Fieri Cor Meum, или Как Приручить Волка

День 7.7 Прибыв в квартиру Брута, трое мужчин сразу же направились в гостиную. Ярос, лежавший на полу на спине, повернул голову и приветливо улыбнулся визитёрам, по очереди входящим в комнату: — Здорово, бать! Привет, братишка! Так, стоп… а старикана-то вы нахрена притащили?! — Здравствуй, мой мальчик. Я тоже очень рад тебя видеть, — вздохнул Бард, а затем приблизился к юноше и опустился рядом с ним на колени. — Благодарю за службу, Марк. Можешь идти отдыхать. Я сообщу тебе позже насчёт завтрашнего дня, — обратился Тесей к подчинённому. Тот учтиво кивнул и быстро покинул квартиру. — Шея? — деловито приступил к опросу пациента Бард. — Порядок, — недовольно буркнул Ярос и покрутил головой из стороны в сторону. — Хорошо. Руки? — Сойдёт, — парень пару раз согнул и разогнул руки в локтях. — Отлично. Ноги? — … — Что, вообще нет? — с сомнением уточнил Бард, и Ярос молча отвёл взгляд. — Понятно… Брут, не поможешь мне? Нужно перевернуть его лицом вниз. — Да, разумеется, — учёный опустился на пол с другой стороны от Яроса и стал помогать Барду переворачивать парня. — Эй! Хорош, блять! Ау! Не надо! Ай-яй! Бать, скажи им! — Бард, ты точно уверен в том, что делаешь? — встревоженно поинтересовался Архонт подходя ближе. — Не был бы уверен — не делал бы, — огрызнулся тот. — Процедура не самая приятная, и он это знает, вот и орёт. Верно говорю, сынок? — Ты мне не отец! Отвали от меня, старый хрен! — прошипел Ярос, лежа уже на животе. — Это что ещё за разговоры?! — Тесей опустился на пол рядом с другом, замахнулся и с силой припечатал ладонью по заду сына. — Чтобы я больше не слышал, что ты так разговариваешь с Бардом. Тебе ясно?! — Ничего, Тесей, я привык. Не нужно его бить, по крайней мере сейчас. — А я не привык и привыкать не собираюсь. И я не по спине же, — откликнулся Архонт и снова обратился к сыну, — сейчас же извинись перед Бардом за своё непочтительное поведение! — Извиняй, Бард, — неохотно пробормотал парень. — Я был не прав, что грубо говорил с тобой. Больше этого не повторится. — Надо же… — старик удивлённо вскинул брови, — нашлась-таки на тебя управа? Ладно, прощаю. Давайте начинать, господа. — Не надо, Бард, — тихо попросил Ярос. — Это очень больно. Давай я просто полежу немного, и оно само отпустит? — Оно, может, и опустит само, но только через несколько дней, ты же знаешь, — возразил тот, — а ты вроде как завтра за Купол собирался, разве нет? — Собирался… — вздохнул парень и решительно попросил, — Брут, дай мне что-нибудь прикусить. Молодой человек поднялся, подошёл к одному из кресел, вытащил ремень Архонта из пространства между сидением и подлокотником, вернулся к Яросу и поместил ремень между его зубов. Возвратившись на своё место, он виновато покосился на отца. — Так и знал, что это ты его спрятал! — Тесей протянул руку и отвесил юноше подзатыльник. — Итак, друзья, в первую очередь попрошу вас обратить внимание вот сюда, — Бард коснулся пальцами спины Яроса в районе третьего поясничного позвонка и кивнул, чтобы Брут и Тесей сделали то же самое, — только очень осторожно. — Что это? — испуганно спросил учёный, нащупав углубление, — как будто ямка… — Это — последствие одной из травм, о которых я вам говорил. Это место очень уязвимо, поэтому на него ни в коем случае нельзя воздействовать. Теперь смотрите, вот позвоночник, вот так из каждого позвонка выходят нервы… — Фекофно, — прокомментировал Ярос. — Спину чувствуешь? Это хорошо, — порадовался Бард и продолжил разъяснения, — далее, когда на позвоночник идёт сильная нагрузка, мышцы начинают давить на нервы и пережимать их, и из-за этого нарушаются чувствительность и двигательные функции. В случае Яроса проблема усугубляется наличием старых травм. Наша задача — снять гипертонус мышц и компрессию нервов. Для этого… — Ой, фля-я-я… — в предвкушении протянул парень. — … мы кладём ладони вот так и большими пальцами надавливаем вот здесь… — Ой, фля-я-я! — … и совершаем ими круговые движения, а затем поднимаемся выше и повторяем процедуру… — Фля-я-я!!! Ой… — осёкся парень после очередного отцовского шлепка. — Брут, ты понял, что нужно делать? — спросил Бард. — Кажется, да, но… не уверен, что смогу… ему же больно… — Давай я попробую, — предложил Тесей и положил руки на спину сына, как показывал Бард. — Фать, ты фолеффе только… — взмолился Ярос. — Не слушай его. Следует прикладывать определённые усилия, но без фанатизма, — проинструктировал Бард и снова обратился к Бруту, — а мы с тобой аккуратно берём ноги и начинаем медленно сгибать, вот так… — Ы-ы-ы… отфтаньте, фадифты! — Брут, ещё раз. Тесей — выше, — командовал Бард. — А-а-а! Фуки ёфаные! Фтоб ваф ффех..! — Поговори мне тут! — Архонт наградил сына очередным шлепком и добавил, отвечая на укоризненный взгляд Барда, — что? Это для восстановления чувствительности! — Я жофу и так чуфтфую! — протестующе проскулил Ярос. — Хфатит! Отфуфкает уже… — Врёт? — Тесей повернул голову к Барду, тот опустил ногу парня и провёл ногтем по подошве от пятки к пальцам. Нога не шелохнулась, и старик вздохнув подтвердил: — Врёт. Продолжаем. — А-а-а! Ффолочи! Ненафижу ваф! Минут через двадцать Бард заметил, что мышцы ног Яроса стали рефлекторно подрагивать. — Так, дружок, ну-ка попробуй сам теперь, — предложил он. Парень пыхтя согнул в колене одну ногу, затем другую. — Умница! Как ощущения? — Зашибись, блять! — процедил Ярос, выплюнув ремень, — отцепитесь. Дальше сам. Он приподнял корпус, опершись на руки, и согнул ноги, подтянув колени к животу, затем опять распрямил их, укладываясь обратно на пол, а после с усилием перевернулся на спину. Вновь подтянув колени к животу, он обхватил их руками и, свернувшись клубком, сделал несколько перекатов на спине. После того, как он снова выпрямился, Бард поднялся, встал вплотную к его стопам, наклонился и протянул руки. Ярос скривил недовольную рожу, но всё же поднял руки и ухватился ими за бардовы. Мужчина начал медленно тянуть его на себя, помогая принять сидячее положение. Ярос часто дышал и шипел от боли. Когда он сел, Бард отпустил его руки, обошёл сзади и стал осторожно подталкивать его в спину, заставляя наклониться к ногам. Юноша сложился пополам, прижавшись грудью к выпрямленным коленям. Зафиксировав позу на несколько секунд, он поднял корпус обратно, снова принимая сидячее положение. — Ну что, попробуем встать? — спросил у него Бард. Парень решительно кивнул, и старик обратился к другу, — держи его справа, а я — слева. Брут, страхуй сзади. — Да, давай, страхуй-страхуй, чтоб не оторвался… Ай! Бать, я шучу же! — Сейчас дошутишься, — пообещал Тесей и обратился к своим компаньонам, — поднимаем на счёт три. Раз, два, три! — БЛЯ-А-А-А!!!

***

Через полчаса Ярос сделал несколько неуверенных шагов без посторонней помощи, после чего обессиленно плюхнулся на диван. — Ну вот, — удовлетворённо кивнул Бард, — ещё часок потренируешься и завтра будешь как новенький. — Спасибо, Бард, — пробормотал парень, не поднимая глаз, тот в ответ улыбнулся и потрепал его по макушке. — Вставай. Пошли на кухню, — сухо велел Тесей. — Зачем? — с опаской поинтересовался Ярос. — Есть разговор. — А здесь нельзя? — Нельзя! Идём, кому сказал! Бард, побудьте с Брутом пока здесь. Юноша вздохнул, тяжело поднялся с дивана и медленно двинулся вслед за отцом. Дойдя до кухни, он опустился на своё привычное место и вопросительно посмотрел на севшего напротив мужчину. — На, — Тесей бросил на стол ополовиненную пачку сигарет. — Реально? Можно? — удивлённо вскинул брови Ярос и недоверчиво уточнил, — а цена? — Откровенность. Пойдёт? — Смотря какой вопрос… — осторожно откликнулся парень, пальцем отодвигая от себя пачку. — Вопрос следующий: почему ты мне не сказал? Чего пытался добиться? Ярос немного помолчал, обдумывая ответ, затем поднялся, достал из пачки сигарету, подошёл к тостеру и прикурил. Жадно затянувшись, он закинул голову назад и выпустил изо рта густой клуб дыма, после чего вернулся на диванчик и посмотрел отцу в глаза: — Я не сказал тебе, потому что подумал, что ты мне всё равно не поверишь. Решишь, что я вру, чтобы уклониться, и сразу запрёшь меня. — Я бы поверил, если бы ты показал мне эту дырку в спине. — И что бы ты тогда сделал? Если бы поверил? Всё равно бы меня запер, потому что не придумал бы больше альтернативных способов наказания. Меня такой вариант не устраивал, и я понадеялся, что пронесёт… — Ясно. А теперь вопрос на миллион: входило ли в твои планы вызвать у меня муки совести за то, что назначенное мной наказание нанесло ущерб твоему здоровью и причинило много боли? — Хочешь сказать, я специально промолчал, чтобы меня скрутило, и тебе за это стыдно стало? — Я ничего не хочу сказать, я спрашиваю у тебя, так это или нет? — Нет! — парень возмущённо посмотрел на отца. — Я же сказал, я думал, что последствий не будет! Давно уже такого не было, вот я и решил, что обойдётся… — Тогда зачем ты мне несколько раз предлагал по спине тебя лупить?! — Да потому что по жопе уже невыносимо, бать! — А если бы я согласился и покалечил бы тебя?! — Если бы ты согласился, я бы тебе показал, куда бить не надо! — Чего ты опять орёшь на меня?! — А ты на меня чего?! Тесей замолчал, посмотрел на парня долгим пронзительным взглядом и тихо сказал: — Ты меня очень напугал, сына. — Извиняй, бать, — опустил голову тот. — Я ненарочно, честно. — Ладно… Вопрос закрыт. Мы тогда с Бардом пойдём, наверное… Время уже позднее. — Погоди! Так что насчёт завтра-то? Мы идём или нет? — Идём. И Бард идёт с нами. — Нахрена? — Потому что я так решил. Ярос поджал губы и раздражённо фыркнул. — Лады, пусть так. Тогда встречаемся завтра в половине пятого на Главной площади. Скажи Марку, пусть возьмёт с собой ту херню, которая током бьётся, и воды прихватите. И принеси тот нож, который забрал у меня. — Ну конечно, — насмешливо откликнулся Архонт, — а может, тебе лучше лазерный пистолет принести? — А можно? — заинтересовано уточнил парень. — Нет! И нож тоже нельзя! — Бать, я нож не просто так прошу. Он необходим для обороны. Если я буду безоружен, то не смогу вас защитить в случае чего. — Так и быть, убедил, — нехотя согласился Тесей. — Ещё есть пожелания? — Оденься потеплее и… поскромнее, — серьёзно посоветовал Ярос. — А то ты такой блестящий, что на тебя все вороны с округи слетятся. — Хорошо… — сконфужено пробормотал Архонт, осматривая свой серебристый плащ. Затем он встал со стула и поманил сына рукой. Когда парень поднялся и подошёл к отцу, тот обнял его, прижав к груди и потрепав рукой по затылку, затем отпустил, повернулся и направился к выходу. — До встречи, сына. Бард, мы уходим! Брут, до завтра! — До свидания, отец. До встречи, Бард, — учёный вышел в прихожую проводить гостей. Через минуту за ними захлопнулась дверь, после чего Брут двинулся на кухню. — Ты голодный? Хочешь чего-нибудь? — спросил он у Яроса. — Нет, пожалуй, — парень прошёл мимо него, направляясь в гостиную. — Пойду спать, и тебе советую. Завтра важный день. Дойдя до дивана, Ярос улёгся на спину и устремил взгляд в потолок. Вошедший следом за ним Брут тоже подошёл к дивану и опустился рядом с ним на колени. — Тебе идут мои шорты, но мне больше нравится, когда ты без них, — жарко прошептал он и положил ладонь на пах партнёра. — Брут… не надо… Мы же решили, что… — Я понял, что ты не можешь дать мне любви. Я прошу не этого, — юноша запустил руку Яросу в шорты и начал ласкать его член. — Ты мне кое-что пообещал сегодня, помнишь? — Брут… — выдохнул парень, чувствуя быстро нарастающее возбуждение. — Ты должен исполнить своё обещание. Пожалуйста, Яр… Ярос сполз с дивана, сел на колени напротив любовника и спросил: — Ты точно уверен? Юноша кивнул и потянулся к нему за поцелуем. Тогда Ярос впился в его губы, забираясь руками под рубашку и страстно прижимая его к себе. — Я-я-яр… хочу… — простонал Брут, запрокинув голову. — Тише, мой сладкий, — парень быстро избавил любовника от одежды, уложил на пол и принялся оглаживать и ласкать языком его тело. — Нет… войди… пока я не кончил… ты обещал… — Не торопись, малыш, — улыбнулся Ярос, раздвигая ноги партнёра и проникая смоченными слюной пальцами в складку между его ягодицами. — В первый раз спешка ни к чему. Он нежно подготавливал любовника несколько минут, лаская его член другой рукой и губами. — Теперь давай-ка на бочок, вот так… согни эту ногу… ага… ох, малыш… клянусь, твой зад — это лучшее, что я видел в жизни… — Яр… прошу… быстрее… — Сейчас, мой хороший… — Ярос тоже лёг на бок, пристроившись к любовнику сзади. — Только пообещай, что если будет больно, ты сразу скажешь. — Да-да… — Постарайся расслабиться, не сжимайся, иначе будет больно, — продолжал наставления парень. — Заткнись, пожалуйста, и займись уже делом! Волчонок тихо усмехнулся, обильно смочил анус партнёра слюной, приставил головку ко входу и осторожно нажал, раздвигая сжатое колечко мышц. Брут со свистом втянул воздух сквозь сомкнутые зубы, и Ярос тут же замер. — Нет, не останавливайся… давай… — попросил Брут, и парень продолжил медленно продвигаться внутрь. — Ох, нет… погоди… сейчас… — Больно? — Немного… Ярос тут же вышел и принялся снова разминать вход любовника пальцами. — Ты слишком напряжён, — мягко заметил он. — Ты должен расслабиться, иначе ничего не выйдет. — Я стараюсь, честное слово! Давай попробуем ещё раз? — Лады, — парень вновь увлажнил свой член и анус любовника слюной и строго предупредил, — но не вздумай терпеть. Если будет слишком больно, сразу говори. — Хорошо… давай… Ярос снова начал продвигаться внутрь партнёра. Тот постарался максимально расслабить все мышцы и с научным интересом прислушивался к новым ощущениям. Это действительно было больно, но как-то по-особенному. Боль удивительным образом почти мгновенно трансформировалась и разливалась по всему телу горячими сладкими волнами. Брут вспомнил, как любовник упоминал о тесной связи между сексом и болью, и наконец-то понял, что именно тот имел в виду. До этого момента он не верил, что боль может приносить удовольствие. Войдя до конца, Ярос замер, давая партнёру время, чтобы пообвыкнуться, а затем начал медленно двигаться в обратную сторону. — Ты как? — тихо спросил он, когда внутри Брута осталась только головка его члена. — Ещё… — жарко выдохнул юноша, приглашающе качнул бёдрами назад и тут же сдавленно вскрикнул. — Тише, малыш, не двигайся пока. Я сам, — Ярос снова начал движение вперёд, одновременно продолжая ласкать его член рукой. — Вот так… не напрягайся… — Поцелуй меня, — попросил Брут и повернул голову к любовнику. Тот, не прекращая осторожных фрикций, накрыл его рот своим и запустил в него язык. Ярос двигался медленно и плавно, Брут окончательно расслабился и сладко постанывал в такт его движениям. — Я хотел бы, чтобы это длилось вечно… — прошептал он спустя несколько минут, заглядывая Яросу в глаза. — Ох, малыш, вечно я навряд ли смогу… я уже на грани… ты такой узкий, что пиздец, — простонал в ответ парень, после чего вышел из партнёра, повернул его на спину и склонившись начал интенсивно насаживаться ртом на его член, при это быстро доводя себя рукой до оргазма. Брут кончил через несколько секунд после него, излившись себе на живот. Ярос присел возле пытающегося отдышаться любовника и отведя взгляд тихо сказал: — Брут, ты же понимаешь… что это ничего не значит? — Понимаю, Ярос, — откликнулся тот, осторожно принимая положение сидя, — просто секс и ничего личного. Меня устраивает. — Днём ты говорил другое… — У меня было время всё обдумать и понять, что ты прав, — Брут нежно поцеловал его в губы и поднялся на ноги, — повторим завтра, хорошо? Я в душ. Ярос остался сидеть на полу гостиной, пытаясь разобраться в собственных чувствах и мыслях.