Трон, Власть, Лавры

Шарль проснулся с сосновыми иголками, впившимися в щёку, и острым жжением холода, пробивающимся сквозь промокшую от пота рубашку. Мир вокруг был влажным, чёрным и полным сверчков. Тело ныло. В горле стоял привкус металла. Вокруг были деревья. Деревья, грязь и снова деревья, тянущиеся во всех направлениях. Небо было прошито ветвями. Он моргнул. Голова была тяжёлой. Сердце билось так часто, что он слышал его эхо внутри собственного черепа. Он приподнялся, ладони скребнули по влажной почве, дыхание клубилось в холодном воздухе. Он огляделся. Он не знал, где находится. Хуже того — он не знал, кто он. Имя вертелось на кончике языка. Но застревало. Выскальзывало. Исчезало. Его дрожащая рука нащупала в кармане куртки телефон. На экране было мазок засохшей крови. Он не знал, откуда она. Не знал, его ли это. Экран загорелся от прикосновения. На фоне была надпись: «ПРОВЕРЬ ПРИЛОЖЕНИЕ ЗАМЕТОК». Он попробовал разблокировать по лицу. Не сработало. Недостаточно света. Или, может быть… может, оно просто его больше не узнавало. Он не знал пароля. Он медленно вдохнул через нос. На нём были кроссовки для бега. Икры болели, словно он только что спринтовал. Он включил фонарик. Луч рассек темноту. Снова деревья. Ещё деревья. Луч выхватил сломанную ветку, выброшенную пробку от бутылки, размазанный след ботинок в грязи. Он пошёл. Он не знал, куда идёт, но ноги двигались, словно помнили то, чего не помнил он. Телефон завибрировал в руке. Звонок. Облегчение с такой силой ударило в лёгкие, что он едва не зарыдал. «Фред». Он не знал никакого Фреда. И всё же — он ответил. «Алло?» Его голос звучал так, будто его протащили по гравию. «Шарль?» — сказал голос. Резкий. Знакомый. Взволнованный. Вздох, полный огромного раздражения. «Где ты, чёрт возьми?» Шарль помолчал. «Я… не знаю». В трубке наступила пауза. Затем стон. «Я больше никогда не позволю тебе пить, клянусь Ferrari, Чарли». А он пил? Шарль не ответил. Фред выдохнул. «Я отслеживаю твоё местоположение. Ты в пяти минутах от коттеджа. Какого чёрта ты ушёл с вечеринки в полночь, никому не сказав?» «Мне нужно было пробежаться», — сказал Шарль, потому что это казалось правдой. Ещё одна пауза. «Ну конечно, тебе нужно было», — пробормотал Фред. В трубке послышалось шуршание, будто ключи и гравий под ногами. «Я еду за тобой. Не двигайся». Разговор прервался. Шарль ещё некоторое время смотрел на деревья. Он мысленно сделал заметку: Выяснить, кто такой Фред.

***

Шарль побрёл к дороге, волоча ноги, колени одеревенели. Лес расступился перед асфальтом и гудением фонарного столба, отбрасывавшего жёлтый ореол на край темноты. Искусственный свет казался спасением, ясностью. Он выдохнул. Пар застыл перед его лицом и исчез. За поворотом появились фары. Машина замедлила ход, хрустя гравием. Остановилась перед ним, мотор урча. Шарль прищурился. Надеялся, что это Жерар. Или Фред. Шарль не знал. Дверь открылась. «Садись», — сказал мужчина. Красивый мужчина. Блондин. С резкими скулами. Глаза цвета летней грозы. Шарль замешкался. Мужчина назвал его имя — «Шарль». Значит, Шарль решил, что это, наверное, Жерар. Он сел в машину. Мужчина взглянул на него, слегка нахмурившись, когда тронулся с места. «Почему ты ушёл с вечеринки?» Шарль уставился вперёд. «Мне нужно было пробежаться». Костяшки мужчины побелели на руле. «Это потому, что мы поцеловались?» Шарль моргнул. Повернул голову. «Что?» Машина дёрнулась, когда мужчина съехал с дороги, остановившись на тихой придорожной стоянке под мерцающим оранжевым светом. Двигатель работал на холостом ходу, печка гудела. Мужчина повернулся к нему лицом. «Ты буквально сбежал сразу после того, как я тебя поцеловал, — сказал он, голос низкий. Раздражённый. Ранимый. — Ты даже ничего не сказал. Ты просто… чёртовски смылся». Шарль открыл рот. Ничего не вышло. Потому что он не знал. Он не знал, целовался ли он с этим мужчиной. Он даже не знал его имени. Мужчина горько усмехнулся и провёл рукой по волосам. «Думаешь, я не заметил? У тебя была краш на меня годами, Шарль. Годами. И ты ни слова не сказал». Шарль сглотнул. Он не знал, правда ли это. Но он знал, что этот мужчина — этот невероятно красивый голландец — выглядел как кто-то, в кого стоило быть влюблённым. Кто-то, заслуживающий crush, врезанного в кости. Кто-то, кого Шарль знал где-то глубоко внутри, даже если не помнил как. «Поэтому я подумал, что могу тебя поцеловать». Мужчина говорил, в его тоне сквозили раздражение, боль и что-то ещё, что-то более глубокое. «И я наклонился достаточно медленно, Чарли. Я дал тебе возможность отказаться. А потом ты наклонился, и мы поцеловались, а потом ты, чёрт возьми, сбежал, словно пробило полночь, и ты мужская версия самой что ни на есть Золушки». Он уставился. Мужчина был довольно красив. Шарль не понимал, почему он от него убежал. «Если это какая-то ебанутая стратегия Ferrari, где ты пытаешься успешно соблазнить своего соперника по чемпионату, клянусь всем на свете, Шарль — я заору». Шарль поёжился. Его рука неловко дёрнулась на коленях. Мужчина заметил. Он потянулся через кресло и осторожно взял руку Шарля. Тёплые пальцы сомкнулись вокруг его. Шарль вскрикнул. Мужчина вздрогнул. «Что? Что такое?» Шарль быстро заморгал. «Кажется, я, возможно, сломал её». В машине воцарилась тишина. Печка гудела. Лес молчал. Мужчина смотрел на него, словно тот разбивался. Словно, может, он разбивался уже давно. И Шарль не имел ни малейшего понятия, какая история связывает их, знал лишь одно: что-то в груди сжималось от того, как этот незнакомец — который не Фред, может быть? — держал его руку, словно она была драгоценностью.