Любимец короля

      Восемь дней до коронации. День до приезда большинства послов. Улицы столицы Дессау были украшены к предстоящей церемонии и показательному шествию. От фонаря к фонарю на центральных улицах тянулись гирлянды из тканевых флажков в цветах флага королевства и герба королевской семьи. В свободных местах и на пеших улочках были установлены высокие клумбы с ранними весенними цветами. Торговые ряды гудели от постоянных разговоров и звона монет. Улицы города оживились приезжими, выделяющимися нарядами и восторженными взглядами по сторонам.       Шут, одетый в простенькую одежду и тулуп, взглянул на рядом идущего короля. Хотя короля ли? Молодой парень с обыкновенными чёрными волосами. В простой рубашке из грубой льняной ткани, жилетке с брюками и с шерстяной накидкой на плечах. Со сверкающими глазами и лёгкой улыбкой он осматривался по сторонам. Шут улыбнулся и посмотрел вперёд. Встретив очередную клумбу, он остановился. Средь припорошённой недавно выпавшим снегом земле яркими пятнами к небу тянулись фиолетовые цветы. Будто перевёрнутый колокол, они показывали среди лепестков ярко-жёлтый центр. Король, остановившийся рядом, перевёл взгляд с цветов на шута.       － Чем они тебя привлекли? Красивые? － спросил король, скрестив руки на груди.       Шут поднял голову. Его удивление от вопроса быстро сменилось снисходительной улыбкой.       － Точно, вы же не знаете. Моя матушка назвала меня в честь этих цветов, － шут взгляд обратно к цветам, － в день когда я родился, двадцатого марта, она несмотря на бессилие после родов вышла на улицу. Мы не успели доехать до города, и в ночь остановились в поле на привал. По утру перед ней раскинулось поле ярчайших крокусов. Так она мне сказала, на мой вопрос об имени.       － Выходит ты Крокус? － задал вопрос король, слегка кивая головой. Шут одобрительно кивнул, － хорошо, я запомню.       － Ну что вы. Вы не обязаны запоминать имя шута. На то я и шут.       Король усмехнулся.       － Пожалуй, что не обязан. Так к слову, это получается твоё день рождение через два дня?       － А вы математик, «Ваше Сиятельство», － со смехом ответил шут, скрывая личность собеседника от случайных прохожих.       Король улыбнулся.       － Пойдём дальше.       Чем ближе король и шут подходили к центральной площади, тем громче звучала музыка. Шум от разговоров людей и зазывал был всё отчётливее. На краю центральной площади, воздвигли небольшую сцену с занавесом. Перед кулисами стоял мальчик в ярком костюме, напоминающий шутовской и беретом на голове с воткнутым сбоку пером.       － Подходите дорогие, подходите! Мы начинаем наш спектакль! － кричал мальчик со сцены, － спектакль о нашем короле! Подходите и не пожалеете!       Люди, слышавшие его речи, оглядывались и подходили ближе. Места в первых рядах были уже заняты, а столпотворение зевак занимало большую часть позади.       Король взглянул на шута.       － Я бы посмотрел, ты как?       － Давайте, － кивнув, ответил шут.       Они подошли ближе. Шут, что был чуть выше плеча короля без каблуков, не видел пола сцены. Лишь вставая на носочки, он видел её краешек у самого занавеса. Обернувшись на короля, шут взглянул на его спокойное с лёгкой улыбкой лицо.       － Вам видно?       － Да, － король посмотрел на шута, － а шут-то у нас ростом не вышел.       － Очень смешно, － процедил шут под смех короля, скривив лицо и стиснув зубы.       Забили барабаны. Король и шут обернулись к сцене. Занавес раскрылся. На сцене стояло три актёра. Мужчина в блондинистом парике и короне общался с девушкой блондинкой с большим животом. На другом конце сцены стояла девушка с чёрными волосами.       － Много лет назад нашими землями правил король Медвежье Сердце! И правил он с королевой Львицей, － начал рассказчик, тот самый мальчик-шут, － король славился своим пылким сердцем!       Король на сцене оттолкнул королеву блондинку и тут же из-за кулис к нему подбежало две девушки в образах куртизанок. Королева громко топнула ногой.       － Но в один день, наша королева Львица погибла! Три дочери в её чреве, что были злыми духами, убили её своим рождением!       На сцену вышли три девочки в красных платьях и с рожками. Они взяли за руки королеву и увели за сцену.       － Так наш король лишился королевы! － с драматизмом, вытирая слёзы, всхлипнул рассказчик. Он обернулся к сцене, удивлённо вскрикивая, － ох! Злая ведьма, противореча своему благородному имени, была уже рядом!       Куртизанки ушли со сцены. Король обернулся на черноволосую девушку. Ведьма подошла к нему, кладя одну руку на грудь.       － Не имея благородства знати, она совратила короля!       Толпа засвистела и начала выкрикивать оскорбления.       － Ведьма!       － Заняла место нашей королевы, сучка!       Шут сжал кулаки.       － Убив своего мужа, она забрала душу нашего короля. И окончательно привязав его к себе, ведьма породила отродье себе подобное!       Актриса одетая в форму служанки вышла на сцену с завёрнутым в белую ткань... Чем? Шут прищурился и поднялся на носочки.       － Это что? Кабачок? － с удивлением спросил шут.       Он обернулся на короля.       － Ха-ха, похоже! － со смехом ответил король.       Шут задался вопросом о чересчур хорошем настроении короля. Он вновь обернулся к сцене.       Рассказчик вышел в центр сцены поднимая руки.       － И когда вернулась ведьма с сыном на нашу славную родину, её отродье умерло! Слава королю Львиное Сердце!       － Эй, но он же жив! － выкрикнул кто-то из толпы.       Рассказчик кинулся к краю сцены. На самом краю он вытянул руку указывая на крикнувшего.       － Ты прав! Вы спросите меня как же это вышло? － рассказчик указал на себя, а затем обернулся к сцене, отходя вбок, － так смотрите же!       На сцену вынесли стул. Молодой актёр парень сел на него, перекинув ногу на ногу с надменным видом. В его руках был бокал. Выбежавшие из-за кулис куртизанки кинулись к нему, падая на колени. Руками они ласкали его тело и хихикали.       － Сбежал! Нечестивый принц сбежал таким юным пацаном! Живя за границей, он пропитался их праздной жизнью. Живя как король там, он вернулся сюда, чтобы стать королём тут и править нами!       Из-за кулис вышел актёр с покрашенный чёрной краской кожей. Он вынес корону и плащ. Украсив ими принца, ставшего королём, он встал позади. Король поднялся с места и встал в центр сцены оглядывая толпу. Смотревшие спектакль начали освистывать актёра короля и поднимать гомон.       － Иностранец, вали к себе где жил!       － Как он может нами править! В нём нет ничего Ангальтского!       － На, получай!       Прямо в актёра прилетел помидор. Шлепком его лицо окрасилось красным пятном. Толпа разразилась смехом и одобрительными выкриками. Будто подготовив это заранее, люди начали кидать помидоры. Полностью покрывая актёра своим овощным недовольством. Занавес закрылся. Рассказчик поклонился зрителям и снял с головы берет. Он протянул её к краю сцены. Зрители подходили, кидая в неё монеты.       Шут лишь сейчас осознал, как его брови до боли в морщинах свелись от негодования, а ногти впивались в кожу сжатых в кулак ладоней. Но он ведь шут и обычный житель. Он мог злиться на злой рассказ артистов, но поделать ничего не мог. Но не тот кто стоял рядом с ним. Шут обернулся на короля.       － Ваше Сиятельство, － выкрикнул шут. Он замешкался, смотря на улыбающегося короля, － не велите их казнить!       Шут сделал шаг к королю. Король же посмотрел на него с недоумением.       － Я разве такой тиран, казнить за спектакль то?       Шут неловко улыбнулся и издал смешок.       － Не-е-е-ет, как вы могли подумать такое... － со смехом сказал шут, пытаясь сгладить ситуацию, － но они же оскорбили вас и вашу мать.       Король махнул рукой и направился к палаткам торговцев за спиной.       － Им лишь бы денег заработать. Кто ж верит бродячим артистам?       Шут кинулся за королём, выдыхая. Он взглянул на палатки, к которым они шли.       － Ваша Светлость, вы хотите купить сувенир?       － Да. Хм... － с задумчивым звуком король взглянул на шута, － а можешь сбегать мне за чем-нибудь съестным? Я пока осмотрюсь тут.       Шут одобрительно закивал и убежал в сторону палаток с уличными закусками. Осматривая ароматно пахнущую еду, его сердцем овладевало сомнение в том, что королю может такое понравиться. Но он ведь попросил, значит должно?       Шут махнул головой, отбрасывая мысли. Он купил два куриных шашлычка и направился обратно. Найдя короля, он осмотрел его. В руках короля была закутанная в ткань покупка.       － Вы так быстро что-то нашли! － с улыбкой сказал шут, протягивая еду королю.       Он взял один и, кусая, оглянулся осматривая куда пойти дальше. Шут держал второй шашлычок, смотря на него. Подняв голову, он посмотрел на короля.       － А второй? Я всё вам взял.       － М? － король взглянул на шута и улыбнулся, － тоже поешь, согрейся. Нос красный и без краски.       Шут дотронулся до холодного носа.       － Разве так холодно? Ой!       И без того холодного носа шута коснулся комок слепленных снежинок. В миг он растаял, оставляя мокрую каплю. Король поднял голову. Одна за другой хлопья снега падали с неба.       － Снег пошёл. Надо возвращаться, － сказал король и стянул последний кусок мяса со шпашки.              

***

             За окнами кареты проносились укутанные снегом деревья. И без того в заснеженную картину добавлялись блики белых хлопьев снегопада. Тяжело вздохнув, глаза закрылись.       «Интересно какой же он, мой дядя?» － задался сам собой вопрос в голове.       Вслед за ним перед глазами начал вырисовываться портрет. Тёмные волосы как у отца. Какие же могут быть глаза у дяди? Серые или синие? Пускай будут серые. А какого он возраста? Ведь он чуть младше отца, значит в районе тридцати пяти? Наверное, у него должна быть борода. Нет, бородка! Слишком молод для бороды. А костюм дорогой и знатный. Ведь дядя не кто иной, как король. А значит он высокий, и сильный. Хотя разве короли не толстые как и все богачи?       Брови юноши нахмурились. Он вновь и вновь представлял разные варианты внешности. Тьма перед глазами сгущалась, заволакивая перед собой образ дяди. Голова тяжелела, незаметно для юноши опускаясь вниз. Плеча легко коснулась чужая рука. Испугавшись, юноша вздрогнул, вскидывая голову. Он с широко раскрытыми глазами посмотрел на отца, сидящего напротив вместе с сестрой. Обернувшись, он взглянул на коснувшуюся его плеча мать.       － Килиан, мы уже почти приехали, нельзя засыпать, － строго сказал отец.       － Прости пап. Я просто задумался о том, как выглядит дядя, － сказал Килиан, протирая глаза.       － Мне тоже это интересно, － ответил отец отворачиваясь к окну.              

***

             Семь дней до коронации. Король бежал не останавливаясь. Он сбил дыхание и каждый вдох болью колол в груди. Не обращая внимания на это, пронесясь через весь замок, он выбежал к лестнице в фойе. Схватившись рукой за перила, с подкашивающимися ногами, король посмотрел вниз. Человек, с которым он встретил взглядами, замер. Дыхание короля перехватило на вдохе, а лицо исказилось в отрицающей гримасе. Он взглянул под ноги и начал быстро спускаться по лестнице. Оступившись, король схватился за перила. Удержавшись, он сразу же продолжил путь. Коснувшись пола первого этажа, король кинулся к приехавшему. Но, оказавшись рядом, рассматривая мужичину перед собой, он не мог пошевелиться. Человек перед ним мягко улыбнулся и обнял короля.       － Как я счастлив, что ты жив, Иберис, － с дрожью в голосе сказал мужчина не выпуская из крепких объятий.       － А как я рад вновь тебя увидеть, Роланд, － ответил король, так же крепко вцепившись в брата.       Жена Роланда с улыбкой наблюдала за воссоединением братьев. Его дочь, подобая матери с улыбкой наблюдала за ними. Сын же стоял с открытым ртом и лицом выражающим глубокий шок.       Роланд и Иберис отпустили друг друга, вновь посмотрев в глаза. Улыбнувшись, Иберис посмотрел на семью брата. Жена и дочь сделали реверанс.       － Здравствуйте, Ваше Величество.       － Стой!       Иберис кинулся к жене брата и взял её ладони в свои, посмотрев ей в глаза.       － Брось, Сюзанна! Ты ведь мне как старшая сестра, не надо так. Я всегда буду для тебя просто Иберисом, － король перевёл взгляд на её дочь. Отпустив руки Сюзанны, он наклонился и протянул руку. Дочка положила свою ладонь на его и улыбнулась. Король поцеловал её руку, － здравствуй, Жюли. Я помню тебя совсем малышкой. Какая чудесной и красивой леди ты выросла!       Жюли хихикнула, прикрыв рот.       － Спасибо дядюшка, я рада познакомится с тобой! Я ведь совсем не помню тебя.       － Ничего, наверстаем! － радостно сказал Иберис, делая от неё шаг.       Он обернулся к Килиану и улыбнулся ярче. Вытянув руки, он приглашал его в свои объятья. Но племянник так и остался стоять с шокированным лицом. Он вскинул руки в негодовании.       － В смысле дядя Иберис?! Я думал ты мой брат! Ты ведь старше всего на два года! В смысле я играл всё детство с дядей?! － бурным потоком вырывались слова у Килиана.       Иберис лишь посмеялся.       － Да, как-то так. У нас с твоим отцом большая разница в возрасте.       － Ах, моего внучка на весь дворец слышно!       Семейство обернулось на лестницу, по которой спускалась Аделаида. Роланд ярко улыбнулся и кинулся к лестнице, беря её за руку на последних ступеньках.       － Как добрались? － спросила Аделаида и взглянула на сына, а затем на невестку.       － Хорошо добрались матушка. Долго правда из-за снега, он быстро тает и превращает всё в грязь, － ответил Роланд.       Аделаида кивнула и подошла к родным. Жюли вмиг оказалась у неё, обняв.       － Бабушка! Я скучала! － радостно протараторила Жюли и уткнулась в Аделаиду.       － Я тоже милая, － Аделаида посмотрела на Килиана и протянула руку, － а ты чего ж стоишь? А обнять меня?       － Почему вы не говорили, что Иберис мой ровесник?!       Аделаида хихикнула на слова внука.       － Кхм, － раздался привлекающий внимание кашель. Все присутствующие обернулись на дворецкого, － прошу прощения господа и дамы. Я пришёл сообщить, что обед готов.       Король пробежался взглядом по присутствующим.       － Самое то для беседы. Не думаете? Да и с дороги... － он не продолжил слова, улыбнувшись, ведь все начали соглашаться и кивать.       Воссоединившееся семья направилась в обеденный зал.       

***

             Шесть дней до коронации. Двадцатое марта. Крокус сидел на краю кровати, рассматривая рисунок Герни.       － Очень красиво, спасибо дорогая.       Он поднял голову, посмотрев на Герни. Она с яркой улыбкой оголяя зубы кружилась из стороны в сторону. Крокус протянул руки и Герни кинулась его объятья.       － С днём рождения, папочка!       Крокус чмокнул её в лоб и отпустил. Герни села рядом на кровати и начала болтать свисающими ножками. Марсель подвинул шкатулку, стоявшую на столе. Сидя на стуле, он тревожно стучал по столешнице пальцами, волнуясь за подарок.       － Ну чего ж ты волнуешься? Будто я...       Тук! Так! Тук!       Крокус замер, тянувшись к шкатулке. Он вместе с детьми повернулся на дверь, а затем переглянулся с ними. Крокус с тяжёлым вздохом встал с кровати.       － Лишь бы не король...       Марсель усмехнулся.       － Да станет он звать тебя в твой же день рождение?       Крокус взялся за ручку двери, махая головой.       － Да кто знает этого короля.       Он открыл дверь и замер, смотря на пришедшего. Дети переглянулись наблюдая за этим.       － Пап? － задал вопрос Марсель поднимаясь с места.       Раздался мужской смех. Тут с места поднялась Герни, громко спрыгивая на пол.       － Братик пришёл! － воскликнула Герни.       Крокус отшатнулся деля шаг внутрь и отвернулся. Следом зашёл король, закрывая дверь. Марсель округлил глаза в удивлении. Затем он резко посмотрел на Герни.       － Ты почему узнаёшь короля по смеху?! － задал вопрос Марсель.       Герни кинулась к королю и обняла его. Она взглянула на свёрток ткани в его руках, а затем на закрывшего лицо отца.       － Ой-ой, а вы уже в таких отношениях!       Крокус тут же обернулся на неё, нахмурено посмотрев.       － Герни! Каких ещё «таких»?! － воскликнул Крокус.       Герни расплылась в хитрой улыбке.       － Др-р-ружеских, － ответвила она, протянув «р» как пантера.       Король улыбнулся и покачал головой.       － Я хотел бы так думать, － сказал Иберис и посмотрел на Крокуса. Тот обернулся и посмотрел в ответ в растерянности, － эм... Ш... То есть Крокус. Я понимаю нашу разницу положений сейчас, но я помню всё хорошее в прошлом. Так что решил сделать что-то хорошее в ответ. Я выбирал быстро, когда ты отошёл, но постарался выбрать что-то просто символичное.       Иберис протянул свёрток ткани. Крокус нерешительно принял его, а затем поднял взгляд на Ибериса.       － С днём рождения, － с мягкой улыбкой сказал Иберис. Он пострел на Герни и потрепал её по голове, － я пойду, не буду вас дальше смущать своим присутствием.       － То есть вы пришли не позвать меня? － с волнением задал вопрос Крокус.       － Что? － Иберис удивлённо посмотрел на Крокуса, отрывая взгляд от Герни, － нет конечно! День рождение же, отдыхай.       Крокус выдохнул успокаиваясь. Он улыбнулся.       － Спасибо, Ваше Величество.       Король, кивнув, ушёл. Крокус обессиленно плюхнулся на кровать, сжав его подарок. Герни села рядом и смотрела то на свёрток, то на отца.       － Я же буду себя чувствовать обязанным теперь, － печально произнёс Крокус. Обдумывая в тишине не решающихся что-либо сказать детей, он поднял голову, － может быть сходить в воскресенье в город? Я присмотрю что-нибудь ему в ответ.       － Пап, посмотри сначала что он подарил. Вдруг ты ему тоже рисунок подаришь!       Крокус усмехнулся.       － Вряд-ли.       Он опустил взгляд на свёрток. Аккуратно его раскрыв, он взглянул на подарок. Это была серебряная брошь-игла в виде цветка, с жёлтыми эмалированными лепестками, напоминающего герберу.       － Ва-а-ай! Симпатичная! － тут же высказалась Герни. Затем она покачала головой, － да, рисунком не отделаешься.       Крокус лишь нервно усмехнулся.