Пепел имени

Пока Лина шла в сторону гостиной Когтеврана, размышляя о разговоре с Гарри и о том, как странно усилилась их связь после случайного прикосновения, её внезапно окликнули: — Мисс Картен. Лина обернулась. Это был профессор Грюм. Он стоял посреди коридора, опираясь на свою резную деревянную ногу, и смотрел на неё одновременно обычным тёмным глазом и ярко-голубым, вращающимся волшебным глазом. Лина невольно напряглась. Она всё ещё немного побаивалась его, после тех уроков, где он демонстрировал Непростительные заклятия, его присутствие вызывало лёгкий, но стойкий холодок по спине. Она постаралась ответить как можно спокойнее: — Добрый день, профессор Грюм. Грюм прихромал ближе. Его деревянная нога глухо стучала по каменному полу. Волшебный глаз крутился в глазнице, словно самостоятельно осматривая коридор, стены, даже потолок. От этого взгляда Лине стало ещё более не по себе, казалось, он видит не только её, но и что-то за ней, сквозь неё. — Видел, ты разговаривала с Поттером, — произнёс он своим хриплым, низким голосом. Лина чуть нахмурилась. Вопрос прозвучал неожиданно. — А разве это запрещено? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Грюм тут же покачал головой. — Нет-нет, что ты. Просто хотел поинтересоваться. Вы с ним хорошие друзья? Лина стояла, всё больше хмурясь. Зачем он задаёт такие вопросы? Это было странно. И вдруг одна догадка осенила её, та самая, которая уже несколько дней не давала покоя. А если этот глаз видит не только обычные вещи? Если он способен замечать магические связи, нити, проклятия? Если он увидел, как их связь с Гарри внезапно усилилась после прикосновения? Но несмотря на эту догадку, Лина всё равно не понимала, зачем он интересуется. Хочет помочь? Тогда почему заходит так издалека? Грюм не похож на человека, который будет постепенно, вопрос за вопросом, приближаться к ответу, который уже точно знает. Она ответила осторожно: — Ну… не скажу, что прям хорошо. Просто общаемся. И всё. Грюм усмехнулся, криво, уголком изуродованного рта. — Понимаю. Знаешь, Поттер сейчас не в самой лучшей ситуации. Друзья ему не помешают. Задания на Турнире очень сложные. Помощь от друзей ему будет очень кстати. А когда у Поттера есть подруга с факультета Когтевран, за него можно не волноваться, верно? Лина ещё больше запуталась. О чём он вообще говорит? Он хочет, чтобы она помогала Гарри с Турниром? Но как? Она понятия не имеет, какие будут задания. Конечно, она может помочь, если он попросит… но навязываться она точно не собирается. Она вдохнула и ответила: — Да, профессор, думаю, у Гарри достаточно друзей, которые могут ему помочь. И я тоже буду всегда готова ему помочь, если надо будет. Грюм кивнул, коротко, почти удовлетворённо. — Хорошо. Тогда не буду тебя задерживать. Он попрощался и, тяжело прихрамывая, ушёл в другую сторону коридора. Лина стояла ещё несколько секунд, глядя ему вслед. Хромающая фигура в потрёпанной мантии постепенно исчезала за поворотом. В голове крутилось множество вопросов: «Что он имел в виду? Почему именно сейчас? И что он видит своим глазом?» Она покачала головой, пытаясь отогнать неприятное ощущение, и вновь направилась в сторону гостиной Когтеврана. Но лёгкая тревога всё равно осталась, как холодный сквозняк, который невозможно полностью закрыть. Она всё-таки пришла в гостиную Когтеврана. Остаток дня Лина провела за конспектом по зельеварению, сидела за одним из круглых столов в общей гостиной, склонившись над пергаментом, аккуратно выписывая свойства редких ингредиентов и возможные побочные эффекты сложных зелий. Работа требовала сосредоточенности, и это было даже хорошо: она позволяла хоть немного отвлечься от всего, что крутилось в голове. Когда она наконец дождалась Лив, то сразу же подошла к ней. Подруга только что вошла в гостиную, выглядела уставшей, с растрёпанными волосами и слегка покрасневшими ушами. — Лив, не хочешь прогуляться? — спросила Лина, стараясь говорить мягко. Лив одарила её удивлённым взглядом, почти жалобным. — Лина, я бы с радостью, но я очень устала… Мадам Стебль дала задание пересадить огромную кучу мандрагор, потому что второкурсники не смогли пересадить все. Представляешь? Четыре факультета второкурсников не справились с нормой этих крикунов! И нам с Малфоем пришлось делать это за них. Кошмар. Я, кажется, ушей не чувствую и вообще не уверена, что слышу достаточно хорошо. Лина заметила, что Лив говорит довольно громко, почти кричит. Должно быть, крики мандрагор действительно слегка оглушили бедняжку. Она невольно улыбнулась, но постаралась сохранить сочувствующий вид. — Слушай, тогда давай сядем куда-нибудь, где по тише и поменьше людей. У меня есть что тебе рассказать. Лив чуть нахмурилась, прислушиваясь к шёпоту подруги, и ответила всё так же громко: — Вот блин. Какой толк от этих наушников, которые мадам Стебль даёт, если они нифига не помогают? Да, я не падаю в обморок от их криков, но в ушах кажется всё ещё звенит… Она потерла уши ладонями. — Прости. Ты сказала, уйти куда-нибудь, где по тише и меньше народу? Говорила она это так же громко. Каждый, кто сидел в общей гостиной, наверняка услышал. Лина вздохнула, закатила глаза и, взяв Лив за руку, потянула её к лестнице в спальню. Им повезло: Джун и Робин сейчас были в общей гостиной, поэтому у них был шанс поговорить в спальне без лишних ушей. Они сели на кровать Лив, и та была уже готова слушать, хотя всё ещё потирала уши. Лина предупредила её: — Слушай, я расскажу кое-что. Но ты попытайся говорить тише, хорошо? Чтобы не вся гостиная Когтеврана слышала, о чём мы говорим. Лив спросила так же громко: — Я что, громко говорю? Я же обычно разговариваю… Она осеклась, потом поняла. — А, кажется, это из-за того, что у меня в ушах звенит. Ладно, попытаюсь быть тише. Лина кивнула и принялась рассказывать. Она говорила тихо, но отчётливо, о том, как подошла к Гарри после трансфигурации, как они поговорили, и о том, что когда она коснулась его плеча, она почувствовала что-то странное. Как будто связь между ними внезапно усилилась, стала плотнее, ощутимее, почти материальной. Потом рассказала о странных вопросах и намёках профессора Грюма в коридоре — о том, как он интересовался, дружат ли они с Гарри, и о его словах про «подругу с Когтеврана», которая может помочь. Лив слушала её внимательно, стараясь не перебивать, хотя пару раз её глаза расширялись от удивления. Когда Лина закончила, Лив задумчиво нахмурилась и заговорила, пытаясь говорить тише, хотя получалось всё равно довольно громко. — Это и вправду интересно… Что? Прям тогда, когда ты до него дотронулась, что-то случилось? А как это было? Вокруг вас что-то изменилось? Вспышка? Следы магии? Лина отрицательно покачала головой. — Нет. Ничего. Всё чувствовалось только ощущениями. И я уверена, что Гарри тоже это почувствовал. Он тоже был в замешательстве. Лив задумалась, покусывая губу. — Интересно… Интересно. Ваша связь как будто бы схлопнулась. То есть она тянула вас друг к другу, а когда вы наконец встретились, она стала сильнее. Но ведь вы и до этого соприкасались, и ничего не было. Это странно. Она помолчала, потом продолжила: — И Грюм тоже подозрительный. Что это значило? Нет, это, конечно, понятно, что он намекал на то, что ты можешь ему помогать. Но зачем? У него есть Гермиона. Она самая умная на Гриффиндоре. Думаю, она легко сможет помочь Гарри. При чём тут ты? Лив замолчала, глубоко задумавшись. — Да, мысль о том, что его волшебный глаз может видеть вашу связь, уместна. Слушай, нужно побольше узнать об этом глазе. Может, там найдём что-то. Лина сказала с огорчением: — Я искала уже. Ничего. Обычно волшебники не пользуются протезами. Очень редко, когда волшебник теряет свою конечность и её нельзя восстановить. Я о протезах глаз прочла всё, что нашла. Но похожего… ничего. Лив с сожалением вздохнула. — Ну, к сожалению, тогда мы опять в тупике. И опять же нам может помочь Запретная секция. Может, там удастся найти что-то про этот глаз. Лина кивнула. Потом она улыбнулась и спросила: — Ну а ты? Что-то ещё случилось на отработке, помимо того, что ты чутка оглохла от криков растения? Лив закатила глаза. — Лучше не спрашивай. Малфой сначала так долго сопротивлялся выполнять задание мадам Стебль. Мне пришлось ему угрожать, что если он не примется за дело, я кину в него мандрагору, сбив с него наушники, и тогда он отправится к мадам Помфри, и у него будет достойная причина пропустить отработку. Лина спросила с улыбкой: — И что? После этого он согласился? Лив с ухмылкой фыркнула. — Конечно согласился. Ему больше ничего не оставалось. Она продолжила, уже чуть тише: — Вообще мы всё это время работали молча. Просто разговоры всё равно мы бы не услышали, крики этих сорняков заглушали всё. Но после отработки Малфой всё-таки подошёл ко мне и извинился за инцидент на уроке. Она чуть скривилась, говоря: — Ну и я тоже извинилась. Сказала, что не должна была высыпать на него землю. Вообще мы вроде всё решили. Лина сказала, слегка улыбаясь: — Ну я вроде рада за тебя. А вроде это Малфой… И девочки засмеялись, тихо, но искренне. Лив сказала, всё ещё посмеиваясь: — Да, мы как будто в альтернативную реальность попали. Нотт поздравляет маглорожденую с днём рождения и дарит подарок. Странный, конечно, но всё же. А Малфой извиняется за своё поведение. Они опять вдвоём рассмеялись, и на этот раз смех был уже легче, как будто весь день наконец-то начал укладываться в голове. Прошёл почти целый месяц. Флитвик так и не дал Лине и Лив разрешения на посещение Запретной секции для эссе. Вместо этого он помог им подобрать нужную литературу из обычных полок, целую стопку тяжёлых томов по истории. Девочкам пришлось читать всё это и писать подробное, развёрнутое эссе, именно такое, каким они сами хвастались перед профессором. Лив в эти моменты проклинала всё на свете. — Кто нас за язык тянул сказать, что мы готовим подробное эссе?! — шипела она, уткнувшись носом в очередную книгу. — Теперь если мы напишем плохо, всё, позор на весь Когтевран. Бинс будет смотреть на нас с жалостью, как на первокурсников. Лина тоже была недовольна. Вместо того чтобы заниматься чем-то действительно полезным, искать информацию о своей связи с Гарри, о волшебном глазе Грюма или о своей настоящей дате рождения, они корпели (разговорное слово, которое означает «кропотливо и усердно заниматься каким-либо делом») над этим огромным эссе. Каждый свободный вечер теперь уходил на конспекты, выписки и бесконечные обсуждения. В Хогвартсе тем временем все говорили только о приближающемся первом задании Турнира Трёх Волшебников. Воздух в замке был пропитан возбуждением и тревогой. Ученики спорили, делали ставки, шептались в коридорах. Лина замечала, как волнуются чемпионы,особенно Гарри. Она часто видела его в библиотеке с Гермионой: они сидели, склонившись над книгами, и выглядели так, будто не спали несколько ночей подряд. Несколько раз Лина думала: может, предложить помощь? Ведь Грюм открыто намекал ей на это. Но каждый раз она останавливала себя. «Если им нужна будет помощь — они попросят. А у меня и так полно дел». Поскольку Флитвик не разрешил пользоваться Запретной секцией, Лина принялась вновь перечитывать все книги в обычной библиотеке в свободное время. Вдруг она могла что-то упустить раньше. Лив иногда составляла ей компанию, но они по-прежнему стояли на месте. Ничего нового они не узнавали. Зато Лина действительно часто видела Гарри и Гермиону в библиотеке, они сидели за дальним столом, почти не поднимая голов. И вот первое испытание должно было состояться уже завтра. Лина заметила, что Гарри, который последние дни ходил по замку как загнанный зверь, напряжённый, бледный, с тёмными кругами под глазами, вдруг стал немного увереннее. В его движениях появилась решимость, будто он наконец нашёл какой-то выход. В тот день Лина и Лив шли к кабинету, где у них должен был проходить последний урок, древние руны. Они спокойно болтали. Лив рассказывала какую-то свежую сплетню, которую узнала от однокурсницы. Вдруг Лина почувствовала приближение связи с Гарри,знакомое потягивание в груди, но на этот раз нить натянулась гораздо сильнее. Она замедлила шаг и обернулась. К ним по коридору быстро подбегал Гарри, слегка запыхавшийся. — Лина! — позвал он. Лина озадаченно посмотрела на него. — Гарри, что-то случилось? Гарри остановился рядом, бросил быстрый взгляд на Лив и снова перевёл глаза на Лину. — Слушай, Лина… Ты не могла бы мне помочь с одним заклинанием? Ну, точнее, просто понаблюдать, всё ли я правильно делаю. Лина ещё больше нахмурилась и переглянулась с Лив. — Гарри, прости, я не очень понимаю… Гарри попытался объяснить понятнее, немного смущаясь: — Мне для первого испытания нужно изучить одно заклинание в идеале. Я хотел сейчас ещё потренироваться, но Гермиона на уроке и прогулять не хочет. Я вот подумал… может, ты не против мне помочь? Лина перестала хмуриться и, наоборот, удивлённо подняла брови. Гарри быстро добавил: — Если ты тоже не хочешь пропускать урок, я пойму. Я просто предложил. Лина задумалась. Она ведь говорила Гарри, что если нужно будет, она поможет. Но сейчас у неё был урок. Она не знала, как поступить. Однако связь с Гарри давала ей понять, насколько это важно для него. Она чувствовала через эту нить его напряжение, почти мольбу. Лина вздохнула и повернулась к Лив. — Слушай, скажешь, что у меня голова разболелась и что я пошла к мадам Помфри? Лив посмотрела на подругу, потом на Гарри и кивнула. — Хорошо. Отмажу тебя. Увидимся после урока. Лив махнула рукой и пошла дальше в сторону класса рун. Лина же вместе с Гарри направилась в сторону библиотеки. По дороге она спросила: — Так что за заклинание ты изучаешь? Гарри повернулся к ней и тихо ответил: — Манящие чары. Лина удивилась. — Манящие? Ты уверен, что они пригодятся тебе на испытании? Гарри кивнул. — Да, уверен. Расскажу, когда придём в библиотеку. Лина кивнула, и они продолжили путь. В библиотеке они сели за один из самых дальних столов, почти скрытый за высокими стеллажами. Гарри огляделся, убедился, что рядом никого нет, и заговорил шёпотом: — Только никому не говори. Лина кивнула. Гарри продолжил: — Мне помогли узнать, какое будет первое испытание… Первое испытание будет связано с драконами. Лина широко раскрыла глаза от удивления, но Гарри уже продолжал: — Поначалу мы с Гермионой пытались найти что-то, что остановит дракона. Но ничего не нашли. А потом мне ещё кое-кто помог. Профессор Грюм намекнул, что можно с помощью палочки делать что угодно и что можно приманить к себе метлу и воспользоваться ею. И теперь я должен идеально знать заклинание, которое призовёт метлу ко мне. Лина сидела и слушала внимательно. Сначала она была удивлена, что Гарри узнал, каким будет первое задание. Но потом он упомянул Грюма, который намекнул ему, как можно пройти испытание. «Что же Грюм хочет? — подумала она. — Он намекал мне помогать Гарри… и намекнул Гарри, что нужно делать. Странно это всё». Она спросила: — Грюм тебе подсказал? Гарри кивнул. — И ещё он сказал, что ты тоже можешь помочь мне. Что ты многое знаешь. Лина нахмурилась. Грюм и Гарри говорил, чтобы он просил помощи именно у неё. Это было странно. Но сейчас нужно было помочь Гарри. — Слушай, идея с метлой, конечно, клёвая, — сказала она. — Но разве нельзя было найти более лёгкий способ? Метлу ты призовёшь, а дальше? Будешь с драконом в квиддич играть? Гарри пожал плечами. — Ну, я хорошо летаю. Думаю, я смогу что-нибудь придумать. Ты как никто знаешь, что на поле тоже нет конкретной тактики. Лина пожала плечами. — Вообще можно было бы на дракона использовать парализующее заклятие. И всё. Дракон на время парализован, а ты делай что хочешь. Гарри задумался. Лина почувствовала через связь его сомнения. Но потом он сказал: — Это тоже хороший план, но я уже подготовился к манящим чарам. Сейчас переучиваться и зубрить парализующее заклятие нет времени. Турнир уже завтра. Лина кивнула. — Хорошо. Хорошо. Тогда давай начнём. Она подошла к полке, взяла одну из книг и протянула её Гарри. — Вот, попробуй призвать себе эту книгу. Лина отошла на достаточное расстояние и стала ждать. Гарри достал палочку и сказал: — Акцио книга! На небольшом расстоянии у него получалось отлично. Но через время Лина предложила усложнить задачу. — Смотри. Будем делать всё с этой же книгой. Я сейчас отойду в другую часть библиотеки, а ты должен будешь призвать книгу на таком расстоянии. Понятно? Гарри кивнул, и Лина ушла. Между стеллажами книг она не видела Гарри, но прекрасно чувствовала его через связь. Когда она встала в противоположной части библиотеки и положила книгу, то услышала отдалённый звук, Гарри произнёс заклятие. Книга немного шелохнулась, но осталась на месте. Голос Гарри повторился. Спустя несколько попыток у него всё же получилось. Книга полетела к нему, но по пути сбила несколько других томов. Когда Лина вернулась к Гарри, она сказала с улыбкой: — Ну, неплохо. Думаю, если твоя метла разгромит что-то в Хогвартсе, никто не будет против. Гарри улыбнулся.  Они тренировались почти час. Гарри призывал к себе разные вещи с разных частей библиотеки. Получалось не всегда с первого раза, и тогда Лина пыталась понять, в чём дело. Они решили, что Гарри нужно точно понимать, где находится объект, тогда заклинание срабатывало гораздо лучше. С каждым разом у Гарри получалось всё увереннее и точнее. Когда прозвенел колокол, возвещавший окончание уроков, в библиотеке стало заметно оживлённее. Ученики начали собирать вещи, шёпот и шелест страниц усилились. Через короткое время в дальнем углу, где сидели Гарри и Лина, появилась Гермиона. Она несла тяжёлую сумку и несколько свитков, но при виде Лины рядом с Гарри резко остановилась. Её глаза округлились от искреннего удивления, она явно не ожидала увидеть здесь когтевранку, помогающую Гарри. Лина первой нарушила неловкую паузу и улыбнулась. — Привет, Гермиона. — Привет… — ответила та, всё ещё озадаченно переводя взгляд с Лины на Гарри и обратно. Лина заметила её замешательство и поспешила объяснить: — Гарри попросил меня помочь ему потренироваться с заклинанием. И я согласилась. Гермиона медленно кивнула, но любопытство в её глазах не угасло. Она поставила сумку на стул и присела рядом. Лина продолжила, стараясь говорить тихо, чтобы не привлекать внимание других посетителей библиотеки: — Мы пришли к выводу, что Гарри лучше тренировать именно дистанцию. Ведь метла будет довольно далеко от него во время испытания. Чем больше расстояние, тем надёжнее должно сработать заклинание. На всю длину библиотеки у него уже получается довольно хорошо. Вот бы ещё как-то увеличить расстояние… Гермиона задумчиво нахмурилась, перебирая пальцами край свитка. Гарри, который до этого молчал, предложил: — Может, можно попробовать на улице? На заднем дворе или где-нибудь в таком роде. Лина посмотрела на него с сомнением. — Можно попробовать… Но вдруг нас увидят? Сейчас в Хогвартсе полно народу — и ученики, и учителя, и гости. Гермиона сразу покачала головой, соглашаясь: — Лучше не рисковать. Все учителя, конечно, не против того, что Гарри тренируется перед испытанием, но никто же не знает, что он уже в курсе, каким будет первое задание. Поэтому лучше не привлекать лишнего внимания. Она помолчала, потом добавила увереннее: — Будем надеяться, что расстояния библиотеки будет достаточно, чтобы заклинание сработало и на метле. Главное в манящих чарах, чёткость произношения и правильный взмах палочки. Если ты натренируешь именно это, то с метлой точно получится. Лина чуть нахмурилась и наклонила голову. — Подожди, Гермиона. Произношение и взмахи палочкой,это не всё, что нужно для хорошего эффекта заклинания. Гермиона сложила руки на груди, явно заинтересовавшись. — Правда? А что тогда ещё? Лина постаралась объяснить как можно понятнее, хотя сама чувствовала, что слова звучат немного расплывчато: — Помимо заучивания движений и слов важны чувства. Истинное желание, чтобы заклинание сработало. Магия, это не просто заучивание терминов. Это… как искусство. Для лучшего эффекта тебе нужно представить место, где лежит нужный предмет, или как он выглядит. Нужны такие точки опоры, скажем так. Ты помимо того, что призываешь его заклинанием, мысленно этот предмет должен звать. Магия идёт не из палочки. Палочка — это только проводник той магии, которая есть в каждом волшебнике. Гарри с лёгким сарказмом усмехнулся: — Знаешь, я думаю, когда я буду стоять рядом с драконом, у меня явно появится желание, чтобы заклинание сработало как можно лучше. — Нет, Гарри, я не об этом, — мягко возразила Лина. — Когда ты будешь перед драконом, ты должен мысленно звать метлу к себе. И заклинание сработает лучше, если ты направишь всю свою внутреннюю энергию именно на это. Понял? Гарри кивнул, хотя в его глазах всё ещё было лёгкое недоумение. — Вроде да. Нужно попробовать. Он взмахнул палочкой и произнёс заклинание. Лина через связь уловила, как он сосредоточился, волна сосредоточенной воли прошла по тонкой нити между ними. Он пытался призвать ту самую книгу, на которой они тренировались раньше. Лина сама уже не помнила точно, куда её положила, но Гарри был полностью сосредоточен. Через минуту Лина и Гермиона услышали, как книга летит к ним, сбивая по пути другие тома. Наконец она оказалась в руках у Гарри. Лина улыбнулась. Гермиона одобрительно кивнула: — Гарри, ты молодец. Это очень хороший результат. Лина решила, что дальше можно не вмешиваться. Гермиона точно сможет помочь Гарри лучше, они уже давно работали вместе, и у них был свой ритм. Она дала свой совет, как лучше делать, и теперь чувствовала, что её присутствие может только сбить их. — Я, пожалуй, пойду, — сказала Лина, вставая. — Не буду вам мешать. Гарри посмотрел на неё с искренней благодарностью. — Спасибо, Лина. Правда, ты очень помогла. Лина улыбнулась. — Мне не сложно. И если нужно будет ещё помочь, зови. Она попрощалась с ними обоими и вышла из библиотеки, чувствуя лёгкую усталость, но и странное удовлетворение. По дороге в гостиную Когтеврана она всё думала о том, как сильно изменилась их связь после того прикосновения в коридоре. И о том, почему Грюм так настойчиво подталкивает именно её помогать Гарри. В голове крутилось множество вопросов, но ответов пока не было. Когда Лина вернулась в гостиную Когтеврана, Лив уже ждала её. Подруга сидела в своём любимом кресле у окна, закинув ноги на пуфик, и при виде Лины сразу вскочила. — Ну как всё прошло? Рассказывай! — потребовала она, едва Лина успела подойти ближе. В её голосе смешались любопытство и лёгкое беспокойство. Лина устало опустилась в соседнее кресло и начала рассказывать. Она говорила тихо, чтобы никто из сидящих неподалёку когтевранцев не услышал. Рассказала, как они с Гарри тренировались в библиотеке, как она объясняла ему важность не только правильного взмаха и произношения, но и внутреннего желания, мысленного «зова» предмета. Упомянула, как Гермиона появилась и удивилась её присутствию, и как они втроём обсуждали, стоит ли рисковать и выходить на улицу. Лив слушала, не перебивая, но её глаза постепенно становились всё шире. Когда Лина закончила, Лив откинулась на спинку кресла и покачала головой. — Картен, ты как магнит на разные загадки? — произнесла она полушёпотом. — Почему-то всё всегда крутится вокруг тебя. Как ты так умудряешься? Лина усмехнулась, но улыбка вышла усталой и немного горькой. — Я бы сама хотела знать. Меня от всех этих загадок уже тошнит. Лив наклонилась ближе, понижая голос: — Грюм и правда себя странно ведёт. Он как будто бы хочет, чтобы ты и Гарри работали вместе. Интересно, дело только в том, что ты и вправду много знаешь, что может пригодиться Гарри на турнире? Или за этим скрывается что-то ещё? Лина сразу покачала головой. — Не думаю, что это просто потому, что я много знаю. В Хогвартсе полно учеников, которые знают гораздо больше меня. Вспомни, я до сих пор многому удивляюсь в волшебном мире. Когда Гарри рассказал мне про драконов, я сразу поняла, что понятия не имею, как его победить. Придумала только что-то типа парализовать его… Поэтому Грюм явно ошибается, если думает, что я многое знаю. Лив задумалась, постукивая пальцами по подлокотнику. — Ну, кстати, с парализованием дракона, довольно умно. Думаю, даже лучше манящих чар. Но всё же… Чего Грюм хочет добиться? А ведь это только больше доказывает, что он знает о вашей связи. И может, она как-то может помочь Гарри в турнире? Лина опустила взгляд на свои руки. В груди снова шевельнулось тяжёлое, неприятное чувство. — Не знаю… Я вообще очень переживаю. Не понимаю уже, это мои переживания или мои эмоции мешаются с эмоциями Гарри. Она помолчала, потом продолжила тише: — Подумай. А если с Гарри что-то случится? Что я буду чувствовать? Что будет со связью? Я буду завтра стоять на трибунах, смотреть турнир, а эмоциями стоять около дракона и пытаться его одолеть. Как бы с ума не сойти с этим турниром… Ещё и связь усилилась. Если раньше я могла полностью закрыться от неё, то сейчас я не могу этого сделать. Лив мягко положила руку ей на плечо. — Слушай… Всё будет хорошо. Поттер и не из таких передряг выбирался. И ты же всё ещё в своём уме. Она улыбнулась, пытаясь подбодрить подругу. — Может, с помощью этой связи ты сможешь его отвлекать от переживаний? Если будешь чувствовать себя на позитиве, то и он будет это чувствовать. Ну, если, конечно, наши догадки верны. А девяносто процентов, это очень много. Лина тяжело вздохнула и провела ладонью по лицу. — Ладно… Давай уже завтра это решим. У меня голова раскалывается уже от всех этих вопросов. Лив согласно кивнула. — Давай.  Они замолчали и занялись своими делами. Но тишина в гостиной была обманчивой, внутри у Лины всё ещё бурлили тревожные мысли о завтрашнем дне, о драконах, о связи и о том, что именно задумал профессор Грюм. Первое испытание наступило незаметно. Следующий день пролетел очень быстро, уроки, коридоры, наполненные возбуждённым гулом, тревожные взгляды чемпионов. И вот Лина и Лив уже шли вместе с толпой учеников в сторону стадиона, где должно было проходить первое задание Турнира Трёх Волшебников. Воздух был холодным и напряжённым. Вокруг шумели голоса, кто-то делал ставки, кто-то нервно смеялся. Лина чувствовала, как внутри всё сжимается, хотя старалась держать лицо спокойным. Уже около трибун их окликнула Гермиона. Она стояла в толпе, кутаясь в шарф, и махала рукой. — Лина! Лив! Девочки подошли. Лина поздоровалась с ней тепло, Лив,чуть более сдержанно, но вежливо. Втроём они поднялись на трибуны и нашли места недалеко от перил. Линазаметила удивление на лице Лив, та явно не ожидала, что Гермиона предложит им смотреть испытание вместе. Гермиона, словно почувствовав этот взгляд, тихо сказала: — Я виделась с Гарри перед выходом. Он сильно переживает… Но я уверена, что у него точно получится. Мы вчера до поздней ночи тренировались. У Гарри всё отлично выходит. Лина кивнула. Она и так чувствовала эмоции Гарри,тяжёлую, давящую волну страха и решимости, которая накатывала на неё всё сильнее с каждой минутой. Лив знала об этом, потому что Лина успела шепнуть ей об этом по дороге. Они встали у перил. Внизу, в загоне, уже выводили первого дракона. Первым вышел Седрик Диггори. Шведский тупорылыйдракон свирепо рычал, когда Седрик трансфигурировал камень в собаку, чтобы отвлечь его. Пока дракон гонялся за приманкой, Седрик сумел подбежать к яйцам и схватить золотое. Но хвост дракона всё-таки задел его, Седрик упал, обожжённый. Затем вышла Флёр Делакур. Её дракон, валлийский зеленый, был особенно опасен. Флёр попыталась усыпить его заклинанием, но получилось лишь частично. Дракон проснулся и обдал её пламенем. Флёр успела поставить щит, но всё равно получила ожоги и не смогла нормально взять яйцо. После неё вышел Виктор Крам. Он использовал заклинание Конъюнктивитус, ослепив китайского дракона. Пока дракон в ярости метался и ревел, Крам подлетел на метле и схватил золотое яйцо, но при этом сильно поранился шипом на хвосте. Всё это время Лина чувствовала нарастающую панику Гарри. Связь была теперь очень сильной, она не понимала, это её собственные нервы или его эмоции захлёстывают её. Паника была такой интенсивной, что ей казалось, она слышит частое, неровное сердцебиение Гарри. Или, может, это было её собственное сердце, бьющееся в унисон с его. Когда Крам закончил и судьи начали объявлять результаты, Лина внезапно почувствовала, что больше не может стоять. Голова переполнялась чужими эмоциями. Она отошла чуть от перил, присела на корточки и схватилась за голову, зажмурившись. Это сразу заметили Лив и Гермиона. — Лина, что с тобой? — озадаченно спросила Гермиона, приседая рядом. Лив мгновенно оказалась около неё, положив руки на плечи подруги. — Лина… Ты меня слышишь? Слушай, попытайся закрыться от этого. У тебя же раньше получалось. Лина… Голова была готова взорваться. Её эмоции полностью перемешались с эмоциями Гарри. Она уже не понимала, что чувствует сама, а что он. Каково ему сейчас? Страшно ли ему так же сильно, как ей? Лив говорила тихо, но настойчиво, стараясь не привлекать слишком много внимания — вокруг уже начали оборачиваться. — Лина, соберись… Давай… Она пыталась намекнуть Лине что это может помешать Гарри, эта связь может его сбить и у него не получится призвать метлу. Но прямо сказать об этом она не могла,слишком много ушей вокруг. Лина пыталась. Она представила связь как толстую, тугую нить, тянущуюся к стадиону, где уже выводили дракона для Гарри. Она пыталась перекрыть её, как делала раньше. Сначала ничего не получалось, нить была слишком плотной, эмоции зашкаливали. Но Лина упрямо продолжала. Постепенно давление начало ослабевать. — У тебя получается… Давай, ещё чуть-чуть… Спустя минуту Лине всё-таки удалось закрыться. Это далось очень тяжело, казалось, она потратила на это все свои силы. Она убрала руки от головы. Лив помогла ей встать. Лина чувствовала себя совершенно обессиленной, как будто только что пробежала несколько километров на пределе возможностей. Гермиона всё ещё обеспокоенно поглядывала на неё. — Что произошло? — тихо спросила она. Лив натянула улыбку и ответила быстро: — У неё иногда бывает такая сильная мигрень. Ничего страшного. Гермиона кивнула, хотя явно не до конца поверила, но сейчас было не время расспрашивать. Все трое повернулись к арене. Гарри уже вышел. Он выглядел бледным, но решительным. Гермиона прошептала, сжимая перила: — Хоть бы у него получилось… Лина про себя добавила: «Надеюсь, то, что сейчас было, не сбило его… И он сможет призвать метлу». Гарри поднял палочку и громко крикнул: — Акцио «Молния»! Несколько секунд ничего не происходило. Лина чувствовала, как внутри у него всё сжимается от страха. Но потом раздался знакомый свист, метла летела к нему через весь стадион. Зрители зашумели. Гарри перекинул ногу через «Молнию» и взлетел. И в этот момент произошло чудо. Он взмыл высоко вверх. Ветер развевал его волосы, лица зрителей внизу превратились в маленькие точки, а венгерская хвосторога казалась уже не такой огромной и страшной. Лина видела, как меняется его осанка, страх остался внизу, на земле. Гарри снова был в своей стихии. Он начал кружить вокруг драконихи, отвлекая её, дразня, заставляя поворачивать голову. Дракон ревел, извергала пламя, бил хвостом, но Гарри уворачивался с ловкостью настоящего ловца. Один раз шип задел его плечо, порвав мантию, но он даже не замедлился. А потом он резко спикировал вниз, к гнезду яиц, которое дракониха на мгновение оставила без защиты. Лина затаила дыхание. Гарри схватил золотое яйцо и на огромной скорости взмыл вверх. Трибуны взорвались криками и аплодисментами. Лина почувствовала, как внутри Гарри разливается облегчение,чистое, светлое, почти радостное. Он выдержал. Он сделал это. Гермиона рядом с ней облегчённо выдохнула и улыбнулась. Лив тихонько сжала руку Лины. А Лина просто смотрела, как Гарри плавно приземляется у входа в загон, где его уже ждали Макгонагалл, Грюм и Хагрид. Даже с такого расстояния было видно, что они улыбаются. В этот момент Лина почувствовала, как сильно устала. Но вместе с усталостью пришло и тёплое, тихое облегчение. Гарри справился. После того как Гарри увели к мадам Помфри, Гермиона повернулась к Лине и Лив, всё ещё взволнованная, но с заметным облегчением на лице. — Пошли проведаем его, — предложила она. Лина была без сил. Даже если бы очень хотела, она бы сейчас не смогла сделать и нескольких шагов вниз по трибунам. Ноги казались ватными, голова гудела, а внутри всё ещё ощущалась неприятная пустота после того, как она с огромным трудом закрылась от связи. Она оглянулась и заметила неподалёку Рона. Он стоял чуть в стороне, глядя в сторону, куда увели Гарри. На его лице уже не было той обиженной, упрямой маски, казалось, он начинал осознавать свои ошибки. Лина протянула руку, ухватила его за край мантии и мягко, но решительно подтащила ближе к их маленькой компании. Рон вздрогнул от неожиданности и посмотрел на неё с искренним шоком. — Слушай, у меня ещё немного голова болит, — тихо сказала Лина, обращаясь к Гермионе. — А вот Рон, я думаю, хочет сходить к Гарри. Думаю, им есть о чём поговорить. Рон открыл рот, явно собираясь возразить или что-то сказать, но не успел. Гермиона быстро схватила его за руку и потянула за собой вниз, к месту, где сидели участники турнира и куда уже направлялись судьи и целители. — Идём, Рон, — решительно сказала она. Они быстро скрылись в толпе. Лина и Лив остались на трибунах. Лив сразу повернулась к подруге, обеспокоенно заглядывая ей в лицо. — Как ты себя чувствуешь? Лина кивнула, хотя движение далось с трудом. — Хорошо… Я вроде бы смогла отгородиться от связи. Не полностью, конечно, но это намного лучше, чем было. Только вот я на это всё силы потратила… Лив понимающе кивнула и легонько обняла её за плечи. — Ты молодец. Это было видно. Даже со стороны было страшно смотреть. Они остались стоять у перил, ожидая объявления результатов. Вокруг постепенно стихал шум, зрители тоже ждали оценок судей. Лина всё ещё чувствовала лёгкую дрожь в руках и слабость во всём теле, но связь больше не давила на неё тяжёлым грузом. Теперь она могла просто стоять и смотреть, как судьи поднимают палочки, чтобы выставить баллы. Мадам Максим первой подняла палочку. Из неё вырвалась серебристая лента и сложилась в большую цифру восемь. Трибуны зааплодировали. Следующим был мистер Крауч, он дал девять. Дамблдор, улыбаясь, вывел в воздухе девятку. Зрители ликовали ещё громче. Людо Бэгмен поставил десять, вызвав настоящий взрыв восторга на трибунах. Последним был Каркаров. Он помедлил, потом неохотно вывел четвёрку. По трибунам прокатился возмущённый гул, особенно громкий среди гриффиндорцев. Лина смотрела на всё это с усталой, но тёплой улыбкой. Гарри получил высокие баллы. Несмотря на травму, несмотря на то, что он был самым молодым чемпионом, его выступление впечатлило почти всех судей. Лив тихонько толкнула её локтем. — Видишь? Он справился. И ты тоже… держись. Лина кивнула, всё ещё опираясь на перила. Голова всё ещё немного кружилась, но теперь это было уже не так страшно. Главное, Гарри прошёл первое испытание. И она, несмотря ни на что, смогла хоть немного помочь ему не потеряться в этой связи. После объявления результатов все начали расходиться. Толпа медленно стекала с трибун, наполняя холодный вечерний воздух гулом голосов, смехом и возбуждёнными разговорами. Лина и Лив шли довольно медленно. Лив осторожно придерживала подругу под локоть, стараясь делать это незаметно для окружающих. Лина же изо всех сил пыталась идти ровно, не привлекая лишнего внимания,она не хотела, чтобы кто-то заметил, насколько сильно её шатает. Лив тихо спросила, не отрывая взгляда от дороги: — Слушай… если ты себя так плохо чувствуешь, то как же себя чувствует Гарри? Как он вообще после такого смог сразиться с драконом? Лина ответила чуть хрипловато, но стараясь говорить спокойно: — Потому что это я попала под поток его эмоций. Эмоции были его. И у меня они смешались с моими собственными. А у него это было… обычно. Мои эмоции у него, скорее всего, заглушились, потому что его были гораздо сильнее. Лив задумчиво кивнула. — Понятно… Значит, если ты будешь испытывать сильные эмоции, то и он будет чувствовать то же самое, да? Лина пожала плечами. Движение вышло слабым. — Наверное. Это просто мои догадки… Пока они медленно шли по направлению к замку, впереди показалась небольшая группа: Гарри, Рон и Гермиона, окружённые друзьями-гриффиндорцами. Все громко смеялись, хлопали Гарри по плечам и что-то возбуждённо обсуждали. Лина попыталась скрыть свою слабость,выпрямилась и постаралась идти увереннее. Они с Лив тоже подошли ближе. — Поздравляю, Гарри, — тихо сказала Лина, когда они оказались достаточно близко. — Ты отлично справился с первым испытанием. Правда. Лив улыбнулась и добавила: — Да, это было впечатляюще. Особенно последний рывок к яйцу. Гарри посмотрел на Лину. В его взгляде мелькнуло что-то странное, будто он пытался увидеть в ней что-то большее, чем просто слова поздравления. Должно быть, он догадывался, что Лина тоже чувствовала связь во время испытания. Или Гермиона успела рассказать ему о том, как Лина внезапно схватилась за голову. Лина почувствовала лёгкую неловкость и решила не задерживаться. — Мы, наверное, пойдём… — мягко сказала она. — Отдыхай, Гарри. Они с Лив отошли в сторону и продолжили путь к башне Когтеврана. До самого вечера Лина провела время в спальне. Она лежала на кровати, отдыхала и медленно набиралась сил. Голова всё ещё слегка гудела, но уже не так сильно, как сразу после испытания. Лив куда-то отходила, а когда вернулась, плюхнулась на свою кровать и театрально вздохнула. — Прикинь, в гостиной Гриффиндора сейчас настоящая вечеринка. Они отмечают, что Гарри забрал золотое яйцо. Лив села поудобнее и снова вздохнула, уже мечтательно: — Эх… Вот бы чемпион Хогвартса был с Когтеврана. Тогда бы сейчас и мы веселились. Лина тихо посмеялась, не поднимая головы с подушки. — Так в чём проблема? Нужно всего лишь узнать пароль от гостиной Гриффиндора и иди веселись. Лив посмотрела на неё так, будто Лина над ней издевается. — Ага. И буду я там одна как дура, когтевранка среди гриффиндорцев. А если Макгонагалл придёт? Мне куда там деться? Лина снова рассмеялась, хотя смех вышел слабым. — Ладно… Когда-нибудь и на нашей улице будет праздник. Лив нахмурилась. — Чего? Ты о чём? Лина залезла глубже под одеяло, приняла удобную позу и тихо произнесла: — Забей. Магловская фраза. Означает, что и мы когда-нибудь будем веселиться, а гриффиндорцы будут только слышать об этом. Ладно… Спокойной ночи. Я спать. Лив вздохнула. — Надеюсь, ты права. А то в последние годы ну уж очень много внимания Гриффиндору. И всё, кстати, из-за твоего Поттера. Лина строго ответила, не открывая глаз: — Не мой он. Я не виновата, что меня эта дурацкая связь с ним связала. Если бы можно было, я бы с радостью от неё отказалась. Лив улыбнулась. — Я же шучу. Ладно, спокойной ночи. Лина ещё раз пожелала подруге спокойной ночи и наконец погрузилась в тяжёлый, но долгожданный сон. Последнее, о чём она подумала перед тем, как отключиться, было тихое облегчение: Гарри прошёл первое испытание. И сегодня, несмотря ни на что, они оба остались целы. На утро Лина проснулась раньше всех. Должно быть, вчерашний ранний отход ко сну дал о себе знать: голова была ясной, тело, отдохнувшим, а внутри разливалась непривычная лёгкость. Она лежала несколько минут, глядя в балдахин, и слушала тихое посапывание Лив. Подруга даже не думала просыпаться. Лина улыбнулась уголком губ, бесшумно встала и быстро собралась. Она всегда любила такие ранние прогулки по Хогвартсу, когда замок ещё спит, а коридоры кажутся чуть более таинственными. Сегодня она решила направиться в библиотеку. Может, удастся найти что-то новое про глаз Грюма. Всё банальное они с Лив уже перечитали по нескольку раз. Пока она шла по пустым коридорам, в голове крутилась одна мысль: в какой секции искать? Медицинские трактаты? Книги по артефакторике? Или всё-таки что-то более редкое? Зайдя в библиотеку, Лина сразу направилась к полкам с медицинской литературой. Вокруг стояла густая, почти осязаемая тишина. Она начала методично перебирать тома, проверяя оглавления. Ничего подходящего. Протезы упоминались редко, а про магические глаза, вообще ничего. Вдруг где-то неподалёку раздался тихий шум, кто-то переставлял книги. Лина замерла, потом осторожно положила том на место и направилась на звук. Через несколько рядов стеллажей она вышла из медицинской секции и остановилась. Теодор Нотт. Он стоял спиной к ней, сосредоточенно просматривая корешки книг на полке. В руках у него уже было несколько тяжёлых томов. Свет раннего утра, пробивающийся сквозь высокие окна, падал на его тёмные волосы, делая их почти чёрными. Лина почувствовала лёгкий укол раздражения и одновременно странного, почти приятного удивления. Опять он. В последнее время они действительно слишком часто пересекались в самых неожиданных местах. — Как-то частенько мы с тобой стали сталкиваться, — произнесла она тихо, но достаточно отчётливо. — Особенно рано утром. Нотт не вздрогнул. Он медленно повернул голову и посмотрел на неё через плечо. Взгляд был спокойным, чуть насмешливым. — Сталкиваться? — повторил он низко. — Я думал, ты просто шпионишь за мной, Картен. Лина сложила руки на груди и чуть приподняла бровь. — Шпионю? Ты серьёзно? У меня что, других дел нет? Нотт повернулся к ней полностью. Он прислонился плечом к стеллажу, не выпуская книги из рук, и посмотрел на неё так, будто впервые по-настоящему разглядывал. — Ну, видимо нет. Раз ты в такую рань решила прогуляться именно до библиотеки, — сказал он, и в его голосе мелькнула едва заметная насмешка. — Ищешь что-то конкретное? Лина почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Он не просто отмахнулся. Он спросил. И смотрел при этом так, будто действительно ждал ответа. — Тебе какая разница? — но в глазах Нотта Лина смога разглядеть что-то, кажется ему действительно было интересно. Лина глубоко вздохнула и сказала —Я… ищу информацию про магические протезы, в особенности про глаза. Нотт слегка прищурился. На секунду в его взгляде мелькнуло что-то новое, интерес, смешанный с осторожностью. — Глаз Грюма? — спросил он тихо. Лина не успела ответить, он уже продолжил, чуть тише: — Интересно. Большинство людей ищут, как скрыться от его взгляда. А ты, как он работает. Он вновь повернулся к стеллажу с книгами. — Ты всегда такая… любопытная? — спросил он, и в голосе прозвучала не только насмешка, но и что-то другое. Что-то почти… одобрительное. Лина почувствовала, как щёки слегка потеплели. Она быстро взяла себя в руки. — А ты всегда такой подозрительный? — парировала она. — Или только когда встречаешь меня в библиотеке в шесть утра? Нотт усмехнулся, совсем чуть-чуть, уголком рта. — Может, и только когда встречаю тебя. Лина заметила, что он уже не так сосредоточен на книгах, как раньше. — Ладно, — бросил он через плечо. — Не отвлекай меня. Ищи свои протезы. Лина постояла ещё секунду, чувствуя странную смесь раздражения и… чего-то тёплого в груди. Потом развернулась и вернулась к своим полкам. Спустя минут тридцать она наконец нашла то, что искала,книгу где упоминается про индивидуальные магические протезы, созданные по особому заказу. Лина быстро пролистала оглавление, запомнила место и посмотрела на часы. До завтрака оставалось совсем немного. Лив наверняка уже встала. Она аккуратно поставила книгу обратно, запомнив точное расположение, и направилась к выходу из библиотеки. Когда она вернулась в гостиную, Лив и соседки уже были на ногах. Лив как раз расчёсывала волосы и, увидев Лину, сразу спросила: — Ты опять встала ни свет ни заря? Лина кивнула и подошла ближе. — Решила прогуляться. Забежала в библиотеку… — Она понизила голос и наклонилась к Лив. — И кажется, нашла там кое-что интересное. Лив загорелась мгновенно. — Что именно? — Книгу где говорится про индивидуальные протезы для волшебников. Если про глаз Грюма ничего нет в обычных трактатах, значит, его могли сделать специально. Для него. После уроков хочу почитать. Лив улыбнулась. — Ура. Хоть какой-то сдвиг. Надеюсь, это даст нам ответы, а не новые вопросы. Лина кивнула, но в голове у неё всё ещё крутились слова Нотта: «Может, и только когда встречаю тебя». Она тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли, и они вместе направились на завтрак. После уроков Лина, как и планировала, направилась в библиотеку. День выдался долгим и утомительным, но мысль о книге, найденной утром, не давала ей покоя. Лив решила составить ей компанию, она шла рядом, засунув руки в карманы мантии, и то и дело вздыхала, глядя на высокие сводчатые потолки коридора. — Эта библиотека мне уже изрядно надоела, — проворчала она, когда они свернули в очередной переход. — Такая огромная, а информации, ноль. Ни по одному вопросу. Или твоя жизнь, это какой-то сплошной парадокс. Ты такая особенная, в единственном экземпляре. Не удивлюсь, если ты на самом деле пришелец из другого мира. Лив тихонько посмеялась своей же шутке, но в смехе сквозила усталость. Лина посмотрела на подругу с мягкой, чуть грустной улыбкой. Вечерний свет, пробивающийся сквозь витражные окна, окрашивал её рыжие волосы в тёплые медные тона. — Честно? Я уже готова даже к такому. Хоть бы узнать хоть что-то… А не стоять на месте, как сейчас. Каждый раз кажется, что мы вот-вот найдём ответ, а в итоге, снова пустота. Они вошли в библиотеку. Знакомый запах старой бумаги, пыли и чернил сразу окутал их. Здесь было тихо, как всегда: лишь редкий шелест страниц да далёкое поскрипывание лестниц. Лина сразу направилась к нужному ряду и взяла ту самую книгу, тяжёлый том про индивидуальные магические протезы. Лив же осталась бродить среди стеллажей, выискивая что-то своё. Лина села за стол у высокого окна, где послеполуденное солнце мягко освещало страницы. Она открыла книгу и углубилась в чтение. Индивидуальные протезы делали далеко не всем. Стоили они баснословно дорого. По сути, протез можно было создать практически любой формы и наделить его самыми разными способностями… в пределах разумного, конечно. Автор подробно описывал случаи, когда протезы усиливали зрение, позволяли видеть в темноте, определять ложь или даже фиксировать остаточные следы магии. Некоторые мастера умели встраивать в них заклинания, работающие постоянно, без дополнительной подпитки. Когда Лина дочитала нужные главы, она медленно закрыла книгу и откинулась на спинку стула. Опять ничего. То, что протез можно сделать «любым» и наделить особыми свойствами, ничего не доказывало. Грюму могли сделать глаз, который может что угодно. Она долго сидела, глядя в одну точку и теребя край мантии. Он мракоборец. Что могло быть ему полезно в работе? Смотреть сквозь предметы? Видеть с разных сторон одновременно? Очень полезная вещь для человека, который всю жизнь охотился на Тёмных волшебников… Лина вспомнила, как его волшебный глаз может вращаться во все стороны, даже внутрь глазницы. Значит, он действительно способен видеть на все 360 градусов: вверх, вниз, за спину. Но опять же, это не доказывало, видит ли он их связь с Гарри. Тогда зачем Грюм так настойчиво подталкивает её помогать Гарри? Он намекал об этом не только ей, но и самому Гарри. Зачем? Мысль, что она «много знает» и может быть полезна, Лина сразу отбросила. В Хогвартсе полно учеников, которые знают гораздо больше. Грюм даже не может быть уверен в том что они с Гарри хорошо общаются. Он видел их вместе один раз, больше они с начала учебного года не разговаривали. Значит это не просто намек на дружескую помощь.  Она начала вспоминать все их взаимодействия с Грюмом. Первый урок, когда он упомянул Аваду Кедавру и единственного выжившего, Гарри. Тогда его взгляд, и волшебный глаз тоже, задержался именно на ней. Почему? Это был единственный раз, когда он так явно смотрел на неё при упоминании Гарри. Лина теребила мантию, пытаясь выстроить хоть какую-то цепочку. Грюм, Гарри, смертельное заклятие, единственный выживший после него. Вдруг неподалёку раздался тихий разговор. Голоса доносились из-за соседнего стеллажа. Мадам Пинс, видимо, куда-то отошла, поэтому в библиотеке было чуть шумнее обычного. — Ну чего ты тут сидишь уже который день? — раздался насмешливый голос Малфоя. — Ты в последнее время вообще зачастил в библиотеку. На тебя совсем не похоже. — Да, мы что ни предложим, ты отнекиваешься и говоришь, что в библиотеке дела, — подхватил Забини. — Что? Хочешь эссе по Зельям написать не на «Отлично», а на «Сверхпревосходно»? Или Снейпа решил переплюнуть в знаниях? Третий голос, низкий и спокойный, ответил сухо: — Нет. Мне просто кое-какая тема интересна. Вот и решил узнать об этом подробнее. Небольшая пауза. Потом шорох, видимо, кто-то из двоих попытался заглянуть в книгу Нотта. — Эй, — резко сказал Нотт. — Я же не лезу к вам, что вы читаете или пишете. Если узнаю что-то важное, обязательно расскажу. А пока не суйте свой нос в мои дела. Малфой хмыкнул. — Пфф, больно надо. Ты со своими книжками совсем срехнулся. Даже на первое испытание не пришёл. Не увидел, как этот Поттер сражался с той ящерицей-переростком. Нотт ответил спокойно: — Я слышал, он как и остальные забрал яйцо. И набрал неплохие баллы. — Да, но это надо было видеть, — фыркнул Забини. — Он на этой метле от неё улетал как бешеный гиппогриф. Нотт коротко ответил: — Понял. На второе испытание я точно приду. Хочется поглядеть. — Конечно придёшь, — усмехнулся Малфой. — Ты давай за книгами тут долго не засиживайся. Диалог затих. Лина сидела неподвижно, чувствуя странную смесь любопытства и раздражения. Она сразу узнала голоса: Малфой, Забини и Нотт. Получается, Нотт в последнее время действительно часто пропадает в библиотеке. Но зачем? Что его так заинтересовало? Она тряхнула головой. «Зачем мне вообще об этом думать? У меня своих загадок полно. Ещё не хватало этих слизеринцев…» Лина попыталась вернуться к своим мыслям о Грюме, но её прервал голос Лив. Подруга подошла к столу и тихо спросила: — Ну что? Нашла что-нибудь? Лина вздохнула и закрыла книгу. — Нет. Ничего особенного. Только то, что индивидуальные протезы делают специально для каждого и наделяют разными возможностями. То, что может пригодиться именно этому человеку. И что стоит это очень дорого. Поэтому Грюму могли сделать любой глаз. Он может видеть эту связь… а может просто видеть сквозь предметы на 360 градусов. Опять тупик. Лив погрустнела, но быстро улыбнулась. — Жаль… А я решила перечитать книги про разные виды связей. Мы сейчас намного больше знаем об этой связи из того, что ты чувствуешь. Ну, из того, что она с вероятностью 90 %, а то и больше, взаимна и что при касании она странным образом усилилась. И что она может «расплавить мозг», — Лив усмехнулась. — Ну, это метафорично. Ты же говорила, что иногда голова как будто лопнет от переизбытка эмоций. Она махнула рукой в сторону своего стола. — В общем, не в этом суть. Можем сейчас сократить наш список связей, которые подходят по описанию, до минимума. И от этого отталкиваться дальше. Лина пожала плечами. — Да, разумный ход. Других вариантов у нас всё равно нет. Лив улыбнулась и кивнула. — Пошли. Я там уже все книги подготовила. Лина взяла книгу, которую читала. — Сейчас поставлю её на место и приду. Она пошла в сторону медицинской секции. Проходя мимо ряда, где сидел Нотт, она невольно замедлила шаг и мельком заглянула туда. Нотт сидел, склонившись над раскрытой книгой. Рядом лежало ещё две толстых книги. Ничего особенного… но Лина почему-то запомнила этот момент. Она поставила книгу на место и уже собиралась уходить, когда вдруг поняла, что именно зацепило её взгляд минуту назад. Тот самый старый том с потрёпанным корешком, она точно видела его раньше. Но где? Она за последний год прочла слишком много книг из этой библиотеки, чтобы вспомнить точно. Лина тряхнула головой. «Зачем я вообще об этом думаю? Читает и читает. Мне какое дело?» Она решительно пошла к Лив, стараясь выбросить из головы и Нотта, и его странные книжные пристрастия. У неё и так хватает своих загадок. Подойдя к Лив, они сразу же склонились над столом, разложив перед собой несколько книг и свои записи. Они начали методично отбрасывать те виды связей, которые точно не подходили. Осталось не так много вариантов, но почти все они требовали одного общего условия: для образования такой связи необходимо было хоть какое-то взаимодействие с тем человеком, с кем она возникла. Лина откинулась на спинку стула и тихо сказала: — Я точно могу сказать, что до первого курса даже не знала, кто такой Гарри Поттер. Я видела его только мельком на платформе, как и всех остальных. А уже на первом курсе… я начала ощущать что-то странное. Это чувство присутствия, которое иногда появлялось ни с того ни с сего. Значит, связь возникла раньше, чем мы вообще познакомились. Лив кивнула, задумчиво постукивая пером по пергаменту. — Тогда давай перестанем просто рыться в книгах в надежде на чудо. Давай изучать эту связь на практике. На примере. Нужно понять, какие у неё особенности, как она работает, как на неё можно влиять. Но для этого тебе сначала нужно вновь научиться её контролировать. Чтобы больше никогда не повторилось то, что было во время первого испытания. Лина тяжело вздохнула, но согласно кивнула. Она прекрасно помнила ту волну паники Гарри, которая едва не раздавила её. После этого Лина активно занялась развитием этого навыка,умением закрываться от связи. Она и вправду стала значительно сильнее после того события. Для помощи она нашла в библиотеке несколько книг по окклюменции. Там описывалось, как закрывать сознание, чтобы в него не смог пробраться даже опытный легиллимент. Лина увидела явную схожесть с их связью: ей тоже нужно было научиться закрывать своё сознание от чужих эмоций. Она занималась этим упорно, вечерами, ранним утром, иногда даже во время перемен. По разным справочникам и старым трактатам она спустя долгое время наконец смогла вновь научиться без проблем закрываться от связи и, когда нужно, приоткрывать сознание, чтобы осторожно почувствовать эмоции Гарри. На дворе уже стояло начало декабря. Погода менялась: воздух стал острее, по утрам ложился иней, а ветер приносил запах снега. Гости в Хогвартсе отреагировали на это по-разному. Ученики Шармбатона мерзли всё сильнее,они почти не выходили из своей огромной кареты, кутаясь в тонкие шелковые мантии и шерстяные шарфы. А ученики Дурмстранга, наоборот, наконец-то чувствовали себя в своей стихии: их тяжёлые меховые шубы выглядели уместно и даже стильно на фоне холодного декабря. На одном из уроков Заклинаний профессор Флитвик, декан факультета Когтевран, неожиданно прервал практику и поднялся на небольшую кафедру. Его маленькая фигурка, как всегда, была полна энергии, а глаза за очками светились доброжелательным блеском. — Дорогие мои ученики, — начал он своим высоким, мелодичным голосом, и в классе сразу стало тихо. — Прежде чем мы продолжим отрабатывать заклинания, я хочу поделиться с вами одной очень приятной новостью. Флитвик взмахнул маленькой палочкой, и над его головой в воздухе закружились серебристые снежинки, мягко мерцая в свете ламп. — Как вы, наверное, уже слышали, в рамках Турнира Трёх Волшебников у нас состоится Святочный бал. Это прекрасная традиция, которая помогает завязывать дружеские и культурные связи между школами. Бал предназначен, в первую очередь, для старшекурсников, начиная с четвёртого курса. Хотя, конечно, — он тепло улыбнулся, — никто не запрещает вам пригласить партнёра или партнёршу и с младших курсов, если у вас возникнет такое желание. По классу прокатился возбуждённый шёпот. Джун Уитби тихонько ахнула и схватила Робин за руку. Чжоу Чанг, сидевшая через два стола от Лины, широко улыбнулась и шепнула своей соседке что-то весёлое. Лив, сидевшая рядом с Линой, широко раскрыла глаза и толкнула подругу локтем. — Лина… бал! Настоящий бал! — прошептала она восторженно. Профессор Флитвик продолжил, и в его голосе слышалась лёгкая, добрая усмешка: — Форма одежды — парадная. Бал начнётся в восемь часов вечера в первый день Рождества в Большом зале и продлится до полуночи. И ещё несколько слов, мои дорогие… — Он сделал небольшую паузу и окинул класс мягким, но выразительным взглядом. — На Святочные балы, конечно же, принято приходить в парадном, об этом было сказано в ваших письмах которые вы получили летом — проговорил он с лёгкой иронией, хотя в глазах его плясали весёлые искорки. — Но это, разумеется, не значит, что мы будем ослаблять правила поведения, которые приняты в Хогвартсе. Я очень надеюсь, что вы проявите ту мудрость и уважение, которыми так славится наш факультет. Несколько девочек на четвёртом курсе тихонько захихикали. Робин Флауэр прикрыла рот рукой, но её плечи всё равно тряслись от смеха. Даже обычно сдержанная Чжоу Чанг не смогла удержаться от улыбки. Флитвик мягко улыбнулся в ответ на их реакцию. — Я верю, что вы проведёте этот вечер с достоинством и удовольствием. А теперь давайте вернёмся к нашему уроку,прежде чем снежинки совсем заполонят кабинет. Прозвенел колокол. Класс мгновенно зашумел. Ученики торопливо прятали учебники в сумки, закидывали их через плечо и, продолжая возбуждённо переговариваться, потянулись к выходу. Лив схватила Лину за руку и прошептала ей на ухо: — Ты представляешь? Бал! Мы должны хорошо к нему подготовится! И найти кавалеров! О Мерлин, у меня уже голова кругом… Лина улыбнулась, но в груди у неё смешались самые разные чувства: лёгкое волнение, радость за возможность хоть немного отвлечься от постоянных тревог.