Глава 2. Часть 32
30 декабря 2025 г., 18:23
О смерти: Месть
Торин ринулся вперёд, прямо в гущу орков. Они заполняли собой замёрзшую реку и ходы крепости, вылезали из всех щелей, будто сама гора изрыгала их. Мечи рассекали морозный воздух, доспехи скрежетали, сталкиваясь друг с другом, а крики смешивались с воем ветра.
Странница бросилась следом за Дубощитом. Он нёсся к Азогу — туда, где Кили уже сошёлся с врагом. На фоне белого снега и голубого льда тёмные фигуры отчётливо выделялись на поле битвы, но их было мало. Слишком мало, чтобы сдержать этот поток.
Сумрель отбивала орков с Вороньей высоты. Они шли на неё цепью, один за другим, спускаясь по склону, скользя по льду, падая и вновь поднимаясь. Торина же прижимали к обрыву реки: там холодный ветер беспощадно рвал волосы и пробирался под доспехи. Вырваться из кольца тварей было непросто, а подобраться к Дубощиту — ещё сложнее.
Где-то здесь скрывался их предводитель. Одна лишь мысль об этом вырывала из горла странницы яростный крик, когда клинок её рассекал плоть, ломал кости и делил врагов надвое.
Эта трусливая тварь пряталась в тумане и снежной пелене, за спинами своих воинов. Выжидал ли он лучший миг для удара? Для подобной мерзости это было вполне в духе. В мордорской грязи не рождалось даже тени достоинства.
Снег под ногами эльфийки вздымался вихрем, лёд трещал под тяжестью боя и тел орков, что с глухим грохотом срывались вниз. Вдруг Сумрель уловила свист стрел. Она резко обернулась, взгляд метнулся к башням.
Среди их полуразрушенных силуэтов она заметила фигуру — точную, уверенную, будто высеченную из самого ветра. Леголас. Он явился внезапно и как нельзя вовремя. Его стрелы с хищной точностью сбивали орков, расчищая для Торина путь через реку. Без него всё могло закончиться иначе.
Эльфийка тяжело выдохнула, и пар клубами вырвался изо рта. За спиной уже подбирался орк. Меч свистнул — и тот рухнул замертво в снег. Сумрель даже не обернулась.
Впереди, сквозь пургу, проступила фигура Белого орка. Азог приближался, сливаясь с вихрем снега у подножья крепости. Торин всё ещё сражался с остатками орков, не видя, как из самой бури выходит его заклятый враг.
Он не видел его. Торин не замечал, как из снежной пелены выходит смерть.
Раздался крик — пронзительный, полный боли. Голос Тауриэль. Сумрель вздрогнула и резко обернулась, подняв взгляд к часовне. Среди развалин Кили был зажат в лапах орка. Холодный клинок безжалостно вошёл гному в грудь.
Всё произошло слишком быстро. Увиденное надломило ещё один осколок в сердце странницы. Племянники Торина были мертвы.
Сумрель видела, как Тауриэль, обезумев от ярости, бросилась на орка. Они вместе сорвались вниз, покатились по обледенелым скалам к узкому выступу, соединённому с разрушенным мостом. Камни и снег летели следом за ними, исчезая в пропасти.
Позади продолжался бой. Взгляд странницы метнулся к Торину — в тот самый миг, когда Азог был уже почти рядом.
Свист чёрного меча рассёк воздух. Он летел точно в цель. Но Белый орк в последний миг отступил, и клинок с глухим звоном врезался в скалу, намертво застыв в её ледяных тисках.
Азог развернулся. Его взгляд, полный ненависти, впился в Сумрель. В руке он сжимал тяжёлый металлический шар с шипами, холодно поблёскивающий в метели.
Над головой пронёсся крик Леголаса — он выкрикнул имя командира эльфийской стражи. Краем глаза Сумрель увидела, как эльф уже мчится прочь, к Тауриэль, исчезая среди снега и камня.
Торин, снеся голову последнему орку, обернулся и наставил клинок на Азога. Они начали ходить по кругу, не сводя друг с друга глаз. Но Белый орк не стал выжидать.
Его удары обрушивались с яростью. Лёд под ногами гнома трескался и расходился, уходя в чёрную холодную воду. Торин отбивался достойно, но силы его таяли. Израненный, он уходил от ударов, словно вычерчивая в уме последний, безумный план гибели врага.
Под тяжестью их тел лёд качался, стонал, грозя обрушиться. Удары Азога становились всё яростнее. Очередной толчок — и Торин рухнул на лёд, тяжело дыша.
У самого края замёрзшего водопада он смотрел, как Белый орк медленно подступает ближе.
Сумрель рванулась вперёд. Её шаги едва касались разрушенного льда, словно она летела над ним. Она видела, как орк наводит клинок вместо конечности на гнома — этого нельзя было допустить. Нельзя было позволить Торину погибнуть.
Странница налетела на предводителя армий, как порыв ледяного ветра. Единственный меч свистнул в воздухе, грозясь рассечь череп. Азог отступил на несколько шагов, но в тот же миг схватил Сумрель за основание чёрного плаща. С рычанием, полным ярости, он сорвал её с себя и с силой отшвырнул в сторону.
Эльфийка прокатилась по льду, но ловко вскочила на ноги. Её фигура чётко чернела на фоне снегопада, а плащ, будто живой, медленно колыхался на ветру. Взгляд Сумрель не отрывался от орка. Они смотрели друг на друга, настороженные и опасные, пока за спиной твари Торин вновь не поднялся на ноги.
Клинки сплелись мгновенно. Дубощит уворачивался, наносил удары, ранил — но Азог не отступал. Река, ещё недавно скованная льдом, теперь плескалась чёрной водой между разрубленными пластами мерзлоты.
Где-то над головой с глухим грохотом рухнуло что-то тяжёлое. Сумрель резко обернулась. Шаткая башня стрелков обвалилась и застыла меж скал, у самого выступа, где лежала Тауриэль. Там же Леголас сошёлся в бою с орком, стоявшим ближе всех к Азогу.
Больг.
Мерзкая, гнусная тварь — ничем не лучше своего командира. Камни сыпались под их ногами, от ударов целые глыбы откалывались и летели вниз. Леголас двигался стремительно, уходил от атак, но удары не причиняли орку вреда. В один из мигов Больг выбил клинки из рук эльфа.
Сердце Сумрель сжалось от ужаса. Тело само рванулось вперёд, взгляд не отпускал фигуру принца. Леголас и орк рухнули внутрь башни, сорвались вниз — и та начала ломаться посередине, разваливаясь с треском.
Больг успел выбраться на уцелевшую часть. Башня держалась лишь на оголённом каркасе. А Леголас был внизу.
Камни под его ногами обрушивались один за другим. Он отталкивался от них, отчаянно цепляясь за каждый обломок, снова и снова бросая себя вверх — наперекор тяжести, наперекор самой смерти.
Сердце колотилось так сильно, что казалось — оно вот-вот вырвется наружу, застрянет где-то в горле. Странница налетела на орка бурным ударом со спины. Застигнутый врасплох, он пошатнулся и повалился вперёд.
Сумрель прокатилась по каменной стене башни, едва не переваливаясь через край. В последний миг она вцепилась рукой в выступ и, ухватив принца за запястье, резко выдохнула. Их взгляды встретились — коротко, остро, будто весь шум битвы на миг исчез.
Леголас явно не ожидал её вмешательства, но сжал её руку крепче. Рывок — и Сумрель вытянула его наверх. Не останавливаясь, не теряя ни мгновения, она развернулась и снова бросилась на орка.
Тот уже был за её спиной. Его клинки поднимались над головой, готовые пронзить и спину, и грудь.
Леголас приземлился ему на спину легко, почти бесшумно. Длинный кинжал с хрустом вошёл в череп. Больг закатил глаза и рухнул на остатки башни. Эльф отскочил на твёрдую поверхность скального выступа. А орк, увлекая за собой камни и обломки, начал соскальзывать вниз. Острые шипы его доспехов зацепили плащ странницы.
Взгляд Сумрель расширился от ужаса. Её потянуло вслед за ним. Мир сорвался вниз. Она видела лишь испуганный взгляд Леголаса — и его руку, вытянутую к ней, ту самую, что не успела сомкнуться вокруг её ладони. Она слыша как тот выкрикнул её имя.
