Благословлённый Шута

— Ты подрос, — с улыбкой поддразнила Дейли Симон, погладив Амона по голове. — Правда? А по-моему, он всё ещё коротышка, — добавил Леонард, положив ладонь Амону на макушку, будто пытаясь вдавить его пониже. Амон раздражённо отмахнулся от обоих, а затем привёл волосы в порядок. Сегодня он выходил на задание с капитаном из-за Дневника, так что должен был выглядеть безупречно — несмотря на то, что к ним прицепом шли ещё четверо лишних людей. Он фыркнул и бросил на Леонарда косой взгляд. — Я за последнее время вырос на целых два сантиметра. Так что смотри в оба, а то я верну себе прежний рост и стану выше тебя. Конечно, он имел в виду свой рост из прошлой жизни. С отличными отцовскими генами он был выше 185 сантиметров, тогда как Леонард — всего около 177! Людям такого роста оставалось лишь завистливо вздыхать о его прежнем росте! И, строго говоря, вернуть себе этот рост было вовсе не невозможно. Помимо самого факта становления Потусторонним, продвижение по Последовательностям со временем постепенно изменяло тело. — «Верну»… Ты говоришь так, будто тебя какая-то странная внеземная сила уменьшила, — ответил Леонард, явно не воспринимая его слова всерьёз и списывая всё на детское нытьё. В этот момент в комнату вошёл капитан Данн. Увидев Дейли, он улыбнулся: — Дейли, рад, что ты смогла прийти. Она ответила улыбкой — более многозначительной и насмешливой. — Конечно. Я ведь участвовала в этой миссии с самого начала, когда мы искали дневник семьи Антигонов. И, между прочим, раньше я тоже была частью тенгенского отделения. Логично взять кого-то, кто хорошо знает местных Ночных Ястребов. Леонард, уловив двусмысленную атмосферу между ними, опустил взгляд на Амона — тот смотрел на Данна так, словно перед ним лежал особенно сочный кусок мяса. Леонард кашлянул, привлекая внимание всех присутствующих. Широко ухмыльнувшись, он посмотрел на Дейли и Данна, а в голосе зазвучал откровенный намёк: — А почему бы вам двоим не сходить после миссии куда-нибудь выпить вина и поужинать? Повспоминать старые добрые времена? Краем глаза он заметил, как улыбка Амона застыла. — В конце концов, вы тогда были довольно близки. Некоторые из нас даже гадали, когда же вы наконец сойдётесь! Эффект был мгновенным. И Данн, и Дейли покраснели. Данн кашлянул и внезапно нашёл настенные росписи невероятно интересными, а уверенная в себе Дейли теперь смотрела себе под ноги, словно видела их впервые, неловко переминаясь. Тем временем Амон… Амон смотрел на Дейли так, будто она лично убила у него на глазах не только родителей, но и весь его род. Словно он молча клялся отправиться в столетнее путешествие ради мести. Над серым туманом Шут не смог удержаться — уголки его губ приподнялись в удовлетворённой улыбке, пока он наблюдал, как сердце его Благословлённого разбивается в реальном времени. Разумеется, он не был злым — он вовсе не питался болью и страданием своего Благословлённого… Просто его Благословлённый был «его» Благословлённым, а значит, теперь его внимание вновь целиком и полностью вернётся к нему. Ещё мгновение назад он испытывал раздражение и гнев, видя, как эта женщина и Леонард бесцеремонно касаются его Благословлённого — того, кто отдал тело и душу лишь ему, Шуту. Они так запросто трогали то, что принадлежало богу! Но после такого поворота событий он больше не находил прикосновения женщины к волосам его Благословлённого раздражающими. Даже этот человек, Леонард — тот самый, чью голую грудь его Благословлённый однажды обнимал в момент слабости, — внезапно показался весьма полезным. Пожалуй, за одно только это он мог бы даже задуматься о том, чтобы однажды пригласить Леонарда в Клуб Таро — и простить ему привычку носить рубашки, открывающие грудь невинному взору его Благословлённого каждый день. Шут откинулся на бронзовом кресле, лениво наблюдая за дальнейшими событиями. Прибыли ещё два Потусторонних из баклундского отделения Ночных Ястребов, неся Запечатанный Артефакт, который он сразу узнал — предмет из низкой Последовательности его собственного Пути. Неудивительно, что проклятая марионетка первой потянулась именно к его Благословлённому, пытаясь захватить его тело. В конце концов, она всего лишь следовала Закону Схождения Потусторонних Характеристик. И всё же это наполнило его резким, кипящим раздражением. Третья вещь за день, посмевшая прикоснуться к тому, что принадлежало ему… Людей он мог простить — невежественные, неловкие существа, не понимающие, что творят. Но марионетка? Она должна была почувствовать его присутствие, отпечатавшееся на его Благословлённом, и всё равно осмелилась… Подняв руку, Шут коснулся изображения марионетки пальцем, отправляя в неё волну порчи. Совсем крошечную долю, разумеется — артефакт всё ещё был нужен для возвращения Дневника семьи Антигонов, а это обеспечивало безопасность его Благословлённого. Усиливая связь с блуждающей Потусторонней Характеристикой, как он делал со всеми остальными характеристиками своего Пути, он провозгласил гулким, раскатистым голосом: — Не трогай то, что тебе не принадлежит. Марионетка дёрнулась, словно пытаясь отпрянуть обратно в запечатанный ящик, заставив его раздражённо цокнуть языком. — Не веди себя подозрительно. Помогай Потусторонним в их задаче. Марионетка содрогнулась, после чего вновь приняла своё жуткое, восторженное поведение и поползла к капитану. Окружающие Потусторонние быстро списали её прежнюю странность на очередную особенность Запечатанного Артефакта и продолжили миссию. Лишь Леонард продолжал бросать подозрительные взгляды и на марионетку, и на его Благословлённого. Умный человек. Он действительно стал бы отличным дополнением к Клубу Таро. К сожалению, пригласить его сейчас означало бы раскрыть связь его Благословлённого с Шутом — риск, на который он пока не был готов пойти. Ещё немного. Совсем немного — и у него будет достаточно сил, чтобы по-настоящему поддержать своего Благословлённого. Когда Ночные Ястребы сели в экипаж, следуя наводке марионетки, Шут развеял «экран» перед собой, оставив одно щупальце на страже — чтобы оно оповестило его, если что-то пойдёт не так. Он откинулся ещё дальше в кресле и рассеянно наблюдал, как его щупальца играют с безделушками, которые его Благословлённый приносил в жертву — странные предметы, выбранные, чтобы развлекать, отвлекать или раздражать своего бога. Среди них были и некоторые «сокровища» самого Благословлённого, тайком протащенные в серый туман, чтобы обойти капитана, а затем забытые здесь. Одно щупальце, перегнув монету слишком сильно, пыталось вернуть ей форму. Когда же монета хрустнула в другую сторону, оно запаниковало, извиваясь в отчаянии. Если оно не успеет починить её до возвращения Благословлённого в Замок Сефирот, его наверняка накажут ненавистным взглядом и лишат поглаживаний на несколько дней. — Не ломай его вещи, — ровно предупредил Шут, меняя кресло на диван из их общей комнаты над серым туманом, чувствуя, как его вновь клонит в сон. Хотя дела шли на поправку, на краю сознания всё ещё таилось смутное чувство надвигающейся беды. Хуже того — он был уверен, что это чувство было не его собственным. Тяньцзунь? Нет… он позаботился о том, чтобы Тяньцзунь ничего не знал о его Благословлённом. Оставалась лишь одна возможность: его прошлое «я». Запечатанные воспоминания предупреждали его. Но о чём — он пока не мог понять. Страннее всего было то, что, несмотря на постепенное возвращение силы, ни одно воспоминание так и не вернулось. Ни секунды. Ни обрывка знания. Возможно, его мощь всё ещё была слишком мала. Возможно, когда его Благословлённый продвинется ещё на одну Последовательность, он сможет восстановить больше. И всё же что-то подсказывало, что на это не стоит возлагать надежд. Скорее всего, он не вернёт свои воспоминания в ближайшее время. А потому, следуя своей природе, он подготовится ко всем возможностям. Это означало заново накапливать знания — даже если придётся утомлять Благословлённого очередными лекциями от того профессора, а возможно, и добывать историю Потусторонних другими путями, пусть и опасными на данном этапе. Как раз когда Шут уже собирался задремать, в его сознании прозвучал надувшийся голос Благословлённого: «Мистер Шут…! Мне скучно, развлеки меня~!» Напряжение на его лице смягчилось едва заметной улыбкой, когда он вновь принял «экран» от сторожевого щупальца и взглянул на изображение своего Благословлённого. Тот сидел, надувшись, рядом с двумя незнакомыми Потусторонними, отказавшись ехать в одном экипаже с Леонардом, Данном и Дейли — несомненно, чтобы не смотреть, как те флиртуют всю дорогу. Теперь, застряв с двумя пожилыми мужчинами, засыпающими его вопросами о работе под прикрытием и возможности применения подобных методов в Баклунде, он выглядел так, будто вот-вот умрёт от скуки. Шуту разговор мог бы показаться интересным, но он знал своего Благословлённого. Тому требовалась постоянная умственная стимуляция, чтобы по-настоящему блистать, а обязанность бога — исполнять желания своего последователя. Даже если этот последователь был самым кощунственным Благословлённым в истории, столь легкомысленно взывающим к своему богу — да ещё и ради развлечения. Что ж, Шут был милосердным богом. Возможно, не для всех — но уж точно для своего Благословлённого. А что до платы за равноценный обмен… да, ему уже порядком надоели покупные пироги. Его Благословлённый всегда утверждал, что печь самому слишком хлопотно, но, если сделать это условием, он наверняка передумает. Вполне разумно. А если результат превзойдёт ожидания, Шут, возможно, наградит его чем-нибудь блестящим для украшения их комнаты. «Мистер Шут?» Ах — он забыл ответить. Опираясь щекой на ладонь, Шут придал своему голосу привычную нейтральность, скрывая снисходительность в выражении лица. — Мн. Мы всегда можем повторить урок, на котором ты вчера совсем не слушал. «…!» Он с улыбкой наблюдал, как паника охватывает лицо его Благословлённого. Что бы ни пытались предупредить его прошлое «я» или Тяньцзунь, одно было несомненно: его дни стали куда более увлекательными. Разумеется, всё не прошло гладко — а когда вообще проходило? Марионетка, усиленная после контакта с дневником Антигонов, осмелилась возомнить, что сможет отомстить его Благословлённому и Шуту за прежнее предупреждение. Такова была глупая природа Потусторонних Характеристик: в отличие от людей, знающих страх и своё место, они никогда этого не делали. Но его Благословлённый, острый на ум и находчивый, как всегда, был готов. С того момента, как он понял, как освободиться от контроля марионетки, он уже подготовился. В тот миг, когда он почувствовал, как затягиваются нити управления, он прижал к коже нож, спрятанный в рукаве, разрывая контроль — ещё до того, как Шут успел вмешаться. Не теряя ни секунды, он метнул лезвие прямо в череп клоуна и тут же выхватил пистолет Леонарда, чтобы гарантировать исход. Спустя мгновения марионетка вновь была запечатана, а его коллеги освобождены. Шут наблюдал, заворожённый, пока его щупальца беззвучно размахивали помпонами в знак поддержки. Некоторые даже попытались накормить Его попкорном, словно приглашая разделить праздник. Единственным досадным моментом было то, что марионетку запечатали прежде, чем Шут успел подвергнуть её заслуженному наказанию — а дневник семьи Антигонов ускользнула из-под рук его Благословлённого. Эта книга определённо была связана с одним из Его Путей; он надеялся извлечь из неё нечто полезное. Но возможность ускользнула. Ничего страшного. По крайней мере, Леонард — который стремительно поднимался в списке его любимых людей, занимая уже второе место, — убедил мадам Дейли остаться в Тенгене ещё на несколько дней, чем подверг его Благословлённого абсолютной пытке и ярости. Хм… Возможно, он даже мог бы подтолкнуть своего Благословлённого выведать у Дейли знания о мире духов и мистицизме. Хотя, признаться, это вызвало бы немало надувшихся губ. Милых и крайне забавных — если только это не приведёт к повторению того, что случилось в тот день. И потому, пока его Благословлённый сидел, в ужасе наблюдая, как Дейли и Данн обмениваются двусмысленными, мягкими улыбками и ни один не решается первым попрощаться, Шут склонился к его разуму и предложил: — У этой леди есть немалые знания о мире мистицизма, которые мне пока недоступны. Попроси её остаться сегодня подольше и обучить тебя. «…?!» — Она всегда может закончить отчёт позже — с помощью твоего капитана. Не беспокойся о её нагрузке. «…?!?!» Удовлетворённо улыбнувшись, Шут позволил своим щупальцам тихо извиваться от веселья. В его руке появился чистый блокнот, готовый принять всё, чему его Благословлённый научится на лекции духовного медиума.