Игрок прошлого (Past's Player)

      Белый. Всё было белым - он умер?       Нет, смерть не должна была быть болезненной, а у него ныло всё тело, и казалось, будто его окутывает что-то холодное и вязкое. Рот Гарри наполнял металлический привкус, голова гудела.       Воспоминания о произошедшем - о драке - возвращались обрывками, и он попытался резко подняться, потянувшись за палочкой, но лишь застонал, когда резкая боль пронзила тело, вызывая головокружение.       - Я бы на твоём месте этого не делал, - раздался тягучий, угрожающий голос.       Гарри сфокусировал взгляд, когда головокружение наконец отступило, и снова опустился на подушки.        Подушки. Белые. Больничное крыло. Отлично.       Осторожно повернув голову, он уставился на кровать рядом с собой.       Загадка. Еще более восхитительная. Как долго он был без сознания? Том знал.       Он настороженно изучал другого. Теперь Гарри понял, что липкий холод вокруг него, должно быть, исходил от тех же податливых пакетов со льдом, что окружали тело Тома.       Он усмехнулся, увидев, что наследник Слизерина тоже весь в бинтах, особенно на груди. Все мелкие травмы были обработаны, но бинты на груди все еще оставались, к большому удовлетворению Гарри.       Глаза Реддла опасно сузились, но прежде чем кто-либо из них успел что-либо сказать, вошла экономка, суетясь вокруг него и проводя всевозможные обследования обоих.       - Что, что именно произошло? - спросил Гарри, стараясь говорить хриплым голосом и намеренно не глядя на Реддла. - Как долго я был без сознания? Когда меня отпустят?       Губы целительницы поджались от неодобрения.       - Вы оба были в коме последние две недели, - резко ответила она. - Что касается произошедшего, то это то, что хотели бы узнать и я, и директор.       Гарри с трудом сдержал желание сглотнуть. Из-за своих проделок с оценками он и так был в шатком положении перед преподавательским составом, и у него было ощущение, что Дамблдор всегда подозревал его в путешествиях во времени.       Во всяком случае, на уроках Дамблдор постоянно смотрел на него. Диппет, честно говоря, никогда не был им особо впечатлен.       Он… у него внезапно сжалось сердце от страха. Неужели его выгонят из Хогвартса? Судя по тому немногому, что он увидел перед тем, как потерять сознание, он разорвал грудь Тома своим заклинанием.       Не то чтобы этот ублюдок этого не заслужил… и черт возьми.       Внезапно пребывание в общественной зоне больничного крыла показалось ему, наконец, хорошей идеей. Если Том был неумолим раньше, то каким он будет сейчас? Страшно было даже подумать об этом.              - Все это было небольшим недоразумением, - заявил Том, стоявший рядом.       Гарри едва сдержался, чтобы резко не обернуться и явно не показать своего удивления.       - Недоразумением? - раздался другой, спокойный голос. Диппет.       - Да, - тихо ответил Том своим образцовым, образцовым голосом.       Гарри не мог не быть очарован безупречным умением Реддла лгать. Он выглядел искренне раскаявшимся и даже немного смущенным, когда опустил голову, но это было чрезмерно.       - Мы… мы оба были немного пьяны, вы же знаете, какие бывают вечеринки у Слизерина на Хэллоуин, сэр.       Тут Том поднял взгляд с едва заметным оттенком мальчишеской озорности, может быть, даже соучастия, но это было тонко, а не навязчиво.        Диппет был слизеринцем? Гарри вспомнил, что где-то помнил, что был.       - И, ну, Гарри скучал по дому, и я, возможно, сказал что-то бестактное, и все обострилось, - продолжил он, теперь прикусывая губу, словно подсознательно.       - Ситуация обострилась? - недоверчиво повторил Диппет. - Вы оба были в коме две недели - вы чуть не убили друг друга! Такое поведение просто недопустимо в Хогвартсе.       Глаза Гарри расширились. Он и не подозревал, что все так близко подошло, что случилось бы с временной линией, если бы это произошло?       - Я ожидал от вас обоих большего, - сухо заметил Диппет. - Вам следовало бы быть более ответственными.       Взгляд директора метнулся к нему, и Гарри едва не застонал вслух. Что бы сказал Диппет, если бы узнал, что Том знает, что он из будущего?       - Конечно, сэр, - тихо сказал он. - Больше такого не повторится, директор… - он повернулся к Тому, едва сдерживая стиснутые зубы. - Прости, Том, - сказал он, понимая, что именно этого отчасти добивается тот. И он не лгал, ему было очень жаль, что Том это знал. - Я был не в себе. - Нет, этот мерзавец накачал его наркотиками и насильно споил ему Веритасерум! - Больше такого не повторится. - Том никогда больше не поставит его в такое уязвимое положение.       Глаза Тома сверкали, словно он принимал вызов, огонь был тщательно скрыт от очей Диппета, и в то же время он выдавал безупречную, извиняющуюся улыбку.       - Я виноват не меньше тебя… Мне кажется, мы начали неправильно, - сказал другой. - Может, я мог бы загладить свою вину? Кажется, у тебя проблемы с последовальностями заклинаний, может, я мог бы помочь?       Гарри чуть не разинул рот от удивления, как ловко Том это вставил. Последовательности? Последовательность!       Именно из-за своих поступков Том казался непоследовательным!       - Ты не слишком занят, Том? - раздался обеспокоенный голос.        Дамблдор. Несмотря на раздражение, Гарри чуть не растаял от облегчения. Взгляд Тома метнулся к заместителю директора, на его лице появилась улыбка, а затем на мгновение вернулся к Гарри.       - Конечно, нет, я справлюсь, спасибо, профессор, - ответил он. - Это самое меньшее, что я могу сделать.       - Мне кажется, это отличная идея, - сказал Диппет, с любопытством глядя на них обоих. - Вы можете уладить свои… разногласия.       Гарри резко повернул голову к мужчине.       - Что?       - Вы оба также будете находиться под стражей вместе в течение следующих двух месяцев, - продолжил Диппет. - И с каждого из вас будет вычтено по пятьдесят баллов за ваше ужасное поведение. Мы находимся в состоянии войны, господа, подобные разногласия в школе недопустимы.       По крайней мере, его не исключили… хотя он был почти уверен, что это произошло из-за его статуса путешественника во времени и необходимости следить за ним по какой-либо другой причине. И показания Тома, которые были просто странными.       Он предположил, что Реддл не хотел, чтобы тот уходил, пока не получит ответы.       - Да, сэр, - тихо ответили они оба.       Диппет ушёл, бросив взгляд на Дамблдора, который некоторое время изучал их обоих.       - Правдива ли версия событий, изложенная мистером Реддлом, мистер Эванс? - тихо спросил он.       Почти незаметно глаза Тома потемнели, челюсть напряглась. Гарри на мгновение заколебался: сейчас был бы идеальный момент, чтобы доказать Тому, что у него нет проблем с доверием, чтобы вовлечь будущего директора.       - Да, сэр, - ответил он всего через несколько секунд. - Все верно.       Дамблдор пристально смотрел на него около минуты, его голубой взгляд перемещался между ними.       - Хорошо, - пробормотал он. - И ни один из вас не хочет мне ничего рассказать?       Они почти невольно переглянулись, их взгляды встретились, прежде чем они посмотрели на Дамблдора.       - Нет, сэр, - ответили они оба.       Дамблдор кивнул один раз.              - Отдохните, ребята, надеюсь, это не повторится… Мистер Эванс, не могли бы вы зайти ко мне в кабинет, как только наша дорогая мадам Уилсон вас отпустит…       - Да, сэр, - тихо ответил Гарри, сдерживая вздох.       Казалось, он исчерпал свой льготный период. Он чувствовал, как пристальное внимание Тома прожигает ему кожу.       После шутливого замечания о молодости, хотя и выглядя несколько встревоженным и обеспокоенным, Дамблдор ушел.

***

      Том, довольный тем, что его наконец оставили в покое, и надеясь, что его больше никто не потревожит, снова повернулся к Эвансу, оценивающе глядя на него.       Ему сказали, что он проснулся всего на полчаса раньше, чем другой мальчик, потому что его травмы были более физическими, чем у Гарри, и они понятия не имели, что стало причиной.       Они предположили, что это странный случай магического истощения, но он знал лучше. Это был шрам от проклятия… шрам от отскочившего заклинания Авада Кедавра предположительно, его собственной.       Гарри Поттер был совершенно удивительным. Еще большей загадкой, чем он предполагал -по определению, никто не выживал после смертельного заклятия!       Но мальчик выжил.       Он никогда еще не был так очарован. Эванс настороженно вернулся к учебе. на свою койку.       - Ты мне должен, Гарри, - сказал он очень тихо, но знал, что тот его услышал. Глаза Гарри сузились.       - Как я вообще могу тебе что-либо быть должен? - прорычал он, явно чувствуя себя неловко. Брови Тома приподнялись.       - Потому что я - причина того, что ты до сих пор в Хогвартсе.       - Нет, - ответил Гарри, слегка усмехнувшись. - Я всё ещё в Хогвартсе, потому что я путешественник во времени, и они не могут позволить себе оставить меня без присмотра.       - Неужели ты настолько наивен? - заявил Том, и его охватило смутное недоверие. Неужели он настолько политически неграмотен? Неужели тот, с кем он понастоящему играл годами, совершенно ничего не понимает? Он и раньше так думал, но это напоминание всё равно поразило. - Если бы они действительно считали тебя угрозой… скажем, если бы ты попытался злонамеренно убить другого студента… тогда тебя бы заперли в Отделе Тайн, прежде чем ты смог бы нанести ещё больший ущерб временной линии.       Глаза мальчика расширились. Он явно об этом не подумал, но, к удивлению Тома, не стал сразу же возражать, утверждая, что «министерство никогда бы так не поступило».                         Обнадеживающе.       - Ты мне должен, - повторил он. Гарри бросил на него мрачный взгляд.       - Я бы даже не оказался в этой ситуации, если бы ты мог оставить меня в покое! - резко ответил он.       - Размышления о том, что могло бы быть, бессмысленны, - отмахнулся он. - Прошлое не перепишешь… - он одарил его хитрой, жестокой улыбкой. - На что ты несомненно надеешься.       Было более чем ясно, что Поттер хотел его смерти.       Гарри лишь бросил в ответ суровый взгляд, его глаза горели. Улыбка сменилась на более деловую.       - Это не подходящее место для таких разговоров, - продолжил он. - Когда мы уйдем, ты обоснуешь свои заявления.       В его голосе не было вопроса, не было просвета. Мрачный взгляд Гарри стал еще более напряженным.       - Черт возьми, нет, - без тени эмоций произнес он. - Ты и так уже знаешь больше, чем следовало бы.       В глазах Гарри мелькнул вызов.       - Мы можем сделать это цивилизованно, или же я могу применить к тебе силу и разрушить твой разум. Что предпочитаешь? - спросил Том, от его голоса веяло опасностью.       Гарри открыл рот, готовый ответить, и инстинктивно замер, ожидая, что произойдет дальше… но затем рот его снова закрылся, и взгляд метнулся за плечо Тома.       Том еле сдержался, чтобы не разнести все вокруг при втором назойливом прерывании, но натянул на лицо очаровательную улыбку и обернулся.       Будь он менее выдержан, он бы просто застонал.       Миртл Маккензи. Четвертый курс, факультет Когтевран.       Она была в него по уши влюблена. Откровенно говоря, это было отвратительно. Он покосился на Гарри, который побледнел как полотно. Том недоумевал, почему, совершенно не представляя, как Миртл вписывается в его будущее.       Он желал ей смерти. Зачем вообще ее сюда пустили? Она была невыносима.       К тому же, она прижимала к лицу окровавленный платок, а за ней плелся раскаявшийся Рубеус Хагрид. Этот болван размахивал своими огромными руками, выглядя совершенно растерянным.       Второй курс и так уже был печально известен своим грубым, неуклюжим поведением и выходками с опасными животными. Честно говоря, было ужасно, что его вообще допустили в школу.       Профессор Кеттлберн очень любил это...существо он даже не мог назвать его ребенком. Это не было похоже на человека, у него, вероятно, была кровь великана или что-то в этом роде.       Неудивительно, что он был глуп.       - Мне очень жаль! - снова выдавил из себя болван, тревожно искажая лицо. - Я не хотел тебя ничем задеть.       - Ты что, не смотрел, куда шел? - невинно спросил он, глядя на болвана. Тот недоуменно посмотрел на него, а затем кивнул.       - Да, так получилось! Я не хотел никому причинить вреда.       Тем временем Миртл ахнула, резко повернулась к его кровати, издала пронзительный визг и покраснела, под цвет крови, все еще хлещущей из ее носа.       - Т-Том, - выдохнула она.        Ее взгляд скользнул по его перевязанному телу, и он с трудом сдержал желание натянуть одеяло.       Она была некрасивой, прыщавой, с торчащими волосами и ужасным характером - и он знал, что Оливия Хорнби и все девушки на ее курсе дали ей это понять, поэтому он не понимал, откуда в ней нашлась наглость тосковать по нему, как сука в течке.        При встрече взглядом с ним она отвела глаза, обнаружив в нем что-то пугающее, что-то, что она не могла точно определить.        Эта искра скрытой опасности притягивала к нему людей, они жаждали ее в своей жизни, хотели разгадать его тайну, приручить его, но никому из них это никогда не удавалось.       В равной степени она отталкивала их, когда проявлялась, будучи чуждой им и их жалкому человечеству.       - Тебе следует позвать медсестру, - тихо сказал Гарри.       Его взгляд мгновенно устремился на этого загадочного парня, но тот не дрогнул. Он был единственным, кто этого не сделал, по сути.       У него бывали моменты, когда он сдавался, это само собой разумеется, но до сих пор он ни разу не отступил и не уклонился от вызова, который бросал ему Том. Это было захватывающе.       Он гадал, сколько времени пройдет, прежде чем Гарри тоже сломается, превратится в нечто низменное, в осколки, застрявшие в пальцах Тома.       Неужели это действительно тот мальчик, который пережил смертельное заклятие? Какие еще секреты он хранит? Том хотел выведать их все, узнать и завладеть этим мальчиком целиком и полностью.        Дождь прорезал серые ливневые потоки за окном, разрывая их на части. Мир был разрушен.        Изумрудные глаза впивались в его кожу, пронзая её насквозь. Он невольно задавался вопросом, что же увидел Гарри Поттер Эванс, глядя на него, и видел ли он правду.       Он ослепительно улыбнулся. Мальчик отвел взгляд. Он оставил всё как есть, отчасти из-за зрителей, отчасти из-за расстояния между ними, ограничивавшего его действия, и отчасти потому, что знал: в конце концо вернёт всё обратно.       Гарри Поттер.       Харрисон Эванс.       Он не смог устоять перед соблазном.             Ему нужно было завладеть им.

***

      Гарри невольно уставился на двух человек в больничном крыле.       Он хотел предупредить их, слова вертелись у него на языке, что слизеринец, развалившийся на кровати в таком уязвимом положении - как бы он ни пыта это скрыть за улыбками и уверенной осанкой - разрушит им жизнь.       Одно больничное крыло, и все они стали жертвами Тома Реддла. Это должен был быть какой-нибудь клуб или что-то подобное. Прежде чем он успел погрузиться мрачные мысли, вошла старшая медсестра Уилсон, услышав шум.       - Ах, глупышка! - воскликнула она. - Что ты натворила на этот раз? - спросила она в полуотчаянии. - Эпискей.       Нос тут же встал на место, и после быстрой процедуры кровоизлияние тоже прекратилось. Она повернулась к Хагриду... и о... Хагрид.       Он не мог поверить, что не разыскал молодого своего друга раньше. Гарри мысленно проклял себя. Он слишком увлекся Томом.        Он боялся, что это может стать проблемой. Так легко было втянуться в мир наследника Слизерина, потеряться в его бесконечных играх и образах, не находя выхода.       Это было страшно, но на каком-то уровне он почти получал от этого удовольствие. Когда он просто играл, забывая о главном, весь остальной мир и все его заботы словно растворялись. Затем он вспоминал об этом с пугающей внезапностью, и всё нахлынуло обратно.       Он чувствовал на себе эти взгляды, дразнящие, словно бросающие вызов, заставляющие его обернуться, посмотреть и снова плясать на краю своего пьедестала. Подойти вплотную к краю, заигрывать с опасностью и непреклонной силой воли, которые были присущи наследнику Слизерина.        Момент был прерван, когда взгляд переместился на Тома, освободив его от своего поля притяжения.       Нет.       Он уже слишком глубоко ввязался в это. Ему просто нужно было добраться домой.