Перерождение в Апокалипсисе: Попаданец в фэнтези-стратегию

      Итак, четвёртая Цитадель.       Наверняка всем интересно, что это даёт в плане разблокировки технологий и насколько это вообще ломает баланс.       Считается, что как только у вас появляется четвёртая Цитадель, все фракции ИИ ополчаются против вас и начинают заключать союзы друг с другом. Через пару месяцев они объединятся, и у них будет уже четыре Цитадели, а их армии ударят по всем вашим фронтам. И, математически говоря, вскоре после того, как вы берёте четвёртую Цитадель, начинают сыпаться кризисы. Получить пять Цитаделей до появления главных гадов попросту невозможно – из‑за ограничений на перемещение, объёма ресурсов, который можно добыть в первое десятилетие, и технологических лимитов.       Так что тот, у кого есть четвёртая Цитадель, должен справляться с противником, который стремительно выходит на паритет, а ещё с тем, что из каждого угла планеты лезут монстры с намерением убивать, резать, калечить и становиться лучше во всём этом, отжимая ваше добро.       Короче, всё, что открывает четвёртая Цитадель, должно стоить всей этой головной боли.       Оружие настолько сильное, что само по себе служит щитом, просто как фактор сдерживания.       И к сожалению, нет: я не могу просто штамповать ядерки и превращать в стекло противников.       Для этого нужно восемь Цитаделей, да и превращать всю планету в радиоактивную помойку вообще не моё.       Ладно, ладно, перестаю ломать комедию.       Если под вашим командованием четыре Цитадели, вы можете начать строить Стражей Цитадели и развёртывать их как армии на своей территории.       Да, звучит просто, но это и правда мощно.       И в общем-то, больше-то и не нужно.       Это Юниты Ранга 3: в каждой Цитадели можно произвести по одному такому юниту, численностью в тысячу бойцов, и готовы они будут всего за четыре хода. На вражеской территории они действовать не могут, зато в обороне они ебаные монстры: это буквально роботы-убийцы, состоящие из лезвий, с максимальной бронёй, да к тому же чертовски быстрые. Сразу после получения четвертой Цитадели следующий шаг – это штамповать их, чтобы всё, что сунется на вашу землю, было разорвано на куски.       Для разработчиков это способ сказать вам: «Притормози».       Свой куш вы уже сорвали, а теперь успокойтесь и остыньте, пока не сможете драться всерьёз.       Когда эти Стражи Цитадели начинают сходить с конвейера – подразумевается, что ради этого вы потели как проклятый, – вы закрепляетесь: удерживаете позиции, улучшаете клетки, держите линию. Пересобираете потерянные армии, стягиваете то, что осталось, проводите ревизию и готовитесь к бурям, которые вот-вот на вас обрушатся. Ищете другие пути атаки и перестаёте забивать на всё остальное. На каком бы этапе игры вы ни были, пора пристегнуться, вставить капу в рот, приготовиться бить морды – ну и выбрать условие победы, к которому вы идёте... стоя за стеной из невозмутимых, вечно преданных роботов-убийц.       Не бойтесь ничего, у вас есть жемчужно-белые терминаторы, которым не понадобились плазменные винтовки в диапазоне сорока ватт.       А если вы их не сделаете, на вас накинутся все остальные, вы просрёте весь свой вложенной труд... и, честно говоря, поделом вам, раз вы такой дебил.       В любом случае, пока литейные Цитадели будут штамповать их весь следующий год, остаётся ещё четыре сезона, когда мои существующие армии нужно размазать по карте, чтобы прикрыть все клочки земли, на которые мы успели заявить права.       Так что никаких походов для меня в ближайшее время.       Только, ну знаете, планирование религиозного раскола, убийство духовного лидера, который сейчас числится моим союзником, и посадка на его место марионетки для папского престола.       Типичные мутки для 4X-стратегии, в общем.

***

      — Внешний мир оказался таким ужасным, как я и предсказывал?       — Хуже.       Ханроу сел, а я допечатал ещё пару сообщений, координируя своё короткое исчезновение из поля зрения остальной Цитадели. Выглядел Ханроу чистым и свежим – похоже, успел насладиться здешними удобствами. Его прежнее логово теперь заняли Итеранты: они управляли системами наблюдения. Сотни их, посменно, следили за каждой мелочью на подземных уровнях Цитадели. А Ханроу тем временем отдыхал в гостевых покоях, прежде чем я отправлю его на прошлую должность Ригерта, в бывшую Цитадель Учёных. Там он возглавит нашу новую разведку, пока я буду тащить на себе основную тяжесть работы.       — Там, снаружи, есть целые города, набитые теми же тварями, что уложили Завоевателей одним мечом. У них дороги с постоянным движением; есть регионы, где они держат примитивные, покорные версии нашего народа. И они вооружены, организованы и сильны.       — Есть признаки оружия Древних или его производных?       — Нет, но радоваться тут особо нечему. У них другая магия, но всё же магия, и её у них много.       Ханроу потянулся к своему столу и достал записи. Я взял их и начал читать. Уже на первой странице шла только самая суть: размеры и масштаб города, состояние инфраструктуры, примерная численность населения и вооружение солдат. Всё сходилось.       Демоны были списаны с ацтеков – ну там кровавые ритуалы, архитектурный стиль и общая склонность быть невероятно свирепыми, но при этом уметь поддерживать стабильное, сильное государство. Дай им раскрутиться и взять Цитадель, и они пойдут по всем катком. Типичная, базовая фракция для кризиса конца игры, ничего вычурного, но именно по ним, а также по тактике против них, меряют всех остальных врагов.       — И вот здесь, Джек, ты скажешь мне, что у тебя есть идеальный план, как перебить их всех.       — Нам нужно их затормозить, но ещё нам нужно выходить наружу и искать другие сооружения, оставленные Древними. Всё, что мы бросим, когда станет жарко, окажется в руках врага.       Ханроу кивнул, соглашаясь с моей оценкой, а я продолжал просматривать его заметки. В лоре почти не было подробностей про инфраструктуру и общество Демонов, так что даже крохи, собранные Ханроу, были любопытны. И эта мысль натолкнула меня на идею.       Ударить по врагу было невозможно, так как технически он только что заспавнился, но здесь был иной случай. Наши враги упирались в логистику. А значит, у нас было то, по чему можно ударить.       — Думаю, лучший ход, это использовать то, чего, как я считаю, вне наших земель просто не существует.       Брови Ханроу сошлись на переносице, и я пояснил:       — Сколько летающих существ ты встретил там, снаружи?       Глаза Ханроу загорелись пониманием.       — Ни одного. Вообще ни одного.       Вот именно. Летающие верховые твари – это продукт Древних. Их способ обеспечить потомкам преимущество в воздухе, даже когда вся инфраструктура уничтожена. Биоинженерные виды, в которых технология работала наравне с магией. Летающие кони, виверны, грифоны – всё это было создано на этом континенте; в них была заложена генетическая память не улетать за его пределы и плодиться в больших количествах, снабжая собой потомков Древних.       — Значит, ковровые бомбардировки? — спросил Ханроу.       — Нет. Даже если базироваться в горах, слишком далеко.       В голове у меня это звучало безумно, но я придумал кое-что, что с помощью магии могло оказаться осуществимым:       — Разве что с одним огромным проектом, который вполне может провалиться.       — Любой риск стоит того, если мы сможем отрезать хотя бы один город поближе к нашим горам. Мы невероятно растянем их линии снабжения, и им придётся сначала выстраивать оборону, а уже потом отправлять армии, — Ханроу настаивал и добавил пару соображений, до которых я сам не дошёл.       Он был прав. Я думал о том, чтобы разнести один-два города, лишить врага передовой базы рядом с нами. Но наши удары могли создать угрозу и для остального их государства... вынуждая их тратить ресурсы и придумывать контрмеры против наших налётов, ресурсы, которые иначе пошли бы на создание армий.       — Сейчас не время осторожничать, — сказал он, — по крайней мере, с теми, кто по ту сторону гор.       — Я займусь этим и поговорю с нашими магами, учёными – да вообще со всеми, кто хоть как-то может быть полезен.       Мы теперь могли производить в огромных количествах лёгкие, но очень прочные материалы, которые давала Цитадель. Экономика у нас была в достаточно хорошем состоянии, особенно потому, что бой с осквернёнными Завоевателями оказался не таким уж тяжёлым, и их земли мы развивали гораздо быстрее: в отличие от региона Учёных, там не приходилось иметь дело с подрывными элементами. Теперь же, когда у Учёных всё зачищено, а Завоеватели работают с нами над развитием своих территорий, ресурсов должно хватить и на строительство, и на исследования, и на содержание.       Ладно. Пора перепрыгнуть через несколько ступеней в технодреве комадной базы.       — Я думаю о мобильной платформе. Похожей на то, что было у Учёных, но поменьше... чтобы она несла только нашу бомбардировочную группу и пару тысяч солдат.       — ...один из тех легендарных летающих кораблей Древних? Такое вообще возможно создать?       Нет, дружище. Космические корабли мы делать не умеем.       Пока что.       — Нет. Не такие. Скорее что-то ближе к кораблям, на которых мы ходим по океану, только приспособленное для неба. Представь себе летающую, парящую каменюку, просто увеличенную до крайности.       Я поднял книгу и наложил на неё заклинание, пока она не зависла горизонтально всего в дюйме над моей ладонью.       — Полый внутри для грузов и десанта, а сверху у неё длинная, ровная площадка, чтобы наши рыцари могли на неё садиться.       — Прямо как твоя переброска из Цитадели Завоевателей, только без тяжёлого груза.       — В точку, — соврал я, но согласился с его идеей.       На самом деле я думал о чём-то вроде лёгкого летающего авианосца. В игре такого юнита не было, но летающие базы были. Существовало куча модов, которые добавляли подобное, но их считали несбалансированными: мобильная летающая база, которая может убежать от угрозы, а защищают её летающие рыцари, маги и лучники – ну, это, мягко говоря, имба. Однако для меня это звучало как раз тем, что нужно, чтобы устроить городам демонов маленький ад.       — Такая посудина ещё и расширит радиус наших экспедиций и сделает их менее опасными.       — Понимаю... очень хорошо. Может сработать. Но потянем ли мы это, если параллельно наращиваем Стражей для охраны границ?       Ответ у меня уже имелся.       — Нет. Начнём после конца следующего года. Но за это время проведём исследования и проверим, насколько вообще это реализуемо.       Проект был огромный, почти Чудо. Но моя транспортная система уже жрала ресурсов примерно как Чудо – и при этом существовала и приносила пользу. Почему бы тогда не попробовать ещё раз и не посмотреть, как далеко я смогу зайти, если мыслить нестандартно... и слегка утащить пару идей из модов себе на пользу?       — Я буду держать тебя в курсе, — сказал я. — И это станет моим главным приоритетом. Я прекрасно понимаю необходимость этого проекта.       — Хорошо. Хорошо.       Ханроу дважды кивнул и почесал подбородок. Он откинулся на спинку кресла, а я опустил книгу и поставил её на место. Он переплёл пальцы и положил руки на себя, чуть ниже грудины. Будь у него большой живот, он бы опёрся на него, но год суровой жизни сделал такой живот невозможным.       — Тогда к более важным вопросам, — сказал он. — Как ты ладишь с моей внучкой?       Ох, ё.       Да уж.       Я уже видел, к чему всё идёт, и чувствовал себя так, будто на меня несётся поезд, а я прикован к рельсам и остановить его нельзя.       Теневой правитель четырёх Цитаделей, Ханроу, что только что вернулся с другого континента и узнал, что внешний мир набит чудовищами... уже думал о наследии.       — Она способна на такое, во что трудно поверить; одна из моих личных телохранителей и лучший Чемпион, о каком я мог мечтать. Без сомнения, любая причина отстранить её от службы станет потерей для страны.       И всё же я изо всех сил пытался бунтовать против неизбежного. В глубине души я оплакивал свои мечты, которым не суждено было сбыться. Увы, мне так и не доведётся насладиться обществом высоких, мускулистых женщин, которые могли бы буквально просто поднять меня на руки, чтобы либо прижать к себе, как плюшевого медвежонка, либо раздавить голыми руками. Да, либо она будет обращаться со мной, как с любимой мягкой игрушкой, либо просто напрочь сломает мне позвоночник и убьёт. Никаких компромиссов. Хотя нет, я согласен на оба варианта.       — Где ты её прятал и как ты её тренировал? С сотней таких, как она, мы не просто выживем – мы захватим планету.       Я ждал удара под дых в виде объявления помолвки с главным злодеем всего сеттинга... но его не последовало?       — В основном всё её собственная заслуга. С тех пор, как она научилась читать и писать, она тренировалась не покладая рук. Она хочет выжить. Нет, она хочет процветать в этом нашем мире, и с тех пор её ведут вперёд целеустремлённость, стойкость и холодный расчёт, — Ханроу окинул меня взглядом, а затем слегка поклонился. Не как правитель, а как дедушка. — Лишь после того, как она пришла сюда и встретила тебя, Джек, она начала вести себя согласно возрасту. Когда я встретил её несколько дней назад, я впервые увидел её улыбку и услышал смех молодой девушки... а не той, кто марширует навстречу смерти. Спасибо тебе.       Хах.       Выходит, формально я реально отлично справлялся, и Морган могла меньше волноваться из-за угроз, летящих со всех сторон.       Или, может, это длинная многоходовка и психологическая операция с её стороны, чтобы усыпить мою бдительность и заставить поверить, что при случае она не превратится в полноценного финального босса JRPG.       Мгм, ага.       Я на это не куплюсь. Всё равно буду за ней присматривать и следить, чтобы ей доставались только такие задания, на которых нельзя сколотить собственную базу власти.       Но пользоваться этим кредитом доверия я всё равно буду.       — Если есть хоть что-то по-настоящему хорошее, чего мы с тобой добились, так это то, что дали людям идею, которой можно доверять, — произнёс я. — Король-Мудрец – его придумали ты, Ригерт и я... и он стал символом, в который люди могут верить.       Если честно, мне до чёртиков хотелось огромного робота, который мог бы ходить по любому ландшафту и шмалять по городам ядерными ракетами. Я бы даже согласился на гигантскую нефтяную платформу. В общем, может, я и не величайший солдат, но мухлевать и воровать я умею чертовски хорошо.       — Мы обязаны продолжать, чего бы это ни стоило, потому что в грядущие дни подведут нас вовсе не тела и не оружие. Нас подведут собственный разум и дух. И прежде всего, долг Короля-Мудреца – оберегать дух государства и не дать людям скатиться в отчаяние и безумие.       Наверное, технически говоря, решение о том, что этот мир пора прикончить, тоже можно назвать безумием.       Хотя лично я предпочёл бы слово «психоз», но звучит оно не так благородно.       — Не могу говорить за тебя или за Ригерта, но свою часть я исполню настолько хорошо, насколько вообще способен. Каждому из нас отведена своя роль, и каждая – колоссальной важности.       Вот именно, дружище. Я часть трио. Не только ты и Ригерт. Я так же важен, как вы оба, и мои решения весят ровно столько же.       — Давай продолжим работать вместе, Джек, пока не настанет день, когда ты наконец сможешь уйти в ту роскошную отставку, о которой всегда мечтал.       — Ловлю тебя на слове, Ханроу.       Ага, угу.       Подобрали в восемь – а теперь мне восемнадцать, почти девятнадцать, – но я уже прикрыл себе спину от любых ножей и гарантировал: если выживу, то заслужу спокойную старость.       Осталось-то всего лишь уложить кучу хороших друзей, перебить немало врагов и пережить несколько апокалипсисов.       А потом будет жизнь у пляжа, в окружении горячих цыпочек, которые могут переломить меня, как тростинку.       И честно говоря...       Возможно, оно того стоит.