Глава 1. Часть 29
29 декабря 2025 г., 17:18
Тьма Эребора
Утро подступало издевательски медленно. Эльфийка не двигалась вовсе, дожидаясь момента, когда Торин уйдёт. Казалось, она вот-вот сойдёт с ума. Сумрель начинала слышать шорохи, которых не существовало, и чувствовала, как разум здесь медленно мутнеет. Тихо сглотнув, она опустила голову на колени и терпеливо прислушивалась — в этом месте невозможно было понять, что происходит за стенами Горы.
Откуда-то донёсся голос Балина. Он звал Дубощита, и тот, словно с трудом возвращаясь в реальность, медленно поднялся с трона. Уходил Торин неспешно, напоследок окинув золото взглядом, полным обожания, жадности и болезненной любви.
Она осталась одна.
Как только шаги Торина оборвались где-то вдали, эльфийка резко сорвалась с места, обходя колонну. Тело ныло от многочасового неподвижного ожидания, но движения оставались стремительными и точными. Камни стояли перед взором, они манили своим светом.
— Камни Ласгален… — прошептала она, останавливаясь перед ними.
Они мерцали, словно звёзды, пусть и не столь яркие как она думала. И всё же — драгоценности выдающейся красоты, невероятно бесценные. Сумрель различила ожерелье из них и россыпь мелких камней впридачу. Никто не говорил, что их будет так много, они кучей лежали перед ней.
Стряхнув руки, холодно дрожащие от напряжения, странница быстро осмотрелась.
Пора было выбираться из этого места.
Ожерелье было холодным, но почти не ощущалось на теле. Эльфийка аккуратно накинула его на шею, стараясь не двигать остальные камни, которые тут же могли посыпаться росой на золото. Сумрел горстями высыпал те себе на грудь, заполняя собой всё пространство под кожаными доспехами. Попытка скрыть эту драгоценную находку плотной кожей одеяния под горло оказалась невыполнимым: красота этих камней была неописуема, но огранка отсутствовала, и их количество царапало кожу — мягко говоря, было крайне неудобно и больно. Морща нос, Сумрель забирала до последней росинки этих камней прислушиваясь к окружению. Сердце её билось холодно, но куда мощнее обычного. Закончив прятать в себе эти самоцветы, эльфийка десяток раз пожалела что решилась на это, но все же наконец то быстро унеслась прочь из проклятой сокровищницы, ловко обходя коридоры и ходы, где могли находиться гномы.
Уже поднимался рассвет. Она видела первые лучи солнца у врат и остановилась при угле коридора, прислушиваясь. Выход был так близко, но все гномы собрались здесь, словно нарочно преграждая путь.
Сумрель терпеливо прилипла спиной к стене, сливаясь с тенью коридора. Гномы сидели на валунах и камнях, дожидаясь судьбы. Торин был среди них, глядя точно на заваленные камнями ворота. Он знал, что эльфы и люди явятся — и так оно и было. Стук сотни ног, звон доспехов, топот копыт — всё это сливалось в единый ритм приближающейся опасности.
Сумрель закрыла глаза. Она знала — это Трандуил и Барт. С ними войско её тренированных эльфов и люди со стороны Эсгарота. Оно не отступят, как и гномы. Все это может закончиться кровью.
Гномы, по звуку шагов, взошли на бастион. Послышался натянутый лук, щелчок тетивы, и стрела вонзилась в камень рядом. Странница повернула лицо к выходу, хмуря брови отчетливо слыша все.
— Болваны… — прорычала она про себя.
— Следующую всажу между глаз! — громко выкрикнул Торин, и гномы рядом поддержали его бодрыми голосами.
«Болваны…» — процедила она себе в голове.
Нужно было выбираться. Находиться здесь эльфийка больше просто не могла. Хотелось свежего воздуха, выбежать к солнцу. Эребор давил и угнетал. Её место среди эльфов, а не в тени проклятой горы.
Сделав шаг вперёд, она выглянула из-за угла коридора. Все гномы смотрели вниз — и вдруг резко и неожиданно пригнулись, скрывая головы. Сумрель услышала, как в унисон зазвучали луки и стрелы со свистом покидали колчаны.
Она усмехнулась. И тут раздался голос. Ох, как она обрадовалась ему, и как сердце рвалось к нему. Всего лишь ночь без этого эльфа, а казалось — целая вечность.
«Дура обезумевшая…» — мысленно укорила себя она.
— Мы хотели сказать, что твоё предложение оплаты было получено и принято, — проговорил Трандуил легко и уверенно.
Сумрель не понимала, о чём речь, но гадать времени не было. Она вышла из своего укрытия, осторожно подходя к гномам всё ближе. Ни один из них не обращал внимания что происходит за их спинами — все внимательно слушали эльфа.
— Какой оплаты? Я ничего вам не давал! — злился Торин. Волнение ощущалось в каждом его движении, гном старался держаться камнем. — У вас ничего нет!
— У нас есть это! — голос Барта прозвучал твёрдо.
Сумрель очень хотела увидеть, что именно он достал. Но, услышав крики и возгласы гномов, сама не на шутку удивилась вскинув тонкие брови.
— У них Аркенстон! Воры! Откуда у вас святыня нашего народа?! Этот камень принадлежит королю! — кричал Кили, в нём бушевала ярость. Все гномы в унисон гневались подобно Кили.
— Король может забрать его, с нашего позволения. Но сперва пусть сдержит своё слово, — уверил Барт.
Сумрель в это время подкрадывалась, словно тень, всё ближе к гномам. Они были полностью поглощены ситуацией, не веря собственным глазам. Ей нужно было проскользнуть мимо. Если её заметят — бой будет неизбежен. Она не хотела поднимать меч на них, какой бы путь ни был открыт.
— Они держат нас за глупцов. Это обман. Грязная ложь. Аркенстон не покидал эту гору! Это обман! — рычал Дубощит. В нём кипели гнев, страх и подозрительность. Он ходил туда-сюда, постоянно наблюдая за эльфами и людьми, словно разъярённый волк.
— Нет, это правда, — голос хоббита, Сумрель устремила взгляд на Бильбо. Она замерла у ступеней бастиона. Бильбо стоял между гномами, глядя на Торина, и в его глазах светилась непоколебимая уверенность.
Торин стоял спиной к нему, не спеша глянуть на друга, которого когда-то считал таковым. Видимо, это его болезненно задело. Он медленно развернулся, взгляд полон боли и разочарования.
— Ты… жалкий вор, — тихо и зло проговорил Дубощит. Вся сила его дружбы вмиг испарилась; затуманенный ум не давал ясно мыслить. Сейчас для него почти все было врагами.
— Я хотел отдать тебе его. Много раз хотел, но… — Бильбо опустил глаза, пытаясь объясниться.
— Но что?! — не выдержал Торин и взревел. Гномы рядом лишь переглядывались, не веря собственным ушам. Но, по правде говоря, Сумрель видела у многих в глазах понимание.
— Ты изменился, Торин. Очень сильно, — чётко выговорил Бильбо, не отводя взгляда.
— …Скинуть его с бастиона, — произнёс Торин, и гномы замерли. Никто не осмелился выполнить сказанное.
Дубощит вскипел, хватая гнома одного за другим под руку. — Это приказ! — ревел он, и в глазах его плясало горькое безумие.
Никто не ослушался короля под горой.
— Тогда я сам это сделаю! — заключил Торин и быстро схватил Бильбо за грудки, поднимая над оградой бастиона.
Гномы всполошились, хватая Торина за руки, пытаясь оттянуть его, крича, умоляя одуматься.
Сумрель ощутила, как сердце забилось чаще. Эльфийка рванула вверх по нескольким ступеням, держась рукой за холодную стену. Камни медленно, но уверенно царапали кожу груди под тканью, напоминая о своей тяжести и количестве.
— Если тебе не нравится мой взломщик, прошу, не причиняй ему вреда! Верни его мне! — голос Гэндальфа, как гром, прокатился по Эребору вынуждая стены подрагивать. Волшебник спешил вперёд, минуя эльфов, грозя гномам одним лишь тоном.
Он подошёл к Трандуилу и Барту, не сводя взгляда с Дубощита.
— Пока что ты ведёшь себя не так, как подобает королю под горой, Торин, сын Траина! — строго сказал он, видя, как Торин медленно отошёл от хоббита.
Бильбо мгновенно кинулся к перекинутой наружу верёвке, хватаясь за неё и спускаясь вниз.
— Никогда больше не буду связываться с волшебниками! И с крысами из Шира! — кричал Торин, возмущённо размахивая руками.
— Так мы договорились? Мы вернём Аркенстон в обмен на обещанное! — снова прозвучал голос Барта. Все держались надежды, что благоразумие всё же восторжествует над гордыней и гневом гномов.
Торин заметался по бастиону, резко скользя из стороны в сторону, словно загнанная лань.
— Зачем мне выкупать то, что по праву моё?! — выкрикнул он, глядя вниз.
Сумрель почти вплотную подкралась к гномам, прижимаясь спиной к холодной стене. Ещё пара шагов — и она сможет свернуть, бесшумно скользнув под колонной бастиона. Гномы были слишком раздосадованы и злы; её сейчас совсем не замечали. Удача это или нет — странница не знала, но была ей заранее благодарна.
— Оставь камень себе, продай его. Викталион из Гондора хорошо за него заплатит, — раздался голос Трандуила.
Как же она любила этот голос. Среди напряжения и гнева он казался выступом в скале, за который можно ухватиться. Лёгкий, уверенный, почти насмешливый.
— Я убью вас! Клянусь, я убью вас всех! — взревел Дубощит, едва услышав слова эльфа. Он заметался, расталкивая гномов.
Те тоже были недовольны, но состояние Торина пугало куда сильнее, чем угрозы врагов за стенами.
— Твоя клятва ничего не стоит! — грозно крикнул Трандуил, и слова его холодом пронзили сами стены.
Сумрель видела, как он смотрел на них. Его глаза — столь красивые — сейчас вызывали страх. Если он и заметил её, то вида не подал.
— Я услышал достаточно, — спокойно произнёс король.
Сумрель различила топот копыт его оленя.
— Торин! Сложи оружие. Отвори ворота! — взывал Гэндальф, тревожно глядя на гнома. — Эти сокровища погубят тебя!
В ответ повисла гнетущая тишина. Торин, казалось, действительно задумался. Гномы окружили его, опустив взгляды, а странница всё ближе подбиралась к краю бастиона, почти не дыша.
— Дай нам свой ответ! Ты выбираешь мир или войну? — подал голос Барт.
В тот же миг раздалось карканье большого чёрного ворона. Он пронёсся ветром над всеми и опустился рядом с Дубощитом, внимательно глядя на него маленькими чёрными глазами. Торин усмехнулся, гордо подняв голову, и повернул её к горизонту холмов, где уже сияло солнце. Оттуда доносились тяжёлые шаги, топот и звон металла.
Гномы Железных Холмов пришли на зов Короля под Горой.
— Я выбираю войну, — сказал Торин. Не громко, но услышали все.
Видя войско Железностопов, Сумрель потемнела. Не желая тянуть дальше, эльфийка спрыгнула с бастиона. Несколько гномов, заметив её, метнулись вперёд, глядя вниз. Странница шла к эльфам, как ни в чём не бывало, уже не слыша осуждающих криков и проклятий за спиной. Впереди ждала война — терять было уже нечего. Она усмехнулась, видя, как войско эльфов быстро выстроилось, защищая Трандуила.
Он возвышался над ними, сверкая серебром доспехов и белыми волосами. Она направилась к нему, мимо Гэндальфа и хоббита, слыша их удивлённые слова:
— Железностоп…
Эльфы пропускали её, ловко выстраивая узкий проход. Сумрель шла быстро, слегка дернув уголок губ из-за ощутимого жжения на груди. Камни медленно терзали её кожу. Окинув темными глазами своих подопечных, она видела готовность в их взглядах. Трандуил смотрел прямо перед собой, взгляд его искрился серебром и готовностью к бою. Сумрель коснулась его ноги рукой, и король опустил к ней лицо и глаза. Заметив её рядом, эльф оценочно окинул Сумрель взором, затем вновь поднял взгляд к гномам.
— Я рад, что ты цела, — коротко сказал Трандуил, наблюдая, как Даин Железностоп мчится к ним верхом на кабане.
— я натерпелась мучений. — вздохнув эльфийка устремила взгляд туда же, видя лишь большую проблему.
— Э-эй, То-орин! — весело закричал Даин, размахивая молотом в воздухе.
Гномы на бастионе ответили ему бодрым кличем.
— Доброго утра! Как ваше ничего?! — продолжал он, резко осаживая кабана на небольшом выступе холма. — У меня к вам небольшое предложеньице, если согласитесь уделить мне малость времени.
Он выдержал короткую паузу, оглядывая всех собравшихся.
— Будьте любезны убраться отсюда! Вы все. Прямо сейчас! — заорал он.
Гномы Эребора и Железных Холмов поддержали его громкими криками одобрения.
— Всем стоять! — громко отозвался Гэндальф, стремительно выходя вперёд из строя и приближаясь к Даину. — Зачем же так грубо, владыка Даин?
— Гэндальф Серый… — узнав его, гном слегка сощурил глаза. — Вели этому сброду уйти, или я окроплю эти земли их кровью, — угрожающе поднял он топор.
— Незачем затевать войну между гномами, людьми и эльфами! — возразил Гэндальф. — Легионы орков уже на подступах к Горе. Отзови своё войско!
Сумрель тем временем удачно выхватила свою лошадь из скопления людей, окружённых эльфами. Она заметила её там лишь из-за недовольного фырканья, кто-то хотел прибрать её к своим рукам. И все же.. Кто именно додумался прихватить её с собой — было неясно, но идея оказалась как нельзя кстати. Странница вывела коня вперёд, почти с того же места, откуда выступил волшебник.
Она держалась поодаль от людей, ближе к эльфам, которые молча ждали приказов за её спиной. Полночь шумно выдыхала ударяя копытом по земле. Ей не нравилось гномы, как и многим здесь. Сумрель слабо погладила ту по шее, наблюдая за разговором волшебника и кузена Торина. Слова Гэндальфа всколыхнули в ней волну беспокойства. Бросив взгляд в указанном направлении, эльфийка слегка нахмурилась. Всё происходящее всё больше походило на одну сплошную, смертельную ошибку.
— Я не отступлю перед какими-то там эльфами! — выплюнул Даин, глядя прямо на Трандуила. — Тем более перед трусливой лесной феей! — заорал он. — Он желает зла моему народу! Если он посмеет встать между мной и моими братьями — я раскрою ему башку!
Трандуил усмехнулся глядя на гнома, его дерзость однозначно раззадоривала в эльфе желание проучить их. Грозно размахивая топором и осыпая всех яростными обещаниями, Даин развернул кабана.
— Посмотрим, как он тогда будет улыбаться!
— Даин, стой! — крикнул ему вслед Гэндальф.
— Ну что ж, посмотрим, на что вы способны, — холодно проговорил Трандуил с лёгкой усмешкой, словно всё происходящее искренне его забавляло. Он говорил нарочно громко — так, чтобы Даин услышал. Сумрель бросила на короля короткий взгляд и недовольно сжала губы. Ситуация стремительно превращалась в дешёвый театр — и это ей не нравилось. Мысли занимали вести о армии орков.
— Думаешь, я испугаюсь твоих угроз? — отозвался гном, спеша к своим воинам. Он обернулся, окинув всех вызывающим взглядом. — Остроухая ты принцесса! Слыхали, парни? К бою! Выбьем всю дурь из этих мерзавцев!
Безостановочные оскорбления, что лились изо рта гнома, вырвали странницу из оцепенения и разожгли в ней гнев. Взгляд её затянуло тьмой, а в руке уже сжимался лук. Выхватив Сумрель из рук воина, стоявшего рядом, она за считаные секунды со свистом пустила стрелу. Первая угодила Даину точно в шлем. Война уже набирала обороты, и, не видя смысла в любезностях, она делала то, что умела лучше всего — убивала. Но даже это было лишь предупреждением.
Гном резко развернулся, вытаращив глаза, полные ярости, выискивая лучника. Сумрель уверенно держала в руках золотой лук, наводя вторую стрелу прямо на него. Её глаза тлели холодной чёрной сталью — страха в них не было. Лишь гнев. Никто и никогда не смеет поносить короля подобными речами.
— Вторая — точно между глаз, Даин, — холодно бросила она, и её голос прокатился по войскам ледяным обещанием.
Тот взревел, вскидывая молот, и его крик рассыпался по долине эхом гномьего языка.
— Дрянная безродная эльфийка! — заорал Даин, указывая на неё молотом.
С этим кличем он дал волю своим воинам, и те пришли в движение, словно безумная буря из стали и плоти. Земля под ногами задрожала.
Трандуил молча взглянул на странницу, заметив её ярость. Её поступок лелеял его уверенность в ней, но и тонкие отголоски восхищения в этой женщине честно легли на сердце. Приподняв лицо король спешно покинул колоны воинов, олень его оббегал их стремясь к стоявшему у главе людей Барту.
— Придержи своих людей. Я сам разберусь с Железностопом, — сказал король.
Развернув оленя, Трандуил ринулся вперёд — легко, уверенно, с той непреклонной решимостью, что отличает истинного лидера. Ни тени сомнения, только холодная воля и полная уверенность в победе. Армия эльфов двинулась за ним, словно единый организм: длинные линии щитов образовывали непробиваемый заслон, а лучники натягивали тетиву, готовые выпустить стрелы в любой момент. Воины ждали приказа, напряжение висело в воздухе, как натянутая струна. Сумрель наблюдала за слаженной работой эльфов: битва начиналась быстро, стремительно, и в этом хаосе каждый знал своё место.
Но взгляд её невольно скользнул к горам у Дейла. Руки похолодели, словно в них проникал настоящий лёд. Что-то мешало отвести глаза, и в груди росла тревога — непреодолимая, ядовитая, отравлявшая каждый вдох.
Стрелы трещали над полем боя, и Сумрель подняла взгляд к небу. Вертушки гномов разрывали эльфийские стрелы на куски, и осколки стали с глухим грохотом падали на землю, калеча и разбрасывая воинов Трандуила. Она замерла, оцепенев от ужаса, бросив взгляд на короля — на его лице играло удивление. Гномы ликовали, и стрелы вновь сыпались в воздух, неумолимые, беспощадные. Сердце Сумрель забилось сильнее, гулко, как барабан.
«Как они посмели…» — шепот разлетелся в её сознании.
Взгляд её упал на гномов, сошедших с мечами и топорами на эльфов. Сталь заскрежетала, стрелы свистели, и Сумрель поняла: минуты промедления нет. Соскочив с лошади, она влетела в вихрь сражения. Мечи закружили черным смерчем, сверкая золотом доспехов и серой сталью гномов. Она рубила, калечила, не стараясь контролировать смертоносный танец клинков. Каждый павший эльф был ножом по её сердцу.
Сумрель прорывалась к королю, отбрасывая мечи и топоры гномов. Они были яростными бойцами, и в этом она испытывала к ним уважение.
Трандуил стоял в окружении своих эльфов. Эриндор и Галвен метались вокруг него, прикрывая короля, отражая атаки врага. Странница была неподалёку, поднимая и опуская мечи, ощущая запах крови, впивающийся в лёгкие. Команды Трандуила разносились над полем боя, его голос с гневом и решимостью пытался сломить сопротивление гномов, а сама битва превращалась в адский танец стали и ярости.
Этот гнев из железа и гордости королей длился лишь мгновение. Земля задрожала, загудела под ногами, вынуждая всех обернуться к горам. Воины замерли, словно застыла сама жизнь; оружие медленно опустилось, а тишина, густая и тяжелая, давила на плечи. Гул лишь усиливался, и скрежет гор становился невыносимым — словно сама земля пыталась разорваться.
Сумрель выдернула мечи из тела гнома и резко шагнула в сторону звуков. Глаза её почернели от сосредоточения, она не моргала, устремив взгляд вперед. Трандуил стоял всего в нескольких шагах, мрачно глядя в ту же сторону.
Из гор ринулись чудовища — две огромные твари, пожирающие скалы, разрывающие каменные массивы. Сумрель отшатнулась, ужас распахнул глаза. Гномы вокруг среагировали мгновенно, забыв о врагах эльфов: волной они навалились на чудовищ, стараясь сдержать зло.
— Черви-оборотни… — прошептала эльфийка, затаив дыхание, когда из чернеющих проходов гор они медленно исчезли, вместо них хлынула тьма — орки. Армия, ревущая, скрежещущая, срывающая землю под ногами.
Эльфы мгновенно построились в ровные колонны, молча наблюдая, как войско железностопов растекалось в линию, щиты образовывали непробиваемый барьер. Трандуил смотрел холодно, но напряжение читалось в каждом его жесте. Там была тьма, зло расползалось, и он знал: гномы погибнут, если вступят в бой. Но торопиться он не собирался.
Эльф оказался рядом с Сумрель; олень мягко ткнул мордой в её плечо. Странница вздрогнула от касания и подняла испуганный, изумлённый взгляд на короля. Грудь горела пламенем, а сердце билось бешено внутри, словно хотело вырваться наружу.
— Что нам делать?.. — тихо спросила она, сжимая в руках чёрные, окровавленные мечи.
Примечания:
https://pin.it/2SQIdjQev
https://pin.it/6h3gR7Lze
https://pin.it/5QDLikHi9
