"Лисёнок"

Линейка тянулась бесконечно. Стадион перед школой заполнился разношёрстной толпой: первоклашки мялись, стесняясь, старшеклассники стояли угрюмыми группами, пряча руки в карманы курток. Дождь не прекращался, но сменился на мелкую, противную мо́рось, заставляя ёжиться. На крыльцо вышел директор, и из старых, колонок вырвался марш, больше похожий на предсмертный хрип устройства, которое доживало свои последние деньки. Лисса стояла в строю класса, чувствуя, как влага медленно пропитывает олимпийку. Она даже была благодарна тому, что познакомилась с той изматывающей троицей, ведь именно по ним удалось понять куда нужно идти. - Гляди, Лилька-то совсем как привидение, на, - донёсся до неё смешок Бяши. Лисса скользнула взглядом по рядам учителей. Женщина, на которую видимо указывал парень, стояла, вытянувшись в струнку, её пальцы судорожно сжимали тонкую папку. Директор что-то вещал про "новые горизонты", его слова тонули в серости, сырости и угрюмости всего дня. Лисса заметила, что даже птиц в округе не было. За весь день она заметила только трёх беспокойных ворон, и то они сидели на заборе их участка, выжидая новых угощений от девочки. Когда все песни были отпеты, директор догудел свою речь, а дождь уже практически успокоился, всех повели в здание. Внутри пахло хлоркой, чем-то старым и пылью. Лисса, плетясь за классом поднялась на второй этаж, стараясь не задевать никого рюкзаком. В кабинете было до невозможности душно, воздух был настолько тяжелым, что легкие утяжелились. Она прошла в самый конец и опустилась на свободное место прямо за широкой спиной Бяши. - Класс, тишина! - голос Лилии Павловны полоснул по ушам, как лезвие. Она стояла у доски, и Лисса невольно сжалась. Учительница выглядела так, будто не спала последние несколько лет. Её лицо, серое и осунувшееся, казалось маской, застывшей в выражении вечного недовольства и упрека. - В этом году… в нашем коллективе пополнение, - Лилия Павловна сделала паузу, и её взгляд, тяжелый и липкий, упал на Мелиссу. - Мелисса, встань. Пусть все увидят... нашу городскую гостью. Лисса медленно поднялась, протянув за собой скрип стула по полу. Десятки голов повернулись в её сторону. Именно к таким взглядам привыкла Мелисса, сменяя школы. В голове резко всплыл образ первого дня в прошлой школе - там все были куда приветливее и теплее. Семён, сидевший через ряд, громко и нарочито высморкался, вызвав смешки у нескольких учеников. Образ прошлого класса сменился на холодное раздражение. Прямо перед ней, на первой парте девочка с идеальной косой и прямая, как струна, чуть наклонилась к своей соседке по парте, и прошептала что-то, явно язвительное в сторону Лиссы, на что плечи ее соседки мелко содрогнулись в смешке. -...воображала, - донеслось до ушей Мелиссы. Та девочка вновь повернулась к виновнице их разговора. Её взгляд был хитрым, оценивающим. - Мелисса приехала к нам из города, - продолжала Лилия Павловна, явно сдерживая раздражение. Такой тон Лисса уже слышала, именно он предзнаменует сложную школьную жизнь. - Надеюсь, она понимает, что наши требования... и наши правила..отличаются от тех, к которым она привыкла. Садись. "Что ж вы все, блять, про эти правила мне талдычите, сами-то по ним живете?" - чертыхнулась в голове Мелисса. Лилия Павловна повернулась к доске и начала скребсти мелом тему урока. Весь урок тянулся как вязкая жевачка, забытая на жгучем асфальте. На удивление программа, как минимум литературы, была проще, чем в городе. Этот рассказ Лисса уже читала в прошлом учебном году, поэтому слушать она перестала уже с середины урока, больше посвящая себя в изучение окружающих. На перемене, когда класс взорвался гулом, грохотом отодвигаемых стульев и резким запахом разных духов, к парте Мелиссы мягко скользнула девочка. Она двигалась бесшумно, словно не касаясь пола, и присела на край соседнего стола. - Привет. Я Полина, - произнесла она, и её голос прозвучал удивительно мелодично на фоне общего шума, будто чистая нота среди помех, - Морозова. Лисса подняла взгляд и на мгновение замерла. Полина выглядела так, будто случайно сошла со страниц романа и потерялась в этом затхлом посёлке. Показалось, что от неё пахнет чем-то нездешним - тонким ароматом лаванды. Фарфоровая кожа, тонкие черты лица и огромные темные глаза, в которых плескалась тихая, осознанная грусть. Она была слишком изящной, слишком чистой для этого серого посёлка, тонувшего в грязи и снегах. - Я Мелисса, Белова. Или просто Лисса, - ответила девочка, улыбнувшись. - Давно здесь живешь? - Всю жизнь, - Полина печально улыбнулась и понизила голос, кивнув в сторону доски, где Лилия Павловна судорожно стирала мел. - В нашем классе у каждого своя клетка. Лучше выучить их расположение сразу, чтобы не наступать на прутья. Её голос был таким мелодичным, томным и заговорческим. Тон, тембр и сам голос идеально подходил этой нежной девочке. Затылком Мелисса почувствовала, что ее буравят взглядом. Полина обвела кабинет спокойным, уставшим взглядом. - Рома и Бяша - это местный закон и порядок, а точнее, его отсутствие. Обычно только они и "светятся" из-за своих выходок. Ромку... его лучше держаться стороной. Это не просто хулиган, Мелисса. Это стихийное бедствие. Слишком бурный и вспыльчивый хулиган. А Бяша… он как эхо Ромы. Верный подхалим, вечно кидает эти свои дурацкие шуточки. Вроде кажется дурачком, но за Ромку перегрызет глотку. Лисса проследила за её взглядом. Ромка лениво развалился на стуле, закинув ногу на парту, и в его позе было столько уверенности, что становилось не по себе. Бяша же уже присел ему на уши и что-то увлечённо рассказывал. - Семён Бабурин - это отдельная головная боль, - Полина поморщилась, переведя взгляд на соседний ряд. - Он злой и приставучий. Если Ромка бьёт в лоб, то Семён будет изводить тебя мелкими пакостями, плевками в спину и гадостями в тетрадях. Ему просто необходимо до кого-то докапываться, перевелся к нам недавно, походу из прошлой школы выгнали за плохое поведение. Глаза полины скользнули на первую парту, где та самая девочка что-то усердно записывала. - А вот наша "староста" - Катя. Местная сплетница и, по совместительству, дочь нашей Лилии Павловны. Она знает всех скелетов в шкафу каждого и докладывает матери всё, до последней запятой. Но иногда её даже жаль. Быть дочерью такой матери - то ещё удовольствие. Рядом с ней вечно ошивается Зина. Она, можно сказать шестёрка Кати, но без нее обычно тихая. В углу класса Лисса заметила мальчика в очках, который судорожно перелистывал учебник. - Это Миша. Наш вечный отличник. Беда в том, что у него язык длиннее, чем мозги. Он постоянно пытается умничать и подначивать Рому, за что регулярно отхватывает. А вон там, у самого окна - Саша. Тихий, забитый… У него дома ад, отец пьет. Саша старается быть невидимым, чтобы его не трогали ни дома, ни здесь. Лисса понимающе кивала и впитывала информацию. Полина вздохнула и посмотрела на свои руки - тонкие, с аккуратными длинными пальцами. - В общем, Лисса, добро пожаловать. Приятно познакомиться. - Полина улыбнулась, оглядела свою новоиспечённую одноклассницу и продолжила, - Ты из города...там, наверное все иначе.. Музыка, концерты. Чем занимаешься обычно? Лисса задумалась. Говорить о том, что она бродит по лесу и скачет за ручку с домовым, наряду с животными - плохая затея, накличат "ведьмой", потом еще и с этим разбираться придется. Поэтому пришлось выдавать более "приземлённые" хобби: - Да я..рисую в основном. На гитаре иногда брынчу, цветами занимаюсь. Закончив, она взглянула на Полину и увидела искру в её глазах. Такого радостного и восторженного взгляда не ожидалось увидеть в этот день: - Ой, гитара, это так здорово! А я на скрипке играю. Может попробуем что-то вместе? Здесь есть музыкальный класс, я там занимаюсь одна, с Анатолием Георгиевичем, вот будет здорово, если ты тоже начнешь ходить со мной, - Полина заметно оживилась и ее, похоже, понесло, - а то среди этих гопников и сплетниц жить вообще невозможно, даже поговорить не с кем нормально. А ты, похоже.. Звонок на следующий урок оборвал монолог скрипачки. -Ой, - она смущенно поправила волосы, - я похоже совсем разболталась. В общем, приятно было познакомиться, ты очень приятный человек. Мелисса кивнула и улыбнулась в ответ, бросив "ничего страшного". Полина легко поднялась и упархнула на свое место, а Лисса осталась сидеть, чувствуя на себе тяжелый, немигающий взгляд, принадлежащий Роме, который, похоже, слышал каждое слово их разговора и теперь прикидывал на чьей стороне, после услышанного окажется "городская". Последний звонок прозвучал для Лиссы как сигнал к побегу. Школа давила: стены, выкрашенные в тошнотворно-зеленый цвет, шепотки за спиной и липкий взгляд Кати выпили из неё все силы. Ей отчаянно хотелось одного - выкурить сигарету и умчаться домой. В коридорах было не протолкнуться. Лисса лавировала между младшеклассниками, вдыхая запах мокрой одежды и хлора. Ромку с Бяшей она приметила еще издалека, у самого гардероба. Именно они и нужны были ей, чтобы узнать где здесь спокойно покурить. Подойдя ближе, она замерла. Картина была не из приятных: Рома, прислонившись к косяку, преграждал путь мелкому пацану, а Бяша с каким-то азартным оскалом заглядывал тому в лицо. -Ну чё ты? - голос Бяши доносился до Лиссы противным дребезжанием. - Мы ж по-соседски, на. Просто на общак подкинь, и иди с миром. Мальчишка дрожал так, что было слышно, как стучат его зубы. В его глазах застыл такой первобытный ужас, что Лиссе на секунду стало тошно. Внутри поднялся спор: лезть туда спасать мальчишку или оставить все как есть и не лезть на рожон. Она решила соединить эти два варианта. Она сделала шаг вперед, выходя из тени. -Пятифан! - окликнула она неожиданно дерзким и низким голосом. - Где здесь покурить можно без лишних глаз? Ромка медленно, словно в замедленной съемке, повернул голову. Его тяжелый взгляд, будто хищника оторвали от его ужина, прошелся по девочке. Бяша замер, так и не дотянувшись до кармана пацана. Мальчик, почуяв слабину, уставился на Лиссу. - Пожалуйста... помоги... - прошептал он одними губами. Лисса почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она не собиралась играть в героя, герои здесь долго не выживали, плясать нужно было под дудку Ромы. -Послушай, - Лисса посмотрела прямо в глаза мальчишке, стараясь, чтобы её лицо оставалось каменным. - Соваться в дела гопников - гиблое дело. Запомни это. Тебе лучше просто никогда не попадаться им на глаза. Видишь их - уходи. Сворачивай. Ищи толпу. Понял? Исчезни прямо сейчас, и, может быть, жизнь станет спокойнее. Она не защищала его, она давала инструкцию по выживанию. Но эффект был достигнут - Ромка, заинтригованный её наглостью, ослабил хватку. Мальчишка, не дожидаясь второго приглашения, рванул мимо них так быстро, что только пятки сверкнули. - Ого! - Бяша присвистнул, потирая подбородок. - Ромыч, слыхал? Городская-то у нас - стратег. Тут из-за вешалок высунулся Семён. Он всё это время ошивался рядом, явно надеясь на долю. -Чё ты из себя строишь, Ме-ли-сса? — прошипел он, подходя ближе. За весь день весь его смрад только усилился. - Сплавила пацана, а сама к нам подмазываешься? Видали мы таких. И за гаражами куришь, и вон как ловко парня выставила. Такая же гнилая, как мы, признай. Чё вы вообще в наше село припёрлись? В городе хвост прижали? Лисса почувствовала, как пальцы сжимаются в кулаки. Семён действовал ей на нервы своей мелочностью, своей вечной вонью и нытьем. Но ответить она не успела. Ромка, который до этого молча наблюдал за ней, вдруг резко шагнул к Семёну. Он сделал это так быстро, что Бабурин невольно отшатнулся, впечатавшись спиной в стену, увешанную одеждой. -Семён, - голос Ромы был тихим, но в нем слышался скрежет стали. - Слышь сюда. Заткни. Свой. Ебальник. Я уже заебался слушать твой трёп. Ты мне весь мозг уже вытрахал с этой песней про неё. Если ты еще раз при мне начнешь открывать рот в её сторону по поводу и без - полетишь в канаву быстрее, чем успеешь вякнуть. Бабурин опешил. - Да я чё... Ром, я же...Ты ее защищаешь? - Я не защищаю её, — отрезал Пятифанов, глядя Семёну в глаза. - Я уже сам заебался слушать твой зуд над ухом. Проваливай нахуй и не попадайся мне на глаза сегодня - зарежу. Семён, бормоча что-то под нос про "сиськи" и "пацанов", поспешил скрыться в глубине коридора. Ромка повернулся к Мелиссе. В его глазах не было дружелюбия, скорее - раздраженние. И было не понятно - раздражение на неё или на всю ситуацию. - Пошли, - коротко бросил он. - Покажу тебе "кабинет". Они вышли на улицу. Сырой сентябрьский воздух ударил в лицо, заставляя Лиссу поежиться. Зашли за старое техническое здание, на стадионе. Место было идеальным - глухая стена и кусты, за которыми не разглядеть даже дыма. Ромка достал пачку, выудил сигарету и протянул Лиссе. Он знал, что у неё есть свои, но сейчас решил поделиться. Упускать этот момент было бы глупо. Поэтому сигарета с его пальцев перекочевала в её. Она стояла, прислонившись к бетону, и смотрела, как дым, такой приятный и убивающий, растворяется в сером небе. Бяша рядом что-то воодушевленно рассказывал про вчерашнюю драку в поселке. Лисса чувствовала, как внутри понемногу утихает буря. Ромка стоял чуть поодаль, щурясь от дыма и глядя куда-то вдаль, на пустой стадион. Он не пытался с ней заговорить, и Лисса была ему за это благодарна. Здесь, за техническим сараем, она впервые за весь день почувствовала, что может просто дышать. Сигарета догорела почти до фильтра, оставляя на губах неприятный бумажный привкус. Лисса затушила окурок о влажный бетон стены и уже набрала в легкие холодного воздуха, чтобы коротко попрощаться и уйти в свое убежище, но "вожак" опередил её. Он шагнул, преграждая ей путь, заглядывая в глаза своим подозрением и серой сталью. - Слышь, лиса, - Ромка прищурился, пропуская струю дыма через зубы. - Я вот всё никак в толк не возьму. Из города сюда не едут за "тишиной". Тут либо прячутся, либо ссылают. Вы чего в наш поселок приперлись? У Лиссы внутри всё сжалось. "Не твоё собачье дело" - так и вертелось на языке, едкое и привычное. Но она вовремя прикусила его. Хамить Роме было всё равно что дразнить голодную овчарку через дырявый забор. Но показать, что вопрос неуместный нужно было. - Спрашиваешь? - вражеский тон, охладевший взгляд - все это должно было показать нежелание вступать в диалог. - Интересуюсь, лиса, интересуюсь. - Дяде работу тут предложили. Деньги, Пятифан, деньги, - спародировав его тон ответила Лисса, - В городе туго сейчас с этим. Ромка хмыкнул, явно не до конца поверив, но продолжать допрос не стал. Атмосфера нятягивалась, пока её не разрезал чистый, хрустальный голос, донесшийся со стороны стадиона. - Ой... не знала, что ты тоже куришь, Мелисса. Лисса обернулась. Полина стояла в нескольких шагах, прижимая к себе воротник пальто. Её волосы казались еще темнее на фоне серого неба. Она смотрела на Лиссу с легким удивлением и какой-то мягкой укоризной. И тут Лисса увидела чудо. Ромка Пятифанов, гроза школы и "стихийное бедствие", изменился в одну секунду. Он почти подпрыгнул, выкидывая едва начатую сигарету так резко, будто она жгла ему пальцы. Спина выпрямилась, плечи развернулись, а взгляд... Тот холодный, жесткий блеск, которым он только что сверлил Лиссу, исчез. Теперь Ромка смотрел на Полину с таким нескрываемым, почти щенячьим обожанием, что Лиссе стало неловко. -Полина! - Ромка осекся, прочистил горло и постарался придать голосу уверенности. - Да мы тут так... просто дышим. Полина подошла ближе, игнорируя Ромку, и обратилась к Лиссе: - Пойдем? Я как раз домой собиралась, могу проводить тебя, чтобы ты не плутала в наших переулках. Вместе веселее. Лисса мельком взглянула на Ромку. Он застыл, в его глазах промелькнула такая тоска и надежда, что всё стало ясно без слов. Лисса поняла: это её шанс окончательно закрепить мир с "вожаком". - Слушай, Полин... - Лисса виновато улыбнулась, надеясь, что ложь звучит правдоподобно. - Я бы с радостью, но за мной дядя должен на машине заехать к главным воротам. Он строгий в этом плане, рассердится, если не найдет меня. Она сделала шаг в сторону, специально загораживая собой Бяшу, который уже открыл рот, чтобы что-то вякнуть про "никаких машин не видел". - Ром, - она обернулась к Пятифанову, поймав его взгляд. - Тебе же не сложно будет? Проводи Полину, а то мало ли... Семёны там всякие бродят. Поселок то у вас неспокойный. Полина замялась, переводя взгляд с новой подруги на Ромку. Она явно не горела желанием идти с ним, но и показаться невежливой или высокомерной в глазах Лиссы ей не хотелось. - Ну... если Роме по пути, — неуверенно произнесла она. Ромка посмотрел на Лиссу. На его лице промелькнуло такое искреннее, глубокое "спасибо", что Мелисса чуть не рассмеялась. Он кивнул ей - на этот раз от души, по-настоящему. - Конечно по пути! - Ромка уже стоял рядом с Полиной, почти светясь от радости. - Бывай, Мелис. Бяшка, свидимся. Он буквально ускакал следом за Полиной и что-то воодушевленно заговорил. Полина слушала его, иногда кивая, и их силуэты быстро скрылись за углом технического здания. Бяша смачно сплюнул в сторону и обернулся к Мелиссе. В его взгляде уже не было той настороженности, с которой он разглядывал её утром. Теперь там светилось искреннее, почти детское восхищение. - Ну ты даешь! - он хохотнул, закидывая рюкзак на плечо. - Ты Ромыча прямо за живое взяла. Видала, как он расцвел? Как будто ему ящик сгущенки подарили. Слушай, давай я тебя провожу, а? А то дядя твой, может, и приедет, а может, и нет. Лисса на секунду задумалась. Дорога домой была неблизкой, а месить грязь в одиночестве, ей совсем не хотелось: - Пойдем, конечно, пойдем, - кивнула она. Они вышли за ворота школы. Сентябрь был безжалостным: дорога окончательно превратилась в вязкое месиво. Лиссе приходилось внимательно смотреть под ноги, чтобы не оставить туфлю в очередной чавкающей луже. Бяша же прыгал по кочкам с ловкостью горного козла, не переставая трещать: - Слышь, а дядя твой… он реально такой строгий? Лисса негромко хмыкнула и покачала головой, глядя, как носки её туфель постепенно покрываются слоем жирной грязи. - Да ладно тебе, Бяш. Соврала я, - призналась она, и в голосе проскользнула усталая честность. - Надо же было как-то перед Полинкой оправдаться, чтобы она не обиделась, что я с ней не иду. В дядю-тирана она поверила быстрее, чем в то, что мне просто нужно было Рому выручить. Бяша замер на месте, чуть не поскользнувшись. - В смысле? Он чё, не строгий? - Совсем наоборот, - Лисса вздохнула, поправляя лямку рюкзака. - Дима… он вообще меня почти не ограничивает. Чаще всего я самой по себе. Одна в большом доме, одна на улице… Он хороший, но его как будто нет рядом, понимаешь? Так что никакой машины у ворот не было. Она вообще у нас сломанная стоит. Бяша присвистнул, и его лицо на мгновение приняло непривычно серьезное выражение. - Ого… Это, конечно, заебись.. Свобода, все дела. Но… блин, скучно же, наверное? И жрать некому приготовить. - Привыкаешь, - пожала плечами Лисса. - Зато никто не читает нотации. Хотя иногда тишина в доме такая, что хочется, чтобы хоть кто-то прикрикнул. Они пошли дальше, и Лисса почувствовала, как эта маленькая правда, которую она доверила Бяше, странным образом их сблизила. - А знаешь, Лиска… — Бяша заговорил тише, чем обычно. - Мы ведь поначалу вообще тебя принимать не хотели. Ромка особенно. Прям в штыки тя воспринял, на. Лисса остановилась у покосившегося забора: - В штыки? Почему? - Да Ромыч терпеть не может "городских фиф", - Бяша почесал затылок. - Думал, приехала щас какая-нибудь Смирнова номер два, только с московским гонором. Будет нос воротить, правила свои качать, на всех стучать… Ромка даже хотел те "тёмную" устроить в первый же день. Ну, прижать за школой, припугнуть, чтоб знала, кто тут хозяин. Лиссе стало не по себе. Она представила, как Ромка - тот самый, который угрожал оставить Семёна в канаве зажимает её в углу. - И что же помешало? - спросила она, глядя прямо на Бяшу. - Да ты сама и помешала, на! - Бяша широко улыбнулся. - Сначала как ты с Семёном закусилась - чётко, без истерик, слёз. Потом у турников… Ромыч тогда прям ахуел, когда ты сигарету стрельнула. Мол, "нихуя себе, городская чёткая". Ну а сегодня… когда ты пацана этого "инструкцией" спасла, и Ромке с Полинкой дорогу расчистила… Короче, ты не такая, как мы думали. Ты своя лиса, наглая, но правильная. Мы эт ценим, на. Они пошли дальше, и Мелисса почувствовала, как тяжесть в груди начинает отпускать. Этот дерганый парень сейчас делал для неё больше, чем все психологи города. - Значит, Ромка передумал насчет "тёмной"? - усмехнулась она. - Он теперь за тебя любого в лепешку раздавит, после Полинки! - Бяша шутливо толкнул её в плечо. - Если кто тронет - мне свистни или Ромке. Мы быстро объясним, что городскую трогать нельзя. Они подошли к калитке её дома. Старое здание встретило их темными, нежилыми окнами. - Ну, притопали, - Бяша остановился у входа. - Дядьки твоего и правда нет. Тишина… - Как я и говорила, - ответила Лисса. - Спасибо, что проводил, Бяш. Правда… спасибо. Бяша замялся, а потом неожиданно протянул ей кулак - неловко, но искренне. - Да ладно, чё там, на! Мы ж свои теперь. Завтра увидимся. Не проспи, а то Лилька тебя на завтрак съест! Лисса улыбнулась и стукнула своим кулаком о его. - Завтра увидимся, Бяш.