Темноцвет

      Ещё утром самой большой проблемой для Василисы, был кот, стащивший кусок мяса у неё с тарелки. А сейчас она сидит на заднем сиденье в обычной, хоть и довольно дорогой машине, и старается не паниковать. В конце, концов всё это не слишком похоже на похищение.       Приехал за ней конечно же не сам отец, а лишь его водитель высокий, угрюмый мужчина, с длинными черными волосами, туго стянутыми в хвост, и странным белым шрамом на левой щеке, так и представился — господин Эрн, работает у господина Огнева. Он пошептался с тетей Галей, показал какие-то бумаги, и соседка, вытирая глаза платочком, помогла Василисе собрать необходимые вещи. Самой девочке документы никто не показал, а потому пришлось упереться и потребовать, что никуда не поедет, пока не позвонит бабушке и не удостоверится, что это всё правда. Однако звонок Марте Михайловне разрешил ситуацию — та подтвердила слова водителя и разрешила ехать. Не то чтобы это сильно успокоило Василису.       — А почему отец сам не приехал за мною? — Девочка мило улыбается, глядя на водителя, при этом, пытаясь, успокоить бешено колотящееся сердце, сжимая в рукаве острую шпильку. Просто на всякий случай.       — Господин Огнев занят по работе и приедет позже. — Лицо Эрна практически не меняется.        «Ей, да у скалы, и то больше мимики!»        — Позже, это когда?        — Позже это позже.        — А кем он работает? — Задает девочка новый вопрос. Интересно всё-таки откуда деньги на такую тачку и личного водителя.        — Это вам лучше спросить у него лично.       Дальше разговор не клеился. Решив не продолжать бесполезное занятие, Василиса уставилась в окно.  Мысли крутились в голове, предположения один невероятнее другого, появлялись и исчезали. За неё некому платить выкуп, похищение в такой дорогой машине не имеет смысла. Если разобрать на органы, то для этого не обязательно было устраивать представление про вспомнившего о своей кровиночки родителя. Достаточно было просто вырубить и закинуть в багажник. Со всей теорией про похищение также не вязалось подтверждение Марты Михайловны. Но если это всё правда, то почему отец вообще решил забрать её? Жила же как-то до этого. Мог просто до её восемнадцати лет платить деньги, а потом бы опекунша выставила её на все четыре стороны, когда перестал. Василиса не могла подать на алименты или долю завещания, она даже имени отца не знала! Ну, до сегодняшнего вечера.       Мысли девочки прервались тем, что они куда-то приехали. Машина повернула и въехала через огромные ворота. Когда дверца машины открылась, Василиса поспешно вылезла, да так и застыла. Их встретила шикарная двухэтажная громадина: дом, сверкающий яркими огнями, с большими широкими окнами и верандой, увитой плющом и виноградом. Рядом оказался великолепный сад с переплетением дорожек, густо посыпанных гравием, изящными коваными качелями и ажурными беседками…       Но на этом сюрпризы не кончились.       Возле дома оказалась команда из четверых детей: светловолосые мальчик и девочка, судя по внешности двойняшки, примерно её ровесники, и два черноволосых мальчика поменьше. Рядом с ними, Василиса с ярко-рыжими волосами, смотрелась мягко говоря, вообще не к месту.       «У нас у всех что ли матери разные? Теперь ещё интересней как выглядит отец.»       Над ребятней возвышалась женщина — очень худая, неприятная женщина с колючим взглядом маленьких бегающих глазок. Прямо как у жука. Водитель поздоровался с ней и вручив шефство над Василисой, удалился куда-то в дом, вместе с вещами. Няня, холодно представившись госпожой Азалией, окинула девочку пристальным взглядом, словно собиралась поставить в гостиную в качестве вазы или повесить на стену как картину. После чего скривилась и, развернувшись, знаком приказала следовать за ней. Дети молча проводили "новоиспеченную сестричку" недружелюбными  взглядами.       Новая комната Василисы оказалась маленькой, но опрятной: справа возле окна стояла кровать, слева — небольшой столик и даже два стула, а в самом углу возле двери — низенький лакированный шкаф. На полу лежал круглый, грязновато-белого цвета коврик.       Размерами и пустотой, она напомнила девочке её прошлую комнату. Не хватало только поцарапанных когтями плинтуса и подранных обоев. Госпожа Азалия сухо сообщила, что ужинают в семье в восемь, а за опоздания наказывают. После чего гордо удалилась. Быстренько повытаскивав кое-какие вещи из сумки Василиса поторопилась вниз, надеясь что не потеряется по дороге.

***

      За столом девочка лишь убедилась; ей здесь совершенно не рады. Няня не обращала на неё никакого внимания, дети по-прежнему кидали злобные взгляды, а младшие и вовсе показывали языки.       А после ужина они подрались.       Братья и сестра поджидали в коридоре, все четверо. Стоило выйти из столовой и внезапно как чёрт из табакерки вырос самый старший парень — Норт.       Ни говоря не слова, он замахнулся рукой намереваясь влепить ей смачную оплеуху. Василиса еле успела на рефлексах отклониться в сторону, рука брата просвистела в сантиметре от уха.       — Ты что дела... —  не успела она договорить, опять пришлось уклоняться, на этот раз от тычка в рёбра. Убежать не представляло возможности: остальные дети заграждали проход. К счастью, появилась госпожа Азалия и, не говоря ни слова, забрала всех четверых.       И вот вечером лежа на кровати и не разобрав до конца вещи девочка тихонько размышляет.       «Чем вызвано такое странное поведение?»       Нет, понятно, у них разные матери и жила она долгое время отдельно. Этим ещё можно как-то объяснить ненавистные взгляды и не желание общаться, но... Драка?  Норт даже не объяснил причину. Они ведь знакомы всего-то несколько часов. И эти кислые взгляды няни... Что-то здесь не чисто. Пойти пообщаться с кем-нибудь из родственников тет-а-тет? Василиса глянула на часы. Поздновато идти на задушевные беседы. Да и тут столько комнат... Лень. Завтра успеет.       Нужно было идти сразу. На следующий день приведя себя в порядок после сна и спустившись в столовую, девочка никого не застала. Какая-то женщина из прислуги молча поставила перед ней завтрак и быстро удалилась. Василиса даже рта раскрыть не успела. Пока она завтракала в столовую зашел Эрн. Коротко поведал что всех детей с утра пораньше отвозят куда-то на все выходные, вместе с няней, и она здесь одна.       — А куда отвозят?       Водитель проигнорировал вопрос и продолжил:       — Госпожа Азалия просила передать, что вы можете ходить в прежнюю школу и на занятия гимнастикой, но теперь отвозить туда и обратно вас буду я. Также если захотите в выходные дни встретиться с друзьями, скажете мне и я отвезу. Всё понятно? — Мужчина уставился на меня немигающим взглядом.       — Да, всё ясно и понятно…  — Василиса растянула губы в милой улыбке. — Вы можете не волноваться.       Мужчина кивнул и молча вышел из столовой.       Девочка снова повернулась лицом к тарелке, улыбка сползла с её лица, будто мокрая краска с холста.

***

      Поев, Василиса решила осмотреться.       Чем Нортон-старший занимается, она так и не смогла выяснить, но дела его приносили, по всей видимости, хороший доход. Семья жила богато, взять хотя бы штат прислуги: водитель, охранник, няня и еще несколько человек, убирающих в доме.       Обходя “поместье” как она его про себя называла, девочка только убедилась в этом. Здесь была огромная куча комнат, залов и коридоров, обставленных довольно вычурно и роскошно, но со вкусом. Огромное количество всяких предметов интерьера, вроде — картин, ваз, штор, и прочей дребедени. Мало ламп и куча свеч, розеток практически нет (что за средневековые замашки?). Проходя очередной коридор, Василису заинтересовала большая лакированная дверь.       Открыв её, она не смогла сдержать восторженного вздоха. Библиотека! Просторная, светлая комната с кучей шкафов забитых книгами, небольшим кофейным столиком и мягкими креслами. Малиновые шторы с золотистыми нитками, прикрывают широкий подоконник. На стенке громко тикают старые часы. Настоящая библиотека! Кажется, теперь это её любимое место в доме. Василиса зачаровано прошлась между стеллажами, кончиками пальцев ведя по разноцветным переплётам. Аккуратно достала толстую книгу в тёмно-синей обложке.       — Так, не поняла. Это что, латынь?!       Полистала книгу. Действительно, латынь. Взяла другую, третью… Следующие полчаса Василиса рассматривала книги. Многие были на латыни. Какие-то кажется на древнегреческом, большинство вообще на незнакомых ей языках. Единственную книгу, которую она смогла прочесть, называлась: "Не сказочные истории" и были в ней только сказки. Ещё была книга по физике, но этого добра Василисе и в школе хватает.       «Видимо придётся идти в городскую библиотеку и искать словарь по-латыни.»       Решив, что больше здесь делать нечего, а весь дом она уже обошла, (большинство комнат оказались закрытыми на замок), пора осмотреть окрестности. Сад ей понравился. Красиво —ухоженные кусты, ровные, каменные дорожки, пара деревянных скамеек. Очень просторно. Побродив немного по двору, Василиса уселась на качели.       В детстве, ей казалось, словно стоит только достаточно раскачаться на таких качелях, как за спиной вырастут настоящие крылья и она взлетит высоко в небо. Все альбомы и тетради в младших классах у неё были зарисованы бабочками, и человечками с крыльями.       Детская фантазия — удивительная вещь.       Василиса ещё раз внимательно осмотрела "поместье". Взгляд зацепился за большой, раскидистый дуб, а еще за его удобное расположение относительно окна её комнаты. Девочка подошла к дереву и схватившись за ветку, ловко подтянулась вверх. Раз, два и вот она уже сидит на подоконнике своей комнаты. Удобно.        — Хм... Почему сидя в окне на втором этаже, я всё равно не вижу, что находиться за забором? Это что бы никто не сбежал?       Василиса слезла с дерева и подошла к высоким воротам. Закрыто. А если и правда нужно будет сбегать? Как отсюда выйти? Медленно прошла вдоль ограды. Пять минут прошло, десять, а забор всё не заканчивался.                         Остановившись она пошла обратно. По ощущениям, Огнева обошла по кругу всю ограду раза три. Ворот как не бывало. Это еще что за фокусы?       — Что здесь происходит? — За спиной как черт из табакерки вылез господин Эрн. Девочка от неожиданности едва не подпрыгнула.       — Я кажется заблудилась. Теперь пытаюсь вернуться. — Огнева сделала грустное лицо.       Водитель крепко ухватив Василису за плечо и потащил в сторону дома.       — Попрошу больше не гулять возле ограды. — сухо произнес мужчина. И уже доведя её до комнаты, и повторив свою просьбу снова, молча удалился. Решив больше не испытывать судьбу, девочка осталась в комнате, обдумывая произошедшее.

***

      В воскресенье вечером приехали братья с сестрой. Заметив их из окна гостиной, Василиса крепко задумалась. Попробовать наладить контакт? Выйдя в коридор она нос к носу столкнулась с Дейлой, своей единственной (Василиса очень надеялась, что больше родственников, кроме этих, у неё нет) сестрёнкой.       — Смотри куда идёшь рыжая. — Блондинка в отвращении скривила губки будто даже дотрагиваться до Василисы ей было противно. В ответ девочка лишь мило улыбнулась.       — Привет, Дейла. Не нужно грубить мне, мы же сестры. Должны хорошо ладить.       — Вот ещё. — Блондинка встряхивает головкой, рассыпая по плечам свои шикарные локоны.       — Я вот, была бы совершенно не против подружиться с тобой. — Василиса продолжает улыбаться, вводя сестренку в некоторое замешательство. — И... Ты не могла бы, пожалуйста, объяснить, что вчера было?       — Решили проучить одну дуру. — позади резко раздается голос Норта. Рядом с ним стоят младшенькие: Эрик и Ноель, и гаденько улыбаются.  — Приехала какая-то оборванка в старой одежде. Ходит тут, бесит своей рожей.       Выражение лица Василисы совершенно не поменялось, лишь руки за спиной сжались в кулаки.       Видимо оценив чужое молчание как желание продолжить разговор, братец возобновляет тему.       — И откуда ты такая у отца взялась? Девка какая-то в подворотне нагуляла, да? — Блондин мерзко ухмыляется, пытаясь задеть за живое, ударить словами по больнее.       Синие глаза резко прищуриваются, в купе с натянутой улыбкой, выглядит жутко. Младшие братья даже отходят на пару шагов назад прячась за спину старшего.       — Ну, что ты, Норт. Я ведь подружиться с вами пытаюсь. А вы обзываетесь, дерётесь. Это невежливо.       — Невежливо? С такой, как ты, только так и нужно обращаться. Ты... — Но договорить он не успевает, в коридоре неожиданно появляется Азалия.       — Дети! Уже время ужина, почему не идёте в столовую?       Дружно промямлив что-то о том, что как раз идем, вся толпа поспешила вниз.       Кажется, даже нейтральных отношений, ей так просто не добиться.

***

      На следующее утро Василиса проснулась пораньше, надеясь что не встретит никого по пути в столовую, но спустившись вниз, сразу же напоролась на Азалию.       Схватив девочку за плечо, она всунула ей в руки новенькую, хрустящую купюру.       — Это... Мне? — Василиса в неверии уставилась на няню, переводя взгляд з женщины на деньги. Норт, который оказался поблизости, презрительно хмыкнул.       — О, наконец-то рыжая сиротка обзавелась деньгами! — язвительно сказал он и показал неприличный жест.       — Каждый день я буду вручать тебе столько, — ответила госпожа Азалия, делая вид, что не заметила кривляний Норта-младшего. — И очень надеюсь, что ты сама сможешь о себе позаботиться.       Василиса лишь кивнула с улыбкой во все тридцать два, полностью игнорируя ухмыляющегося брата. После тот попытался отобрать деньги (няня все так же не вмешивалась в происходящее — как видно, Норт был ее любимчиком), но девочка успела сбежать.       Когда Василиса отправилась с Эрном в школу, остальных детей уже не было — их отвезли раньше.       Впрочем, выехать за пределы ограды дома оказалось весьма непросто: приходилось проезжать двое ворот, а перед этим долго смотреть, как они медленно поднимаются. А еще госпожа Азалия строго-настрого запретила оглядываться и зорко следила за исполнением приказа. Вопросов, связанных с оградой, значительно прибавилось.       Машина с водителем произвела настоящий взрыв в школе. Ученикам, учителям, Василиса всем вдруг стала интересна. Алине чуть ли не с боем пришлось выдирать подругу от любопытных одноклассников.       — Дурдом какой-то, а не школа. Ей-Богу, дурдом.  — Продолжала бормотать шатенка, таща Василису в женский туалет. Затолкнув её внутрь и закрыв собой проход, Алина вперила руки в боки пытаясь выглядеть грозно. Выглядело комично.       — Ну? Давай расказывай. Сначала ты на все выходные пропадаешь, Марта Михайловна дверь в квартиру не открывает, на звонки ни ты, ни она, не отвечаете, а теперь тебя привозит водитель на машине.       Василиса вздохнула. Рассказ обещал быть долгим.       — ... ну и в общем связь в доме вообще никакая, ни позвонить, ни эсемеску не скинуть. И представь, в доме почти везде вместо лампочек свечи, как в каменном веке, честное слово.       Алина задумчиво почесала подбородок сидя на подоконнике.       — Во дела. И что, твой папаша за все выходные так и не объявился? — кажется этот вопрос интересовал её больше всего.       — Не-а.       — Странный он.       — Они все там странные. — Василиса пожала плечами.  — Вроде богатенькие, а телефонов нет, технику в доме я вообще не видела. С воротами какая-то чертовщина твориться. Но хоть деньги дают.       — По-моему единственный плюс. — Усмехнулась Алина.       Василиса лишь улыбнулась в ответ.

***

      Уроки сегодня пролетели быстро, так как половину занятий учителя только и делали, что пытались восстановить тишину в классе. На перемене Василисе буквально не давали проходу. Даже учителя расспрашивали о жизни в отцовском доме. Классная как бы невзначай намекнула, что в кабинете нужны новые парты. Василиса впервые так радовалась, что уроки наконец закончились.       Алина хмуро глянула на шофёра через окно, припарковавшего машину рядом с оградой школы.       — Значит, вместе домой не судьба.       — Послушай меня Алина, — Василиса изобразила свой лучший серьёзный тон. Подруга в ответ, аж напряглась. — Не нужно, чтобы водитель видел нас вместе. — Огнева наклонилась поближе и уже тише добавила, — Понимаешь… Никто мне так и не сказал, кем работает мой отец. Он очень богат и я всё ещё не уверенна, не связан ли с чем-нибудь незаконным. Так что лучше, не нужно.       Подруга нахмурилась.       — А сама ты как будешь? Ну если это всё “незаконное” правдой окажется? — Алина нервно теребит край пальто. — И лагерь! Вдруг, тебя вообще не отпустят летом?       Василиса досадливо морщится. Честно говоря, после всего произошедшего, лагерь начисто вылетел у неё из головы.       — Что-нибудь придумаю. А до каникул ещё три месяца, за это время отец точно должен объявится.       Алина недовольно хмурится, видно, что она волнуется и ответ подруги её совершенно не устраивает.       — Четырнадцать лет, как-то была же без опеки, нет блин, вспомнили. — Бубнит себе под нос шатенка, но не добившись ответа, вздыхает. — Ладно, Василис, до завтра!       — Пока, Аль...       Девочки обнимаются на прощание и Алина спешит вниз, по ступенькам.       Василиса ждет пока подруга скроется из поля зрения и направляется в другую сторону через задний вход. Господин Эрн может подождать. Конечно за такую выходку её по головке не погладят, но других идей у Огневой нет. Она и так торчала в том доме два дня и оба на нервах. Выскочив за ограду школы и проверив не видно ли угрюмого мужчины, девочка уверенным шагом направилась к дому Марты Михайловны. Старый добрый двор, знакомые деревья, обшарпанная горка, ржавые качели и лавочки с потёртой краской.       Возле подъезда сидят старенькие соседки.       — Здравствуйте! —Приветливо улыбается им Василиса.       — Здравствуй, Василисочка! А где это ты все выходные пропадала? Неужто Марта правду сказала и тебя отец забрал? — Одна из старушек с интересом разглядывала девочку, надеясь на новую сплетню.       — Да, я теперь живу вместе с папой, братьями и сестрой. — Тонкие пальчики аккуратно поправляют чёлку, а на лице виднеется смущение.       — И что тебя там никто не обижает?       — Нет что вы! У меня всё хорошо. — На губах расцветает широкая улыбка.       — К сожалению, к вам помогать я к теперь ходить не смогу. — Ведь теперь ей дают деньги и подработка Василисе больше не нужна.       — Да жаль. А сейчас, это ты к бабушке в гости решила зайти? — допытывается соседка.       — Ага.       — Ты ведь знаешь — женщина слегка понижает голос. — Что твоя бабушка переезжает, совсем скоро. Вон кошек всех своих уже отвезла куда-то.       Василиса удивленно таращит глаза. Так вот почему в последнее время живности в квартире было гораздо меньше.       — Я думаю, тогда мне стоит поспешить... Ну там, помочь в чем-то. — И не дожидаясь ответа старух, девочка пулей залетает в подъезд.

***

      Марта Михайловна в гости никого не ждала, а потому была очень удивлена внезапным звонком в дверь. Но открыв, она увидела на пороге лишь Василису. Честно говоря, старушка надеялась, что больше воспитанницу не увидит. А тут вдруг, явилась.       — Василиса? Ты что здесь делаешь?  — На лице у Марты Михайловны — удивление, где-то пополам с недопониманием.       — Бабушка! А я вот к тебе в гости пришла.  — Улыбка девочки, совершенно не затрагивает глаза.       — А, ну заходи тогда...  — Причину, чтобы выставить гостью за порог, опекунша не находит. Женщина отходит в сторону, пропуская Огневу в коридор.       Там сейчас небольшой беспорядок, куча картонных коробок, некоторые полные, другие заполнены лишь наполовину. Кошек нет. Пройдя на кухню, Марта ставит чайник.       — Ну как ты там в новом доме? — Не, то чтобы ей особо интересно, но для приличия спросить стоит.       — Нормально. А ты переезжаешь?       Ну, вот и первый неудобный вопрос. Опекунша на секунду слегка теряется.       — Да, вот решила переехать, а эту квартиру сдавать в аренду.       — Отец много денег за мое воспитание дал? — На лице девочки нет выражения обиды или гнева. На нём вообще нет никакого выражения, лишь синие глаза двигаются, внимательно наблюдая за собеседницей. Марта Михайловна была готова к вспышке разочарованию, со стороны девочки, за то, что её растили за деньги, а потом сразу отдали, даже толком не попрощавшись. Но такое спокойное принятие вызывает недоумение. Хотя она никогда не могла предугадать, что творится в этой рыжей голове.       — Да ладно, я всё понимаю. — Тем временем продолжала Василиса, вновь вернув на лицо милую улыбку. — Вообще-то я сюда не за светскими беседами пришла. Мы тогда так быстро собирались и я забыла некоторые свои вещи. Не против если я их заберу?       — Нет, конечно, бери. Я видела там твои рисунки старые, шахматы, одежда, она правда уже маленькая на тебя... — Закивала женщина, мысленно выдохнув.       — Одежду можешь выкинуть. Как и альбомы, и шахматы. Ничего из этого мне больше не нужно.       — Ладно...       Василиса встала и уверенным шагом направилась в комнату. Пошуршав там какое-то время она вышла, держа в руках синюю, средних размеров коробку.       — А чай не будешь? — Марта Михайловна со смешанными чувствами смотрела на то как девочка обувается.       — Нет, спасибо, меня ждут. — Мазнув взглядом по квартире в последний раз, девочка коротко попрощалась и вышла.       Марта Михайловна осталась сидеть на кухне в тишине.

***

      Потихоньку Василиса втянулась в новый жизненный ритм.       В будние дни, ровно в восемь утра, у ворот поджидал господин Эрн. Провожал до школы, вечером забирал, вез на занятия по гимнастике, а оттуда, когда к ним присоединялись госпожа Азалия с Нортом и Дейлой, домой. Весь ритуал происходил в совершеннейшем молчании. На все выходные родственнички исчезали, а девочка исследовала дом. Побывала в комнатах Эрика и Ноэля, обалдев от того как сильно их апартаменты отличаются от её. Там было просторнее и интерьер гораздо богаче. Подавив вспыхнувшую зависть, Василиса тогда решила наведаться в комнаты близняшек попозже. Конечно внутрь её никто не приглашал, девочка просто вскрыла замок отмычкой из шпилек. Каждая детская комната в доме могла запираться изнутри, и чтобы открыть снаружи, нужен был ключ. Ключи от всех спален были у Азалии. Взламывать комнату няни или красть ключи, Огнева не решилась, но на всякий случай запомнила в какой карман женщина их обычно ложила.       Конечно, в тот раз, когда Василиса сбежала после школы, её отругали. Но наказания как такового не было, карманные деньги выдавать не перестали, а потому она продолжала так делать. Эрн недовольно хмурился, каждый раз делал ей замечание и каждый раз она кивала в ответ. И снова сбегала. После школы или занятий гимнастики они с Алиной просто выходили через чёрный вход и гуляли по городу.       Жизнь потихоньку налаживалась.       А спустя две недели после переезда наступило полнолуние.

***

      Первое, что Василиса почувствовала, это — холод. Открыв глаза, девочка поняла, что причина в открытом окне. Вот только, она совершенно не помнила, когда успела встать с кровати и даже подойти к окну.       «Неужели я хожу во сне?»       На дворе была глубокая ночь. В чёрном небе ярко светила луна, поблескивали звёзды. Василиса скосила глаза вниз. Её руки тоже светились, чем-то голубым и немного блестящим.       «Не припомню, что бы у людей была способность к биолюминесценции.»       Девочка аккуратно провела светящейся ладошкой по воздуху. Пространство вокруг ладони тоже начало светиться, оставляя длинный хвост как у кометы. На мгновение даже показалось будто в ладошке она увидела маленькие цифры.       Василиса медленно моргнула.       Она лежит в кровати, солнечный свет слепит в глаза.       Это был... Сон?