Альфа ты или где?
22 февраля 2026 г., 12:51
* * *
Юнги, не теряя времени даром, всё ближе и теснее притирался к Чимину, как бы невзначай закидывая ему руку на плечо, приобнимал, втягивая носом его запах. У омежки был очаровательный аромат сливочной сдобы с миндалем, и Юнги, словно в тумане, уносился в воспоминания о детстве, когда он, сбегая из-под домашнего ареста в пекарню на углу их дома, покупал себе ароматную булочку, насквозь пропитанную маслом. А Чимин, ощущая столь тесную близость, лишь застенчиво краснел, млел и таял, как сливочный крем под солнцем. В глубине души он ликовал, что смог преодолеть свои предубеждения, скромность и гордость и первым обратиться к незнакомым альфам. От внезапного звонка телефона все вздрогнули, а Чонгук без промедления ответил. За тот небольшой промежуток времени, пока Тэхён ожидал фотографию от мужа, он здраво рассудил, что сейчас не время впадать в панику и истерить. Звонить родителям — тоже не вариант. Ну, что бы он от них услышал, типа: «Я не я и лошадь не моя!» или «Пусть знает проходимец эдакий, почём фунт лиха». Ну уж нет! А потому, после некоторого размышления и окончательно успокоившись, вытирая бумажной салфеткой влажные дорожки от слёз, омега вместе с альфами решил принять условия их игры: «Пусть знают, что они тоже не лыком шиты». Омега набрал номер, который, к слову, уже успел переименовать, как «Омега Юнги», и более уравновешенным голосом выпалил: — Мне всё понятно, Гук! Неужели ты не узнал моих родителей в команде «Килиманджаро»? — Да ладно? — удивился Чонгук, судорожно пытаясь развернуть одной рукой газетную вырезку и более пристально вглядеться в лица, запечатлённые на снимке. — Ну да! Они участвовали в Международном фестивале молодёжных команд КВН в городе Сочи. Первое место разделили две команды, «Килиманджаро» из Сеула и «Красный Лис» из Владивостока. Мои родители до сих пор гордятся этой победой, и у них точно такая же фотография висит в спальне, над кроватью. — А то я в спальне твоих родителей был? — с сарказмом заметил альфа. — И вообще, как это связано со мной и с нашим неплановым путешествием? Это я уже молчу о приключениях, которые нас здесь точно поджидают. И каким на хрен образом это фото поможет нам вернуться домой? Тэ-е, — альфа вдруг плаксиво заскулил в трубку. — Я уже так соскучился! Я домой хочу, в нашу мягкую постельку, — продолжал он подвывать, вызывая хоть чуточку жалости у супруга. И Тэхён конечно же жалел мужа, ещё как жалел, и родителям мысленно возмездие обдумывал. Омега не позволял себе пуститься вместе с Гуком в рыдания, а потому в трубке раздалось металлическое: — Не скули, альфа ты или где? Я думаю, что родители этим фото дали вам подсказку. Вам необходимо найти Молодёжный центр во Владивостоке, и там вам подскажут как выйти на команду «Лисов». — Это было в лохматые девяностые! Они наверняка давно, как команда, не существуют. — Бывших КВНщиков не бывает! — попытался успокоить мужа Тэхён, излюбленной фразочкой своих родителей. — Не вешать клюв, Чон-Мины! Посмотри на моих предков, у них не только хватило энергии придумать такую многоходовочку и дотащить вас пьяных до парома. У них чёртов генератор идей и чует моя омежья попка, что это не спроста. Зуб даю, они точно что-то задумали. Я пока не понимаю, что, но вы обязаны с этим разобраться. Это проверка на вашу смекалку и прочность. Я в вас верю! — Да я им такую проверочку устрою! Да я их генератор ядерных идей взорву к чертям, вот только домой вернусь! — негодовал в трубку альфа. — Не взорвёшь, их бомбические идеи и неиссякаемая энергия ещё их внукам понадобится, — было слышно, как Тэхён улыбался в трубку. — Поэтому, просто возвращайтесь. Я уверен, что в этом городе живут замечательные люди, которые обязательно помогут вам, — в голосе его мужа чувствовалась уверенность и поддержка, что передавалась Чонгуку даже на расстоянии. — Спасибо, Солнышко моё! Что бы я без тебя делал? — Чонгук несколько раз чмокнул в трубку. — Я тоже тебя очень люблю и сильно скучаю. Будьте на связи, и да, передавай от меня Чимину огромную благодарность! Я очень хочу познакомиться с ним! Целую! Разговор был окончен, и Гуку как-то стало неуютно и тоскливо. — Ну и где искать этот «Центр»? Ни города не знаем, ни языка. Вот же задали задачку. Чонгук, отвернувшись от своих друзей, запрокинул голову назад и, глубоко вдыхая морской воздух, наполнил свои лёгкие терпким запахом соли и морских водорослей. Он старался скрыть от них и от себя свою неуверенность в том, что у них всё получится. Он вернул телефон Чимину, абсолютно не понимая, с чего начинать и куда двигаться дальше. — Если вы не против, я вам помогу! — подал голос Чимин. — Я не первый раз во Владивостоке, немного понимаю русский, даже материться чуть-чуть научился, — омега, смущаясь собственного откровения, застенчиво хихикнул. — Мы с экипажем иногда сходили на берег и гуляли по городу, так что, сориентируемся! — его оптимизм вселял уверенность и надежду. — О, Пресвятой отец Намджун, и его Святейшество папа Сокджин! — воскликнул Юнги, сложив ладони в молящем жесте. — Премного благодарен Вам, что ниспослали нам этого ангела! Всю жизнь буду помнить и восхвалять Ваши имена! Чиминь! — Ну перестань ёрничать, — смеющийся омега одернул за рукав дуркующего альфу. — Ангел мой! Заявляю, что я совершенно серьёзен: мы готовы следовать за тобой куда угодно! Хоть на край света! Лично я не возражаю даже к алтарю! — с пафосом воскликнул Юнги, согнув руку в локте и предлагая Чимину взять его под руку, словно действительно собрался вести его под венец. Троица ступила на берег, как только паром «Eastern Dream» (Мечта Востока) пришвартовался у причала Морского вокзала. Чимин уверенно вёл за собой двух альф, чьи взгляды, полные изумления, беспокойно скользили по незнакомой гавани и прилегающим к ней улочкам. Он повёл их по местам, где неоднократно и сам бродил со своей командой… По знакомому Чимину маршруту они спустились на живописную улицу Адмирала Фокина, которую местные жители называют не иначе, как Владивостокским Арбатом, — любимым местом отдыха горожан и гостей приморской столицы и одной из ее главных достопримечательностей. Здесь было приятно пройтись по брусчатке, любуясь ухоженными зданиями постройки XIX — начала XX века, заглянуть в многочисленные магазинчики и выпить чашечку кофе в одной из уютных атмосферных кофеен, расположенных вдоль главной пешеходной магистрали Владивостока. Торговцы, на перебой перекрикивая друг друга, предлагали сувениры, игрушки, разнообразный инвентарь для плавания, мороженое, холодные напитки и различные закуски. От пестрящих в глазах разноцветных палаток аппетитно пахло жаренным мясом, картошкой фри, от чего в желудках у альф предательски заурчало. Они стояли, словно приклеенные к тротуару, наблюдая за оживленной торговлей. Запахи специй и дыма смешивались в дурманящий коктейль, разжигая голод ещё сильнее. Вдруг один из торговцев с обветренным и загорелым, как у негра лицом, заметил их колебания. Он подмигнул и жестом подозвал к себе. Альфы, переглянувшись, уставились на довольно улыбающегося омегу, что согласно кивнул головой, и те нерешительно подошли к палатке. — Голодные, вижу? — пробасил торговец, вытирая руки о передник. — Берите, угощайтесь. Он протянул им шампур с сочным, дымящимся мясом. Альфы, не бум-бум по-русски и до хрена ошеломленные такой добротой, протянули руки к угощению. — За шашлык я расплачусь. Угощаю! — Чимин достал из кармана брюк купюры и протянул их продавцу. — К тому же, во мне тоже проснулся голодный хищник, намеревающийся меня сожрать, если я не дам ему… — омега взял из рук торговца шампур и потряс им перед лицами альф… — это! Компания расселась за свободным столиком под зонтиком. Морской бриз приятно ласкал их кожу, заигрывал с волосами и окутывал своим нежным объятием, донося до ушей мелодии уличных музыкантов. Ни секунды больше не мешкая, они принялись есть. Вкус был божественным. Мир вокруг словно перестал существовать. Они ели, от удовольствия зажмурив глаза, чувствуя, как благодарность к омеге переполняет их души. — У наФ в каВмане ни Вубля, ни воны, — бормотал с раздутыми от еды щеками Чонгук. Альфе так было неловко от этого, но жрать ему хотелось больше, чем думать о том, чем придется рассчитываться. Точно не ему. — Да-а, неудобно как-то. Омега и платит за альф, — смущённо вторил другу Юнги, дожёвывая свою порцию мяса. — Неудобно на потолке Шпать! ОдеяВо падает! — тут же возразил жующий Чимин. — В сложившейся ситуации, я за вас в ответе. А кому совсем неудобно — пусть считает, что я пригласил его на свидание! — улыбающийся омега так сексуально облизал свои пухлые губки, что у Юнги, сердце в трусы рухнуло, да там и осталось. — Ты ведь не против?! — и подлил масла в огонь, утерев с краешка губ альфы капельку стекающего жира и засунул палец себе в рот, облизав его. — Я-то? — за секунду слетевший с катушек Мин, от такой возбуждающей его воображение картинки, весь затрясся. Это слишком горячо! Слишком! — Совсем не против, — заикаясь ответил он. — Только надеюсь, что буду первым и единственным альфой, которого ты пригласил на свидание. Вернёмся домой, и я угощу тебя мясом собственного приготовления. Я очень хорошо готовлю мясо! — опять с пафосом закончил он. — Ловлю на слове! — улыбнулся Чимин. — А я приготовлю рагу из кимчи! Пальчики оближешь! — было похоже, что у этих двоих начался батл, кто сам себя лучше похвалит. — О-о, да у вас семейный ужин намечается?! — наблюдая за игривой перепалкой двух влюблённых (да, да, именно так) голубков, Чонгук искренне радовался за друга, у которого в личной жизни назревали нешуточные перемены. Насладившись вкусом потрясающе приготовленного шашлыка, заказав себе по мороженому и айс американо, они любовались окружающими их видами. Вдоль пляжа теснились лежаки, на которых расположились любители принимать солнечные ванны. Казалось, вот-вот ещё чуть-чуть и их отливающая бронзой кожа от палящего солнца превратится в кожуру запечённого яблока. По мостовой неторопливо гуляли отдыхающие, а мимо них носились скейтбордисты на своих досках. — Смотрите!!! — счастливо взвизгнул Чимин. — Велосипедисты! — тыкая пальцем в сторону катающихся на своих тяжёлых и крепких хромированных bmx(ах) парней. — Сам ты, велосипедист! Это райдеры! — добродушно рассмеялся Юнги и потрепал омегу по волосам на затылке. Альфы, уверенно управляя своими велосипедами, разгонялись и синхронно взлетали вверх с двух метровых рамп. Они мастерски выполняли трюки, разворачиваясь в воздухе на сто восемьдесят градусов, вызывая восхищенные возгласы и свист наблюдающих. Приземление сопровождалось оглушительными аплодисментами. Из парка аттракционов, находящегося неподалёку, раздавались весело визжащие детские возгласы. Надо сказать, что их родители, а также их кошельки тоже пищали, только успевая отстёгивать купюры, потакая детским желаниям: накататься, наораться и до беспамятства ушататься в общем. Вдоволь нагулявшись, они присели на лавочку, спрятавшись от жаркого солнца под раскидистой кроной старого тополя. — Хватит гулять. Ребята, давайте за дело! С чего начнём? — деловито начал Чонгук. — Тэ сказал, надо искать Центр Молодёжи. Чимин на ломанном русском, ну, как мог, поинтересовался у проходившей мимо парочки про молодёжный центр в городе, и как его найти. Те долго не могли понять чи китайца, чи корейца, о каком таком «Молодом» центре идет речь. Они и затылки дружно чесали, и складывали в голове 2+2, и наконец-то поняли, чего от них хотят симпатичные иностранцы. Энергично закивав головами, они написали на выдранном из записной книжки листке адрес и номер автобуса, на котором они могут добраться прямо до указанного места. Троица от души поблагодарила доброжелательную и отзывчивую парочку за помощь и направилась искать нужный им автобус.* * *
Вернувшись немного назад, они ещё позалипали на ряды разнокалиберных русских Матрёшек, что любезно были предложены иностранным туристам в качестве сувениров; всех возможных и совершенно невозможных форм самовары; расписанные под Хохлому ложки-плошки и наконец вышли на Алеутскую, где и проходил маршрут нужного им автобуса. Транспорт, как они успели заметить, ходил часто и долго просиживать задницы на пыльных автобусных скамейках им не пришлось. Ехать надо было почти через весь город, и ребята с интересом рассматривали его архитектуру, где современные застройки гармонично вписывались в его структуру и сочетались с памятниками культуры. Береговая полоса шла почти вдоль всего города, напоминая Чонгуку родной Пусан. Он немного загрустил, вспомнив о Тэхёне, но голос из динамика вывел его из грустных раздумий: — Остановка — «Русская»! Следующая — «Вторая Речка»! — сообщил приятный голос. — Выходим, выходим! — Чимин начал поторапливать и подталкивать в спину замешкавшихся у выхода альф. Они с пяток минут постояли, потупили, нарезали круголя и о чудо, оказались прямо перед огромным зданием, на котором ярко красными, ну о-о-очень большими и очень странными буквами было написано «ДОМ МОЛОДЁЖИ», а ниже, красовались множество различных вывесок, баннеров и афиш. Мин, заприметив на фасаде искомого объекта красный крест, почему-то решил, что это аптека, и сделал себе заметочку, что на обратном пути заскочит туда и прикупит очень нужную ему упаковочку резиновых изделий, ну чем чёрт не шутит, а вдруг… только… вспомнив, что баблишко у него в Корее осталось, отложил эту мыслишку до лучших времён. Подняв голову, Гук, как маленький ребёнок, тыча указательным пальцем в знакомые английские буквы, прочитал: — Zion. Чимин, а что такое «Zion»? — обернулся он на омегу. — Это как Сион, священная гора в Иерусалиме? Типа — Пуп Земли? — Это — «Иллюzion» — типа кинотеатр такой, понял? — Не-а, не понял. А разве нельзя было написать полностью на английском? Зачем так заморачиваться? Людей в заблуждение вводить. Где логика? — Нет здесь никакой логики. В этом городе вообще, Гук, нет, никакой, логики! Просто фишка у них такая. Давай, шевели поршнями. Все трое зашли в здание, и у человека в чёрной форме (наверное охрана, подумал Чонгук), Чимин как мог, путая корейский с английским и русским (у него сегодня во рту ералаш какой-то творился) спросил у немолодого охранника, есть ли тут КиВиэН? — А-а, — смекнул дедуля лет шестидесяти, что перед ним иностранцы. Альфа старой закалки, получил в школе хорошее образование и два года отучился на факультете журналистики тогда ещё ДВГУ. Однако его романтическое сердце, рождённое у самого синего моря, подсказало ему, что писать статьи — это не его призвание. Он кардинально сменил направление, доверившись судьбе и посвятив себя служению морской стихии. Неожиданно для всех охранник-полиглот зашпрехал по-английски. — Конечно есть! У нас тут это дело все любят! Пойдёмте, я вас провожу! — чем заставил остолбенеть вымотанную, как морально, так и физически троицу. Чимин с облегчением выдохнул. — У нас много команд! И дети участвуют, и кто постарше! — рассказывал словоохотливый дед, ведя их по длинному коридору. — А руководит этим отделом бывший капитан команды «Красный Лис», да вы его сейчас сами увидите. Легендарная была команда! На Международном фестивале молодёжных команд в городе Сочи они заняли первое место! Чонгук и Юнги кивали головами, краем уха улавливая смысл повествования. Почему краем, да потому что нефиг было в школе уроки английского прогуливать. Тарам-парам-пам! Да! Чимин вдруг взвился праведным гневом: — Неправда! Первое место заняла команда «Килиманджаро» из Сеула! — крылья его носа раздувались, пар только не валил. Юнги малость напрягся, не хотел бы он в этот момент попасть под горячую руку омеге и тихо-о-нечко ретировался за широкую спину Чонгука. Да, там ему показалось безопаснее. Дед охранник, аж подпрыгнул от такого заявления и с изумлением глядел на воинственно напыжившегося омегу. — Вот! Видишь? — указал он на стену, сплошь и рядом увешанную фотографиями с фестиваля, где Россияне держали главный приз победителей. — Вот! Видишь? — вступая в перепалку с охранником, Чимин также тыкал пальчиком в старую газетную вырезку, вертя её перед носом деда. На фото корейская команда также держала приз за то же самое, первое место… Дед знатно был ошарашен и задумчиво почёсывал лысину под форменной фуражкой. — Непорядок! — вкрадчиво крякнул альфа и толкнул дверь в ближайший кабинет. — Костя, тут к тебе гости, полагаю из Кореи! — он любезно пропустил любопытно озирающихся по сторонам в кабинет. — Тарахтят мне про какую-то победу на фестивале в Сочи… Разберись с ними. — Хорошо, Степаныч! Спасибо! — и высокий красивый альфа с весёлыми искорками в голубых глазах пригласил ребят пройти и присесть на диван. Молодые люди склонились в почтительном поклоне и друг за другом направились к дивану. Несмотря на то, что на их лицах была видна усталость, их глаза выражали надежду, и Костя, хозяин кабинета, пока не понимал, чем он может им помочь. Он неторопливо подошёл к столу, занял своё рабочее место и с любопытством взглянул на незваных гостей. — Слушаю вас внимательно, ребята! — приятный голос мужчины располагал к долгой и душевной беседе. Альфы переглянулись и пожали плечами, призывая на помощь Чимина, который начал рассказывать историю альф, стараясь сделать её как можно более увлекательной. Эмоционально жестикулировал руками, при этом широко улыбаясь, то вдруг строил печальные моськи, чуть ли не выдавливая из себя слезу. Артист, да и только. — И вот! — на эмоциях он буквально вырвал из рук Чонгука газетную вырезку и, звонко стукнув ею по столу, положил перед мужчиной. Константин долго всматривался в чёрно-белое изображение, а затем, поднял прищуренный взгляд на своих собеседников. Широко улыбнулся и произнёс на безупречном корейском: — Я вас понял, друзья! Мне хорошо знакомы эти лица. Откуда у вас это? — поинтересовался мужчина. Чимин, краснея от корней волос до самых кончиков ушей, в очередной раз еле сдержал себя от употребления крепкого словца, стоило ему услышать родную корейскую речь. Он тут как мог, чуть ли не на пальцах пытался изложить суть проблемы на гремучей смеси англо-русско-корейском языке (а такой вообще в природе существует?), а ведь всего-то надо было спросить человека, на каком языке ему удобно спикать. Костя, заметив явное замешательство на лицах иностранцев, поспешил его развеять. — Я учился на историко-филологическом факультете и изучал английский и корейский языки, — сразу же заявил он, чтобы избежать дальнейших вопросов и продолжил. — Когда проходил фестиваль в Сочи, из-за того, что жюри не смогли прийти к единому решению, первое место разделили между нашими командами. Они посчитали, что обе команды показали чудесную цельную игру. Корейская команда покорила зрителей, включая и жюри своей внешностью, пластикой и фирменной «дуркой» с нереальной степенью естественности. Они взорвали публику и приобрели массу поклонников своей команды. Их яркая харизма, актерское мастерство, позволило им стать явными фаворитами сезона. В них были влюблены сотни, а пока они добирались до Высшей лиги, уже и тысячи поклонников, да и просто любителей этой весёлой игры. Наша команда Лисов была ничем не хуже, ведь у нас были свои потрясающие фишки. Впрочем, всё это не помогло избежать того, что победа была присуждена сразу двум командам. Такое случается крайне редко, но я скажу вам, ребята, эта победа нас опьяняла. Запоминающаяся была встреча двух монстров клуба КВН! По окончанию игры мы долго спорили и, находясь в состоянии эйфории, договорились до того, что рано или поздно, потребуем от команды «Килиманджаро» матч-реванш. Теперь я понимаю, что эта давняя история не давала покоя не только мне одному. Наши друзья решили первыми бросить вызов, пусть даже и таким изощрённым способом! — было видно, что Костя пребывал где-то далеко. Он ностальгировал по ушедшему времени, задумчиво улыбаясь, о чем-то вспоминая, глубоко погружаясь в свои мысли и одобрительно покачивая головой. — Да! Наверно так и должно было случиться, — он посмотрел на притихших от его рассказа ребят и по-доброму улыбнулся. — Что же! Мы принимаем вызов! — в глазах бывшего капитана, не пойми от куда взявшиеся чёртики, начали отплясывать Тарантеллу. — Думаю, на всё про всё, пару дней нам будет достаточно, — заявил он уверенно. — Если капитан Ким бросил нам вызов, прости Чонгук, бросил нам тебя, то мы все вместе отправимся в Корею. И раз уж так всё замечательно складывается, полагаю вы не откажетесь стать моими гостями?! Тронутые русским гостеприимством, расслабленные дружеской беседой альфы и один потрясённый событиями омега с благодарностью приняли приглашение. Этим же вечером, уютно расположившись в гостиной дома Константина, они долго беседовали, повествуя о своих злоключениях. Юнги делился с альфой своей невероятной встречей со своей первой и единственной любовью. Чонгук с душевной теплотой рассказывал о своём любимом и понимающем муже и о том, что они в обозримом будущем станут родителями, выказывая своё возможно неоправданное опасение за малыша, которого эти ТУ-КИМЫ, изредка называя их так за глаза, обязательно научат ребёнка плохому. — Понимаю тебя, Гуки, и немного сочувствую, потому что это как раз в духе неугомонной парочки Кимов. Им явно последнее время не хватало адреналина, но поверь, в ближайшее время мы это исправим. Чимин после долгих разговоров совсем размяк, сонно зевал и тер покрасневшие от усталости глаза. Его проводили в спальню к двум очаровательным омежкам-близнецам, и вскоре он крепко уснул. Следующий день оказался насыщенным на эмоции с самого утра. Константин безжалостно разбудил Чонгука и Юнги барабанной дробью в пиОнЭрский раритет своей молодости. Чимин, отказавшийся следовать по пятам за альфами, вызвался помочь супругу Константина по хозяйству. Он быстро нашёл общий язык с малышами, и те с удовольствием повисли на красивом омеге, как новогодние шары на ёлке. Стоило альфам сесть в машину, как Константин развил бурную деятельность, совершая несколько важных звонков, возбуждено объясняя каждому собеседнику суть ситуации, в которой по воле случая оказался. Каждый раз он заканчивал разговор излюбленной фразой КВНщиков: — Ну что? Мы начинаем КВН! — объявляя сбор своей команды в 18:00. К назначенному времени кабинет Константина больше напоминал растревоженный пчелиный улей. Гудели все: альфы в полицейской форме, омеги в офисных строгих костюмах, докер и строитель в рабочей одежде, нашёлся даже один пилот дальней авиации. Стены кабинета содрогались от громкого смеха, дружеских приветствий, и во всём этом царила какая-то особая атмосфера. Ребята долго не виделись, их каждая встреча становилась настоящим праздником. В воздухе витали воспоминания о прошлых приключениях, совместных проектах и бессонных ночах, проведённых за работой. Разговоры перескакивали с одной темы на другую, словно искры от костра. Вспоминали забавные случаи, ошибки и победы, которые когда-то казались невозможными. Шутки, понятные лишь им, вызывали взрывы хохота, заполняя пространство теплом и уютом. Каждый из них прошёл свой путь, приобрёл новый опыт, но встреча в этом кабинете возвращала их в то время, когда они были одной командой, одной семьёй. И в этом единстве была их сила, способная преодолеть любые трудности. — Я очень рад, что вы откликнулись на моё предложение! — привлекая к себе внимание, Константин звонко хлопнул пару раз в ладони. — Нам предоставилась возможность восстановить справедливость, а заодно и помочь вот этим молодым людям! Они, сами того не ведая, оказались посланниками от наших друзей из Сеула! — продолжил он. — Ну что? За дело?! Громкоголосое и дружное «ДА!» эхом разнеслось из кабинета второго этажа, докатываясь до пропускного пункта Степаныча, у которого от неожиданности выпала трубка изо рта, которой он иногда попыхивал, отчаянно и безрезультатно борясь со старой боцманской привычкой. — Времени на сборы катастрофически мало! Делаем всё в темпе вальса и чётко действуем по плану! — заявил капитан. Не сговариваясь, все встали в круг и сложили по два пальца в его центр, приглашая присоединиться к ним Чонгука и Юнги, выкрикивая клятву мушкетёров «Один за всех и все за одного!». На мгновение в воздухе повисла торжественная тишина. Взгляды собравшихся были полны решимости и надежды. Этот ритуал, казалось, сплотил их в единое целое, несмотря на различия в возрасте, в характерах и нациях. Чонгук окинул взглядом присутствующих. В лицах, в глазах собравшихся он видел отражение их общей цели — победить в… ЭТОЙ… игре. Юнги уловил мысли друга и молча кивнул ему, подтверждая готовность к предстоящей схватке КВНщиков. Теперь, когда клятва была произнесена, пути назад не было. Вместе они — сила! Альфы и омеги стояли плечом к плечу. Их единство — залог их победы! Эти забавные и очень весёлые люди, заряженные на победу, излучали столько энергии и радости, что невозможно было не кипеть вместе с ними в этом котле идей. Они светились от счастья, заражая своим оптимизмом, словно на них внезапно обрушилась удача, и, казалось, освещали им близлежащие микрорайоны. Чонгук настолько проникся этой атмосферой, что ему внезапно стало понятным, почему родители Тэхёна были вот такими яркими и весёлыми людьми, людьми, с которыми никогда не было скучно, хоть иногда и о-очень проблематично. — Какие же они неугомонные! — произнёс он тихо, не переставая думать о родителях омеги, и в ту же секунду был ослеплён яркой вспышкой камеры, что удачно запечатлела его, устало улыбающегося, но абсолютно счастливого, рядом с капитаном команды «Красных лисов». Костя, обняв его за плечи, что-то весело крикнул и рядом с ними оказалась вся его команда. Новая вспышка и новое фото на долгую память.
