Зайчик: "Побег из тьмы"

— Опять на свою войнушку? — голос Ксюши. Он так ласков и нежен, даже когда она злиться. Скиф стоял в зале, собирал свои вещи, укладывая их в чемодан. Из Москвы в Сибирь. То еще удовольствие. Вслед за майкой, в чемодан отправилась гарнитура, наушники, перчатки, всё что нужно для командировки. Он словно и не слышал что говорила жена. — Только вернулся, только думала что вновь начнём жить. А ты...Ты… — Скиф обернулся. В душе что-то давило. Такое вязкое и неприятное. Он чувствовал горечь любимой, но...Это же ребята. Они не мог их бросить. Она словно прочитав его мысли, вытерла накотившие слезы у краёв, и всхлипнув скрестила свои руки. — Знаешь. Если они тебе дороже, то запомни: Я не та которая говорит «Давай останемся друзьями»! — Вдруг, она просто пропала из проёма зала. Скиф остался стоять с пачкой батарей в руках, смотря пустым взглядом в дверной косяк.

***

Вдох. Резкий и нужный. Словно новорожденный, которому чтобы подать признаки жизни, нужно было дышать и кричать. Глаза открылись и забегали. Трава, серая и мертвая… Только Скиф здесь живой, словно лишний элемент на мрачной картине. Он повернулся на спину, смотря на дно моста. В глаза бросились вырезанные имена, сердца с инициалами внутри них. Взгляд сразу зацепился за одно имя - Ксюша. Сглатывая свою слюну, Скиф поднялся в присядь. Медленно, он отползал ближе к основанию моста, уперевшись затылком об сам мост. Неудобно, но скрывало его намного лучше от возможных патрулей. Мысли вновь закрутились в голове: «Сколько он тут? Давно ли лежит? Не гонятся ли за ним?». Сердце застучала, а кровь разгонялась по телу, согревая застывшие от стужи вены. Мозг, всё еще находясь в режиме боя, тарабанил мысли об опасности, что угроза где-то рядом. Но нет. Надо отдохнуть. Голова оглянулась, сначала направо, в густой лес где последний раз он видел зверей, но теперь там лишь сухие ветки и деревья. Затем налево, вдаль по текущей речке. Взглянув на речку, в голове возникла мысль: "Как она не замерзла при таком холоде?". Продолжала течь дальше не взирая на мороз. Скиф поднялся, и встал для удобства на колени, Скидывая с себя рюкзак, что здорово натер своими ремнями плечи через одежду, он достал бутыль, проверяя скудные запасы воды, что болталась на дне. - Заебись…- хриплой пробурчал солдат, выдыхая через ноздри пар. Взглянув на текущую речку, и вновь как зверёк оглядывая территорию, в поисках хищников на водоёме, он подполз к краю, заполняя бутыль свежей речной водицей. Наконец утоляя свою жажду после марафона, попутно умыв своё грязное лицо. - Бррр...Как заново родился… - вышла из уст Скифа, смочив раздраженное горло холодной водой. Довольный вздох сменился чувством тревоги. Мысли наконец стали складываться, пытаясь осознать бедственное положение. Скиф вновь прижался к основанию моста, начиная лазить в рюкзаке: Патроны пару пачек и россыпью где то на дне, батончики, сухофрукты, галеты, и та самая бутылка воды у него в руках. - Сука… "Сухарь" забыл... — послышался тихий рык на самого себя. Сухпаёк он оставил в ангаре, думая что вылазка не будет долгой. Он был лишь у Феликса. - Феликс… А ты ведь предупреждал. Сука...Как накаркал… — Сжал зубы Скиф, вспоминая слова павшего товарища: «Ты возьми сухарь. А то мало ли, моего не хватит и меня сожрёте в голодный год». С характерным взвизгом молний, солдат закрыл рюкзак, положив туда бутыль воды. Скиф медленно стал выползать из-под моста, держа свой автомат наготове. Вновь ноги окунулись в хрустящей снег, и даже несмотря на ботинки, он почувствовал фантомный холод, словно ступал на чужую землю. Тайга встречала Скифа серым тоном, даже луна, его верный спутник, и то скрылась, оставляя его в темноте. Но глаза привыкли, хоть и тускло, он мог что то видеть. Те же сухие ветки, уродливая корра деревьев, будто напоминающее лица тех монстров. Тяжелый и глубокий вздох прозвучал из рта бойца. Кряхтя, он поднимался по оврагу обратно наверх, хватаясь за поручень моста, оказываясь вновь на дороге. Голова оглянулась, то вправо то влево. С одной стороны тропинка в лес, а с другой путь к самому селу. И раз он был ближе к Селу, нужно было возвращаться, ведь где то на окраине, должна была быть их точка эвакуации в назначенное время. «Время! Точно! Время!» — подумал про себя Скиф, отдергивая левый рукав, чтобы взглянуть на часы. Только 0:12. Эвакуация в час тридцать. Он успеет… Не теряя времени, Скиф вступил на тропу идя по ней вдоль ближе к деревьям, вдруг какой патруль сектантов по пути. Дорога к селу была напряженной, любой шорох, и Скиф делал остановку, внимательно вслушиваясь в ночную тайгу. Шорохи, скрипы веток, хрустящей снег. За ним словно следовали по пятам. Но не нападали. Почему? Или может мозг на нервной почве придумывал образы тех тварей? Как бы он не оглядывался и не старался взглядом обнаружить наблюдающего, все равно в глаза бросался жуткий пейзаж чужого леса. Само село давно уже было обесточено. Свет на фонарных столбах больше не горел, а единственное освещение, лишь небольшое отражение от снега, ели ели проникающих ,сквозь облака, лучи луны. Теперь спутником Скифа был завывающий ветер, что ударял в лицо холодным ножом, заставляя жмуриться. - Сука. Че-ж так холодно то. — по телу прошел мандраж. Обычная реакция на холод, это позволяло понять, не отмерзло-ли, что либо важное или нет. Пробираясь между деревьев, и выйдя к краю лесополосы, он наконец достиг поселка. Дома, в которых давно не горел свет, сломанные заборы, которые никто больше не починит. И только Скиф, среди этой атмосферы безнадежного одиночества. Хотелось крикнуть: «ЛЮДИ! ЛЮДИ!». Но никто бы не отозвался, кроме сектантов и голодных монстров. Хруст, еще хруст, снег хрустел как позвоночник, на который наступали. Ботинки медленно утаптывались в нём, оставляя свой след. Скиф шел с приподнятым калашниковым, оглядывая каждый дом, каждое окно, готовясь увидеть там мелькающую тень или вспышку от выстрела. Но в ответ на бурные фантазии была тишина… И вдруг, движение. Скиф мигом лёг в сугроб, вновь ощущая природный возбудитель кожи и прилива чувств, похлеще всякого кофе. Он медленно и с грацией змеи, стал выползать к пригорку, ложась на него всем телом, выставляя ствол с глушителем вперёд. - Продуктовый… — сказал себе вслух Скиф, всматриваясь через голографический прицел в разрушенный магазинчик, около который ютились двое балахонщиков с автоматами «Ксюха». — Охраняют что-ль чего… -Что-ль чего~… — резво прозвучал тихий и девичий голосок позади. Он звучал словно с ухмылкой. Сердце сжало так, что оно будто остановилось и ушло в пятки, прилив крови в руки и ноги, и Скиф перевернулся на спину, наставиляя автомат через свои ноги. Ничего. Вновь только лесополосы, дорога, и пару домой позади. Видимо голова начинает ехать кукухой, тихо шурша шифером. Вновь медленный оборот, и сектантов след простыл. Глаза засуетились в поисках пропавших. Ни у столбов, ни у домов. Уже думая подняться, как резкая боль пронзил шею, а мир перед глазами поплыл, заставляя лицом упасть прямиком снег. Вновь такой холодный и столь чужой…

***

- Работаем! — крик Ворона, что прижался к кирпичной стене, вынув свой автомат, дав короткую очередь в окно где был боевик - Взял! — вновь команда, но уже от Атлета. Тут-же навалив одиночным огнем то же окно. Это дало тройки Феликсу, Скифу и Бармалею, перейти опасный участок деревни. Пули падали чуть ли в ноги, поднимая под собой пыль и грязь. Юг России, радикалы снова бесились на Кавказе. Группа Ворона, как самая оперативная, прибыла в район операций первыми. Деревня была под контролем боевиков. Задача проста, уничтожить блокированных фанатиков. - Феликс, эфку в окно! — Прокричал Скиф, давя окно очередного хутора короткой очередью. Бармалей следующей за ним перебежал к входной двери, автоматическим огнем снеся боевика, охраняющий вход, наповал. - Плюс! — Крикнул Феликс, и пригнувшись, сразу полез в свой карман Оба встали у окна. Одиночным огнём, Скиф поразил еще одного террориста, который пытался высунуть свой автомат. Адреналин дико бил в голову, заставляя руки волшебным образом делать работу Скифа за него. -Пошла граната! — крикнул товарищ Скифа, кинув "лимонку" прямиком в разрушенный проём. Последовал Взрыв, а из окна повалил серый дым. Штурм дома, 3 боевика убита, двое валялись истекая кровью, что то хрипя на своём. Одна комната была закрыта. Войдя втроем в дом, и добивая террористов, все три автомата уставились в закрытую дверь. Там могло быть всё что угодно, еще тройка преступников, схрон, бомба. Группа прижалась, по правую сторону от дверь. Феликс, обошел деревянную конструкцию прижавшись об левый косяк. Хватая ручку двери, бойцы переглянулись, кивком подтверждая друг другу команду. Как на учениях. Скиф взял гранату, Бармалей положил на его плечо руку. Все готовы. Резко открыв дверь, он не глядя кинул гранату. Хлопок. И группа вошла в комнату и остановилась в шоке. -Скиф… — последовал шокирующий голос позади товарища. Взгляд Скифа был прикован к ужасной картине. Женщина и двое её сыновей с которых ручьём стекала кровь от осколков. Обгоревшая кожа, а у женщины выбитый глаз. Скиф медленно оборачиваясь назад, тело охватло тремор, а глаза невольно становились мокрыми. Но вместо головы Бармалея, перед собой он увидел огромную голову совы, что истошно завопила в лицо, рывком ударяя клювом в глаз Скифа.

***

- ММВ! М-ммфх..- вновь резкий вдох через такнь. Глаза видели расплывчато, только теплый и оранжевый свет мелькал перед Скифом. Медленная сфокусировавшись, наконец осознавая где он оказался. Внутри того самого продуктового. Где от продуктов было лишь одно название. Магазин словно торнадом разнесло внутри, только стеллажи, расположенные параллельно друг к другу, остались на своих места. Всё было перевернутым, неестественным. На стенах больше не красовались яркие вывески, а странные символы. Круг внутри которого линии выходили наружу, оставляя окружности внутри, пока в центре была нарисована что то вроде ели, а под ёлкой 5 линий уходящее зигзагами. Всё те же нарисованные кляксы, что в школе, что в других частях села. Лежачий Скиф находился в продуктовом один. Но было не сложно догадаться, что его взяли в плен. Ноги, руки, даже рот связаны, а сам он лежал боком в центре такого же нарисованного символа, но уже большего размера. Вдруг, в помещение вошли те самые два сектанта. Лица были скрыты под балахонами черного цвета. Но даже так, пленник смог рассмотреть их пасти, изуродованные черными полосами внутри их кожи. — Наконец! Наконец! Звери придут! Они вкусят неверующего и они нас сделают такими же! — чуть ли не вприпрыжку завопил правый сектант, взглянув на своего приятеля. Голос его был молодым, и странно звучал, словно в быстрым темпе. — Замолчи! Я тебе говорю, его надо убить, чтобы звери пришли на запах его крови! — рявкнул левый, уже более старый, и даже в каком то роде упитанный сектант. Зубы его были кривыми, заостренными, грязными. А часть подбородка напоминала раскрытый гранат с красными ягодами. Левый явно не оценил слова своего собрата, голос стал куда ниже и злее: — Ррхх!.. Ты такой тупой! Мы пытались! Правда...Пытались с нашими, но мне кажется как раз из-за этого они не приходят! — С рычащим тоном произнёс молодой, будто подражая кому-то. Упомянутый неудавшийся ритуал, заставил Скифа вспомнить одну из комнат в школе №70. Лежачий труп посреди класса, на том самом нарисованном символе из алой крови, пока на лице находилась, грубо высеченная из коры дерева, маска рыси. - Да заткни ты свою пасть! — Рявкнул толстый, обидевшись на слова коллеги. Толкая его своей тушой в стеллаж, послышался грохот. И те самые стеллажи, как домино, начали один за одним падать, пока последний не свалился возле головы Скифа, подставившись острой частью. Напуганный, что его чуть не проткнула железка, Скиф заерзал, привлекая внимание пленителей. Мигом позабыв про странный вздор. - А ты, неверующая свинья, лежи и молись чтобы смерть была быстрой. — рыкнул упитанный, присев около Скифа, проводя рукой по щетине мужчины. Запах из его рта был просто отвратительный. Напоминающий смесь трупа и тухлого мяса. Боец мигом одернулся, за что сразу получил ногой в живот, вызывая резкую боль, что тот сжался клубком. -Мммф!.. Ф..фува…- замычал в тряпку Скиф, зажмурив глаза. Упитанный вновь встал над ним, пока молодой сектант позади наконец поднялся из руин стеллажей, стряхивая с себя пыль. С легким недовольством в голосе произнося толстому в спину: - Харош с ним! Этот урод никуда не денется! Пошли уже, выйдем. Скоро наши с того.Э-э-как его там...АрХ! Короче. скоро вернуться! — махнув рукой, он вышел из магазина. Хмыкая, бросая на Скифа презрительный взгляд, упитанный последовал за своим собратом, закрывая дверь продуктового. Вновь Скиф остался один в разрушенном магазине. Руки рефлекторно стали проверять, насколько крепко его связали сектанты. И довольно крепко... Что руки, что ноги. Но положили его в удобное, лежачие положение. Поэтому, Скиф аккуратно прижал свои ноги как можно ближе к животу, сгибая их в колени, ловко вывернув свои руки, позволяя им оказаться спереди. Тряпка сразу же сорвалась с рта скифа, после небольшого растягивания. Откидывая её в сторону. Губы и язык причмокивали, получив долгожданную свободу. Переводя взгляд на заостренную часть упавшего стеллажа, он ни секунду не думая, стал резать веревку благодаря ней. Шло туго, но когда хочешь жить и выбраться целым, не такую силу приложишь для спасения. Середина порвалась, высвобождая руки от привязи друг к другу. А дальше, только распутать хреновый узел на ногах. Поднявшись на корточки, чтобы меньше привлекать внимание и светиться в окнах, Скиф стал красться между стеллажей в поисках снаряжение. Как удобно, что эти идиоты все сложили в одну кучу за прилавком. Да и к тому же, тут были не только его вещи. И другие, гражданских людей. Послышался скрип дверь и звук колокольчиков. Сердце замерло, рука потянулась к лежачему пистолету. Первое оружие которое увидел глаз Скифа, его «Грач». -Э?! А ГДЕ ОН?! — раздался недовольный, вопрошающий крик упитанного урода. По топоту ясно, что он вошел не один, а еще с двумя сектантами. Крепче сжав свой пистолет, Скиф прижался к прилавку, как продавщица которая прячется от алкашей которые пришли за добавкой. Но теперь добавка будет в виде свинца в рыла убийц и садистов. Сняв предохранитель, голова медленно поднялась к верху Тень нависла над прилавком, приближаясь к спрятавшемуся солдату. Как только показался силуэт гранатового подбородка, Скиф нажал на курок. Пуля вылетевшая из Грача, поразила цель, заставляя его черные мозги выйти через балахон прямо в потолок. Глухой выстрел эхом отдался в помещение. Мир в глаза словно замедлился. Непонимающее сектанты в магазине в шоке втупились в труп убитого брата. Скиф поднялся из-за прилавка, посылая в каждого сектанта по одной пуле, заставляя их упасть на пол. Запах пороха вновь наполнил ноздри и легкие бойца, сердце забилось учащение, а в душе чувствовать звериную радость, вперемешку со звериным оскалом. Но не долго сияла улыбка. -Братья?! Братья че у вас там?! — послышался крик из-за двери, в проёме засветился один из Сектантантов, в чью голову полетела очередная пуля. Он даже понять ничего не успел, как сразу свалился в снег, последовал выстрел из его ружья, чья дробь вонзилась в укрытие Скифа, заставляя бойца вновь спрятаться за прилавок. Руки машинально схватились за приклад автомата, погребенного под жилетом. Проверяя патроны, и дергая затвор, досылая патрон в патронник, по спине пробежали мурашки. Да, вот чего вновь ему не хватило. Теперь он не бежал, он давал сдачи. Вновь вдох прекрасного запаха отстрелянных пуль "Грача", и поднявшись из-за прилавка, автоматическим огнем заливая левое окно, где засветился силуэт сектанта. Пули 5.45 вонзились в голову и шею урода, свалив того у окна, холодный ветер проник в помещение, заставляя свечи разом погаснуть. Темнота, накрывшая магазина, стала другом Скифа. В глазах словно что-то блестнуло, а дыхание стало спокойным, чистым, ровным. Второе окном, по правую сторону от двери развалилась от удара прикладов, и помещение охватило свет от огня автомата, пули летели над головой. Но Скифа это не тревожило. Прыгнув обратно под прилавок, тот стал одевать жилет, шапку, наушники и свой пояс. Все было так резко и быстро, что мозг не успевал обрабатывать всю информацию. Скифом руководили только инстинкты и рефлексы, натренированные годами в учебке. Зарядив новый магазин, и поднявшись из-за прилавка, одиночным огнем давя сектанта в правом окне. Мародер и голову не мог высунуть под огнем, заставляя его спрятаться под окном, но Скиф даже не прекращал поливать огнём прямоугольный проём. На лице не дрогнул ни один мускул, лишь глаза дергались с непривычки. Родная отдача приятно била в плечо, заставляя его только сильнее держать автомат для кучности огня. Дверь резко открылась, и вновь выстрел из ружья, плечо от попадания дернулось вместе с автоматом, град пуль вылетел на закрывающуюся дверь, и переводя огонь на автоматический, выпуская весь магазин в деревянные двери. Тишина, и труп свалился под дверью. Боли словно не было, ни жгучий, ни режающей, никакой. Быстрый осмотр плеча не зафиксировал какого либо ранения. Словно патрон был заряжен не дробью, а солью. Под правом окном послышался крик, крик отчаяния? Хах...А это даже приятно слушать. Но неприятно когда враг начал стрелять по-сомалийский. Это заставило Скифа в прыжке нырнуть вновь под прилавок, ударяясь правым плечом об пол, и прижаться к нему как можно плотнее. Пули проскочили укрытие как фанеру, чуть ли не в сантиметрах над Скифом. Щепки вновь упали на лицо бойца, заставляя сплевывать их в сторону. Сжав зубы, наконец настала тишина. Время на перегруппировку обоим. Перезарядка автомата, и рывок из-за прилавка прямиком к правому углу, где Скиф присев на колено, дождавшись ошибки неопытного сектанта, тот вынул свою физиономию под балахоном, за что был наказан одиночной пулей в голову. Очередной убитый дернулся назад, падая снаружи на белый снег, окатив её черной кровью. - ЧИСТО! — автоматически прокричал Скиф, зажмурив и раскрыв свои глаза, которые дергались по темному магазину. Он наконец услышал как сердце стучало всё резче, заставляя мышцы онеметь и дергаться. — Чисто… — вновь тихо повторил Скиф, облизывая свои сухие губы, с облегчение выдыхая. Посмотрев на свою руку, что сжимала ручку автомата, он заметил что она была красной, и даже с мозолями. Боль стала чувствовать через секунду, заставляя неприятно шипеть сквозь зубы. Удивительно, как он сейчас чувствовал боль в руках, пока плечо стойко выдержала выстрел солью. - Шшшх..Сука. Забыл одеть… — с горечью произнес Скиф, отряхнув свою руку. Вдруг, послышался сдавленный стон в магазине. Вновь подняв автомат, Боец стал медленно подниматься из-за угла, осматривая центр магазина, где валялись три сектанта, один из них был живой. Тот лежал спиной к Скифу, хватаясь за свой живот. Вояка стал медленно подходить к раненому, переворачивая того на спину ногой. Знакомая худощавая морда, одного из пленителей. - А-арргхр!.. Т-ты… — Сжав свои зубы, произнес с открытой злобой и ненавистью сектант. Глушителем, Скиф, поднял его балахон, заставляя открыть лицо полностью. Лысая голова бледного цвета, да и как вся его кожа, истощенное тело, что даже был виден череп, а глаза…пустые, они просто были черными. Под кожей были видны выпирающие черные сосуды, что начали пульсировать. — Я. Че здесь происходит? И кто вы такие?! — не став томить с вопросами, Скиф поставил свою ногу на живот Сектанта, начиная давить на неё вызывая у жертвы яростный крик, полный боли. «Чувствовали её, мрази…» — фыркнул в голове Скиф, смотря на того с отвращением. -АААААРХ! ННГР! НЕТ! ХВАТИТ! — завопил худощавый. Скиф исполнил его просьбу ослабляя ногу. Убить его было бессмысленно, не получив какой либо информации, хотя звучало заманчиво. От этой мысли, Скиф тряхнул головой, избавляясь от странных мыслей. - Ну?! — брянцув глушителем у лица сектанта, Скиф четко прицелился в его лицо. Никуда добыча не денется, как бы она не дергалась. — Ах...Ахв...Мы...Истинные верующие в настоящего бога! Хозяина Леса! Он дал избранным людям маски! Ммммх!.. — он хотел вновь сжаться от боли, но нависающий Скиф этого не позволил, тыкнув глушителем в лицо Сектанта - Нраах!.. Избранные, когда насытятся человеческим мясо, они вознесутся вместе с Хозяином к луне! Поглотят её силу! И обретут такое могущество, что ткань вселенной разорвется от их голода! ХАХАХАХАХАХА! — Неожиданно захохотал полный грудью сектант, уже не смотря на боль. Он даже не смотрел на Скифа, а просто глядел в потолок, продолжая речь — И ТЫ! ТЫ НЕ ПОМЕШАЕШЬ ИМ! НИКТО НЕ ПОМЕШАЕТ ИЗБРАННЫМ! ХАХАХАХААХ! Вслушиваясь в последнюю речь, Скиф опешал. Лицо было полно непонимания и немого шока. Опустив оружие, пытаясь осмыслить услышанное. Пленник вдруг заблеял как баран, продолжая лихорадочно смеяться, черная субстанция медленно текла из его рта, а смех становился тише, и тише. Пока совсем не иссяк. - Избранные? Какие избранные?! Кто они?! — наконец вышел из ступора Скиф, начиная бессмысленную попытку достучаться до мертвеца. Наконец, убрав ногу с его живота, и вытирая ботинок от черной субстанции, Скиф схватился за голову. Неужели этот больной говорит правду? Неужели если позволить монстрам обрести силу, то они уничтожат мир? Вновь за окном где то послышалась знакомая мелодия флейты, заставляя Скифа впасть в ступор, живот неприятно скрутило внутри, а сердце сжимало от страха перед тем, что ждало его за этой мелодией. На улице вновь пошел снежок, падая уже в самое здание через разбитое окно.