Will I make it out alive

Спустя полмесяца Мин И вызывает на ковер начальник, с порога начиная едва не орать и перекидывать ответственность: чем он думал, когда не предупредил, что молодого господина Ши запрещено пускать на объект, мог бы сказать, посидел бы на бумажках и тут, хрустальная вазочка их начальника, а теперь всему отделу отдувайся за его, Мин И, недогадливость! И сам теперь пусть идет и докладывает, что это была его идея, и молится, чтобы его не выгнали, да радуется, что это задним числом не заставляют делать без этого, а дают шанс. Мин И пожимает плечами и идет. Здоровается с секретаршей, входит в кабинет, кланяется спокойно. — Здравствуйте, господин Ши. Смотрит ровно на узел галстука. Если уволят, будет несколько обидно. Но магнитный ключ он тогда «потеряет». Камеры в любом случае пока не поставили. — Мне сказали, идея отправить Ши Цинсюаня на объект принадлежала вам, — голос Ши Уду полон холодной стали. В кабинете не хватает для тяжести атмосферы только подходящей музыки вместо успокоительных мелодий для сосредоточенности: за огромными окнами сегодня собирается символичная гроза. — Неужели вы думаете, что это настолько забавно — будущий член совета директоров с дрелью и в пыли — что решили пренебречь последствиями? Мин И остается абсолютно равнодушен. — Отдел системного администрирования в данный момент прокладывает сеть в будущем офисе, — говорит ровно. — Работники отдела системного администрирования занимаются этим. Молодой господин Ши — работник отдела системного администрирования. — И тем не менее, половина вашего состава просиживает шкафы с мелкими поручениями в офисе. Для человека, у которого треть ставки, вы могли учесть это при выборе места и не вынуждать того ставить под угрозу свое учебное время. Не занимайтесь оправданием собственных действий, — Ши Уду раздраженно сбрасывает звонок и снова смотрит на Мин И. — Я прекрасно знаю, как бывает настойчив мой брат, но это не значит, что нужно идти у него на поводу. Свободны. Если я узнаю, что вы снова это сделали — вылетите с должности без выходного пособия. Мин И равнодушно кланяется, прощается и выходит. А затем пишет Цинсюаню, который сейчас как раз на парах, что господин Ши запретил брать его на прокладку сети под угрозой увольнения Мин И. И даже улыбается, отправляя сообщение. Цинсюань едва досиживает до конца пар, заваливая Мин И вопросами: что случилось, откуда брат вообще узнал и что говорил, почему Мин И, если назначал не он? В кабинет брата он влетает так, что дверь, не смотря на доводчик бьет о стену. — Брат, почему ты отчитал Мин-сю. Мин И? — Потому что он потащил тебя на стройку, — недовольно отвечает Ши Уду. — Ты будущий член совета директоров, ты не должен заниматься подобным, будто простой рабочий. — А ты сам чем занимался несколько лет, брат? Я не фарфоровая статуэтка, мне, если уж на то пошло, потом с хотя бы начальством этих рабочих о задачах говорить, а я даже здание в таком виде увидел первый раз! — Цинсюань скрещивает руки на груди, почти комично для этой степени возмущения сдувает прядку с лица. — И отправил меня туда не он, а его начальство. Кстати, с тем, сколько делает Мин И в сравнении с ним, его все ещё не перевели даже на позицию выше. Считаю это не менее несправедливым, чем то, что ты не позволяешь мне познакомиться с тем, что когда-то изучил сам, и что поможет мне оценивать проекты не только с умозрительной позиции. — Ты не будешь заниматься опасной работой, — отрезает Ши Уду. — Вопрос закрыт. Ты вообще должен учиться в первую очередь. — Да в каком месте она опасная?! Учиться? А смысл? — Цинсюань обиженно закусывает губу. И вот что скажешь брату? Он не прав, Цинсюань только начал делать что-то, приносящее пользу и смысл! — Если… Если мне и работать нельзя, я и учиться смысла не вижу. Сам будешь университет заканчивать. — Ты меня шантажируешь? — звучит почти растеряно. Ши Уду смотрит на брата, хмурится. — Я забочусь о твоем будущем, Цинсюань. Кто-то же должен о нем заботиться, если ты сам этого не делаешь. — Если ты меня не хочешь слушать — что мне еще остается? Я все равно получаю диплом по конкретной специальности и учусь неплохо, ты знаешь. Не мешай мне получать другой опыт тоже. Ты же не вечно будешь меня от всего мира оберегать!.. Пожалуйста, — ругаться с братом Цинсюань не умеет, но очень старается. Ши Уду смотрит на брата. Вздыхает. — Если это отразится на твоей учебе, Мин И вылетит с работы, — ставит условие. Ладно, если ему так хочется, пусть. Только не в ущерб реальному будущему. — Спасибо! Я тебя люблю! Не отразится, вот увидишь! — Цинсюань порывисто обнимает брата и тут же переключается: — И я действительно не просто так говорил, он пашет за полотдела и не жалуется! А работает едва не на стартовой позиции! И я уверен, это из-за все того же начальства! — Закончишь университет с отличием, повышу его до начальника отдела, — хмыкает Ши Уду. Похоже, через этого Мин И можно будет влиять на брата. Это может быть полезно. — До этого еще год почти! — возмущается Цинсюань, наконец выпуская брата. — Хотя бы пару позиций! — Нет, — отрезает брат. — Он повышения не просил, значит, оно ему не нужно. Так что это будет часть подарка на твой выпускной. Цинсюань вздыхает, но больше не спорит, только чмокает брата в щеку и вихрем уносится к выходу. — Тогда я пошел! У нас еще куча работы там! Сообщение «проблема решена, сейчас приеду ♥️» улетает Мин И, как только он выходит за дверь. Мин И, уже в строящемся офисе, смотрит на экран. Хмыкает, прячет телефон обратно в поясную сумку — он носит ее на объекте, потому что так удобнее, чем рисковать выронить телефон из кармана. Поднимается из технического подвала, который уже давно не интересует даже строителей, на этаж, продолжать основную работу. Молодой господин Ши. Мин И… ничего не его счет не думает. Мин И вообще не существует, а значит, ничего думать не может. Хэ Сюань поражается наивности. И злится на нее. И каждый раз скрывается глубоко за щитом равнодушного Мин И, когда из Цинсюаня сыпятся очередные истории про учебу. Особенно про то, как он ее старательно игнорирует, получая зачеты и отметки в основном за самодеятельность — и за то, что его невозможно выгнать. Иначе Ши Уду наверняка найдет способ переложить всю ответственность за «перепутанных» студентов на деканат, и сядет как минимум декан, а как максимум вся административная часть. Хэ Сюань закончил с отличием лицей по специальности. Сдал экзамены на максимальные баллы — мог не сдавать вообще и все равно поступить, но ему нужна была стипендия. А потом его обвинили в подделке документов и еще сверху во всем, что захотела легко «раскрыть» полиция. Несколько лет тюрьмы, безумное количество денег на адвокатов и штрафы. Хэ Сюань вышел только для того, чтобы узнать, что его семья обанкротилась. Кофейню и жилье отобрали коллекторы, мама, сестра и Мяо-эр… Хэ Сюань до сих пор отказывается думать об этом. Жив оставался только отец, но с подорванным здоровьем, без денег и крыши над головой. Они провели вместе последний месяц, но как бы тяжело Хэ Сюань ни работал, денег не хватило. Врачи и лекарства дороги. Потом он, должно быть, повесился бы, но спасла случайность. Точнее, один умный человек, сказавший, что случайностей не бывает и взявшийся помочь. В долг, но Хэ Сюаню уже было плевать. Все, что у него было — он сам, так что он согласился. И не пожалел. Теперь был Мин И. Работал в компании Ши, прокладывал сеть. А Хэ Сюань ждал и готовился исполнить свою месть. — Прости, не знаю, что на брата нашло. То есть, знаю, но почему он к тебе прицепился — нет. Разве что ему что-то не так сказали, но это нечестно! — Цинсюань начинает тараторить раньше, чем доходит до Мин И, когда приезжает. — Но все в порядке, теперь все и у него согласовано. Правда, прогуливать на работе мне теперь нельзя, — Цинсюань смеется, накидывая захваченную рубашку. На пары он ездил в любимой футболке, ее будет жаль испачкать. — А еще я сегодня с ноутбуком! Можем сегодня под перерыв как раз серию успеть посмотреть, все равно же в этот момент не поработаешь, пока ешь! — сериал неизбежен, как любая идея Цинсюаня. Мин И пожимает плечами, как на большую часть идей Цинсюаня — из тех, которые не игнорирует. — Хочешь — включай. Сомневается, правда, что серия идет всего полчаса, а Мин И редко ест медленней. Серия идет сорок минут и Цинсюань сосредоточенно ест ровно так, чтобы еда кончилась не раньше финальных титров. Работает он еще усерднее, параллельно успевая строчить в паузах сообщения одногруппникам, у которых ещё допзанятия в других группах: ему нужен его табель, чтобы доказать брату, что он и сейчас идет на отличие. Ладно, этот дурацкий сериал увлекателен. И глуп. Но не настолько глуп, чтобы потребовать выключить его. Но от редких комментариев Мин И все-таки не удерживается, почему-то вызывая у Цинсюаня то полный восторг, то праведное возмущение, то «но как ты догадался?!» Это… странно. Наверное.