Кто сказал что рыцари не бьют в спину?

Глава 20

Родерик был уверен, что этот молодой человек — тот, кого он искал. Изначально он планировал расспросить преподавателей Академии Северного Ветра в Башне Северного Ветра, не видели ли они такого человека, но не ожидал, что удача улыбнется ему так скоро: он увидел свою цель, входящую в церковь, ранним утром. В основном это было благодаря слишком приметной внешности рыцаря: его острые уши были редкостью на северных границах Королевства Ла-Рошель. А вот серо-коричневые, слегка растрепанные волосы средней длины стали для него неожиданностью. Это был обычный цвет волос для полуэльфа. Если бы кто-то другой не узнал его, это было бы простительно, но то, что гном Кранд тоже не признал его, было действительно странно. Впрочем, вспомнив, что Кранд хоть и болтает о лесах и единорогах, на самом деле родом из гномьего клана в снежных горах и никогда не видел эльфов, ошибку можно было понять. В церкви было тихо. В такой обстановке двое, сидевшие достаточно близко, могли слышать дыхание друг друга. Родерик молча смотрел на молодого рыцаря-полуэльфа. Тот, казалось, знал его имя, но не проявлял никакой скованности. Конечно, он не считал свой статус королевского мага чем-то невероятным, но, судя по словам собеседника, в будущем у него будет еще более впечатляющий титул. Чародей, Хозяин Звездной Башни. Каждый маг — ученый. Они испытывают фанатичную тягу к знаниям и всегда полны любопытства к неизведанному. Слова, слетевшие с губ молодого рыцаря, почти мгновенно привлекли его внимание, но он все же сумел обуздать свою жажду познания, принял строгий вид и спросил о личности собеседника. Сирил на мгновение опешил: он не ожидал, что интерес вызовет именно его статус. Он быстро принял решение: скрывать информацию перед абсолютно надежным будущим чародеем было бы неразумно. Более того, он так демонстративно вошел в Башню Северного Ветра именно в надежде привлечь внимание важных персон. А кто подходит для его плана лучше, чем Родерик, имеющий прямую связь с королевской столицей? — Да, господин Родерик. Как вы и заметили, я рыцарь из Рыцарского ордена Серебряного Клинка. Сирил встал и слегка поклонился Родерику, выполнив рыцарский салют, и продолжил: — Господин Родерик, я прошу вашей помощи. Однако Сирил тут же остро почувствовал, что, как только он «признал» свою личность, глаза Родерика мгновенно стали невероятно острыми, словно разъедающий кости клинок прошелся по его телу. Лишь затем маг вернул спокойствие и задумчиво произнес: — О? Молодой человек… Впрочем, ладно. Сначала дай мне послушать, что ты хочешь, чтобы я сделал. Сирил мысленно выругался. Не потому, что над головой всплыла надпись «Опасность» или «Смерть» — в «Сияющем Пути» такой механики не было, — а просто полагаясь на свое чувство опасности, выработанное годами игры: он определенно сказал что-то не то. Но сейчас у него не было времени исправляться, оставалось только продолжать, стиснув зубы: — Я надеюсь, что вы сможете немедленно связаться с Ловисом, Олдерни, а также с гарнизонами на передовой, чтобы они перешли в состояние боевой готовности. Включая Башню Северного Ветра. — Мы не говорим о Ловисе и Олдерни, но даже просто гарнизоны на границе… Ты понимаешь, сколько ресурсов они потребляют за один день в состоянии боевой готовности? — Родерик быстро прервал Сирила. — Молодой человек, это не шутки. Но Сирил не выказал ни малейшего разочарования. Он твердо смотрел на Родерика: — Если вы считаете, что нежить, переходящая горы Мейтленд и безнаказанно убивающая подданных королевства на землях Ла-Рошель, — это шутка, то мне нечего сказать. — Нежить переходит горы Мейтленд? — на лице Родерика отразилось удивление. — В горах Мейтленд круглый год лежит снег. Этим грудам костей не так-то просто перевалить через хребет, для этого нужно множество личей, и скорость марша будет низкой… К тому же, насколько я помню, у Королевства Ла-Рошель есть соглашение с Империей Нежити, они не должны первыми нарушать договор… — Если вы говорите о Королевстве Теней, созданном Владыкой нежити Лордом Хартлом, то это государство существует только на бумаге уже несколько десятилетий, — покачал головой Сирил. — Господин, все это неважно. Думаю, ничто не будет убедительнее этого… Говоря это, он вдруг перевернул руку. Сломанный меч Рыцаря Серебряного Клинка лег в ладонь, и он резким движением разрез одежду на животе, обнажив отчетливый бледный шрам. — Я выбрался из груды мертвецов. Если вы видели те мечи с черепами или если они вас протыкали, вы узнаете след, который они оставляют. Лазурные зрачки Родерика мгновенно сузились. Шрам был длинным и широким — действительно, характерная форма для клинков нежити. — С таким следом ты должен был умереть, — он задумчиво смотрел на белый рубец, а затем снова взглянул в лицо молодому человеку. Теперь в его глазах красивое лицо, обладающее типичными чертами эльфа, казалось более изможденным, что не должно было быть свойственно такому юноше. Сирил глубоко вздохнул, убрал сломанный меч, поправил одежду, снова скрывая шрам: — Вы знаете, я… полуэльф. — Да. Твои черты очень заметны, как и у многих полуэльфов, которых я видел. Впрочем, ты кажешься более верным и справедливым, чем они, — ответил Родерик. — Поэтому у меня был маленький флакон с «Каплей Лунного Возвращения». Это наследие моей матери, — Сирил опустил голову. — Хотя этот меч пронзил мой живот, он не задел жизненно важных органов, что дало мне шанс принять «Каплю Лунного Возвращения» и выжить. Но остальные… я был бессилен. Я смотрел, как они сражаются рядом со мной, как бросаются кусать врагов даже после того, как им отрубали руки, а потом эти костяные твари сносили им головы… Они все погибли, а я выжил в одиночку. Я трус… Его голос становился все тише. Родерик молча встал, положил руку на плечо Сирила, заставив его медленно сесть, и затем будущий чародей произнес тяжело и серьезно: — Юный рыцарь, ты не трус, ты доблестный воин. Я полностью осознал твою боль. — Вы верите моим словам? — Сирил поднял голову. Его лицо было спокойным, но в глазах с трудом скрывалась печаль. — Верю, и я немедленно передам сообщение в столицу. Скоро оттуда придут приказы, — серьезно сказал Родерик. — Конечно, я также проведу проверку. Командир вашего Рыцарского ордена Серебряного Клинка — моя хорошая подруга, я упомяну твое имя в разговоре с ней. Храбрый рыцарь, назови мне свое имя. — Господин Родерик, я вам так благодарен, меня зовут… — искренне начал Сирил, но вдруг осознал, что именно сказал Родерик. Что-то не так. Откуда этот маг может знать командира Рыцарей Серебряного Клинка? Он лихорадочно прокручивал в голове все, что только что сказал. Хорошая ложь обязательно должна быть наполовину правдой. Та часть речи, где говорилось о вторжении нежити, конечно, была истиной, но… Все, что касалось его личности, было ложью! Он, Сирил Адриан, в 1440 году, в Год Драконьего Рыка, был всего лишь сквайром-стажером и не имел никакого отношения к настоящим рыцарям. В глазах других статус эльфийского рыцаря мог скрыть несоответствие его силы возрасту — ведь долголетие и моложавость эльфов общеизвестны, и он мог спокойно использовать поддельное имя Айвор Вик. Но с Никелем Родериком этот номер не прошел бы. Разумеется, командир рыцарей вряд ли знала бы такую мелкую сошку, как он, но списки членов ордена — это не просто бумажки. Рыцари, оруженосцы, официальные члены и стажеры — все они записаны там. Как только начнется сверка информации, его ложь немедленно раскроется. Хотя все это касалось лишь личности и, по сути, было неважно и не считалось преступлением, ложь сама по себе — это цепь звеньев. Если одно звено будет разбито, появится большая дыра, которая может привести к серьезным проблемам. Но лазурные глаза Никеля Родерика, казалось, вмещавшие в себя весь мир, искренне смотрели на него. Он заикался и колебался некоторое время, пытаясь еще немного посопротивляться: — Господин, я думаю, я внес лишь крошечный вклад, недостаточный для того, чтобы вы упоминали меня командиру… Однако Родерик лишь смотрел на него с полуулыбкой и подмигнул: — Думаю, Джейн будет гордиться тем, что у нее в подчинении есть такой выдающийся рыцарь. Сирил мысленно тяжело вздохнул. Очевидно, его предыдущие слова все же вызвали подозрение, и будущий чародей решил немного подшутить над ним. Он зажмурился, набрался решимости и наконец сделал выбор: — Господин, меня зовут… Затем он перевернул ладонь и быстро написал кончиком пальца на руке строку извилистых, трудночитаемых эльфийских символов: Сирил Адриан.