Fieri Cor Meum, или Как Приручить Волка

День 15.2 — Похоже, весть о смерти дочери не слишком тебя опечалила, — заметил Архонт спустя несколько секунд. — Это уже не имеет значения, — бесцветным голосом откликнулся Бард. — Нора сыграла отведённую ей роль. Она могла бы стать моим запасным планом, если бы я был на воле, но теперь… теперь она в любом случае была бы бесполезна… Нужно было раньше рассказать ей, что дети Основателей могут проходить через Барьер, тогда бы она вам всем тут показала… Эх… старый я дурак… сам виноват, что сделал ставку не на ту фигуру… Тесей немного помолчал, а затем решил продолжить допрос: — Ответь мне, по какой причине тебе была так необходима смерть Вербы? Я не верю, что только лишь для того, чтобы причинить страдания Яросу. — Ты всегда был крайне проницательным человеком, Тесей, — усмехнулся старик, который, казалось, уже смирился со своей участью. — Я понял, что ты не отвяжешься, пока не узнаешь всю правду, но принесёт ли эта правда вам счастье? Подумай, старина, стоит ли теперь ворошить прошлое? — Стоит, — твёрдо сказал мужчина. — Говори, зачем ты убил её? — Потому что она собиралась вернуться в Город за своим младшим щенком. Я не мог этого допустить, ведь если бы Изгойка пришла в Полис, ты скорее всего захотел бы поговорить с ней, и она могла случайно проболтаться о твоём выродке. — За своим младшим щенком? — переспросил Архонт. — Хочешь сказать, на момент Исхода у Вербы был ещё ребёнок, кроме Амиса? — К несчастью, был. Когда мы готовились к Исходу, сопляку было чуть меньше года, и я уговорил Вербу оставить его в Городе. Она долго не соглашалась, но я убедил её, что мальчишка будет нам обузой и навряд ли сможет выжить в Пустошах. Я пообещал ей, что когда мы нормально обживёмся, наладим быт и будем уверены, что сможем вырастить ребёнка, то непременно его заберём. За день до Исхода Верба подбросила сына в приют, оставив записку с его именем, датой рождения и обещанием вернуться за ним. Потом она регулярно собиралась забрать его, но всякий раз на нас обрушивались новые бедствия, и возвращение ребёнка снова откладывалось. И вот, когда жизнь наша наконец более-менее устоялась, она объявила о твёрдом намерении идти в Город за сыном. Пришлось мне принимать срочные меры. Все присутствующие смотрели на старика со смесью недоверия и ужаса на лицах. — Это чудовищно… — чуть слышно выдавила Сара. — Какой же ты мерзавец! — не сдержавшись воскликнул Тесей, затем немного успокоившись спросил, — как звали мальчика? — Верба назвала второго сына в честь его погибшего отца, — лениво откликнулся Бард и в упор посмотрел на Брута. — Не может быть… — потрясённо прошептал тот. — Да-с, молодой человек, вашего батюшку тоже звали Брут. Он погиб в одной из стычек с Мародёрами за два месяца до вашего рождения. — Охуеть… — снова выдохнул Ярос и повернулся к любовнику. — Это что же получается?.. Ты — сын моей мамы… родной брат Амиса и сводный Музы… просто пиздец… — Не может быть… — повторил юноша панически тряся головой. — Нет… это невозможно… Наверное, то был другой Брут… — Маловероятно, — равнодушно заметил старик. — Как только я тебя увидел и услышал твоё имя, то сразу понял, кто ты. Вы же с ней на одно лицо. — Бля-я-я… — Ярос стал пристально разглядывать наречённого. — А ведь точно… И как я раньше не замечал?.. — Видимо, потому что не имел никаких оснований искать между ними сходство, — предположил Тесей и сурово поинтересовался, — кто разрешил тебе говорить? — Да молчу я, бать, молчу. Просто тут такие дела, оказывается… — Отец, — сипло выдавил Брут, — можно я выйду? Мне нужно на воздух… — Понимаю, сынок, но прошу тебя остаться. Ещё недолго осталось. Учёный отрывисто кивнул, затем с шумом вдохнул и выдохнул воздух, и откинулся в кресле, уставившись в одну точку перед собой. Ярос участливо коснулся его плеча и протянул ему парилку, но тот лишь отрицательно качнул головой. — Ты сказал, твои дочери были покорны тебе во всём, — вновь обратился к старику Архонт. — Они вступили с Яросом в интимную связь по твоему приказу? — Разумеется, — фыркнул Бард. — И по твоему приказу внушали ему ненависть ко мне и Полису? — Разумеется, — устало повторил тот. — Бать, — тихо позвал парень, — спроси у него, была ли смерть Лоры случайностью на самом деле? — Ты слышал вопрос, Бард? Отвечай. Старик посмотрел на Яроса и лицо его растянулось в ядовитой усмешке. — Знаешь, меня позабавило то, что ты сказал, что я должен тебе лишь две жизни, — процедил он. — Отвечай на вопрос! — рявкнул Тесей. — Ладно, — покладисто кивнул Бард. — Смерть Лоры случилась по моей воле. — Почему? — отрешённо спросил мужчина. — Он знает, почему, — старик кивнул головой в сторону Яроса. — Не так ли? Архонт перевёл взгляд на парня. Тот сидел, будто одеревенев, и с силой впившись пальцами в подлокотники кресла. — Сына? — осторожно позвал Тесей. — Как?.. — хрипло спросил юноша, глядя на Барда остекленевшим взглядом. — Как ты это сделал? — Я напоил её одурманивающим отваром из акации и шалфея, и внушил идти в лес и прыгнуть в первую попавшуюся ловчую яму, — безмятежно откликнулся старик. В следующую секунду Ярос перемахнул через отцовский стол, прыгнул на Барда, повалив его вместе с креслом на пол, и вцепился пальцами в его горло. — Ярос, нет! — вскакивая на ноги заорал Тесей. — Марк, держи его! — Вонючий ублюдок… — рычал Бродяга, всё сильнее сжимая пальцы, — убью, ёбаная ты мразь… — Сына! — подлетевший к нему мужчина попытался разжать его пальцы на горле старика. — Отпусти его! Отпусти, я сказал!!! Марк, убери его! — Я пытаюсь… — прокряхтел тот, обхватив парня поперёк туловища и стараясь оттащить от Барда. — Она… носила… моё дитя… мы оба хотели… семью… — задыхаясь прохрипел Ярос, глядя на Барда налившимися кровью глазами и продолжая стискивать его шею. Лицо старика начало синеть, он закатил глаза и вывалил изо рта язык. — Марк! Шокер! — скомандовал Архонт. — Повелитель… — Быстро!!! Глава безопасности схватил висевший на поясе шокер и дал разряд, поднеся его к боку Яроса. Тот дёрнулся и обмяк, повалившись на Барда сверху. — С-с-су-у-уки-и-и… — едва слышно выдохнул он. — Возьми его, Марк, и запри пока что в изоляторе, — тяжело дыша распорядился Тесей и обернувшись назад позвал, — Сара! Помоги скорее! Может быть, ещё не поздно… Марк легко подхватил парня на руки и поспешно вынес его из кабинета. Сара с Брутом с выражением полного шока на лицах продолжали неподвижно сидеть на своих местах. — Сара! — снова воззвал к невесте Архонт. — Разве ты меня не слышишь? Быстрее иди и помоги откачать этого… — Этот… это существо убило родную дочь… и нерождённого внука. Твоего внука, Тесей, — с горечью произнесла женщина, вставая с кресла. — Ты уверен, что нам стоит помогать ему остаться в живых? — Уверен! Я тоже слышал, что сказал Ярос, и убедился, что смерть для Барда слишком лёгкое наказание. Я объяснял это сыну, но он всё равно не сдержался. — Его можно понять, — заметила Сара, опускаясь на пол рядом с безжизненным телом старика. — Бард отнял у него всех, кого он любил, и превратил его жизнь в настоящий кошмар. — Разве ты не поняла, что этот мерзавец нарочно провоцировал парня? Он же этого и добивался — чтобы Ярос его убил. Нет, мы не можем допустить, чтобы старик умер. Так легко он не отделается! Женщина неохотно кивнула и принялась делать Барду непрямой массаж сердца. Через пару минут в кабинет вернулся Марк. — Запер? — не глядя на подчинённого спросил Архонт. — Так точно, — откликнулся тот. — Как он? — Лежит. Ругается, — лаконично отрапортовал Марк. — Отец, — вдруг подал голос Брут, — я должен быть с ним. Позволь мне пойти в изолятор. — Нет, сынок. Ярос сейчас не в себе, он опасен. Нужно, чтобы он немного успокоился. — Яр не причинит мне вреда, — уверенно заявил юноша. — Я обязан быть рядом и поддержать его в такой момент. — Хорошо, иди, — поколебавшись уступил Тесей. — Марк, проводи его. Когда Брут с Марком покинули кабинет, Архонт снова посмотрел на тело бывшего друга. Усилия Сары пока что не приносили никаких результатов — Бард не двигался и не дышал. — Тесей, пожалуйста, принеси мою медицинскую сумку, она в спальне, — запыхаясь попросила врач, продолжая выполнять реанимационные действия. Мужчина тотчас же выполнил её просьбу. Порывшись в сумке, Сара достала из неё два шприца и несколько ампул с растворами. — Может, попробуем доставить его к Пеону? — неуверенно предложил Архонт. — Не успеем, — откликнулась женщина и с размаху всадила один из шприцов в грудь старика.

***

Перед тем, как отпереть засов на двери изолятора, Марк быстро заглянул в смотровое окошко и только после этого впустил Брута внутрь. Юноша шагнул в тёмное тесное помещение, и дверь за ним тут же захлопнулась. Брут увидел, что Ярос вытянувшись лежит на полу лицом вверх. Подойдя ближе, он разглядел, что глаза парня открыты, сухи и не мигая смотрят в потолок. Молодой человек сел возле любовника, опершись спиной о стену и выпрямив ноги, затем он подтянул Яроса ближе к себе и уложил его голову себе на колени. — Старый мудак сдох? — сипло спросил парень, не отрывая взгляда от потолка. — Не знаю. Сара пыталась его откачать, когда я уходил. — Я не должен был… Опять мне крышу сорвало. — Тебя никто не осуждает, Яр. У тебя были причины… утратить контроль. Ярос промолчал, и Брут, немного помедлив, тихо спросил: — Ты её очень любил? — Очень… Но я осознал это, только когда её не стало. — Сколько лет тебе тогда было? — Около девятнадцати. — А ей? — Пятнадцать. Брут сокрушённо покачал головой. — Значит, ты всё-таки обманул меня? — внезапно вырвалось у него. — Когда сказал, что я единственный, кого ты назвал Cor Meum. — Я не врал тебе, малыш, — тяжело вздохнув, ответил Ярос. — Я… я долго медлил с решением… слишком долго… боялся, сомневался… Лора не настаивала, говорила, что это не обязательно… что ей достаточно того, что мы вместе и любим друг друга, и что нет причин торопиться со свадьбой… Мы с ней назначили день помолвки, только когда она сказала мне, что понесла, но я так и не успел назвать её Cor Meum. — Мне очень жаль… — Брут сочувственно погладил любовника по голове, а потом его вдруг озарило, — ты поэтому так хочешь, чтобы мы поскорее поженились? Прежде чем ответить, парень молчал не меньше минуты. Наконец он с усилием сглотнул и заговорил: — Когда Лора погибла, я был убеждён, что это случилось из-за меня, из-за того, что я тормозил, не защитил её, не назвал своей. Я не верил, что она могла умереть так… так нелепо по случайности. Сначала я подозревал, что её убили, но думал, что это кто-то, кто хотел быть на её месте, в смысле, рядом со мной. Из ревности, понимаешь? Думал, если бы я сразу назвал её Cor Meum, тогда никто не посмел бы её тронуть. Потом я решил, что её смерть — это моя кара за неуверенность и промедление. Решил, что так судьба наказала меня за то, что просрал предоставленный мне шанс. В итоге я действительно поверил в то, что проклят и приношу несчастье всем, кто мне дорог, и с тех пор запрещал себе с кем-либо сближаться. Но оказалось, что все эти годы моим проклятием был Бард. И вот в чём парадокс — если бы не он и всё то, что он совершил, чтобы взрастить во мне ненависть к Полису, его Правителю и Системе, то сейчас я бы наверно вполне счастливо жил в Пустошах, окружённый любящими людьми и пятком спиногрызов, но так и не встретил бы тебя, батю, Сару и остальных. Да, Кор, я через многое прошёл и многое потерял, но в итоге обрёл нечто не менее ценное. Все эти годы Бард планомерно превращал мою жизнь в сущий ад, но в результате он, сам того не ведая и не желая, подарил мне возможность начать новую, совершенно иную жизнь. Только вот… — Что? — Хуёво, что ценой за мою новую жизнь стали жизни хороших невинных людей. — Не ты назначил эту цену, Яр. В их смертях не было твоей вины. — И всё же я стал их причиной… — Отнюдь. Верба… наша мама погибла не потому, что хотела спасти тебя, а потому что хотела вернуть меня. По твоей логике выходит, что я — причина её смерти? — Конечно, нет! Причина в Барде, в его ненависти! — Вот видишь? — чуть улыбнулся Брут. — Вижу, Кор Мэум, вижу, — Ярос приподнялся и нежно коснулся губами губ возлюбленного. — У тебя телефон с собой? — Да, а что? — Можешь позвонить бате и сказать, что я уже в норме? Пусть выпускает нас отсюда. Брут достал из кармана телефон и протянул его парню: — Скажи сам, мне он не поверит.

***

После того, как Ярос позвонил отцу, прошло не менее получаса, прежде чем Марк выпустил их с Брутом из изолятора. Вернувшись в кабинет, молодые люди обнаружили там одного Тесея, как обычно сидящего за своим рабочим столом. Ни Барда, ни Сары не было, а все кресла были расставлены по своим местам. Парни приблизились к столу и уселись напротив отца, тот поднял на них усталый взгляд. — Почему ты не рассказал мне? — обратился он к Яросу. — Не знаю… Наверное, не хотел вспоминать ещё и об этом, — пожал плечами тот. — Когда ты рассказывал мне о том, что случилось на Башне три года назад, ты говорил, что находился в состоянии кризиса. Это было из-за того, что произошло с Лорой? Юноша опустил глаза и молча кивнул. — Ты понимаешь, почему Бард это сделал? — Лора ослушалась его… Она должна была так же, как Нора, настраивать меня против тебя и Полиса, но она была другой… доброй и светлой. Она внушала мне, что ключ к покою в любви и прощении. Если бы мы остались вместе, и если бы у нас родился ребёнок, я бы безвозвратно сошёл с тропы ненависти и не стал бы следовать целям, для которых меня готовил Бард. Лора стала помехой для реализации его планов, поэтому он убрал её с пути. — Что это с тобой случилось, сына? — удивлённо спросил Тесей. — Когда ты успел стать таким мудрым? — Знаешь, бать, совсем недавно, буквально час назад, — с наигранно деловым видом ответил парень. — Как Марк меня шокером шандарахнул, так на меня будто озарение снизошло. — Ах вот оно что, — понимающе покивал мужчина. — Надо будет взять на заметку этот способ активизации твоей мозговой активности. — Эм… давай лучше остановимся на старых и проверенных способах? — с сомнением предложил Ярос. — Электрический разряд, конечно, весьма бодрит, но ремнём по жопе всё же как-то привычнее. Все трое негромко рассмеялись, после чего парень вдруг резко посерьёзнел и спросил: — Бать, что с Бардом? — Он выжил, — коротко ответил Архонт. — И где он? В госпитале? — Это не важно. Больше ты его не увидишь. Ярос молча покивал собственным мыслям, затем посмотрел отцу в глаза и заявил: — Я должен идти за Купол. В Беличий лес.