Глава 77
16 июня 2026 г., 07:51
День 16.7
Когда Ярос с Брутом поспешно удалились на склад, Сара обратилась к Тесею:
— Может быть, нам стоит пойти в Поселение? Возможно, я смогу помочь заболевшим?
— Уже стемнело, — возразила Трина. — До Поселения около получаса пути через лес. Ночью это может быть небезопасно. Лучше отправиться утром.
— Хорошо, — кивнул мужчина и спросил, — скажи, вам удалось найти новый источник воды?
Девушка печально вздохнула и покачала головой.
— Ваш двигатель сдох на пятой скважине. По всей видимости, мы исчерпали все запасы подземных вод. Здесь недалеко есть маленький родник, мы уже неделю носим оттуда воду в Поселение, но этого всё равно недостаточно, и людям приходится брать её из реки. Заболевших с каждым днём становится всё больше, несколько человек уже умерло. Бард пропал, люди в панике. Не представляю, что мы будем делать дальше.
Трина закрыла лицо руками и тихо заплакала. Сара подсела к ней, обняла за плечи и успокаивающе погладила по голове.
— Тише, девочка, всё наладится, мы вам обязательно поможем.
— Как? — всхлипнула та.
— Завтра мы возьмём пробы воды из реки, выясним, почему она стала вызывать болезни, и придумает способ, как нейтрализовать опасность, — уверенно пообещал Архонт, подсаживаясь к Трине с другой стороны.
— А если у вас не получится зарядить двигатель, что тогда?
— Тогда мы отправим наших мальчишек в Полис пешком, а сами останемся ждать их здесь. Брут сделает анализ воды и найдёт решение, потом смастерит новый двигатель или другое средство передвижения, и ребята вернутся обратно. А мы пока постараемся помочь Поселенцам.
— Может, и правда получится, — девушка неуверенно улыбнулась и утёрла глаза рукой. — Может, у нас ещё есть надежда…
— Ну конечно, милая, — снова обняла её Сара. — Всё будет хорошо, вот увидишь.
Минут через двадцать из темноты показались Ярос и Брут, оба имели раздосадованный вид.
— Не нашли? — скорбно предположил Тесей.
— Нашли, — мрачно откликнулся Брут и продемонстрировал небольшую коробочку с крутящейся ручкой, — но мне сперва нужно разобраться, как подключить к нему двигатель, да и мощность у него совсем слабая, придётся крутить рычаг несколько часов, чтобы заряда хватило на дорогу до Полиса.
***
Брут приволок из перевозки свою сумку и в свете костра возился с проводами и переходниками, пытаясь подключить двигатель к мини-генератору. — Что ж, — потирая лоб вздохнул Тесей, — похоже, нас с вами ждёт бессонная ночь. — Вот ещё! — фыркнул Ярос и призывно свистнул. Когда Стая вновь подтянулась к центральному костру, Вожак обвёл всех многозначительным взглядом и заявил, — значит так, братва, нужна ваша помощь. Сейчас Брут наладит систему, чтобы можно было зарядить двигатель, но это займёт дохрена времени, поэтому сделаем так — каждый крутит ручку минут десять-пятнадцать, потом передаёт следующему, и так по кругу. Кто отстрелялся — может идти отдыхать. Идёт? — Да не вопрос, Бро, — крикнул кто-то из толпы, — а вознаграждение будет? — Чего хотите-то? — деловито спросил юноша. — Может споёшь? — с надеждой предложил тот же голос. — Может и спою, — улыбнулся Вожак и махнул рукой на брёвна вокруг костра, — располагайтесь. Волки, толкаясь локтями, бросились занимать свободные места, те, кому не хватило, усаживались прямо на землю. Бродяга на минуту скрылся за стволами деревьев и вернулся уже с гитарой в руках. — Ну, вы молодцы, конечно! А я-то где сяду? — возмутился он, оглядывая ряды тесно сидящих Волков. Двое парней, не успевших занять бревно, переглянулись и рванули в темноту, а через несколько секунд притащили и поставили перед Вожаком широкую колоду. Бродяга торжественно опустился на импровизированный стул, закинул ногу на ногу, поудобнее перехватил гитару и начал неторопливо перебирать струны. — Как там у тебя, Кор Мэум? — спросил он, подкручивая колки. — Почти готово, — откликнулся Брут, сосредоточенно ковыряя отвёрткой в генераторе, от которого тянулся провод к лежащему у него на коленях двигателю. Ярос вздохнул и начал играть, взгляд его вдруг стал отрешённым и обратился вглубь себя. Стая притихла, восторженно внимая звукам музыки. Тесей и Сара тоже с интересом прислушивались к мелодии. Парень запел: " — Я вижу, как закат стёкла оконные плавит, День прожит, а ночь оставит тени снов в углах. Мне не вернуть назад серую птицу печали, Всё в прошлом, так быстро тают замки в облаках. Там все живы, кто любил меня, Где восход — как праздник бесконечной жизни, Там нет счёта рекам и морям, Но по ним нельзя доплыть домой. Пока Ярос пел, Брут закончил отладку и принялся осторожно крутить рычаг. Индикатор уровня заряда двигателя сменил цвет с красного на оранжевый, и учёный понял, что система работает исправно. Не успел он сделать и трёх оборотов, как сидящий рядом с ним Волк забрал у него генератор и двигатель, уложил их себе на колени и стал энергично крутить ручку. Брут пожал плечами и поднял взгляд на любовника, который продолжал петь: " — Вновь примирит всё тьма, даже алмазы и пепел, Друг равен врагу в итоге, а итог один. Два солнца у меня на этом и прошлом свете, Их вместе собой укроет горько-сладкий дым. Возьми меня с собой, пурпурная река, Прочь унеси меня с собой, закат. Тоска о том, что было, рвётся через край, Под крики серых птичьих стай. * Юноша сыграл проигрыш, после чего приглушил струны ладонью и тяжело вздохнул. Глянув на Брута, он заметил, что тот смотрит на него обиженно, почти осуждающе, и удивлённо приподнял бровь, затем хитро улыбнулся, вновь пробежался пальцами по струнам и запел чуть насмешливо, глядя наречённому в глаза: " — Здравствуй, милое Сердце Моё, я вернулся домой, Всё ближайшее время я буду с тобой. Друганы мои скажут, что я много курю, Часто гневаю Небо, пью, развратничаю. Но ты не верь никому, думай своей головой, Посмотри мне в глаза, я почти что святой. Да я просто ангел, я просто ангел, Да я ангел, я всего лишь ангел. Волки вокруг заухмылялись и тихо захихикали, Брут тоже улыбнулся и послал партнёру иронично-скептический взгляд. Тот на миг принял оскорблённый вид, а затем продолжил убеждения с удвоенным усердием: " — А для кого-то я демон, известен мой дикий нрав. Для тебя я кролик, а для прочих удав. Временами я мёртвый, но местами живой, Для подонков опасный, для врагов, сука, злой. Но ты не верь никому, думай своей головой, Посмотри мне в глаза, ведь я почти святой. Да я просто ангел, я просто ангел, Да я ангел, я всего лишь ангел. ** Бродяга продолжал петь, а Волки слушать, с интервалами передавая из рук в руки генератор с двигателем. Парень спел не меньше десятка песен, после чего умолк, встал с колоды, потянулся и решительно объявил: — Всё! Устал! Дальше сами давайте. Стая разразилась разочарованным воем. — Хорошего понемножку, — Вожак с умным видом поднял вверх указательный палец, затем махнул рукой Бруту, — идём, Кор Мэум. — Куда? — удивился тот. — На боковую. Ребята за ночь зарядят двигатель. Утром сгоняем в Поселение, а потом рванём в Полис. — Обожди, сына, — внезапно скомандовал Тесей, поднимаясь на ноги, — пойдём-ка, прогуляемся с тобой перед сном. — Чего я сделал-то? — невольно вырвалось у вмиг напрягшегося парня. — Может, и ничего, а может, и чего, — туманно откликнулся мужчина и поманил сына пальцем, — обсудим это в приватной беседе. Ярос озадаченно пожал плечами и положил гитару на колоду. — Не трогать — убью, — спокойно предупредил он собратьев, указав рукой на инструмент, после чего двинулся вслед за удаляющимся от костра отцом. Волки зашевелились — те, кто успел внести свой вклад в зарядку двигателя, поднялись с брёвен и побрели в сторону навесов, кто-то решил подкрепиться и наполнял плошку из одного из стоящих на огне котелков, несколько человек негромко переговаривались и посмеивались. Генератор и двигатель продолжали передаваться по кругу. После ухода Тесея и Яроса Брут почувствовал себя неуютно и пересел поближе к Саре. Трина, сидевшая с другой стороны от женщины, задремала, положив голову ей на плечо. — Интересно, о чём отец решил поговорить с Яром? И почему наедине? — задумчиво произнёс юноша, обращаясь, казалось, к самому себе. — Не знаю… Мне он ничего не сказал, — обеспокоенно откликнулась Сара.***
Отойдя от центрального костра на несколько метров, Тесей остановился и уставился в темноту окружавшего их леса рассеянным взглядом. Шедший рядом Ярос тоже замер в двух шагах от него. — Чего случилось-то, бать? — с тревогой спросил парень. — Пока что ничего, — пробормотал Архонт, затем повернулся к сыну, сфокусировал на нём взгляд и сурово сдвинул брови, — вот ты, бессовестный, спать собрался, а о нас с Сарой не подумал! И о Марке тоже не вспомнил! — А вот и нет! — возразил юноша. — Ты сам сказал, что Марка нужно оставить в телеге, чтобы лишний раз не тревожить. Я велел девчонкам подложить ему чего-нибудь под голову и укрыть потеплее, и чтобы дежурили возле него по очереди, воды давали, если попросит. В общем, там всё схвачено, дядя под присмотром. А для вас с Сарой навес уже давно готов, с того момента, как стало ясно, что мы сегодня не уедем. Девчонки просто не успели вам его показать. Так что, ни с хера ты ко мне докопался, бать. — Уел, стервец, — Архонт цокнул языком и покаянно покачал головой. — Ты только об этом хотел поговорить? — зевнув уточнил Ярос. — Нет, не только, — признался Тесей. — Нужно посоветоваться. Я не уверен, что мне стоит завтра появляться в Поселении Изгоев. — Почему? — Потому что там могут оказаться те, с кем я был лично знаком, и кто ещё помнит меня в лицо. — Ну и что? — Сына, я не понял, у тебя мозги только при дневном свете работают, а после заката автоматически отключаются? — раздражённо поинтересовался мужчина. Парень надулся и скрестил руки на груди, продолжая непонимающе смотреть на отца. Тот вздохнул и принялся объяснять, — ну сам подумай, сильно обрадуются Изгои Правителю Полиса, из-за которого, по их мнению, им пришлось двадцать лет терпеть лишения и горести? — А, ну если с этой стороны посмотреть… — почесал в затылке Ярос. — Можно посмотреть и с другой, — продолжил Архонт. — Твоя Стая приняла меня, потому что не знает, кто я на самом деле. Для них я — просто твой отец, пусть и Полисянин. Тех, кто что-то подозревал, переубедила Трина, спасибо ей за это. А теперь представь, какова будет реакция Волков, если они узнают от Поселенцев, что их Вожак — сын Правителя Полиса. — Тебе нельзя завтра идти с нами! — с ужасом прошептал парень. — О чём я тебе и толкую, — устало кивнул Тесей. — Но как объяснить это твоим ребятам, чтобы не вызвать лишних подозрений? — Что-нибудь придумаем, — отмахнулся тот. — Скажем, что ты ногу подвернул. Похромаешь тут пару часиков для убедительности, и нет проблем. — Что ж, это выход. Тогда идём, сына, а то поздно уже, пора готовиться ко сну.***
Когда Тесей с Яросом вернулись к центральному костру, там оставалось около десятка Волков, продолжавших по очереди крутить рычаг генератора. — Эй, Ри! — парень подошёл к уснувшей на плече у Сары девушке и довольно грубо хлопнул её по спине. Трина вздрогнула, открыла глаза и обернулась на Вожака, тот сухо приказал, — проводи моих к навесу, потом можешь идти спать. Девушка сдержанно кивнула и поднялась на ноги. — Погоди, Рося, присядь, — тут же скомандовала Сара, вставая с бревна и указывая на него юноше. — Зачем? — не понял тот. — Нужно перед сном ещё раз обработать глазницу, — объяснила врач, доставая из кармана маленький пузырёк с раствором. — Ну ма-а-ам… — закатил здоровый глаз парень. — Не спорь! — строго велела Сара. — Прошло уже больше часа с прошлого раза. Ярос смущённо покосился на сидящих в нескольких шагах от них Волков, которые, опасаясь гнева Вожака, отводили взгляды, делая вид, что ничего не видят и не слышат, потом на стоящего рядом и сурово взирающего на него отца. Обречённо вздохнув, юноша сел на бревно, поднял лицо к ночному небу и упёрся макушкой женщине в живот. Тесей встал сбоку от сына, вновь достал телефон и осветил фонариком его лицо. Сара принялась отклеивать повязку, Трина примостилась у неё за спиной и с любопытством наблюдала за действиями врача, заглядывая ей через плечо. — Нихрена себе… — охнула она, когда Сара отогнула верхний край повязки вниз, открыв раны на лице парня, — нехило тебя в этот раз раскурочило… — Я и так в курсе, что ты от меня без ума, Ри, — процедил Бродяга, щурясь от яркого света фонарика, — так что можешь держать свои восторженные комментарии при себе. Трина пренебрежительно фыркнула и отвернулась, однако стоящий рядом Брут заметил, как покраснели её щёки. — Один из пластырей отклеился, нужно его заменить, — пробормотала Сара и обратилась к Бруту, — будь так добр, принеси мою сумку. — Конечно, — кивнул тот и направился к Брутомобилю. Женщина тем временем убрала пришедший в негодность пластырь и капнула в образовавшуюся между скулой и бровью щель несколько капель раствора. — А что это такое? — спросила Трина, указав пальцем на приспособления, соединяющие края рассечений. — Медицинские стяжки, — ответила врач и принялась объяснять, — смотри, вот парные маленькие пластыри с крошечными пластмассовыми замочками, они соединяются друг с другом вот этой скобой. Когда скоба затягивается, края раны смыкаются и фиксируются в таком положении. Так рана лучше и быстрее заживает. — Круто! — восхищённо выдохнула Трина. — Ну скоро там? — нетерпеливо поинтересовался парень. — Потерпи, дорогой. Брут принёс сумку и поставил её на бревно рядом с Яросом. Сара достала из неё антисептический спрей и протянула его девушке: — Обработай руки, мне понадобится твоя помощь. В четыре руки Сара с Триной быстро соединили пластырем нужные участки кожи, ещё раз обработали мазью повреждения и на всякий случай обновили повязку. — Готово! — бодро сообщила женщина, убирая в сумку медикаменты. — Ну вот, теперь заново глаз рисовать придётся, — недовольно пробурчал Ярос, поднимаясь с бревна. — И шея затекла, капец как! — Не стоит благодарности, — заметила Сара, укоризненно глядя на парня. — Спасибо, мам, — тут же исправился тот, словив от отца назидательный подзатыльник. — Пожалуйста. Теперь нужно проверить, как там Марк и Холи. — Я пойду с тобой. Трина тоже с нами, — заявил Ярос, подхватывая с бревна медицинскую сумку, затем повернулся к Тесею и Бруту, — а вы пока проверьте, как там продвигается процесс зарядки. — Хорошо, — кивнул учёный и направился к Волкам, продолжавшим крутить рычаг генератора. — Раскомандовался, тоже мне… — проворчал мужчина, двинувшись следом за Брутом.***
Ярос, Сара и Трина вернулись к костру через полчаса. — Двигатель заряжен примерно на пятнадцать процентов, — сообщил им Брут. — Этого не хватит, чтобы добраться до Полиса. — Значит, крутим дальше, верно, братва? — обратился к Волкам Бродяга. Те кисло покивали в ответ. — Как там дела у наших раненных? — осведомился Архонт. — У Холи хорошо, показатели в пределах нормы, спит крепким здоровым сном, — отрапортовала Сара и тут же помрачнела, — а вот Марк… он очень плох, Тесей. Я сделала всё, что было в моих силах, но… есть вероятность, что он не переживёт сегодняшнюю ночь. — Всё будет нормально, мам, — уверенно сказал Ярос, ободряюще обнимая её одной рукой. — Марк — крепкий мужик, он справится. — Надеюсь… — печально вздохнула та. — Ладно, нам всем нужно отдохнуть. — Верно. Трина, проводишь нас к навесу? — попросил Тесей. Девушка молча кивнула и прошла вперёд, указывая гостям дорогу. — Спокойной ночи, — в один голос пожелали Ярос с Брутом им вслед. — Доброй ночи, ребятки, — махнул рукой мужчина, цепляя невесту под локоток. — Идём, дорогая. Вскоре все трое скрылись из виду. Ярос подошёл к колоде и взял за гриф свою гитару, затем схватил любовника за руку и потянул за собой. — Пошли, Кор Мэум. — Спать? — с надеждой спросил тот. — Да, но не сразу. — В каком смысле? Яр, ты опять что-то задумал? — Естественно, это же я! Парень подвёл избранника к одному из навесов, на крыше которого виднелся какой-то огромный предмет. Брут попытался разглядеть его, но вокруг было слишком темно. Тогда он достал из кармана свой телефон, включил фонарик, направил луч света на заинтересовавший его объект и тут же ахнул: — Яр… Это что такое?.. — Медвежья черепушка! — гордо ответствовал тот. — Правда круто? — Весьма, — вежливо согласился учёный, а затем осветил полог навеса, — а это?.. — Мои трофеи! Гляди, вот лисьи хвосты, семнадцать штук. Кстати, нужно не забыть завтра повесить тот, что у меня в рюкзаке, восемнадцатый. Вот кабаньи клыки, шестерых мы с ребятами на охоте завалили, а ещё двоих — я один. Вот это — лосиные рога, я себе только пять забрал, остальные ребятам отдал, а так мы их дофига замочили. Вот заячьи лапы… надо будет взять ещё парочку тех, что я сегодня поймал… интересно, куда эти черти хитрожопые их дели?.. — А это что за хвостики? — Это от всякой мелочи — хорьки, куницы, барсуки и прочая ерунда. Так, для красоты повесил, — подождав, пока наречённый рассмотрит все трофеи, парень приглашающе отодвинул полог в сторону и сказал, — лады, хорош любоваться, заходи давай. Брут выключил фонарик и шагнул под навес. Внутри было довольно тесно, практически всё пространство занимал потёртый лежак. Ярос зашёл следом за ним, быстро пристроил гитару к стенке и повернулся к выходу. — Ты куда?! — испуганно воскликнул учёный. — Сейчас вернусь, — пообещал тот и махнул рукой на подстилку, — располагайся. Брут нерешительно потоптался возле лежака и с любопытством оглядывался по сторонам. Под потолком висела небольшая керосиновая лампа, освещавшая навес тусклым светом. К одной из боковых стенок были прикреплены одна над другой три полки. На нижней стояло три бутылки алкоголя и два блока сигарет, на средней юноша увидел несколько разнокалиберных ножей и кастетов, всю верхнюю полку занимали узкие пластиковые боксы. Брут вспомнил, что Ярос приносил такие же со своей первой вылазки, и в них находились диски с музыкой из Прошлой Эпохи. Он протянул руку, чтобы взять один из боксов, но в этот момент полог отодвинулся в сторону, и под навес шагнула незнакомая девушка, а следом за ней показался довольный Ярос. _________________________________________________________________ * Музыка: В. Кипелов Слова: М. Пушкина; группа «Ария» – «Закат» ** Музыка и слова: А. Григорян; группа «Крематорий» – «Ангел» (некоторые слова намеренно изменены)
