеть.       — Нескольких кружек? — Крушитель впервые на моей памяти выглядел удивлённым; он приподнял бровь, разглядывая бочонок. Впрочем, его интерес длился лишь секунду: он сунул бочку под мышку, откашлялся и буркнул своим привычным тоном: — Довольно. Идём в гостевой особняк. Ты и твои люди отдохнёте там, ни в чём не зная нужды, клянусь именем Завоевателей.       Я кивнул, огляделся и поднял взгляд на вздымающуюся в небо Цитадель.       И помахал ей рукой.       Я не сомневался, что за мной уже наблюдают те, у кого есть доступ к её системам, так что нужно было дать понять: я знаю, что такая есть.       Мне нужно было выглядеть как можно более дружелюбным и мудрым, чтобы потом внаглую врать в глаза и получить всё, что мне нужно.

      ***

      Интерлюдия: Крушитель       Он взирал на наши труды и памятники, сидя в нашей лучшей колеснице, запряжённой величайшими из наших зверей... и просто улыбался, без тени страха в глазах.       Будь на его месте другой, я бы решил, что его разум затуманен безумием.       Вид города Завоевателей, процветающего посреди суровых земель, должен внушать ужас любому, кто мыслит здраво. Даже звери и мясо, движимое лишь примитивными инстинктами, должны чувствовать страх и отчаяние перед нашей мощью.       Но Король-Мудрец лишь махал рукой проходящим детям, просил остановиться, чтобы купить фрукты в лавках, и потягивал холодные напитки, купленные у купцов. В городе, полном Завоевателей, где его могли убить с невероятной легкостью, он возлежал расслабленно и уверенно, пока Святая Стражей настороженно озиралась, а его второй телохранитель изучал нас, прикидывая, как быстрее всего убить.       Я поклялся себе, что впечатлю Короля-Мудреца нашей силой и мощью столицы, покажу ему, что с нами шутки плохи, но в итоге сам задал простой вопрос:       — Впечатлён нашим городом?       Словно я был ребёнком, показывающим игрушку взрослому мужчине.       — О, да. Очень впечатлён. Отличная планировка. Удобна и для обороны, и для логистики.       От мальчика, которого я встретил много лет назад, не осталось и следа. Ему шёл шестнадцатый год. Он не обладал телом воина, но было видно, что он тренируется. Он был выше многих своих соплеменников. Каштановые волосы до плеч, лицо без единого изъяна. Женщины моего народа тайком провожали его взглядами, и я с удивлением заметил, что он и сам смотрит на них с одобрением. Он стал мужчиной... но это было неважно. Куда важнее, как всегда, были его слова.       — Я бы не смог его взять. Пока что. Мои поздравления.       Он улыбнулся мне, обнажив зубы – улыбкой, больше похожей на оскал.       Мне стоило немалого труда не рассмеяться.       Его обаяние в сочетании с умом и мудростью было страшным оружием.       — Никому не взять этот город, и уж тем более Цитадель моего народа, — я впился в него взглядом. Ветераны его народа дрогнули бы, но он встретил мой взор без страха. Лишь улыбка стояла на его лице. Насмешка? Жалость? Я не знал. — Даже если они обрушат на нас те же ужасы, что ты обрушил на Учёных.       — Не могу ни подтвердить, ни опровергнуть подобное. Хотя я считаю, что сейчас открывается возможность против Учёных, которую нельзя упускать, — слова хитрейшего и мудрейшего из вельмож с лёгкостью слетали с его губ.       Освободитель велел мне учиться, расти и стать полководцем. Я знал о государственном деле достаточно, чтобы понимать: я не знаю ничего... а Королю-Мудрецу нет равных. Остальные лишь пытаются дотянуться до его ступней. Мне нужно стать лучше. Даже Освободитель посвятил себя самосовершенствованию после Совета Королей.       — Впрочем, ты и сам это знаешь, — продолжил он. — Ведь я здесь, чтобы спросить: не будете ли вы против, если я заявлю права на их Цитадель... всего на год, разумеется.       И вот оно: предложение, в котором безумие неотличимо от гениальности.       Цитадель в руках моего народа, но лишь через год его правления, после того, как он выжмет из неё всё необходимое, чтобы пережить грядущий голод.       — Освободитель не поверит твоему предложению. У тебя достаточно воинов, чтобы удержать эту Цитадель самому.       — Не тогда, когда мне нужно сохранить мой народ живым, сытым и счастливым, а в этом, заметь, я крайне заинтересован, — улыбка не сходила с его лица. Моё обвинение, каким бы логичным и обоснованным оно ни было, соскользнуло с него, не оставив ни следа вины или удивления. Я чувствовал, будто пляшу на его ладони, словно он заранее знал каждое моё слово и на всё имел заготовленный ответ. — Я прекрасно понимаю, что владение сразу тремя Цитаделями спровоцирует слишком много конфликтов на континенте. Учитывая то, что нависает над всеми нами, мне достаточно того, что есть, а ещё одна Цитадель... пусть достаётся тому, кто пожелает её взять.       Иными словами, Король-Мудрец говорил: «Если вы не примете моё предложение, я найду того, кто примет».       Как бы мы ни хотели обвинить его в грядущем предательстве, мы имели дело не только с ним.       Он предлагал Цитадель Учёных тому, кто поможет ему её захватить.       При условии если он получит её на год – чтобы производить еду, зерно и инструменты для борьбы с голодом и рассылать их по всему континенту, – он будет доволен.       — Что думаешь, Крушитель? Разве не выгодная сделка? — Король-Мудрец чуть оскалился. — Разве не твоему народу надобно её забрать?       Перед лицом такой подавляющей, неумолимой силы мне оставалось лишь отступить.       — Хватит. Решать будет Освободитель.       — Ах, жаль. Я хотел услышать именно твоё мнение, Крушитель. В конце концов, что плохого в том, чтобы друзья обменялись мыслями?       Я лишь рыкнул в ответ и отказался продолжать разговор.       Я знал: стоит мне заговорить, и неизвестно, какие ещё идеи он вложит в мою голову.