Уловка (Фальшивые парни-1)

МЭДДОКС Последнее место, где я думал оказаться – это снова в Кловер Вейл, Пенсильвания. Мой банковский счет сильно пострадал: пришлось отдать триста баксов за Uber, чтобы добраться сюда. Я приехал поздно, так что родители еще не успели допросить меня, почему я дома на выходные. Пять лет назад я бежал от своих проблем, а теперь снова вернулся туда, где все началось, снова убегая. Интересно, через пять лет мне придется взять девушку на свадьбу Дэймона и притворяться натуралом? Свадьба Дэймона… Нет, я бы никогда не пережил, увидев, как он женится на каком-то другом парне. Мой мозг любит путать меня. Он заставил меня накричать на Дэймона за то, что он тайно смотрел квартиры, а теперь говорит, что Дэймон на самом деле ничего не арендовал для нас, он просто искал. Мозг сказал мне сбежать домой в Пенсильванию и отключить телефон, а теперь я лежу здесь и думаю, какого черта я вообще делаю. Я пытаюсь выбросить из головы образ лица Дэймона – то выражение, которое он сделал сразу после того, как я сказал, что люблю Стейси, в смысле, который подразумевал, что я не люблю его. Это совсем не то, что я хотел сказать. Стейси для меня как семья, и поэтому я позволил ей вмешиваться. Но когда это сделал Дэймон, я не смог преодолеть свои проблемы с Честити, которые так и не решил. Дэймон совсем не похож на Честити, а я все равно разбил ему сердце. Ааааа… Что со мной не так? Я убегаю от лучшего, что когда-либо случалось со мной, из-за чертовских подростковых отношений, которые я был слишком труслив, чтобы закончить. Почему я боялся разбить ей сердце, но прошлой ночью без проблем сказал Дэймону, что не хочу отношений с ним? И это полный бред, потому что я хочу. Я хочу его больше, чем кого-либо или чего-либо. Так почему мне так сложно отпустить и позволить этому случиться? Потому что ты боишься снова оказаться в ловушке. Я думал, что Дэймон никогда не сделает этого со мной, но потом появились эти объявления… И что с того? Просто потому, что он смотрел объявления, это не значит, что он заставлял меня переезжать к нему. Он не держал меня под дулом пистолета и не ставил ультиматум. Он буквально искал место, где мы могли бы жить вместе, потому что хочет жизни со мной. Настоящий монстр. Черт, я идиот. Я уже готов сдаться и перестать пытаться заснуть, как вдруг мама меня пугает, и я понимаю, что все-таки уснул. На подушке слюна, и мне нужно немного времени, чтобы осознать, что я дома, а не в Нью-Йорке. – Ну все, хватит спать, – говорит мама. – Спать? Кажется, я вообще не спал. – Пора доить коров. Я бросаю подушку на лицо. – У нас нет коров. Мы не живем на ферме. – Слушая, как ты говоришь о том, какие мы деревенские, я иногда прихожу в замешательство. – Мам, – стону я. – Ооо, он снова становится подростком. - Кровать прогибается, когда мама садится на край. – Ну давай, выкладывай. Какой мальчик или девочка заставили тебя вернуться сюда? Я приподнимаюсь на локтях, и подушка падает с моего лица. – Папа тебе сказал? – Что ты не гей? Да. Еще сказал, что мой будущий зять – не вариант. – Тебе Дэймон нравится больше, чем я. Признай это. – Ну, он хотя бы вежливость проявил. Ну, выкладывай. Что ты сделал, чтобы его разозлить? – спрашивает она. Я стону. – Не хочу говорить об этом. И откуда ты знаешь, что это был он? – У тебя внизу гость. Думаю, тебе не удастся избежать разговора. Дэймон здесь? Я вскакиваю с кровати, все еще в одежде, в которой был вчера. Мои ноги громко стучат по ступеням. Дэймон поднимается с дивана моих родителей, его руки уходят в карманы, а голова склонена вниз. Я ненавижу, что заставляю его сомневаться в себе – то, чего я обещал никогда не делать. Я говорил ему, что не буду таким, как Эрик, а потом просто взял и закрылся от него. Черт. Я бросаюсь к нему и практически сбиваю с ног, целуя его крепко. Он отступает назад, но его руки ложатся на мою талию, а его губы принимают все, что я даю. Я пытаюсь передать все, что чувствую к нему, все, что хочу сказать, потому что не уверен, что смогу признаться в этом вслух. Я люблю его. Это правда, но мысль о том, чтобы сказать это вслух, заставляет стены сжиматься – как всегда. Единственное отличие в том, что на этот раз, когда я напоминаю себе, что это Дэймон, все эти сомнения, клаустрофобия, зудящее желание сбежать полностью исчезают. Если я сосредотачиваюсь на части с Дэймоном, а не на словах вроде – любовь и – навсегда, я не паникую. Я этого хочу. Всего. Мама прочищает горло, и я заставляю себя отстраниться. – Я, эээ, оставлю вас, мальчики, чтобы вы могли все обсудить, – говорит она. Когда она уходит, Дэймон поворачивается ко мне. – Я ожидал больше криков, может, обвинений в том, что я сталкер, и, возможно, – я больше никогда не хочу тебя видеть, а тут поцелуй? – Как ты узнал, что я здесь? – спрашиваю я. – Приложение для отслеживания на твоем телефоне, – просто отвечает он. Когда мой рот открывается от удивления, он ухмыляется. – Что, я не могу шутить? Я толкаю его. – Я собирался дать тебе остыть и немного пространства, но, ну, это же я. Я обзвонил всех. Узнал, что ты здесь, и сказал себе держаться подальше. Если я довел тебя до того, что ты убежал в Пенсильванию, значит, что-то было серьезно не так. Но ты должен знать, что я не сделал того, что ты думаешь. – Мне уже все равно. – Что? – Я не такой, как ты. Я никогда не думал о том, чего хочу, и просто не шел за этим. Я не путешествую, потому что мне проще сидеть и жаловаться, ничего не предпринимая. Ты знаешь, чего хочешь, и идешь за этим. Я всегда восхищался этим в тебе, так что логично, что ты планировал будущее и искал возможные квартиры... – Вот именно. Я не искал, – говорит он. – Ты не искал? Почему это наполняет меня сокрушительным разочарованием? Черт побери, я хочу жить с ним прямо сейчас? Я отгоняю эту мысль и говорю себе вернуться к ней позже. – Я искал для себя, – говорит Дэймон. – Мой договор аренды заканчивается в следующем месяце, и мы оба знаем, что я ненавижу свою квартиру. Я попросил Стейси проверить несколько зданий рядом с твоей работой, но когда отправил ей список, случайно отправил тот, который сохранил до того, как ты сказал, что не хочешь жить со мной. Я не хочу давить на тебя и заставлять делать то, к чему ты не готов, и все это время пытался сказать тебе об этом. Кажется, теперь я в отношениях с твоей дверью. Вчера вечером я произнес перед ней потрясающую речь, надеясь, что ты стоишь с другой стороны и слушаешь. Я рассмеялась. – Речь? Я могу ее услышать? – Нет. Это между мной и твоей дверью. Но там было много извинений и унижений, и теперь ты, возможно, никогда не увидишь эту мою сторону. – Я относился к тебе так, будто ты Честити, хотя ты не она. Ты бы не удерживал меня или заставлял делать то, чего я не хочу. Вчера вечером я был слишком напуган, чтобы мыслить рационально, и включил режим бегства, потому что это моя автоматическая реакция на все. Но я не хочу убегать. Дэймон улыбается так, что это освещает весь мой чертов мир. – Ты теперь пойдешь домой со мной? – Как ты сюда добрался? Я подхожу к переднему окну и вижу снаружи БМВ. – Взял машину у Ноа. Я бы приехал раньше, но он решил прочитать мне лекцию о том, как я все порчу с парнем, который может терпеть мои заморочки. – Ноа любит меня больше, чем тебя, – пою я. – Когда тебе нужно вернуть машину Ноа? Дэймон пожимает плечами. – Не знаю. Он редко ею пользуется. У кого вообще есть машина в Нью-Йорке? – Когда твой выпускной? – В среду. Я улыбаюсь. – Каковы шансы, что я смогу взять два дня выходных? Дэймон притворно кашляет. – Кажется, у меня начинается грипп. К чему ты клонишь? – Нужны ли нам паспорта, чтобы пересечь границу с Канадой? Ниагара – это где-то, четыре, пять часов езды? – Мэдди, что ты планируешь? – Я планирую прыгнуть с головой, закрыв глаза, и надеяться на лучшее. Я действую вместо того, чтобы мечтать о большем, и хочу, чтобы ты сделал это со мной. - Я сглатываю и заставляю себя произнести слова, которые боялась признать. – Потому что я люблю тебя. Дыхание застревает в горле Дэймона. – Твоя дверь проболталась, да? – Что? – Можем ли мы зафиксировать, что я первым сказал тебе, что люблю тебя? Просто я сказал это твоей двери, а не тебе. – Ты сказал моей двери, что любишь меня? – Я влюбился в тебя несколько недель назад, но не хотел тебя напугать. – Даже если ты меня пугаешь, я обещаю, что всегда буду возвращаться, – говорю я. – Может, на это уйдет время, пока моя иррациональность не утихнет, но я всегда смогу ее преодолеть. Теперь я это знаю. Ты того стоишь. Дэймон делает шаг вперед, обнимает меня и прижимает свой лоб к моему. – Если мы даем друг другу обещания, я обещаю не забегать вперед, советоваться с тобой обо всем перед тем, как действовать, и также следовать за тобой, куда бы ты ни пошёл... если только не идет бейсбол. – Конечно. – Я даже готов поехать в Канаду. Если это не доказывает, что я люблю тебя, то я не знаю, что еще может. – Это тяжело, понимаю. – Похоже, нас ждет поездка. – Я приготовлю перекус! – кричит мама из кухни. – Кажется, она подслушивала, – говорит Дэймон. Я наклоняюсь и шепчу: – Считай, тебе повезло, что я не упомянул минет, который планирую тебе сделать. Дэймон оглядывается по сторонам, словно что-то ищет в доме. – Что? – спрашиваю я. – Ждал, что кто-нибудь выскочит, кто это услышал. – Мне действительно стоит научиться держать язык за зубами. – Или найти ему лучшее применение. Когда наши губы встречаются, я оказываюсь в мучительном раю. Не могу поверить, что чуть не ушёл от этого. Этот парень завладел мной, и меня убивает, что я облажался. – Может, оставим это до Канады, – говорит Дэймон. – Знаешь, там, где твои родители не подслушивают и не следят. – Следующие пять часов будут самыми долгими в моей жизни.