Патология власти

Жанна — женское имя, французский вариант имени Иоанна. Этимологическое значение имени — «Богом данная».

──────⋅•⋅⊰∙∘☾༓☽∘∙⊱⋅•⋅──────

Январь 2013, Нью-Йорк       На часах было около девяти часов вечера, рабочая смена нашего заведения только-только начиналась. Понедельник, будний день. Неделя стартовала с клиентов, которые трепетно относятся к своей репутации, думая, что понедельник, самый подходящий день для чересчур конфиденциальных личностей.       Возле черного входа, которым мы пользовались куда чаще, чем основным, то и дело останавливались черные тонированные мерседесы, привозя различных шишек, политиков, бизнесменов и управленцев. Свет во всём здании был приглушенным, с банально пошлой красной подсветкой.       Я сидела прямо на стойке, готовясь встречать гостей. Все комнаты для приватов были расписаны нашими постоянниками, в списке для охраны было только одно новое имя. Румпель Голд, сенатор верховной палаты Конгресса.       Девушку на ночь для него я ещё не записала, не зная его предпочтений. Нередко я сама делала выбор за клиентов, запоминая типажи и ту, которая понравилась больше всего. На каждый товар был свой купец, это основа нашего бизнеса.       Гости то и дело заходили, удостаивая меня кивком, кратким приветствием, или поцелуем руки. Девушки встречали своих клиентов на эту ночь, или ближайшие пару часов, кто сколько времени мог себе позволить.       Я без интереса листала «50 оттенков серого» и время от времени поглядывала в список фамилий на сегодня. Как тут дверь вновь отворилась и я услышала новые, непривычные шаги.       Он вошёл один, без охраны, без лишних взглядов по сторонам. Высокий, в тёмном пальто, поверх идеально сидящего костюма. Ровная осанка, ни грамма суеты. Красный свет лёг на его лицо странно — не пошло, не вызывающе, лишь подчёркнув резкие скулы и внимательный, цепкий взгляд.       — Добрый вечер, — произнёс он негромко.       — Добрый вечер, — отозвалась я, окончательно оторвавшись от книги и посмотрела на него, наклонив голову в бок.       — Румпель Голд, — представился он ровным тоном. — Вам должны были сообщить о моём визите.       — Ожидаю Вашего визита весь вечер, — с легкой усмешкой произнесла я, спустившись со стойки. — Прошу за мной.       Мужчина провёл взглядом по мне с головы до ног, оценивающе, но спокойно, будто отмечая детали. Затем, не поворачивая головы, его взгляд скользнул к стойке, задержавшись на моих вещах и аккуратно разложенных предметах.       Я поймала его взгляд и мои губы тронула едва заметная улыбка. Затем мои каблуки стукнули по полу и я направилась в сторону лестницы, которая вела на второй этаж.       Он шёл следом молча. Не приближаясь слишком близко, но и не отставая.       — Реджина Миллс, верно? — нарушил он тишину спокойным голосом. — Вам подходит Ваше имя.       — У нас не принято представляться своими именами, — стараясь не выдать легкое напряжение, ответила я, не оборачиваясь на него.       Он негромко хмыкнул, почти задумчиво.       — Как скажете, — спокойно отозвался он после короткой паузы. — Но, признаться, мне кажется, Вы куда интереснее, чем любая здесь.       — Может быть, — поведя плечами ответила я. — Но я не оказываю услуги, за которым сюда приходят.       Он коротко хмыкнул, и на несколько секунд опустил взгляд на телефон, будто проверяя время или уведомление.       — Хорошо, — сказал он, убирая телефон обратно. — Тогда вопрос попроще. Кого Вы отправите ко мне? Доверюсь Вашему вкусу.       — Вы можете выбрать любую, которая Вам понравится, — отозвалась я, остановившись у одной из дверей.       — А если я хочу вас? — спросил он тихо, наклонив голову.       — За этой дверью девушки на лет 10, а то и 15 моложе меня, — парировала я, чуть приподняв брови.       — Я, кажется, не спрашивал про возраст, — ровно ответил он.       — Вы сейчас серьезно? — не веря его словам, я качнула головой. — Даже не взглянете?       Он приподнял бровь, будто вопрос показался ему скорее любопытным, чем странным, и невозмутимо пожал плечами. На губах появилась лёгкая, почти лениво-ироничная усмешка.       — Показывайте, раз так настаиваете, — произнёс он спокойно.       Я молча постучала в дверь и отворила её. В гримерной играла ненавязчивая музыка и девушки суетливо готовились к работе. Кто-то наносил макияж, другие обмазывались маслом или блестками. Они мелком посмотрели на меня и гостя, а после продолжили свои дела, привыкшие к подобному. Взглянув на мужчину, я обнаружила всё ту же ленивую усмешку на его лице, будто он абсолютно не заинтересован окружающими.       — Ну… — протянул он, поджав губы и окинув комнату быстрым, поверхностным взглядом. — Давайте не будем им мешать работать.       Девушки непонимающе переглянулись прежде чем мы покинули гримёрную. Выйдя обратно в коридор я уставилась на него, сложив руки на груди.       — У нас ещё есть зал со стриптизом, могу проводить Вас туда, — я сделала небольшую паузу, окинув его взглядом ещё раз. — Но что-то мне подсказывает, что и это Вас не заинтересует.       — Вы правильно подметили.       — Тогда у меня напрашивается вопрос о цели Вашего визита в наше скромное заведение.       — Скучно стало, — наконец сказал он и едва заметно пожал плечами. — Впервые за долгое время взял выходной и понял, что совершенно не представляю, как его проводить. Коллеги рекомендовали это место. Сказали, что здесь… разнообразно. Но я, к сожалению, человек капризный. Так что прошу прощения, если отнял у Вас немного рабочего времени.       — Наша работа доставлять удовольствие и развлечение, не могу же я отпустить Вас неудовлетворенным, — я наклонила голову в бок, будто пытаясь рассмотреть его с другой стороны, на моих губах играла легкая улыбка, смешанная с усмешкой.       Он смотрел на меня внимательно, дольше, чем это было принято у клиентов, и просто кивнул.       Я недолго думая, шагнула к двери, и вновь постучав, заглянула. Взглядом я нашла первую попавшуюся девушку, имя которой, на удивление, помнила.       — Элеонор, спустись вниз и сядь за стойку, если захочешь отойти, то посади кого-то вместо себя.       Дождавшись её кивка я закрыла дверь.       — Вы говорили, что не оказываете такие услуги, — заметил он с хитрой усмешкой, наблюдая за мной. — Но, похоже, всё же решили освободить свой вечер.       — Такие не оказываю, — с очередной насмешливой улыбкой ответила я. — Я только по классике. А понедельник мой самый скучный и долгий рабочий день, поэтому если какое-то время я проведу вне стойки, контролируя весь этот балаган, то не сильно расстроюсь.       — Ну хорошо, значит, сегодня мы нашли друг друга, — он усмехнулся, но смешок всё-таки прорвался, негромкий, почти сдержанный.       Я отвела взгляд и направилась в другую сторону, он, судя по звуку туфель позади, проследовал за мной. Мы пришли к мой кабинет, просторный, ненавязчивым освещением, выполненным в темных тонах. По центру стоял громадный, массивный стол из темного дерева, рядом несколько удобных кресел, выполненных в темно-синей обивке. Подойдя к небольшому личному бару, что стоял у стены, я обернулась на него и спросила:       — Текила, ром, виски?       — Виски, — спокойно сказал он. — Чистый. Без льда. Я не люблю, когда вкус разбавляют.       — Как скажете, — кивнула я, достав два стакана с толстым дном и виски из ящика. Разлив янтарный напиток, с протянула один из стаканов ему и, пройдя вглубь кабинета, села на стол.       — У Вас забавная привычка сидеть не за столом, а на столе, — отметил он, делая глоток виски, и взглядом внимательно изучил меня.       — Сидеть за столом скучно, — парировала я, чуть сузив глаза, и сделала глоток виски.       — А мне нравится, как Вы сидите, — ответил он, вновь окинув меня медленным оценивающим взглядом с ног до головы, и сделал глоток из стакана, будто мысленно фиксируя каждую понравившуюся ему деталь.       — Скажите честно, — сделав глоток виски, выдохнула я. — Вы один из тех редких мужчин, кто приходит излить душу падшей женщине?       — Нет, — ответил он, покрутив виски в стакане, наблюдая за золотистыми бликами. — Душу изливать я не собираюсь. Но вы почти угадали. Я пришёл просто поговорить.       — Не стойте на входе, садитесь, — сказала я окинув взглядом кабинет. — Хотите на диван, хотите в кресло. Голд неторопливо опустился в кресло напротив меня, откинулся на спинку, небрежно перекинул ногу на ногу и слегка наклонил голову набок, словно я была картиной, которую он хотел рассмотреть со всех сторон.       — О чем хотите поговорить? — спросила я, следя за его взглядом.       — Ваш незаконный бизнес, — невозмутимо произнес он, слегка приподняв бровь. — Хорошую прибыль приносит?       — А по Вашему я бы занималась этим, если было бы иначе? — отведя взгляд, ответила я. — Оглянитесь вокруг, обратите внимание как всё выглядит изнутри. А владение зданием подобных масштабов в этом районе? Удовольствие не из дешевых. Это аморально, продавать женщин, будучи женщиной, я бы сказала бессердечно.       — В мире, где правят деньги и успех, сердечности нет места, — спокойно ответил он, слегка улыбнувшись уголком губ. — Каждый сам выбирает, кем ему быть. У всех есть выбор, главное — не прогадать.       — Ещё виски? — спокойно спросила я, взглянув на свой пустой стакан.       — Позвольте быть джентльменом, — с лёгкой улыбкой предложил Голд, вставая с кресла. Подойдя к бару, он достал бутылку и медленно вернулся ко мне. Сначала налил мне, точно подбирая количество, а затем себе.       Наши глаза встретились и я даже ощутила его теплое дыхание, либо он стоял слишком близко, либо мне хватило пятидесяти грамм виски, чтобы это придумать. Не знаю как мои пальцы оказались на его галстуке и чуть потянули к себе.       Наши губы едва соприкоснулись, но уже через мгновение он отстранился с лёгким, почти незаметным сожалением в глазах.       — Я в губы не целую, — тихо прошептал он и, не дожидаясь моего ответа, опустил губы к моей шее, медленно, исследующе проводя ими по коже.       — Что за принцип? — едва слышно спросила я, приподняв подбородок вверх, открывая ему шею.       Он то ли не услышал, то ли намеренно проигнорировал вопрос, ответа я так и не дождалась. Его ладони медленно скользили по моему телу, исследуя каждый изгиб, а губы опускались ниже, к ключицам, оставляя на коже цепочку лёгких, но ощутимых укусов.       Я чуть пододвинула руку, позади себя, на которую опиралась, и тут раздался характерный звук разбившегося стекла, вернув нас в реальность. От неожиданности, я едва заметно вздрогнула и он оторвался от меня, чтобы поймать взгляд. Мельком посмотрев на пол, я увидела разбившуюся в дребезги бутылку виски.       — Надо бы и стаканы убрать, — тихо усмехнулся он, словно ничего не произошло, и, наклонившись, аккуратно взял мой стакан, а затем свой, унося их к мини-бару.       Я молча наблюдала за ним, закусив нижнюю губу. Не знаю отчего, но сердце стучало чуть чаще чем обычно, что я ощущала эту вибрацию в груди.       Он вернулся ко мне, медленно, без спешки, и его руки снова нашли свои места на моём теле. Ладони скользнули по талии, и он мягко, но решительно притянул меня ближе, сокращая расстояние до полного исчезновения.

***

Февраль 2013, Нью-Йорк       Четверг. Обычно расслабленный и не загруженный день превратился в мой личный ад. На большое трехэтажное здание посреди, откровенно говоря, дорогого квартала не поленились натравить пожарную инспекцию. По документам недвижимость числилась для личного пользования, и, по идеи, нас можно было и закрыть. Однако у чёртового благодетеля не было такой цели, лишь огромное желание доставить мне проблем и головной боли.       Конечно же, всё было с нарушениями. Отсутствие планов эвакуации, просроченные огнетушители и, в принципе, неправильная планировка были лишь верхушкой айсберга. Я бегала по всему зданию на десяти сантиметровых шпильках последние пару часов, в попытке хоть как-то сгладить ситуацию. Многим клиентам пришлось отказать в услугах, в налаженном режиме работы была полная неразбериха. В добавок мне никак не удавалось найти старые акты, заключения проверок и разрешения. Весь мой кабинет был перевернут вверх дном.       Я в очередной раз перерывала ящики стола, когда в дверь постучали.       — Войдите, — бросила я, не сразу отрываясь от поисков, но всё же подняла взгляд.       Дверь открылась, и в кабинет вошёл Румпель Голд. Он тихо закрыл её за собой.       — Добрый день, мисс Миллс, — произнёс он с привычной лёгкой насмешкой в голосе и окинул взглядом разгром на моём столе. — Если у Вас, конечно, день ещё остался добрым.       — У меня нет ни времени, ни настроения на развлечение с Вами, — даже не попытавшись проявить вежливость, выпалила я и переключилась обратно на поиски. — Мы сегодня скорее всего не работаем, — добавила я следом.       — О как, — тихо цокнул он, но с места не сдвинулся. — А я, между прочим, даже освободил свой график ради развлечения с Вами. — Я услышала, как он сделал пару шагов вперёд, но остановился, не приближаясь слишком близко. — Что у Вас случилось? — уже без усмешки спросил он.       — Не Ваше дело, — бросила я, не удостоив его взглядом на этот раз, и с психу швырнула бесполезную стопку бумаг в ближайший угол кабинета.       Он несколько секунд молча наблюдал за этим, затем приподнял бровь:       — У Вас плановая проверка? — спросил Голд спокойно, с тем самым внимательным тоном. — Судя по тому, как Вы роетесь в бумагах.       — У нас обычно нет проверок, — со вздохом отозвалась я, оглядывая разворошенные ящики стола. — Нас нельзя проверять, тут нарушение на каждом квадратном метре…       — А эти нарушения реальны или просто формальность? — поинтересовался он.       — Оглянитесь вокруг, видите хоть один план эвакуации? — с саркастической улыбкой протянула я. — Огнетушители все просроченные, а планировка мягко говоря неправильная.       — Прошу прощения, а над чем Вы думали, когда это здание делали под бордель? — усмехнулся он, пройдя вдоль перевернутого стола и окидывая взглядом разбросанные бумаги. — У Вас тут куча влиятельных клиентов, с которыми шутки плохи. И Вы правда думали, что никто из них не сможет устроить такую проверку?       — Прошу прощения, Вы хоть раз видели план эвакуации в публичном доме? Может Вас это заводит? — поднявшись с пола и поправив юбку выдохнула я. — Обычно в интересах моих клиентов, чтобы нас не закрыли.       — Меня заводят немногие вещи, — спокойно ответил он, словно речь шла о погоде, — но сейчас мы точно не об этом. К тому же, Вам это ни к чему, Вы ведь не предоставляете такие услуги. — Он сделал короткую паузу, всё-таки усмехнулся и добавил уже деловым тоном:— Ладно. Скажите прямо, чем я могу помочь.       Я не успела ничего ответить, только подняла на него глаза, готовясь повторить, что это не его забота. В дверь постучали и заглянула одна из девушек.       — Жанна, инспектор пришел, — тихо произнесла она, мельком посмотрев на Голда. — Он стоя на входе успел сделать три пометки…       — Чёрт, — выругалась я, захлопнув ящик стола.       — Жанна… — негромко хмыкнул Румпель.       Я посмотрела на него с неким укором, но так ничего и не сказала, направившись к выходу из кабинета.       Тут к Мелоди подошла Элеонор и дверь отворилась шире, через мгновение на пороге появился мужчина с брезгливым взглядом и приподнятым подбородком, который придирчиво оглядывал всё вокруг, то и дело делая пометки в блокноте.       — Какой кабинет, такой и хозяин, — достаточно громко пробормотал он, смотря на обстановку за моей спиной. — Мисс Миллс, почему я должен ждать Вас не пойми сколько? А потом искать не пойми где? Не слишком ли много чести, для такой как Вы?       — Ну-ну, — спокойно, почти лениво прозвучал за моей спиной голос Голда. Я обернулась, и он сделал шаг вперёд, ровно настолько, чтобы оказаться между мной и инспектором. — Вы так со всеми женщинами разговариваете, или только там, где считаете себя хозяином положения? Представьтесь. Имя, должность, ведомство.       — Джонатан Крейн, инспектор Департамента по надзору за пожарной безопасностью, — протараторил тот, рассматривая Голда в плохом освещении моего кабинета.       Голд слегка кивнул, словно фиксируя информацию.       — Сенатор Румпель Голд, — представился он спокойно, без малейшего повышения голоса. — Проверка окончена? Все необходимые материалы получены? Если да, то не смею задерживать, у Вас наверняка плотный график. Если нет… я с удовольствием останусь, чтобы проследить за соблюдением всех процедур. Лично.       — Но… — попытался возразить инспектор, но Голд не позволил ему этого сделать.       Румпель даже не дал ему договорить. Он сделал ещё один спокойный шаг вперёд, протянул руку и, не спрашивая разрешения, ловко вынул блокнот из пальцев Крейна, движение было таким быстрым и естественным, будто инспектор сам протягивал его для проверки.       — Благодарю, — произнёс Голд тем же ровным, почти дружелюбным тоном, но в глазах мелькнула холодная искра. Он бегло пролистал страницы, задержавшись на нескольких записях. — Интересно. Очень подробно. Я обязательно передам копии в комитет, нам как раз нужны примеры того, как проводятся подобные инспекции в нашем городе.       Он поднял взгляд на Крейна и слегка улыбнулся уголком губ.       — У Вас всё? Документы подписаны, замечания зафиксированы? Прекрасно. Тогда не смею больше задерживать. Дверь за Вами.       Инспектор простоял в ступоре около трёх секунд, а после с презрением посмотрев на меня, покинул мой кабинет. В коридоре послышался стук туфель, свидетельствующий о том, что Мелоди и Элеонор пошли за ним, дабы убедиться, что он уйдет.       Я с растерянностью посмотрела на Голда, все ещё стоящего с легкой загадочной улыбкой.       — Он и правда всё подробно расписал, — усмешкой сказал Голд, протягивая мне блокнот. — Как раз поможет Вам быстро исправить недочёты.       Не дожидаясь моего ответа, он достал телефон и отошёл к окну, отвернувшись к стеклу, будто хотел обеспечить себе хотя бы видимость приватности.       Минут через десять, которые я провела в негодовании, он вновь повернулся ко мне.       — С чего Вы мне помогаете? — негромко спросила я, встретившись с его глазами.       Он медленно подошёл ближе, остановившись в паре шагов от стола. Уголки губ дрогнули в знакомой ухмылке.       — Можете считать, что я один из тех клиентов, которые совсем не горят желанием видеть Ваш бордель закрытым, Жанна, — произнёс он тихо, с акцентом на моём имени, а ухмылка стала чуть шире.       — Я же говорила, что у нас не принято представляться своими настоящими именами, — вздохнула я, будто говорю самую очевидную вещь на свете. — Жанна — мой псевдоним для работы.       Голд на мгновение замер, потом прикрыл рот ладонью, явно пытаясь сдержать улыбку, но в итоге не выдержал и тихо рассмеялся.       — И из миллионов возможных имён Вы выбрали именно это? — спросил он, всё ещё посмеиваясь. — Жанна Миллс… Нет, Вам оно совершенно не идёт. Хотя, конечно, не мне судить.       — А какое имя мне идет по-Вашему? — с усмешкой спросила я, приподняв брови.       — У Вас и так прекрасное имя, Реджина, — тихо ответил он, и в голосе его прозвучала непривычная теплота. — Не стоит искать другие.       — Сколько я должна Вам за эту услугу? — произнесла я уже серьёзным тоном.       Голд на миг замер, потом слегка наклонил голову, явно не ожидая такого поворота.       — Сколько? — переспросил он. — Вы имеете в виду… в денежном эквиваленте? —Он коротко усмехнулся, качнув головой. — Я, кажется, ничего не говорил о плате, мисс Миллс. Не стоит пытаться возместить обычный добрый жест — это портит всё удовольствие.       — Вы же решили в тот раз оплатить вечер со мной, несмотря на то, что я настаивала на обратном, — поведя плечами парировала я.       — То есть Вы хотите сказать, что переспали со мной исключительно из доброты душевной? — тихо спросил он, приподнял одну бровь и слегка наклонил голову набок.       — Скорее из взаимного желания, — тем же легким тоном отозвалась я. — Заплатив, Вы превращаете это в проституцию.       Мужчина на мгновение замолчал. Усмешка исчезла с его лица, сменившись серьёзным, почти задумчивым выражением. Он слегка кивнул, словно принимая мои слова к сведению.       — Сказали бы мне об этом сразу, — ответил он, смотря в сторону окна. — Я не хотел Вас оскорбить. Просто, я всегда плачу за секс. С кем бы я ни спал.       — Жене тоже? — вскинув брови спросила я.       — Жене тоже, — на выдохе ответил он, и в комнате на мгновение повисла тишина.       — Интересные у Вас с ней взаимоотношения, — повела плечами я, и развернувшись, шагнула к своему столу. — Хотя учитывая, что Вы сейчас находитесь здесь, вопросы отпадают.       — Нет у нас ника… — начал он, но тут же замялся, словно передумав, и решил перевести разговор. — Элеонора Ваша помощница?       — Нет, — я качнула головой. — Просто давно работает здесь.       — Понятно, — протянул он, медленно шагая к столу.       — Какова цель сегодняшнего визита в наше скромное заведение, господин сенатор? — сказала я, повернувшись обратно к нему, и замерла, не ожидая увидеть его так близко.       Он наклонился, и я ощутила его дыхание, затем взял один из документов со стола и, не спеша, открыл его, садясь на край стола. — Зачем вам столько документов, если Вы не знаете, что в них содержится? — с лёгким интересом спросил он, скользя взглядом по моим бумагам.       — Не знаю, — пожала плечами я, смотря на то, как его пальцы бережно перебирают страницы. — Важное хранится у юриста, или в сейфе. Но из всего этого я лишь понимаю смысл в документе на право собственности и лицензии на алкоголь.       — Наймите человека, который будет разбирать Ваши документы, — парировал он, не отрывая взгляда от страниц. — Непрактично не знать, что у вас есть и когда, приходит такая ситуация, как сегодня, Вы будете разбрасывать их по кабинету. — Он задержал взгляд на одной из бумаг. — Это, например, разрешение на проведение частных мероприятий с участием клиентов, где требуется соблюдение правил безопасности и конфиденциальности. Очень специфичный документ, но без него заведение вроде вашего нельзя вести легально, и каждый инспектор будет цепляться к нему.       — Как скажите, — отозвалась я, бросив взгляд к окну.       Только после этого я заметила, что он уже взял следующий документ, а за ним ещё один. Голд аккуратно складывал бумаги в стопку, сортируя их по какому-то собственному, понятному только ему принципу: один документ поверх другого, третий — в сторону. Он машинально убрал ручки на край стола, выровнял их, словно они мешали общей картине, и лишь потом взял новый лист. Каждое его движение было плавным, размеренным, без спешки и лишней суеты.       — Что Вы делаете? — негромко спросила я, продолжая наблюдать со стороны.       — Убираю документы, — спокойно ответил он, не отрываясь. — Я не люблю беспорядок. На самом деле, терпеть его не могу.       — У нас убирают каждый день, в девять утра приезжает клининг, — я пожала плечами, сделав шаг к столу.       — И этот бардак будет здесь до утра? — усмехнулся он, оглядывая разбросанные бумаги. — Куда Вы обычно ставите документы?       — В ящики, — я кивнула сторону стола. — Или в шкафы, — я сделала несколько шагов вдоль настенных шкафов в потолок.       Он коротко кивнул и тут же взялся за дело. Документы и папки одна за другой раскладывались по местам. При этом он успевал отвечать на сообщения в телефоне, не сбиваясь с ритма, иногда даже позволяя себе едва заметную улыбку, которая тут же исчезала, стоило ему снова перевести взгляд на бумаги.       — На самом деле Вы можете не тратить время на это, — вздохнула я, минут двадцать спустя.       — Забавно, — хмыкнул он себе под нос, подняв один из документов и аккуратно возвращая его на место. — Вы не разбираетесь в документах, но тут… все они до единого в порядке. Все разрешения оформлены корректно, формулировки точные, подписи и даты на месте. Придраться не к чему. А то, к чему можно было бы придраться, здесь просто отсутствует. Либо вы очень грамотно всё изначально выстроили, либо кто-то отлично позаботился о том, чтобы лишние бумаги сюда не попали. — Может быть, — я наклонила голову в бок и с легкой усмешкой посмотрела на него.

──────⋅•⋅⊰∙∘☽༓☾∘∙⊱⋅•⋅──────