Самый большой секрет

Несмотря на тот факт, что Москва не была столицей уже очень давно, благодаря молодым колдунам и чародейкам, часто приезжающим на выходные из Академии, она всегда оставалась тем местом, где находили свое начало новые модные веяния. В последнее время Сергей все чаще замечал возрастающий интерес к азиатской культуре, и это экзотическое увлечение не обошло стороной даже воскресную ярмарку, призывающую отпраздновать не то первые по-настоящему осенние листья, не то тот чудесный факт, что все здесь собравшиеся пережили сентябрь. По крайней мере, именно последнее пришел отпраздновать сюда Сергей. Две девушки, одетые в сильно утепленный аналог традиционного китайского одеяния, раздавали людям вокруг бумажные фонарики, которые требовалось поджечь и запустить в небо. Это развлечение на ярмарке принадлежало к числу бесплатных, поэтому люди вокруг с энтузиазмом тянули руки за хлипкими бумажными конструкциями. В этот раз Сергей остался в выходной день совсем один, но именно сегодня быть одному отчаянно не хотелось. Накатывала то усталость от учебы, то тоска по дому, то страх перед неопределенностью будущего. Раствориться в веселящейся толпе, чтобы недолго отдохнуть от себя самого, показалось отличным решением этой неприятной проблемы. Люди, собравшиеся на площадке позади ярмарки с фонариками, передавали друг другу коробок спичек. У Сергея на этот случай имелся способ понадежнее, который был с ним всегда. В конце концов, зачем учиться так тщательно контролировать свое колдовское оружие, если не иметь возможности с его помощью запустить в небо горящий фонарик? Сергей проводил взглядом взмывший вверх мерцающий огонек и вновь принялся рассматривать людей вокруг. Совсем рядом, почти спиной к нему, стоял светловолосый мужчина, явно ожидающий, когда гуляющий по площадке коробок спичек обнаружится где-то в непосредственной близости от него. — Вам поджечь? — Сергей всегда ощущал себя неуютно рядом с кем-то, оказавшимся в затруднительном положении. Хорошо, когда помочь было так легко. — Да, пожалуйста, — кивнул мужчина, поворачиваясь к Мончинскому лицом. Да это же был тот самый незнакомец с вокзала, не давший ему сначала "поцеловаться" с недружелюбным бетоном платформы, а затем и запутаться в поездах. Надо же, какое совпадение! — Ох, это снова вы! — Сергей тихо рассмеялся, всматриваясь в профиль незнакомца, сразу обращавший на себя внимание слишком правильными чертами лица. Он выглядел не как человек, а как одна из мраморных скульптур в Летнем саду. — А я ведь еще потом вспомнил, где видел вас впервые. В тот раз женщина вылила на вас вино в баре. — "Старый Замок", да. Но, кажется, они предпочитают считать себя таверной, а не баром, — откликнулся незнакомец, подтверждая его догадку. Сергей в тот вечер выпил лишнего и не исключал, что его воспоминания могли быть не вполне точны. — Вы что, следите за мной? — улыбнулся он, склоняясь чуть ближе, чтобы все же поджечь круглое кольцо внутри бумажной конструкции, как и предлагал изначально. Россыпь искр слетела с его пальцев, и Сергею показалось, что собеседник наблюдает за колдовством с каким-то особенным напряженным вниманием. Интересно, он тоже был колдуном и проявлял любопытство к самому заклинанию, или же это было простым удивлением обычного человека при виде магии, как таковой? — Что вы, совсем нет. Это чистая случайность. К тому же, во вторую нашу встречу это вы на меня налетели. У меня не было выбора, разве что только позволить вам упасть. Сергей смутился. Его предположение было скорее шуткой, он не ожидал настолько серьезного и развернутого ответа. Впрочем, незнакомец, кажется, вовсе не испытывал неловкости. Он внимательно смотрел на разгорающийся огонек, а затем поднял руку и отпустил хрупкую конструкцию из бумаги, позволяя ей взмыть в небо. Взгляд вслед был долгим и, как показалось Сергею, исполненным печали. Пауза затянулась, пока отблески фонарика не затерялись среди десятка других. — Сергей Дмитриевич, — представился Сергей, широко улыбаясь и протягивая руку незнакомцу. Почему бы и нет? В конце концов, их странный диалог тянулся достаточно долго, чтобы перестать про себя называть собеседника "незнакомцем". — Владимир, — чужие пальцы твердой хваткой сомкнулись на его руке. Владимир смотрел прямо в глаза, и Сергею показалось на мгновение, что этот взгляд направлен прямо ему в душу. Подсознание подсказало ему в этот момент, что Владимир — очень опасный человек, но никаких достойных подтверждений этому не находилось. — Владимир..? А отчество? Право слово, мне как-то неловко, — Сергей немного потерялся, ощущая, как топит его изнутри собственная неуверенность. Владимир явно был старше него, пусть, возможно, и не слишком сильно. Сергею и без того трудно было вот так запросто вступить в новое для себя знакомство, а собеседник будто нарочно его неловкость усугублял. — Просто Владимир, — тонкие губы дрогнули в ухмылке, но злорадной она не ощущалась. Кажется, Владимиру просто доставляло удовольствие наблюдать за реакцией других людей на заведомое нарушение установленных социальных норм. По крайней мере, его прямой взгляд глаза в глаза говорил именно об этом. — Я не привык следовать правилам, которые считаю бессмысленными. — Ладно, "просто Владимир". Тогда и я просто Сергей, — кивнул он, неловко улыбнувшись и слегка расслабившись. А потом Сергей поспешно отпустил чужую крепкую ладонь, только сейчас сообразив, что рукопожатие непозволительно затянулось. Владимир, впрочем, не проявлял никаких признаков беспокойства, будто бы эти формальные правила ровным счетом ничего для него не значили. Они замолчали, рассматривая огни фонариков, запущенных в небо остальными людьми на площадке. Сергею молчание рядом с людьми всегда казалось отчаянно-неловким, словно бы внезапно остановившийся разговор был именно его виной. Однако Владимира молчание, кажется, ничуть не тяготило. Впрочем, быть может, он просто вовсе не был настроен продолжать диалог? Эта неопределенность беспокоила Сергея больше, чем он готов был себе признаться. — Владимир, позволите мне угостить вас чем-нибудь? — спросил Сергей, когда тишина между ними в окружающем гомоне голосов начала казаться совсем невыносимой. — В благодарность за мое спасение там, на вокзале. Сергей не был уверен, руководила ли этим отчаянным жестом неловкость, интерес к показавшемуся таким загадочным и необычным человеку или ему просто хотелось поговорить хоть с кем-нибудь на какую-то отвлеченную тему, лишь бы не оставаться один на один с собой. — Что вы, это ведь лишь мелочь. У меня была возможность, как вы выразились, "спасти вас", и я это сделал. Это не стоит какой-то особой благодарности, — Владимир пожал плечами, неторопливо переведя взгляд светлых глаз с неба на него. — Но это не значит, что я не позволю меня угостить. Долгая пауза перед согласием заставила Сергея несколько раз пожалеть о том, что он вообще задал этот глупый вопрос. Теперь же, после ответа, ему и вовсе показалось, что Владимир издевается над ним. Не почудился же ему в самом деле этот слегка насмешливый блеск в светлых глазах? Впрочем, вполне могло быть, что и почудился. — Может быть, что-то из горячих напитков? — Владимир, кажется, сжалился над ним, решив протянуть руку помощи. Сергей сразу же уцепился за эту возможность, устремившись к ближайшей палатке, где широкоплечий усатый продавец щедро разливал по бумажным стаканам горячий сбитень. Спустя несколько минут они обосновались на шаткой скамейке в нескольких метрах от всеобщего веселья. Запах меда и специй, мгновенно окруживший их, приятно отдавался в душе чем-то радостным и теплым. Сергей грел руки о горячий стакан, а вот Владимир, кажется, холодного осеннего ветра совсем не ощущал. Тем не менее он то и дело подносил к губам стакан, и на его строгом лице отражалось явное удовольствие, которое он совершенно не считал нужным скрывать. — Как вы думаете, почему мы все время натыкаемся друг на друга? — задумчиво спросил Сергей, в очередной раз первым нарушая тишину. Он все еще не мог понять, что толкает его раз за разом продолжать этот разговор. Владимир, что бы он там про себя не думал, явно не стремился к возобновлению беседы, но в его ответах не ощущалось ни раздражения, ни снисходительности. — Думаю, что Москва — достаточно большой город, в котором много людей, — Владимиру вопрос, кажется, понравился, или же Сергею просто хотелось так считать. — А там, где собирается много людей, иногда могут случаться даже самые невероятные совпадения. — Даже не знаю, звучит это скорее цинично или поэтично, — с легким весельем отозвался Сергей, пытаясь как-то сформулировать свою версию. Было что-то неуловимо интересное в манере Владимира подбирать слова. Должно быть, он много читал, чтобы научиться заставлять случайных собеседников слушать себя так внимательно. — Я не считаю себя ни циником, ни уж тем более поэтом, — пожал плечами Владимир, задумчивая усмешка тронула его губы, прежде чем он договорил. — Я ведь не сказал, что так распорядилась судьба. Сергей рассмеялся в ответ на это заявление, уловив смешливый огонек и в глазах Владимира. А ведь с Сергея действительно сталось бы выдать подобное заявление в минуту особо лирического настроения. — Значит, вы предпочитаете считать это случайностью, а не закономерностью? — Сергею очень нравилась неопределенная тема их первой настоящей беседы. Было что-то особенное в том, чтобы не знать о человеке ничего, кроме имени, но пытаться узнать его мнение о настолько эфемерных материях. Словно бы на этот вечер Сергею принадлежало все время мира. — Это достаточно легко проверить, — отозвался Владимир, допивая свой напиток и поднимаясь на ноги. — Если это закономерность, мы через время столкнемся снова, никак об этом не договариваясь. Четыре повтора одного и того же совершенно случайного события на столь коротком отрезке времени — вещь очень маловероятная. Я бы даже сказал — невозможная. — Предлагаете мне рискнуть? — Сергей не был уверен, как к этому стоит относиться. Не было похоже, что он был неприятен собеседнику, да и предложение это звучало как-то уж слишком по-заговорщически. Однако почему он тогда собирался уйти так быстро, сразу же, как закончил со своим напитком? Впрочем, быть может, у него были дела. Даже возможно семья, ждущая дома его возвращения. Но нет, Сергей не верил в то, что взрослый семейный человек станет тратить свой выходной, собираясь в одиночестве запускать в небо китайские фонарики. — Да, пожалуй, предлагаю, — с самым серьезным видом кивнул Владимир, а затем, не дожидаясь ответа, развернулся к Сергею спиной и направился куда-то вдаль через пеструю ярмарочную толпу. Его фигура в строгом черном пальто ярко выделялась на фоне окружающего света разноцветных огней. У Сергея для этого не было ни одной разумной причины, но он почему-то был абсолютно уверен, что ему еще предоставится возможность спросить, почему Владимир так быстро ушел.