Глава 15. День его рождения и коронация
13 января 2026 г., 00:00
Двери собора распахнулись. Ожидающие гости обернулись. Один за другим они поднялись со своих мест, приветствуя короля, кладя руку на грудь. Одетый в белый костюм, расшитый золотом, и длинную накидку с гербом королевства, король уверенными шагами шёл под сводами собора в блеске пламени свечей и радужных бликов цветных витражей. Поднявшись по ступеням, он оказался перед понтификом. Возле него стояла святая Сесилия. Два священника подошли к королю. Они сняли шлейф за его спиной и отошли. Король маленькими шагами поворачивался на месте, осматривая собравшихся людей. Когда король вновь обернулся к понтифику и святой, они протянули открытую книгу священного писания. Король положил на неё левую руку, а правую на сердце. Собор эхом заполнил голос короля, произносившего клятву.
－ Во имя королевства Ангальт, людей живущих в нём, этого мира и Богини, я клянусь править справедливо и честно. Клянусь править, искореняя алчность и пороки этого мира. И я клянусь, что каждый мой выбор будет сделан по справедливости и с милосердием в сердце.
Король склонил голову, опуская руки. К нему подошли священники, укрыв золотые одеяния белым плащом. Следом четыре рыцаря, принадлежащих к церкви, полупрозрачным пологом накрыли короля, пряча от глаз присутствующих. Понтифик и святая Сесилия по очереди помазали короля освящённым маслом, благословляя. Когда ритуал был окончен, рыцари отступили. Священники сняли плащ и вернули расшитую накидку. Следом подошёл первый священник с регалией на подушечке. Король взял кольцо и надел его на безымянный палец левой руки. Подняв голову, он посмотрел на оказавшуюся рядом святую. На её ладонях была красная бархатная подушка, а на ней корона. Король протянул руки. Он взял корону и возложил на свою голову. Из рук подоспевших священников он взял скипетр и булаву. Король поднял голову, наконец взглянул на людей. В лучах солнца лик с блистающими в короне камнями короля окружал ореол.
－ Богиня, храни короля! － первым возгласил понтифик.
Вслед за ним зал заполнился бесчисленными голосами, повторяющими слова за понтификом. На лице короля появилась улыбка.
***
－ Ну когда уже? Я устала! － ныла Герни, извиваясь, стоя на одном месте. － Герни, я же говорил, что... － начал Крокус, но остановился, оборачиваясь в сторону собора. Колокола, знаменующие окончание церемонии коронации, пробивали праздничный марш. Толпа загудела, предвкушая появление короля. Герни вцепилась руками в натянутую верёвку, ограждающую толпу от подготовленной для процессии дороги. － Ура, братец закончил! Значит, он скоро появится! － радостно воскликнула Герни. Марсель усмехнулся и взглянул на отца, стоящего в объятьях Тсеры за его спиной. － Герни, просил же его так не называть, тебя не правильно поймут, － раздражённо прошипел Крокус, стараясь скинуть руки Тсеры с себя. Она лишь сильнее сжимала Крокуса в объятьях. Чуть наклонившись, она взглянула на Герни. － Это что же, моя малышка знакома с ним? Может, мне стоит зайти к вам в гости, и моя радость познакомит с таким важным человечком? － Вы разве не должны были уехать? － спросил Крокус, смотря на обернувшуюся Герни. － Сегодня в ночь. Иначе завтра утром будет не протолкнуться, － Тсера чмокнула Крокуса в щёчку, － не волнуйся, я обязательно вернусь. － Идёт! － крикнула Герни, обернувшись к дороге. Она вновь облокотилась на верёвку, наклоняясь вперёд. Крокус, Тсера и Марсель подняли головы, пытаясь из-за толкающейся толпы разглядеть короля. Шум цоканья копыт приближался вместе с лязгом доспехов. За головами людей пронзивший блеск заставил зажмуриться. Вновь открыв глаза, Крокус смотрел на представшего в ореоле солнечного света и в золотых одеждах, ослепляя, верхом на белом коне короля. Он с гордо поднятой головой и строгим взглядом смотрел только вперёд, держась за поводья. В окружении четырёх рыцарей, идущих по двое с каждой стороны. Перед глазами Крокуса был не маленький принц Иберис, изучающий в саду цветы и бегающий за бабочками. Не подросшее дитя с наивным характером и инфантильными мечтами. Сейчас пред ним был возмужавший девятнадцатилетний король, благословлённый святой и понтификом на правление. Тот, кто держит на своих плечах всё королевство. «И как я мог видеть в нём ребёнка?» － раздалось в мыслях Крокуса. － Ва-а-а! Братец красивый, как и тогда зимой! － с восхищением тараторила Герни, топчась на месте и махая ему вслед, ярко улыбаясь. － Всё, пойдёмте, мне ещё к приёму подготовится нужно, － сказал Крокус, беря Герни за руку и отбрасывая мысли. Обернувшись, Крокус посмотрел на печальную Тсеру. Не дожидаясь его слов, она накинулась, покрывая лицо поцелуями. После последнего, самого долгого поцелуя в губы, она отпрянула и посмотрела Крокусу в глаза. － Тсера, － печально протянул Крокус, сжав руку. Герни хихикала, смотря на родителей, а Марсель смущённо отвернулся в сторону. － Я вернусь. Мы обязательно ещё встретимся, － Тсера сделала шаг к Герни. Наклонившись, она поцеловала её в лоб. Затем поднявшись, она притянула Марселя за плечи и поцеловала в щёчку, － люблю вас, дети мои, не забывайте. Когда она сделала шаг назад, освободив между ними чуть-чуть пространства, его в ту же секунду заполнила толпа. － Тсера! － крикнув, Крокус кинулся вперёд, но толпа его оттолкнула. Марсель вцепился в отца, беря Герни за вторую руку. Уходящая толпа отгоняла их всё дальше. Шум процессии утихал. Они оказавшись на узкой улочке совершенно одни. Крокус тяжело выдохнул, оборачиваясь на детей. － Пойдём, пап, иначе ты опоздаешь, － мягко сказал Марсель. Крокус кивнул. Они направились в сторону замка и дома. Герни радостно, вприпрыжку, держа родных за руки. Марсель с мягкой улыбкой наблюдал за ней. А Крокус с опущенным взглядом, глубоко задумавшись.***
Зал, украшенный бархатными красными лентами и бантами. Повсюду были свежие цветы, заглушавшие своим травяным и сладким ароматом духоту от свечей и парфюмов. В углу зала образовалась гора из множества подарков, наложенных друг на друга. Слуги то и дело подходили, докладывая упакованные подарки и делая кучу ещё больше. Шут сжал ладони за спиной, осматривая присутствующих. Дорогие роскошные наряды под стать теме вечера － дню рождения члена королевской семьи. И лишь одна леди осмелилась в этот светлый вечер быть в полностью чёрном траурном платье. Аделаида тяжёлым взглядом оглядывала людей, стоя вдали от суеты приёма. Со звоном бокалов аристократы обсуждали её выбор. До шута то и дело доносились слова, как один звучащие: «В трауре на день рождения? Безумная женщина!». － Скоро они узнают правду, － раздался мужской голос. К шуту подошёл канцлер. Обернувшись на него, шут тут же повернулся к залу. － Прибыл Его Величество король! － возгласил дворецкий. Все присутствующие опустили голову. Шут скривил лицо, смотря в пол. － Поднимайте головы, － раздался голос юноши с высоты. Люди подняли головы. На балконе, куда должен был выйти король, стоял Леонхард. Зал заполнился перешёптываниями. Леонхард лишь мило усмехнулся. － Дорогие мои подданные, сегодня, в мой день рождения, наше королевство постигло две трагедии! － наигранным драматичным тоном начал Леонхард свою речь, － по прибытии в столицу, карета, где был мой любимый младший братик Иберис, попала в инцидент. Мой брат отдал богине душу. Так что же до моего отца... Леонхард сделал паузу. Он осмотрел толпу. Когда он зацепился взглядом за нужного человека, его губы дрогнули, сдерживая улыбку. － Когда отец узнал такую трагичную новость, у него не выдержало сердце, и он отправился следом за братом. Поэтому сегодня я объявляю себя королём! Ну же, приветствуйте ваше новое солнце! Люди, поднимая гул перешёптываний, начали переглядываться. Шут посмотрел на нахмурившегося Леонхарда. Затем перевёл взгляд на выступившего вперёд канцлера. Он склонился в поклоне. － Да здравствует король Леонхард, － во всеуслышание произнёс канцлер Юрген Дессау. Шут посмотрел на Леонхарда и поклонился под непрекращающиеся выкрики людей, приветствующих короля. Не видя его лица, шут знал － на лице короля яркая улыбка. Сжав зубы до скрежета, шут закрыл глаза. Его плеча коснулась рука, и он резко обернулся. － Что-то случилось? Перед шутом была черноволосая взрослая Агата. Резко обернувшись, шут осмотрел украшенный свежими цветами и голубыми шёлковыми лентами зал с такой же горой подарков в углу. Среди собравшийся толпы он тут же увидел одетую в голубое, проблёскивающее в свете свечей от драгоценных камней, платье Аделаиду и её верного спутника Этьена. Переведя взгляд, он посмотрел на недалеко стоящего и улыбающегося короля Ибериса, болтающего с графом Розе. Выдохнув, шут обернулся на Агату. － Ничего, Ваше Высочество. Я просто вспомнил тот самый день рождения Леонхарда. Агата печально улыбнулась, кивнув. Шут как ни в чём не бывало улыбнулся. － А вы от чего ж такая печальная? Агата сделал глоток воды из бокала, а затем взяла его двумя руками. － Где-то здесь мой муж. Шут обернулся всем телом к графине, нахмуриваясь от неприятного удивления. － А как же ваш развод? － с тревогой задал вопрос шут. － Церковь не даёт нам развестись. Хоть брат и сказал, что у него есть план и стоит подождать, я боюсь с ним встретиться вновь. Шут возмущённо топнул, звонко ударяя каблуком по полу и вскидывая руки. － Не дать развод после того, что он сделал с вашим ребёнком?! － не скрывая эмоций, вскрикнул шут. Агата с печалью взглянула на шута и отвернулась. Взглядом она поймала слугу и поставила бокал на его поднос. － Что ж, начинается новая мелодия. Думаю, шут не откажет всё ещё замужней бездетной графине потанцевать? Шут протянул руку. Графиня мягко положила ладонь на его, и вместе они отправились к остальным танцующим парам. Положив руку выше талии и сжав ладонь, шут посмотрел в глаза Агаты. Она мягко улыбнулась. Шут повёл её в танце, вслушиваясь в такт музыки. Моргнув, перед глазами шута была лишь одна танцующая пара. В пустой комнате тишину прерывали лишь шаги танцующих и голос, напевающий мелодию. Шут, сжав ладони за спиной, следил за их безумным танцем. Леонхард, держа вздутое синюшное тело брата как барышню, вёл в танце с яркой улыбкой. Обмякшее тело волочилось ногами об пол. Голова тела с запёкшейся чёрной кровью качалась, запрокинувшись назад. － Ваше Величество, может быть, вам стоит прекратить? Он ведь мёртв, － нерешительно произнёс шут. Леонхард остановился. Разжимая руки, он отпустил Ибериса. Тело безвольно шмякнулось об пол, издав чвакающий звук. Шут вздрогнул и закрыл рот рукой, сглатывая рвотный позыв. Он поднял взгляд на Леонхарда. На лице короля красовалась яркая улыбка, обнажавшая зубы, а взгляд искрился от радости. － Именно, шут! Он мёртв! Он мёртв! Он мёртв! Король кинулся к шуту. Подхватив его, как и до этого тело, он повёл шута в танце. － Он мёртв! Он мёртв! Он правда мёртв! В ногу шута впилось что-то острое. Прикусив губу, он лишь замычал, зажмуриваясь заслезившимися от боли глазами. Взглянув вперёд, шут посмотрел на Агату. － Прости, я давно не танцевала. Сильно больно наступила? Шут покачал головой и улыбнулся. － Совсем нет, Ваше Высочество. Зато вы вновь спасли меня от дурных мыслей. Агата улыбнулась, качнув головой. По окончании песни партнёры поклонились друг другу. Взяв Агату под руку, шут отвёл её в сторону. Там их встретил эрцгерцог Дессау с дочерьми. Оставив их, шут ушёл бродить по залу. Стащив у слуги бокал вина, шут быстро его осушил.***
－ Ваша дочь прекрасна. Король стоял с бокалом вина, взглядом наблюдая за резвящейся в танце Фелицией. － Ваше Величество, оставьте свои комплименты при себе, － ответил мужчина, стоящий рядом. Король обернулся на графа Розе, улыбаясь, － знаю я все эти слухи про вас. － Слухи? － с лёгким изумлением спросил король, делая глоток вина. － Что вы положили глаз на мою дочь и желаете сделать её королевой, － граф Розе обернулся на короля, задирая голову из-за роста. Он посмотрел в его глаза, нахмуриваясь, － если это правда, я вам откажу. Моей дочери нужен тот, кому я передам свой титул и бизнес. Король усмехнулся. Он обернулся, вновь посмотрев на закончившую танцевать Фелицию. Её окружали подруги и мужчины, ругающиеся между собой за шанс потанцевать с ней следующим. － Знаете, граф, мне кажется, ваша дочь достойна сама быть графиней, а не чьей-то женой. － Она женщина. Ей это ни к чему. Король покачал головой. － Но она ведь не украшение и не мужское дополнение. Сколько сильных и умных девушек были лишь чьими-то жёнами и матерями. И вы желаете стать ей одной из них? Запереть её в стенах замужества будет пустой растратой её талантов. － Ваше Величество, прекратите это. К чему вы завели этот разговор? － сквозь зубы раздражённо процедил граф. Король посмотрел на него и снисходительно улыбнулся. － Подумайте о том, как вы сможете доверить всё построенное за эти годы мужчине, что не учился быть наследником. Король отвернулся, стирая с лица улыбку. Не дожидаясь возможного ответа графа, он направился по залу, осматриваясь. Будто в поиске нужного человека, король вновь и вновь оборачивался по сторонам с тревогой на лице. «Ну где же?..», － с волнением задал вопрос король в мыслях. Обернув в очередной раз голову, он замер. Отдав бокал мимо проходящему слуге, заворожённо король поплёлся по залу. Перед его глазами было только красное бархатное платье с витиеватыми золотыми узорами цветов, пускающих свои цепкие лозы по подолу и рукавам. Золотые нити вышитых лепестков сверкали в колышущемся пламени свечей, заполняющем зал своим тёплым светом. Жемчуг, словно снежинки, мерцающие на полотне сугробов, раскидывался по платью, будь то в сердцевинах цветов или узорах. Король восхищённо рассматривал платье от подола до ворота. Оказавшись рядом, не в силах проронить и слова, он склонился, осматривая каждый длинный рукав, скрывающий руки. Каждую белоснежную перчатку, разделяющую его губы в приветственном поцелуе и бархатную ладонь княжны. Выпрямившись, король взглядом побывал на каждой жемчужине, украшающей шею Ольги. И поднявшись взглядом по вьющимся русым локонам, он наконец взглянул в её синие глаза, встретившись с её тёплым взглядом, не отведённым ни на миг. Взглянув на её улыбку, король расплылся в ответной. － Здравствуйте, Ваше Величество. По вашему взгляду вижу, вы согласны, что моя невеста очаровательная девушка, － высказался мужчина, стоящий рядом с Ольгой. Король нехотя перевёл на него взгляд и натянул улыбку. － Верно, Артём Ярославович. Прекрасней княжны на этом балу девушки не сыскать. Артём довольно хмыкнул и вскинул голову, растекаясь в улыбке. Король переглянулся с Ольгой, а затем вновь посмотрел на Артёма. － Тогда, стало быть, вы не откажите имениннику в столь знаменательный день украсть прекрасную княжну на танец? － Что? － в растерянности спросил Артём. Король протянул руку, и Ольга тут же положила на неё свою ладонь. Они посмотрели на Артёма, заставляя его метаться взглядом между ними. － К-конечно, － запнувшись, смущённо ответил Артём. Ольга улыбнулась и склонила голову. － Благодарю вас, － поочерёдно ответили княжна и король. В тот же миг они унеслись под звуки музыки в центр зала. － Ну и баклан же он. Как твой отец такого выбрал? － ведя Ольгу в танце, спросил Иберис. － Ах, и не говори! Кошмарный человек! Такого напыщенного индюка нужно ещё поискать, － ответила Ольга, усмехнувшись. Иберис сильнее сжал ладонь Ольги. Его взгляд опустился, и губы изогнулись в печальной улыбке. － Я не хочу, чтобы ты уезжала, － тихо произнёс Иберис, подняв взгляд на Ольгу. Печаль на её лице с влюблённым взглядом заставили сердце сжаться. Иберис на несколько секунд закрыл глаза. Открыв их вновь, натягивая улыбку, он не смел больше оторвать взгляда от Ольги. － Я тоже, Иберис. Но завтра между нами всё будет кончено. － Вырываешь сердце без сожалений, моя любовь. Ольга усмехнулась. Мелодия закончилась. Встав напротив друг друга, они поклонились. Иберис, глядя вниз, крутил в голове лишь одну мысль: «завтра на рассвете я лишусь части своей души». Выпрямившись, король взял Ольгу под руку и отвёл к ожидающему Артёму. － Ещё раз спасибо, что разрешили украсть её на танец, － сказал король, переводя взгляд с княжны на Артёма. － Пожалуйста, Ваше Величество, － раздражённо ответил Артём.***
Поздней ночью бал закончился. Гости разошлись. В опустевшем зале остались лишь прибирающиеся слуги и шут. Он собирал в платок оставшееся с фуршета. － М, вроде это Герни понравилось в прошлый раз. А это Марселю, － бубнил под нос шут. Закончив, он развернулся и медленными шагами направился к выходу, завязывая платок. Подняв голову, шут посмотрел на гору подарков, возле которой стоял король. Он подошёл ближе, осматривая печального короля. － Я думал, вы давно ушли отдыхать, Ваше Величество. Король опустил голову, отрицательно ей покачав. － Я и вправду устал. Но всё подаренное на день рождения... Король поднял голову на кучу и тяжело вздохнул. － Ваше Величество, она не сбежит от вас. Разве вы получите удовольствие от их открывания в таком состоянии? － Ты прав, － после долгой паузы ответил король, － да и есть ради чего пойти в покои. Он развернулся и направился к выходу. Шут улыбнулся. － Спокойно ночи, Ваше Величество! － крикнул вслед шут. Ещё раз взглянув на гору подарков, он хмыкнул и тоже направился к выходу.***
Фойе перед главным входом замка. Король до боли сжимал ладони за спиной. Ольга стояла рядом с Артёмом, печально улыбаясь. Артём же нагло улыбался, смотря на нахмуренного короля. － Благодарю вас за столь радушный приём, Ваше Величество, － делая поклон, сказал Алексей, － надеюсь, наши отношения будут столь же плодотворными, как и проведённые здесь дни. － Не стоит, － делая вдох, сказал король. Он перевёл взгляд на посла, а затем вновь на Ольгу, － пусть ваш обратный путь будет более приятным и лёгким. － Спасибо, Ваше Величество, － ответил посол. － Да, спасибо, что позаботились о нас, Ваше Величество, － сказал Артём, кладя руку на талию княжны, － пойдём, дорогая. Ольга лишь кивнула, оборачиваясь к выходу, она провожала короля долгим печальным взглядом. Оказавшись к нему спиной, княжна накинула капюшон. Под руку жениха она отправилась к дверям. Посол поклонился ещё раз и направился за ними. Скрип. Топот. Бам! Двери закрылись. Король склонил голову, ещё сильнее сжав ладони. Он закрыл глаза, погрузившись в мысли. － Ваше Величество! Король поднял голову, открывая глаза. Он взглянул на дворецкого. － Ваши руки! Ваше Величество, что ж вы творите?! － кричал встревоженный дворецкий. Распустив ладони, король выставил их перед собой, осматривая. Пальцы посинели. Изнутри плоти их пронзали иглы. Когда он начал разминать пальцы, иголки всё быстрее втыкались до мерзотной дрожи. Дворецкий вздохнул. － Быть может, вы захотите распаковать свои подарки? Сможет ли это поднять настроение нашему королю? Король посмотрел на дворецкого. Опустив взгляд вместе с руками, он обернулся к лестнице. － Пожалуй. Пойдём.***
Поздним утром следующего за балом дня шут вновь вернулся в зал. Король с яркой улыбкой распаковывал подарки, сидя на полу. После распаковки он озвучивал имя дарителя с бирок и вложенных бумажек, и выдуманную им категорию. Рядом стоящий дворецкий внимательно это записывал и подавал следующий подарок. － Ваше Величество, вам так не терпелось их открыть вчера, а чего ж начали так «рано»? － шутливым тоном спросил шут, подходя ближе. － Провожал посла, － ответил король без заметной радости в голосе. Шут оглядел постепенно уменьшавшуюся кучку и образовавшуюся рядом кучку уже раскрытого. － Да, заметно, что вы начали недавно － хихикнув, ответил шут. Один за другим ларец и свёртки раскрывались в руках короля. Дворецкий подал следующий подарок. Он был завёрнут в простую зелёную ткань, завязанную бантом из тонкой верёвки. Когда король развязал бант, внутри оказалась маленькая эмалированная жёлтая шкатулка для одного украшения в виде лимона. － От кого это, Ваше Величество? Король покрутил шкатулку и вытряхнул ткань. Бирки с подписью не было. － М? Не знаю, － хмыкнув, ответил король. － Это от меня, Ваше Величество, － сказал шут, чуть наклонив голову. Король обернулся на него, удивлённо моргая. Улыбнувшись, он начал посмеиваться. － Зачем же ты потратился на меня? Ты ведь был не обязан! Шут сжал ладони за спиной. Улыбка не пропала с его лица, даже когда брови нахмурились. － Это вы были не обязаны, Ваше Величество. Я вам никто. Но отчего-то вы сделали мне подарок. Я лишь отдаю вам долг. Король замер. Он отвернулся, опустив голову. － И в правду. Никто ведь. Просто шут. Он обернул шкатулку тканью и отложил в сторону. － Спасибо, шут, － не поднимая головы, сказал король. Шут не ответил. Лишь скривил лицо и посмотрел на дворецкого. － Шут, иди. Я занят, ты сейчас мне не нужен. － Хорошо, Ваше Величество. Шут ушёл. Дворецкий опустил голову на короля. Тот как ни в чём не бывало с улыбкой взглянул на кучу и хлопнул в ладоши. － Ладно, давай дальше! Дворецкий с улыбкой кивнул.***
Обед король провёл в компании Цитрона, Роланда с женой, племянников и Аделаиды с Этьеном. Весело болтая с родными, он не думал о недавнем отъезде Ольги и словах шута. Король думал лишь о том, как приятен этот миг. Но вот обед прошёл. Король вновь оказался в фойе. Перед ним был принц Цитрон, завёрнутый в меха и, по обыкновению, ярко улыбавшийся. Ласково, но так солнечно. － Не грусти, Иберис. Я оставляю тебе Валентина и Ноэля. Они о тебе позаботятся, будь уверен. Король, улыбнувшись, кивнул. Он повернул голову, смотря в сторону на русого юношу и взрослого тёмно-русого с первой сединой мужчину. Оба провожали своего благодетеля с тёплыми улыбками. Король вновь обернулся к Цитрону. Обнявшись, Цитрон сделал шаг назад. Он обернулся и оглядел группу вооружённых рыцарей. Армию, что когда-то одолжил лучшему другу для восстания. － Возвращаемся. Скрип. Топот. Бам! Фойе вновь опустело. Король тяжело вздохнул, направившись к своему кабинету. Часом позже он вновь оказался в фойе. На этот раз он прощался с родными. Аделаида плакала, обнимая сына. － Хорошо питайся и обязательно пиши письма! － всхлипывая, ныла эрцгерцогиня. － Матушка, ну хватит. Вы же всегда можете приехать, － встрял в разговор Роланд. Аделаида отцепилась от сына. Быстрыми движениями она вытерла лицо и сделал гордое лицо. － И обязательно приеду. Подошёл Этьен. Король взглянул на него. Опустив взгляд, он посмотрел на протянутую Этьеном руку. － Был рад нашему знакомству, Ваше Величество. Король поднял взгляд на Этьена. Улыбнувшись, он пожал руку. － И я, Этьен, － удивившись словам короля, Этьен на миг замер. Затем он расплылся в довольной улыбке, － защищай мою матушку. － Обязательно, Иберис, － ответил Этьен. На прощание король обнялся с братом Роландом и племянниками. Скрип. Топот. Бам! Фойе в очередной раз опустело. Вновь и вновь это повторялось по кругу. Пока вечером, давно после захода солнца, не остался последний гость. Посол империи Порта прощался в фойе с Ясмином, читая ему нотации. Но в конце концов он обнял сына, коротко и не смущая его. Посол обернулся к лестнице и поклонился. Король, стоявший на втором ярусе, кивнул. Скрип. Топот. Бам! Фойе опустело окончательно. Впрочем, не только фойе. В замке повисла непривычная тишина. Остались лишь слуги, живущие в нём, король, да канцлер. Король с глубоким вдохом отправился к кабинету. «Совсем чутка поработаю и на боковую», － подумал король. Открыв дверь кабинета, он поднял голову. Эрцгерцог Дессау рассматривал документы на столе короля. － Дядя? Что вы здесь делаете? － спросил король, заходя в кабинет и закрывая за собой дверь. Эрцгерцог поднял голову. Он легонько улыбнулся и снисходительно посмотрел на племянника. Но отчего-то по спине короля пробежали мурашки. Во взгляде эрцгерцога не было ни малейшего тепла. － Ваше Величество, нам нужно обсудить кое-что важное, － сказал эрцгерцог. Король опустил брови, недоверчиво глядя на него.
