Перерождение в Апокалипсисе: Попаданец в фэнтези-стратегию

      Интерлюдия: Селия       Бесконечность.       Я думала, что понимала смысл этого слова ещё до того, как начались сражения с Повелителем Смерти, но теперь осознала его по-настоящему.       Битвы с войсками Повелителя Смерти могли заканчиваться, но война не прекращалась ни на миг.       Мой стратегический стол был завален сотнями донесений о стычках с вражескими силами... и это только за текущую неделю.       — Чем больше я смотрю, тем более безнадёжным кажется наше положение.       В командирском шатре не было ни моих офицеров, ни даже моих Чемпионов. Рядом оставалась только моя наставница; она парила неподалёку, и на её благородном лице читалась тревога.       — Катерина, нам нужны выгодные позиции. Нет. Нам нужно столько преимуществ, сколько мы вообще способны собрать, — сказала я.       — Мы продвигаемся так быстро, как только можем, но многого не добиться, если не уступать землю, как поступил Король-Мудрец.       Весть о стратегии Короля-Мудреца в этом конфликте разлетелась быстро. Он оставил все мелкие поселения и хутора, которые основал, чтобы выжимать ресурсы из своей части территории Академии. А когда эвакуацию завершили, он сжёг всё, что нельзя было собрать и увезти в безопасные земли. Завоеватели и Стражи Подземелий последовали его примеру, хотя Кузнецы и Торговцы Болот насмехались над ними за то, что те отдают земли, которые можно было удержать силой. Наше молчание и упорная оборона стали нашим ответом. Теперь же силы всех троих были растянуты до предела.       — И, раз мы уже увязли в непрерывных боях, мы не сможем вывезти столько ценного, сколько смог он. Цена будет выше, — сказала Катерина.       — Мы не можем позволить себе цену удержания этих земель, — признала я.       Мы захватили больше земель Академии, чем кто бы то ни было: людей у нас хватало. Удерживаемая нами территория была втрое больше той, что держал Король-Мудрец и ещё одно другое государство. Пища, которую мы собирали, минералы, которые добывали, и артефакты, что доставались нам благодаря бесконечному собирательству, были жизненно важны для нашего роста. Это место питало наше строительство дома. Теперь же мне пришлось принять факт: мы должны обойтись без него. Нет, хуже. Мне придётся уничтожить всё, чтобы не дать этому подпитать наших врагов.       — Но и цену ухода мы тоже не потянем.       Катерина кивнула:       — В самом деле, дилемма. Хотела бы я дать лучший ответ, но его и правда нет, — Катерина не подбирала мягких слов. — По крайней мере, если не идти на уступки другим.       — Они знают, что нам нужна их помощь, — сказала я.       Катерина снова кивнула, а я сжала кулаки и склонилась над большой картой наших владений. Четыре месяца назад я держала её с гордостью. После переработки, обработки и торговли она давала мне столько же ресурсов, сколько две Цитадели. На эксплуатации этих земель мой народ процветал, и мы могли нацелиться на войну с Торговцами или с Кузнецами за их Цитадели. Четыре месяца назад я надеялась, что однажды буду контролировать три Цитадели и сумею переманить Стражей от Джека, чтобы мы наконец встали плечом к плечу. Теперь эти мечты обратились в пепел.       — Они запросят слишком много, — отметила я.       — Кузнецы и Торговцы, да. Но Стражи остаются твёрдым вариантом... как и Король-Мудрец, несмотря на ваши личные опасения.       Я покачала головой в ответ на укоризненные слова Катерины.       — Катерина, я лучше заплачу грабительскую цену Кузнецам или Торговцам, чем окажусь в долгу у Короля-Мудреца. Все, кому он когда-либо помогал, в итоге начинали плясать под его дудку.       Завоеватели теперь были его, а Стражи находились почти под его полным контролем. Он орудовал щедростью и добротой, словно оружием. Я не могла отрицать добродетель и праведность его поступков, но я точно знала: мы потеряем себя, если примем всё, что он предлагает.       — Мы лишимся права выбирать свой путь, если откроемся ему.       — Но что важнее? Народ страны или то, за что страна стоит и к чему стремится, леди Адиль? — спросила Катерина.       Я подняла взгляд от карты, испещрённой множеством отметок врагов и слишком малым числом друзей, и твердо ответила:       — Страна – это её народ, а народ – это страна. Если они воззовут к Королю-Мудрецу, если попросят его спасти их от моей тирании и от всего, чего они боятся, я отрекусь немедленно. Но они этого не сделали.       На эти слова у Катерина не нашлось возражений в пользу того, чтобы преклонить колено перед Королём-Мудрецом. Если чем-то я и могла по-настоящему гордиться, так это тем, что мой народ прославлял меня. Они устраивали празднества в мою честь, гордились моими победами и верили в наше правое дело.       — Катерина, ты знаешь, зачем мы захватили Цитадель. Ты знаешь, скольким мы пожертвовали, чтобы взять её. Именно эта жертва, этот труд и наша вера в самих себя нас и сплотили. Без этого мы всего лишь россыпь кланов, которые снова расколются и разлетятся на осколки.       Катерина помолчала, потом тяжело вздохнула и кивнула, признавая мою правоту:       — Значит, истинная цена помощи Короля-Мудреца – наша общая идентичность. Да, вижу. Вижу очень ясно, — осторожно согласилась Катерина. Она поморщилась, словно проглотила самый горький отвар, но всё же высказалась до конца. Затем она покачала головой и вернулась к делу. — Тогда Стражи? Мы можем просить их о помощи. Они ненавидят Повелителя Смерти.       — Цена всё равно будет высокой, а наш народ... не слишком восприимчив к их культуре.       Кхалай, Верховный Юстициар, добивался расположения дипломатией, торговлей и культурной экспансией. Соперничать с ним могла лишь страна Короля-Мудреца: они рука об руку с культом Улыбающегося Тирана устраивали у себя бесчисленные представления и праздники. Джек удерживал свою огромную державу от поглощения всепроникающей культурой Стражей лишь потому, что тратил казну с такой скоростью, какую мог позволить себе только он. Тем временем Торговцы и Кузнецы всё активнее торговали со Стражами, а передвижение между тремя их владениями было свободным. Как итог они теряли сердца своих людей.       — Мы можем предложить им открытую торговлю и свободный проход по нашим землям в обмен на помощь. Но всё же стоит связаться с Кузнецами и с Торговцами. Возможно, их цена окажется не такой страшной, как мы думаем.       Катерина кивнула, собираясь выполнить мои распоряжения, но через мгновение замерла и посмотрела наружу.       Она полностью растворилась в воздухе, когда к шатру подбежал запыхавшийся гонец с письмом в руке.       То самое письмо, какое я получила давным-давно, в начале голода.       Не прошло и пяти лет с тех пор, но Совет Королей всё ещё стоял у меня перед глазами так, словно это было вчера.       — Гонец от одного из чёрных всадников Короля-Мудреца, леди Адиль! — в лагере не было места для посадки, значит, парню пришлось бежать сюда от самого входа, а это неблизко. — На письме печать Короля-Мудреца!       — Спасибо, парень. Давай сюда, — я забрала письмо; он помедлил, прежде чем уйти. Я не велела ему оставаться.       Катерина снова стала видимой, а я вскрыла конверт и пробежала текст глазами.       — Единый фронт, как во время голода. Понимаю. Повелитель Смерти и его силы и впрямь грозят катастрофой, которую всем придётся встречать вместе, — констатировала Катерина, и я лишь кивнула. Почему мне самой не пришел в голову этот путь? Он обходил мои страхи и усаживал всех за один стол на равных. Нет. Я не могла лгать себе. Я знала, почему не призвала к этому сама. Я не могла. Репутация, влияние, сила... всё это было не моим. — Что-то не так, Селия?       Мне пришлось сделать долгий, размеренный вдох, прежде чем я заговорила:       — Будь я на его месте, я бы так не поступила.       Джек был в положении сильного. Его земли в Академии были лишь временным вложением. В его распоряжении были четыре связанные Цитадели и окружающие их территории. Ему принадлежало полконтинента, а всё, что давало ему это место, лишь пашни. Будь я на его месте, я бы... позволила Повелителю Смерти растерзать моих врагов, а уже затем вмешиваться.       — Он ставит себя на одну доску с нами, как равного, как того, кому есть что терять. И ему придётся маршировать и биться, хотя он вовсе не обязан... он мог бы смотреть, как мы истекаем кровью, и ждать, пока мы сами приползём к нему с мольбой о помощи. Но он здесь.       Мне не хватило сил искать стул, и я просто опустилась на брезент, прикрывавший землю в нашем шатре.       Одного этого движения хватило, чтобы вспомнить нашу общую кампанию: он командовал из копии своего кабинета, в усадьбе, полной слуг и возведённой за одну ночь.       Вот почему я не могла просить у него помощи и принимать то, что он предлагал.       От одних только воспоминаний я чувствовала себя никчемным лидером.       А что будет, если я сама попрошу его о помощи, и он даст её безвозмездно?       Разве тогда я не попаду в ту же ловушку, в которую угодили Завоеватели?

***

      Господи Боже, только не оставляйте меня в игноре, у нас тут буквально катастрофа намечается.       Катастрофа, которая может разнести всё к хуям собачьим, да так, что потом у нас вообще не останется шансов на победу!       — Я ведь послал наших лучших гонцов, верно? Они же понимают, что мои чёрные всадники будут торчать там, пока им не ответят, верно? — пробурчал я, и Айя рядом тихо усмехнулась.       Мы находились в свежепостроенной крепости, возведённой с помощью магии земли и готовых сборных конструкций. Ров, четыре стены, четыре башни. Башни предназначались для артиллерии и ПВО. Мы ещё не дошли до уровня, чтобы мгновенно разворачивать замки прямо на поле боя, но уверенно двигались в этом направлении.       — Так почему их всё ещё нет? — вопрошал я.       — Прошёл всего один день. Твоё заявление требует времени на осмысление. К тому же, в отличие от леди Адиль и Верховного Юстициара Кхалай, лидеры Кузнецов и Торговцев ещё не добрались до фронта, — Айя подала мне чай. Я сидел на одной из орудийных площадок башни.       Теперь у нас были Завоеватели, способные управляться с пушками, которые для Цитаделей считались «малым стрелковым оружием». Перспектива видеть на каждой башне по четыре Завоевателя с этими массивными винтовками выглядела устрашающе. Крепость была спроектирована так, чтобы вдоль стен могли действовать до восьмидесяти таких бойцов, а обычные людишки в основном занимались подносом боеприпасов из центрального склада. По сути, это была даже не крепость, а батарея ПВО, которую при необходимости можно было развернуть и по наземным целям.       — Нам придётся подождать ещё немало, — сказала Айя.       — Чем больше мы тянем, тем сильнее становится Повелитель Смерти, — меня подмывало грызть ногти, топать ногами и рычать от бешенства. Но вместо этого я просто говорил спокойно и старался выражаться как можно яснее. Король-Мудрец не может быть тем парнем, который крушит клавиатуры или беснуется из-за неудобств. — Нам надо действовать. Ты говорила, что большую часть своих монстров они получают через подземные ходы Древних?       — Монстры проходят там, да. Они пользуются служебными выходами, станциями и старыми постройками, чтобы добраться до Повелителя Смерти, — Айя зачитывала информацию, а я слушал. Это напоминало чтение вики-статьи вслух: сухо, по фактам, но информативно.       Древний Администратор привлекала к себе много взглядов, так как была целиком закована в белоснежную броню без единой метки. Никто не знал её в этой маскировке, и окружающих удивляло, что кто-то говорит со мной так непринуждённо.       — Если мы хотим перехватить их до того, как они доберутся до Повелителя Смерти, нам придётся вести войну под землёй, в туннелях, прежде чем они выйдут на поверхность.       Я знал, что спрашивать о подрыве этих сооружений бессмысленно.       Во-первых, позже они понадобятся нам самим, чтобы быстро перебрасывать войска по континенту.       Во-вторых, они были сделаны из того же материала, что и Цитадели, а значит, пришлось бы тащить сюда специализированную осадную технику вроде машины Завоевателей для взлома ворот Цитадели.       А та машина была создана, чтобы выбивать ворота.       Не сплошной массив материала Древних, образующий систему туннелей неизвестной толщины.       Короче, оставался, по сути, один рабочий вариант.       Яд.       Я надеялся, что не придётся применять его так рано, но в системе туннелей он был куда безопаснее, чем на поверхности.       — Отправь послание в столицу и свяжись с гильдией Алхимиков. Прикажи нашим вспомогательным частям начинать заколачивать входы в туннели, что сейчас под нашим контролем.       Айя замерла. Голем прекрасно понимала, что я собираюсь сделать, но какие бы безжалостные расчёты она ни использовала для оценки ситуации, они подтвердили правильность решения. С этой точки зрения мой ход был безупречно логичен.       — Также вызови наше подразделение Итерантов, которые проходят тренировки. Для них это будет идеальное поле боя.       — Твоя воля будет исполнена, мой король.       В игре Итеранты были невосприимчивы к яду, что делало их идеальными войсками для тех, кто играл через атаки ядом сплошняком.       В целом, если игрок, которому выпали Итеранты, не ливал из партии сразу, можно было смело считать, что он собирается использовать Яд.       Что до меня, я запустил производство яда Первого Ранга ещё до того, как получил Итерантов: тот был слишком силён, чтобы его игнорировать, а мне была нужна любая возможная фора.       И теперь я собирался использовать это преимущество, чтобы заполнить туннели, ведущие в земли Повелителя Смерти, густыми облаками газа, разрушающего лёгкие.       Пришло время проверить, окупится ли моя ставка на яд.       Посмотрим, насколько он силён, когда его не душат ограничения разработчиков.