Глава 1. Часть 22
23 декабря 2025 г., 21:20
Души
— …Трандуил, всё это так не кстати… — её голос едва различимо дрожал, растворяясь в ночном воздухе, тогда как тело отзывалось немым, предательским блаженством. В его объятиях было спокойно — тепло, уверенно, почти до забвения. И вместе с тем — пугающе многообещающе.
— Ты права, — хрипло выдохнул эльф ей на ухо, — но мне слишком трудно устоять.
Его руки, одновременно бережные и властные, мягко развернули Сумрель к себе. Она прижалась лбом к его груди, слыша ровный, глубокий ритм сердца. Взгляд короля был тёмен и бездонен, словно ночной лес под звёздным небом.
— Твоё сердце пылает о многом, — тихо продолжил он, — о слишком многом… но не о том, что ты говоришь сейчас.
Его пальцы почти невесомо скользнули по её лицу — бледному, как лунный свет. Казалось, сама луна рассыпалась по балкону, запечатлевая её присутствие тонким сиянием. Трандуил медленно приподнял её подбородок, заставляя взглянуть на себя. В этот миг желания и чувства сметали его привычную холодную сдержанность, оставляя лишь живого эльфа, а не короля.
— …Я не хочу, поддавшись эмоциям, потерять настоящее, — едва слышно прошептала Сумрель, упираясь тёмным, полным сомнений взглядом в его глаза. — С тобой невозможно мыслить здраво… и оставаться наедине с тобой — тоже опасно.
Она слабо усмехнулась, и в её глазах вспыхнули десятки звёздных огоньков, будто ночное небо на миг решило поселиться в их глубине.
— Опасно, но не смертельно, — с лёгкой усмешкой заметил Трандуил. Сейчас на его лице не было и тени тягостных дум или королевского напряжения. Светлый лик притягивал взгляд — спокойный, открытый, поистине прекрасный в своей естественности.
— Я бы поспорила насчёт последнего, — слабо рассмеявшись, ответила Сумрель и положила ладони ему на грудь. Лицо её просветлело, словно она позволила себе редкую лёгкость мгновения, не обременённую страхом будущего.
— Спорить у тебя получается крайне плохо, Сумраэль, — подхватил он её настроение, повторяя интонацию тихого смеха.
Эльф неспешно наклонился к ней, осторожно сокращая расстояние, будто давая возможность отступить — и в то же время не оставляя сомнений. Их губы мягко нашли друг друга. Близость была невесомой, почти безмолвной — как обещание, смысл которого Сумрель ещё не умела назвать.
Он целовал её бережно, словно опасаясь причинить боль, и в то же время в его прикосновениях чувствовалась уверенность. Между ними тихо пело тусклое сияние её тела, переливаясь в ночи, а над головой раскинулось чёрное небо, усыпанное сотнями холодных звёзд.
Тишину королевства нарушил шорох крон могучих деревьев. Лес словно ожил, глубоко вздыхая, разнося своё древнее звучание по всем землям Лихолесья.
В этом мгновении тонули годы. Странница, едва выдыхая в губы короля, опустила глаза. В его руках было так надёжно, что не хотелось думать о грядущем — ни о завтрашнем дне, ни о неизбежном. Не хотелось покидать то тепло, которым сейчас Трандуил окутывал её, словно оберегая от всего мира.
Она знала: совсем скоро холодная, непроницаемая маска вновь ляжет на его лицо. Он снова станет тем королём, которого чтят и боятся лесные эльфы. Но только ей одной будет ведомо, каким он бывает в другие минуты — редкие, молчаливые, лишённые величия и власти.
Мысль о прошлом внезапно резанула это блаженное забытьё. Перед внутренним взором встал лик мёртвой Королевы Лихолесья — острый, беспощадный, словно ожог. Сумрель похолодела, губы её невольно сжались. Взгляд короля, казалось, всё ещё блуждал в лёгкости ночи, не замечая перемены. Его руки мягко скользили по её спине, обнимали, будто обещая покой и вечный мир.
— Ночь сегодня чудесная, — тихо и лениво произнёс Трандуил. — Почему ты прячешь от неё свой взор?
— …Я не прячу, — с лёгкой усмешкой ответила Сумрель. — Просто на миг стало так спокойно… и лениво.
Она подняла лицо к небу. Из его объятий не вышла — он по-прежнему держал её рядом с собой. Лицо странницы белело в лунном свете, взгляд скользил по синеве звёзд и холодному сиянию луны. Ночь и вправду была сказочной. Сумрель старалась унять тихий укол сомнения и совести.
В конце концов, прошлое навсегда остаётся прошлым.
— Я отправлюсь с тобой к Одинокой горе, — вдруг произнёс эльф.
Странница резко подняла на него взгляд. Лицо короля не выдавало ни единой эмоции — лишь безупречная белизна и строгая чёткость черт, словно высеченных из мрамора.
— Вполне возможно, что гномы, если уцелеют, заупрямятся, — продолжил он ровно. — Они всегда так поступают. Потому для пущего убеждения небольшое войско не помешает.
Уголки его губ подозрительно — и опасно — приподнялись. Трандуил опустил взгляд на Сумрель.
— Но если что-то пойдёт не так, я отзываю своих эльфов, и мы покидаем земли гномов. И ты тоже, — закончил он твёрдо, не оставляя пространства для возражений.
— …Войско? — Сумрель изогнула бровь, внимательно глядя на него. — Трандуил, не думаю, что это настолько разумно. Всё же их меньше… — она скептически усмехнулась, и в глазах мелькнула хитринка. — Или ты боишься тринадцати гномов?
— Уверяю, сейчас ты почти наговорила себе на повечное заточение в глубине темницы моего дворца, — с усмешкой ответил он.
Трандуил снисходительно вздохнул, нежно провёл ладонью по её щеке и затем осторожно отступил, направляясь к винному столику. В тот же миг стало холодно — слишком холодно — без его рук.
— Выдвинемся на рассвете следующего дня. А сейчас — ложись отдыхать, — произнёс Трандуил. — Завтра тебя ждёт встреча с твоими подопечными. Постарайся вновь вернуть их доверие, как и в прошлый раз.
Он наливал себе вино легко и неспешно, как делал всё — в каждом движении жила безупречная, почти безмятежная грация, отточенная веками.
Сумрель развернулась и в упор посмотрела на него. Сделала шаг ближе, всё ещё держа в руке бокал.
— Ты… позволяешь? — её улыбка была неровной. Внутри же поднимался тревожный холод. Как они посмотрят на неё после того, как она ушла? Обрадуются ли встрече? И сколько сил потребуется, чтобы вновь завоевать их доверие?
Полумрак покоев сомкнулся вокруг неё.
Трандуил, заметив выражение её лица, сдержанно, но вполне искренне усмехнулся.
— Вполне возможно, что твои старания приведут тебя к званию, — небрежно заметил он. — Подумай об этом.
Эльф лениво отпил из бокала.
Сумрель молчала, подбирая слова, но вместо ответа лишь нахмурилась — понимание пришло внезапно и неприятно.
— Трандуил… ты слишком жесток к Тауриэль.
Она подошла к винному столику и поставила бокал. Взгляд короля неотрывно следил за каждым её движением.
— Она предала свой народ, — спокойно ответил он. — Предпочла почти мёртвого гнома. И, вполне возможно, разбила сердце моему сыну.
Голос был ровным, но под ним звучала сталь.
— Никто из нас не способен управлять своими чувствами, — устало возразила Сумрель, покачав тёмной головой. Она смотрела на него — красивого до боли.
— Чувствами — нет, — мягко, почти поучающе ответил Трандуил. — А вот поступками — вполне.
Он поставил бокал и направился к постели.
Только теперь Сумрель по-настоящему обратила на неё внимание. Ложе было огромным, утопающим в тёмных шелках; корни, вплетённые в стену, образовывали внушительное изголовье. Дорогие покрывала и подушки — лучшие ткани, без сомнений, из земель Лотлориэна.
— Выбрось из головы ненужные переживания, — бросил он через плечо. — Мы достаточно взрослые, чтобы нести ответственность за свои деяния. Ложись спать, Сумраэль.
— Может, ты и прав… — она сделала шаг к нему и замялась. — Но всё равно это жестоко. Куда она пойдёт, если дом от неё отвернулся?
Трандуил снял халат с плеч, и тот тяжело, почти торжественно растёкся по полу.
Сумрель замерла.
Белизна его тела резко выделялась в полумраке, под гладкой кожей угадывалась сила, сдержанная и выверенная. Белые волосы свободно спадали на спину, скрывая её крепость. Сумрель резко отвернулась, чувствуя, как вспыхивает лицо. Ей определённо стоило уйти.
— Доброй ночи, Владыка, — тихо произнесла она, направляясь к выходу. Сердце колотилось, словно загнанный зверёк.
— Предпочла свою постель? — в его голосе явственно прозвучала усмешка.
Она кивнула, не оборачиваясь.
— Уверена?
Сумрель остановилась у двери, пальцы сомкнулись на золотой ручке. Она всё же посмотрела на него.
— Я чувствую, как ты издеваешься надо мной, Трандуил.
Теперь она слишком хорошо знала, что король не утруждает себя одеждой во сне.
— Я буквально этим и занимаюсь, — рассмеялся он, укладываясь в постель и небрежно прикрываясь бархатными одеялами.
— Для старого короля ты ведёшь себя по-мальчишески, — бросила она, гордо вскинув подбородок.
Её взгляд всё же скользнул по нему — и Сумрель поспешно скрылась за дверью, слыша за спиной негромкий, роскошный смех Владыки Лихолесья.
Примечания:
✨ https://pin.it/32BEUTNn5
