Самый большой секрет.

—Эй, Луна, ты там скоро? — Вопросительно, с легким нетерпением спросила Луан, стоя в дверном проеме и переминаясь с ноги на ногу. —Да, да, сейчас. — с ноткой резкой раздражительности сказала Луна, неподвижно стоя возле окна и не отрывая взгляда от экрана своего телефона. Там была открыта переписка с Даниэлем, который был подписан как «Даник», с маленьким розовым сердечком в конце. Разговор, освещенный холодным светом экрана, был следующим. —Эй, милая, ты готова к сегодняшнему концерту? —Да! Я всю неделю этого ждала! —Слушай, эээ, у меня завалялся один лишний билет, как насчёт того чтобы позвать твою сестру с нами? —Что? Но зачем? На этом разговор оборвался, буквально только что отправив последнее сообщение, Луна недовольно, сдавленно фыркнула, ее брови сдвинулись. Затем, с усилием натянув на лицо фальшивую, напряженную улыбку, она медленно повернулась к Луан. —Ну, можно идти! — с наигранным, неестественным энтузиазмом сказала Луна, резко проходя мимо своей сестры и начиная спускаться вниз по лестнице, ее шаги отдавались гулко по дереву. Все остальные родственники уже ждали только этих двоих внизу, в прихожей, и можно было наконец отправляться в школу. ─────────────────── —Увидимся после уроков? — Сказала Луна, с глухим стуком закрывая свой шкафчик с вещами на перемене. —Конечно! Я напишу, как уроки кончатся. — с искренней радостью в тоне сказала Луан, затем быстро скрываясь за углом в потоке других учеников. Казалось бы, что могло испортить этот день? Сегодня Луна должна была наконец пойти на концерт Мика Шлягера, она ждала этого целую неделю, отсчитывая дни, и вот, сегодня тот самый долгожданный день, когда она вместе со своим парнем отправится туда. Но вот… это неожиданное, колкое предложение Даниэля позвать Лени с собой, посеяло глубокие, ядовитые сомнения в душе девушки. Она молча, прислонившись лбом к холодному металлу шкафчика, стояла на месте, размышляя, пока вокруг кипела школьная жизнь. Однако поток тягостных мыслей резко, грубо прервала подходящая Айрис, как всегда в окружении своей верной компании девушек. —Настолько ебнулась, что поди со шкафчиком сосаться будешь? — с привычной гадкой насмешкой, растягивая слова, сказала Айрис, и как тут же ее подруги, как по команде, подхватили посыл этой шутки и рассмеялись дружным, режущим слух смехом. Луна же молча, опустив глаза, отошла в сторону, собираясь просто проигнорировать её, сделать вид, что не слышит, но тут… —Слышала, ты сегодня на концерт идёшь… с Даником? — продолжила Айрис, делая ударение на его имени. —Откуда ты… — начала Луна, поднимая взгляд. Но ей не дали договорить. Айрис, сделав пару шагов, подошла немного ближе, не разрывая возникшую близкую, давящую дистанцию, и лишь сказала более громко, просто перебивая речь Луны. —Дай угадаю, он предложил позвать Лени с вами? —Но… откуда ты знаешь? — задала риторический, полный недоумения вопрос Луна, конечно, Айрис дружила со всеми в школе, она была, можно сказать, местным гуру, разумеется, она могла знать об этом. Но… то, к чему она вела, было той самой горькой правдой, которую Луна отчаянно пыталась откинуть, запихнуть поглубже. Однако снова, все говорило лишь об одном. Айрис не ответила на вопрос, лишь ехидно, самодовольно улыбнулась уголками губ, давая Луне сказать что-либо еще. Однако девушка лишь недовольно, сдавленно цокнула языком и быстрым, почти бегущим шагом ушла от этого диалога, вжав голову в плечи. —Можешь делать вид, что он любит тебя, живи во лжи, и продолжай думать дальше, что ты нужна кому-либо. — Бросила Айрис вдогонку уходящей Луне, не спуская с лица все ту же гадкую, торжествующую улыбку. Интересно, всегда ли Айрис была такой? Может быть, её тоже однажды жестоко отвергли, и теперь, пытаясь залатать свои старые, незаживающие раны, она вымещала всю боль на Луне? Крайне, крайне любопытно, что же скрывалось под этой гладкой маской самовлюбленности и жестокости? Как же иногда, в самые темные моменты, хотелось взять острый канцелярский нож… и аккуратно, слой за слоем, снять эту маску вместе с кожей, посмотреть, что там, внутри. Может тогда, наконец, все встало бы на свои места… —Приходи в подсобку, нужно кое-что обсудить. — короткое сообщение от Луны всплыло на экране. —Прямо сейчас? —Прямо сейчас. —Чёрт, детка, зачем ты решила позвать меня сюда именно сейчас? Урок уже начался, мне пиздец если я опоздаю. — Цокнув от досады, сказал Даниэль, не понимая, зачем Луна позвала его в эту маленькую, захламленную старыми тряпками и инвентарем подсобку. Он стоял, прислонившись к бетонной стене, пока Луна молча, неподвижно стояла возле двери, повернувшись к нему спиной, ее силуэт был темным на фоне узкой полосы света из-под двери. —Скажи мне, Даниэль… — Сказала Луна почти шёпотом, но в тишине комнаты он прозвучал громко. Она положила ладонь на шершавую деревянную дверь, начиная медленно впиваться ногтями в мягкую, поддающуюся древесину. — Это правда, что ты… Встречаешься со мной, чтобы сблизиться с Лени? —Пффф, ты что, конечно нет, милая, как ты могла так подумать? — Отчеканил слова Даниэль, с явной ноткой сарказма в голосе, как будто он уже и сам понимал, что его раскусили, и словно, не хотел больше держать интригу, решил дать все понять сразу. Луна тут же с силой провела ногтями вниз по двери, оставляя глубокие, белые царапины на темной краске. Ее возмущённый и злобный взгляд, полный предательства, впился в Даника, когда она резко повернула к нему голову. Даниэль же в ответ лишь ехидно, широко улыбнулся, сложив руки на груди. —Ладно, ладно, ты меня раскусила. Довольна? Признаюсь. —Н-но, зачем ты так поступил? Я же… Любила тебя. — Сказала Луна, и ее глаза, широко открытые, остекленели от наступающего шока. Она сжала ткань своей футболки в области груди, делая шаг, а затем еще один, подходя к Даниэлю ближе, в полумрак комнаты. —Слушай, давай на чистоту, она во всём… Лучше тебя, понимаешь? Твоя сестра — она не такая доступная, как ты. Я думал, сближусь с тобой, и стану на шаг ближе к Лени, ноооо… справедливости ради, ты действительно неплоха. Я реально думал, что ты тянешь на… восьмерочку. — Ухмыльнулся Даниэль, как будто оправдываясь, словно он просто любезно утешал Луну, на самом деле и вовсе не считая её красивой. Сделав небольшую, театральную паузу, он продолжил, и его голос стал холодным. — Но скажи мне честно… Зачем мне нужна восьмерочка, когда прямо рядом есть настоящая десяточка? Эти слова, произнесенные с ледяной четкостью, поставили Луну в полный, оглушающий ступор. Она тут же почувствовала, как кровь ударила в лицо, залив щеки жгучим румянцем. Душа наполнилась до краев бурлящим гневом, но в то же время и леденящим отчаянием. Собравшись с мыслями, Луна тут же сделала резкий шаг вперёд и со всего маху, с тихим всхлипом, ударила Даниэля по щеке открытой ладонью, оставляя на его коже красноватый, отчетливый след от пощёчины. —Мерзкий ублюдок! — Хрипло крикнула Луна вслед отходящему назад от неожиданного удара Даниэлю. Однако ответный удар не заставил себя ждать. —Грязная шлюха! — Рыкнул Даниэль, и его твердая ладонь со всей силы ударила Луну по лицу, оставляя более красный, уже синеватый след от еще более мощного удара по щеке. Удар был настолько сильным, что заставил Луну пошатнуться, споткнуться и с глухим стуком упасть на бетонный, пыльный пол. Держась дрожащей рукой за распухшую, пылающую щеку, Луна лишь подняла голову и посмотрела вверх, на Даниэля, который, расправив плечи, злобно и с презрением смотрел на свою, уже бывшую, девушку. —Честно, хотел бы я, ты бы давно полностью была моей. Я мог получить легкодоступную игрушку в постель, но ты, знаешь… даже такого внимания не стоишь. Ты постоянно ноешь, когда я хочу попробовать что-то новое, эта твоя вечная боязнь всего подряд меня просто бесит. И более я не собираюсь тратить на тебя своё время. —Клянусь богом, если я встану, и ты будешь ещё тут… — прошипела Луна сквозь стиснутые зубы, пытаясь подняться на локтях. —Да пожалуйста, — перебил он, — ты не стоишь даже этого. — Даниэль молча, с презрением откинул руки назад, быстрым, уверенным шагом направился к двери, вышел и резко, с грохотом захлопнул ее за собой, оставив Луну в полной, давящей тишине. Гнев Луны, кипевший секунду назад, постепенно начал сменяться… на леденящее отчаяние, на всепоглощающую грусть и горечь от только что пережитого предательства. Луна молча согнула колени, подтянула их к груди, прижалась к ним лицом, можно сказать, свернувшись в тугой, защитный калачик прямо на холодном полу. Одна, в пустой, пыльной комнате, Луна наконец дала волю сдерживаемым слезам, которые потекли по ее грязным от пыли щекам горячими, солеными ручьями. —Почему… почему все должно быть именно так? — Чуть ли не захлебываясь в собственных слезах, прошептала Луна в пустоту… Примерно через пять минут, с опухшими красными глазами и грязной одеждой, Луна так же вышла из подсобки. Она не спеша, словно во сне, поплелась к своему шкафчику, идя самым краем коридора, прижимаясь к стенам, чтобы не привлекать к себе ничье внимание… Где-то издалека, как из тумана, Луна попала на глаза Айрис и ее подругам, которые стояли в сторонке у окна и что-то оживленно обсуждали. Однако стоило им мельком увидеть Луну, ее заплаканное лицо и сгорбленную фигуру, как весь их фокус, как по волшебству, мгновенно перешёл на неё. На их лицах расцвели улыбки. —Так и думала, Даник отшил эту сучку… хммм, как насчёт того, чтобы сделать для неё ещё один маленький «сюрприз»? — Усмехнувшись, спросила Айрис у своей верной компашки. Все одобрительно, с хищным блеском в глазах кивнули, и тогда в голове у юного эксперта по издевательствам возникла новая, потрясающая мысль. —Отлично… я даже знаю, кто нам с этим поможет. ─────────────────── Время прошло, уроки наконец кончились. Благо, с учебой у Луны особых проблем не наблюдалось, в этом плане загруженности не было. Но все ещё подавленная, с каменным тяжелым комом в груди после того ужасного случая, она не спеша, на автопилоте подошла к своему шкафчику, чтобы забрать вещи, и далее просто уйти домой, спрятаться… Как вдруг, открыв дверцу с привычным лязгом, из нее на пол вывалился сложенный вчетверо листок бумаги, странное, никем не подписанное письмо. Луна сначала просто хотела смять его и выкинуть, «ошиблись шкафчиком, наверное», однако ледяное любопытство, смешанное с тлеющей искрой слабой надежды, взяло вверх, и она развернула злосчастный листок, готовясь прочитать его содержимое, написанное незнакомым округлым почерком. «Привет, Луна, я знаю, что случилось с тобой сегодня, и мне тебя очень жаль, давай встретимся на заднем дворе школы после уроков и всё спокойно обсудим.» Адресовано было точно Луне, она одна в школе была с таким именем. Интуиция, острый внутренний голос, подсказывал, что не стоит идти, что это, возможно, опять чей-то жестокий прикол. Однако отчаяние и жажда хоть какого-то утешения оказались сильнее. Собрав остальные вещи в сумку, Луна выходит на улицу, на прохладный воздух, и медленно, нерешительно идет к указанному месту, на пустынный задний двор школы. Приближаясь к углу здания, Луна сразу увидела длинную, искаженную тень, которую отбрасывал кто-то, стоящий там, за поворотом. Сердце екнуло — там действительно кто-то есть. Сначала были сомнения, ступор. «Может, не стоит? Повернуть назад?» Однако шаги сами несли ее вперед, пути назад уже не было. Собравшись с духом, она снова натянула на лицо жалкую подобие улыбки и довольный вид и вышла из-за угла к предполагаемому автору письма. —Привет! Я получила твое письмо, и я… — начала она, но голос оборвался. Луна мгновенно опешила, смотря правде в глаза… Никого тут не было. Тень отбрасывал старый, брошенный школьный вентилятор, который одиноко стоял за углом и тихо, на низких оборотах, издавал легкий, насмешливый ветерок. Взгляд Луны снова, окончательно, наполнился ледяным отчаянием. И тут она заметила маленькую записку, приклеенную прямо к решетке вентилятора на кусок серебряного скотча. С дрожащими пальцами она оторвала записку и развернула ее, уже честно говоря, не надеясь ни на какие хорошие новости, ожидая подвоха. «Тебя затроллили!!!!, с любовью от твоего…» —Тайного поклонника! — Крикнула девушка, выскакивая из-за противоположного угла. Она громко, раскатисто и самодовольно смеялась с удавшегося, по ее мнению, розыгрыша. Однако смех ее продлился недолго, он тут же, резко оборвался, застрял в горле, когда она увидела, над кем она только что так «подшутила». —Л-Луна? Что… что ты здесь делаешь? — Запинаясь, с внезапным волнением в голосе спросила Луан, резко прервав свой смех, который моментально сменился растерянностью и даже неким животным страхом в глазах. Луна же, медленно, с трудом повернулась, и ее негодующий, горящий взгляд впился в глаза своей младшей сестры. Конечно, специально Луан это сделала или нет, была ли она пешкой? Разве это сейчас имело значение? Важно было лишь одно: Луан только что выставила свою старшую сестру на посмешище, она высмеяла ее боль, точно так же, как это делали все остальные… —Отличная работа, Луан! — выдавая истошный и громкий, полный торжества смех, сказала Айрис, выходя из-за угла вместе со всей своей хихикающей компашкой. Все они разом залились гадким, радостным смехом, пока Луан молча, бледная, стояла как вкопанная и смотрела на Луну, взгляд которой стал похож даже не на человеческий… а на взгляд загнанного в угол, готового на все зверя. —Ну конечно, сука, кто же это ещё мог быть, а я уже, дура, начала верить, что это действительно правда! — Прохрипела Луна, до боли сжав кулаки так, что ногти впились в ладони. Она резко прошла мимо гогочущей толпы, не глядя на них. Луан же, видя уходящую в полном отчаянии сестру, не могла сдержать переживаний и вины. Она кинулась вслед за Луной, желая все объяснить, вымолить прощение. —Луна, стой! Пожалуйста! Они обманули меня! Я не хотела, правда… Прости меня! Старшая сестра резко остановилась, ее плечи напряглись. Руки у пояса немного дрожали. В тишине, нарушаемой только ее тяжелым дыханием, послышался тихий, неприятный, влажный звук — звук протыкания кожи зубами. Вдруг, на серый, холодный асфальт у ее ног упала одна ярко-алая капля крови, затем вторая. Луна медленно повернулась к Луан, и та впала в настоящий ужас от вида своей сестры. Луна до крови прокусила себе нижнюю губу, практически откусывая небольшой кусочек плоти. Глаза ее были дикими, наполненными чистой яростью и ледяным презрением. Она лишь наклонилась, заглянула в самые глаза испуганной, плачущей сестре, делая шаг вперёд и с силой пихая Луан назад, в грудь. —Мне в хуй не упёрлись твои извинения, ты уже сделала достаточно. Я никогда не забуду, что ты сегодня сделала, и никогда за это не прощу… И если ты ещё хоть раз встанешь у меня на пути… Я убью тебя. Больше слов не нужно было. Каждое прозвучало как приговор. Луна молча развернулась, грубо вытирая тыльной стороной ладони стекающую с подбородка теплую кровь, и быстрым, решительным шагом ушла прочь от Луан, которая оцепенела на месте от сказанных старшей сестрой слов. Она не посмела больше уговаривать, что-то объяснять. Ей было достаточно этих тихих, но таких страшных угроз. Они дали Луан ясно понять одно: сейчас… приближаться к Луне было смертельно опасно. Уроки снова продлились аж до самого вечера. На улице было уже по-осеннему темно, фонари отбрасывали желтые круги света на мокрый асфальт. Луна с бесчувственным, пустым взглядом, как автомат, шла домой, уже почти подходя к знакомому двору. И тут на ее телефон, лежавший в кармане, пришла новая вибрация, новое сообщение. Сэм: —Привет,чувиха, как поживаешь? —Привет… нормально… Чего пишешь аж поздним вечером? — ответила Луна, почти машинально. —Хочу попросить об одной услуге… ну, нужно чтобы ты подержала у себя дома кое-что. Меня после той истории с травой каждый день шмонают, можешь помочь?.... —И нахуя я вообще в это ввязалась… — Недовольно, сквозь зубы пробормотала Луна спустя час, держа в раскрытой ладони несколько маленьких, прозрачных целлофановых пакетиков, туго набитых белым, мелким и рассыпчатым как сахар порошком. Сэм, одна из старых подруг Луны, стояла перед ней в темном переулке и нервно перебирала что-то в своем потертом портфеле. —Да не ссы, главное — не пались. И… ни в коем случае, слышишь, ни в коем случае не жри это сама, договорились? — серьезно, почти сурово сказала Сэм, глядя ей прямо в глаза. Луна лишь молча, без выражения кивнула, складывая себе в глубину сумки все эти пакетики. Было их, если быстро посчитать… около семи. ─────────────────── Поздняя ночь. Луна снова не пошла в свою комнату, предпочтя спать в гостиной. На этот раз причиной послужило не желание уюта, а невозможность находиться рядом с Луан, с которой она делила комнату. Это было совершенно невыносимо. Поэтому старый добрый потертый диван, который повидал уже немало и ее слез, и бессонниц, снова стал ее пристанищем. Лежа на диване, укутавшись в плед, Луна бесцельно листала ленту в Инстаграме, синий свет экрана выхватывал в темноте ее уставшее, осунувшееся лицо. И тут ей, как ножом по незажившей ране, попалось новое селфи. На фото были Лени и Даниэль. Они стояли вместе, в обнимку, улыбались в камеру — идеальная, светлая парочка… подумал бы кто угодно, но только не Луна. Она лишь стиснула зубы до боли, и с тихим стоном отчаяния откинула телефон вглубь дивана, в темноту, чтобы больше не видеть этого. —Как??? Как я позволила… чтобы все это случилось? Ударяя себя ладонями по вискам несколько раз подряд, подумала Луна, и ведь вправду, что она делает не так? А может быть, дело было и не в ней вовсе, а… в тех, кто ее окружает? Может быть, их нужно было просто… убрать? Убрать с дороги, чтобы наконец начать жить счастливо, спокойно? Кто знает. Но знала Луна одно: с ней всегда есть её любимый брат, к оторый точно не предаст и не оставит в беде. Так ведь? Он был ее единственной тихой гаванью. Не переживай, завтра будет другой день, я знаю.