Когда море выбирает месть

      Сиракс довольно заурчала, приземлившись на прогретую солнцем землю Пентоса. Рейнира почувствовала радость своей драконицы, но эта радость не коснулась её сердца. Она спустилась с Сиракс и попыталась размять затекшие от долгого полета ноги. Почти сразу же появилась делегация из четырех рыцарей в золоченых доспехах и двоих слуг, одетых в белые льняные туники, расшитых по вороту и рукавам золотыми нитями. Судя по тому, как быстро её встретили, её ожидали. — Принцесса Рейнира, — склонив голову, обратится к ней на общем языке один из слуг. — Принц Реджио велел отвести вас к принцу Деймону и его семье.       Рейнира не стала спорить. Велев Сиракс хорошо себя вести и не пугать простой люд, она направилась к дворцу Реджио Харатиса. К её счастью слуги повели её не по главной улице, а через узкие крытые улочки и скрытых от толпы людей проходы. Рейнира ожидала увидеть громадный дворец, подобный если не Красному Замку, то хотя бы поместьям великих домов Вестероса. Обитель принца Пентоса была не единым зданием, а лабиринтом из высоких, изящных павильонов из белого мрамора, соединённых арочными галереями. Рейнира залюбовалась золотыми прожилками, украшавшими стены, проследила взглядом за цветными бликами, отражавшимися от окон, собранных их цветного мирийского стекла, с наслаждением втянула в себя теплый воздух, смешанный с водяным паром от фонтанов, журчание которых ласкало слух.       Пройдя в следующий павильон, Рейнира затаила дыхание. Он словно был светлым отражением залов замка Таргариенов на Драконьем Камне. На потолке и стенах были изображены драконы, а между их крыльями и переплетенными лапами Рейнира увидела валирийские руны благополучия и богатства, вырезанные прямо в камне.       «Чему ты удивляешься? Пентос раньше был валирийской колонией», — одернула себя Рейнира, убрав удивленное выражение с лица, дабы не прослыть необразованной дикаркой.       Наконец, слуги привели её к изящной беседке в центре небольшого тропического сада, разбитого во внутреннем дворе. До Рейниры донесся женский смех. Ему вторил звонкий детский голос. Рейнира замешкалась. Разве её не должны были проводить к Деймону?       Один из слуг отодвинул бархатную ширму, скрывавшую вход в беседку, и что-то сказал на пентошийском диалекте валирийского. Рейнира не была сильна в диалектах валирийского языка, но смогла различить слова «мой господин» и «принцесса». Кивнув кому-то внутри беседки, слуга вернулся и доложил: — Принц Деймон ожидает вас, принцесса Рейнира.       Рейнира затолкнула волнение и страх как можно глубже и вошла в беседку. Увиденная картина сбила её с толку. Первым делом ей бросилась в глаза незнакомая женщина. Она явно была валирийкой — длинные пышные волосы цвета белого золота и миндалевидные глаза цвета индиго свидетельствовали о наследии Старой Валирии. Она была облачена в легкое струящееся платье сливового цвета, подчеркивавшего молочную бледность её кожи. Глубокий вырез открывал взгляду верх полной груди, а из разреза на юбке выглядывала стройная длинная ножка. На толстом роскошном ковре подле ног женщины девочка лет семи-восьми играла с игрушечными деревянными драконами. Когда ребенок поднял на неё взгляд, Рейнира задохнулась от удивления. Лицо девочки было копией лица Деймона. То же узкое и длинное лицо с четкими скулами и светлыми, почти невидимыми бровями, тот же тонкий нос и губы, то же выражение лица, сочетавшее одновременно вселенскую скуку и огонек любопытства, сверкавший в глубине пурпурных глаз. — Добро пожаловать, племянница.       Рейнира вздрогнула, услышав знакомый низкий голос дяди. Она перевела взгляд на Деймона. Тот сидел, откинувшись на спинку роскошного кресла, вырезанного из красного дерева, и задумчиво крутил в руках золотой кубок с вином. Прошедшие годы наложили на него отпечаток. Морщины у глаз и уголков рта стали чуть глубже, брови словно еще сильнее нависли над глубоко посаженными глазами, а губы стали еще тоньше, превратившись в бледную нить на его лице. Время не смягчило черты его лица, как сделало с её отцом, а напротив — отточило. Его волосы отросли и теперь были заплетены в простую косу, украшенную заколкой в виде красного дракона с длинной шеей. Но несмотря на все изменения, взгляд Деймона остался тем же. В его пурпурной глубине полыхало то пламя, от которого когда-то загоралась сама Рейнира, стремясь к нему, как мотылек, летящий к огню. — Познакомишь меня со своей семьей? — Вместо ответа на приветствие спросила Рейнира.       Деймон усмехнулся. Искра одобрения сверкнула в его глазах. Он протянул руку к женщине и та, встав со своего места, подошла к нему и остановилась рядом с его креслом, переплетя с ним пальцы. Девочка же не стала дожидаться приглашения и, оставив свои игрушки, забралась на колени к отцу. — Знакомься, племянница. Это Илиора, моя жена. — Женщина кивнула Рейнире. — Она дочь магистра Бамбарро Базанне, но что еще важнее, она внучка тетушки Сейры. — Значит, твоя мечта об идеальной жене исполнилась в полной мере, дядя? — Ухмыльнулась Рейнира. — Не просто валирийка, но валирийка с драконьей кровью. — Я далека от идеала, принцесса, — мягко улыбнулась Илиора, но эта улыбка не коснулась её глаз. — Мне просто повезло стать избранницей принца Деймона, только и всего. — Не скромничайте, леди Илиора. Дядя всегда выбирал самое лучшее, и раз он выбрал вас, это многое значит.       Взгляд женщины потеплел. Она вновь кивнула ей и строго посмотрела на дочь, нетерпеливо ёрзавшую на коленях отца. Девочка мгновенно присмирела пол взглядом матери, вызвав у Рейниры улыбку. Денейра также успокаивалась от строгого взгляда Лейнора или принцессы Рейнис. — А это моя дочь Бейла. — Деймон подарил дочери теплую улыбку. — Поздоровайся со своей кузиной, мой дракончик.       Девочка соскочила с колен отца и присела в неуклюжем реверансе. — Здравствуй, принцесса Рейнира, — звонко отчеканила она на идеальном валирийском.       Рейнира присела на корточки, чтобы их лица оказались на одном уровне. Вновь поразившись сходству девочки с Деймоном, она протянула ей руку. — Здравствуй, леди Бейла, — Рейнира осторожно сжала ладошку девочки. — Я очень рада с тобой познакомиться. — А правда, что у тебя золотая драконица, Рейнира? — преодолев первоначальное смущение, девочка начала забрасывать её вопросами. — А она больше Караксеса? Она такая же быстрая, как дракон папы? А можно мне будет полетать на ней с тобой? — Бейла, принцесса Рейнира перелетела Узкое море. Она очень устала, невежливо забрасывать уставшего гостя вопросами, — одернула дочь Илиора. — Мы обязательно полетаем с тобой на Сиракс. — Ответила Рейнира девочке, уже успевшей расстроиться от слов матери. — Может, она не такая большая, как Караксес, но она точно быстрее и проворнее, чем вредный дракон твоего отца.       Взгляд Бейлы наполнился предвкушением, но осторожный кашель со стороны матери чуть приглушил огонек в её взгляде. Илиора подошла к дочери и взяла её за руку. — Было очень приятно познакомиться, принцесса Рейнира. — Уголки губ женщины поднялись в слабой улыбке. — Думаю, вы прибыли, чтобы поговорить с Деймоном. Мы оставим вас наедине.       Рейнира кивнула ей. Илиора бросила на мужа строгий, предупреждающий взгляд и вышла из беседки, уведя за собой Бейлу. — Неужели она приревновала тебя ко мне? — Спросила Рейнира, когда они остались одни. — Илиора — собственница, — пожал плечами Деймон. — Она как злобная драконица, охраняющая своё сокровище и готовая спалить любого, кто посягнет на то, что она считает своим.       Рейнира услышала в голосе дяди нежность, которую он старательно скрывал под напускной легкостью. Да и потеплевший от мыслей о жене взгляд свидетельствовал о том, что Деймон нашел счастье в своём браке. К своему удивлению Рейнира не ощутила ни сожаления, ни ревности. Чувства, которые она испытывала к Деймону, остались в прошлом. — Я рада, что у тебя все сложилось, дядя. — Рейнира была искренна. — У тебя замечательная семья.       «И я собираюсь разрушить мир и спокойствие твоей семьи ради того, чтобы спасти свою», — подумала она. — Ты ведь не ради знакомства с моей семьей прибыла, не так ли? — Деймон наклонил голову, изучая её. — Тебя привело сюда что-то важное. Неужто принесла весть о кончине моего братца? — Нет. — Покачала головой Рейнира. — Визерис жив. Хотя я думаю, что Неведомый совсем скоро заберет его в свои объятья. — Неведомый? — Нахмурился Деймон. — Ты окончательно сошла с ума и стала верующей, Рейнира? — Нет. Просто Визерис не заслуживает упокоения в царстве Балериона. Поэтому я желаю ему лишь гореть в семи адах преисподней       Деймон отставил кубок с вином и поднялся с кресла. Он встал и подошел к Рейнире, всматриваясь в её лицо. — Ты никогда не отзывалась так о нём, Рейнира. Ни когда он лишил тебя наследства, ни когда он устроил из твоей свадьбы с Лейнором фарс. Боги, ты даже проглотила то, что он выдал твою дочь замуж за хайтауэровское отродье, по ошибке носящее имя Таргариен! Что же теперь изменилось? — Помнишь то, что ты предложил мне тогда? В том самом борделе, в который ты затащил меня, когда ты прибыл на Дрифтмарк? — Я много чего тебе предлагал. Большая часть тех слов уже никогда не станет реальностью, ведь я уже женат. Или ты хочешь возродить традиции Старой Валирии и стать моей второй женой? Неужели Лейнор, наконец, наскучил тебе?       Рейнира позволила Деймону излить свою желчь, пускай ей и хотелось огрызнуться. Но ей нужна была его сила. Поэтому она терпеливо выслушала все его насмешки. — Нет, я говорила о той части, в которой ты предлагал мне избавиться от щенков-полукровок, рожденных Алисентой. Помнишь?       В глазах Деймона блеснул недобрый огонёк. Губы его растянулись в предвкушающей ухмылке. — Помню. А еще помню, как ты сбежала от меня после этих слов, что-то лепеча о морали и моей жестокости. Не думаешь, что ты опоздала с принятием моего предложения? Отродья Алисенты больше не беспомощные младенцы. Более того — твоя дочь теперь жена Эйгона. — Деймон поморщился, будто ему было больно от того, что сын Алисенты носил имя великого завоевателя. — Я слышал, она родила ему сына. Ты теперь бабушка будущего короля, пускай и испорченного кровью Хайтауэров. Что тебя не устраивает?       Рейнира огляделась. Она не хотела, чтобы кто-то посторонний узнал о секрете её дочери. Она подошла к Деймону совсем близко и тихо прошептала. — Сын Денейры не от Эйгона.       Тишина вокруг них сделалась густой и тяжелой, словно сами стены приготовились подслушать этот страшный секрет. — Повтори, — велел Деймон. — Денейна зачала Эйнара от Джейса, а не от Эйгона. Отец этого ребенка — мой сын, а мать — моя дочь. — Произнесла Рейнира страшные слова.       Несколько мгновений Деймон, не мигая, смотрел на неё. Затем он моргнул. А после из его горла вырвался странный звук. Не смех, а скорее хрип хищника, поймавшего свою добычу. Деймон откинул голову и расхохотался. В его смехе смешались одобрение и изумление, окрашенные каплей безумия. Деймон смеялся так долго, что ему пришлось сесть обратно в кресло, схватившись за живот. Отсмеявшись, Деймон поднял на неё взгляд, полный восхищения. — Боги Старой Валирии! — Выдохнул он. — Кто бы мог подумать, что твоя дочь, слухи о набожности и скромности которой достигли даже Пентоса, провернет такой трюк?! И я ведь уверен, что это была её идея, а твой сын не смог сопротивляться зову своей крови.       В голосе Деймона не было ни капли осуждения, лишь искренний восторг. — Надо признать, что твои дети большие драконы, чем мы с тобой, Рейнира. — Деймон покачал головой и устало улыбнулся. — Подумать только, твоя дочь подсунула бастарда от своего брата в качестве наследника для этого говнюка Отто, и никто даже не догадывается о том, что в этом ребенке нет ни капли крови Хайтауэров. Блестяще! Какая замечательная месть за то, как Визерис обошелся с собственной кровью. — Они не планировали это как месть, — возразила Рейнира. — Ты можешь в это верить, если это помогает тебе спать по ночам, — пожал плечами Деймон. — Признаюсь, я испытываю уважение к твоим детям. Они плюнули на мнение овец и поступили так, как хотели. Драконы не просят. Они берут то, что принадлежит им по праву. Я даже немного завидую им, Рейнира. Они смогли сделать то, чего в своё время не сделал я.       Деймон встал и отряхнулся, будто сбрасывая с себя плохие воспоминания. Восторг украсил его лицо, словно сделав его моложе на десяток лет. Рейнира знала, что эта новость принесет ему радость, но не могла и представить её масштабов. — И что теперь? — Спросил Деймон. — Твоя дочь продолжит играть свою роль, растя и защищая своего сына. А дальше? Что она будет делать, когда Визерис умрет, и на трон взойдет Эйгон? Что если ребенок будет похож на своего настоящего отца? Отто — редкостная тварь, но он не идиот. Он может что-то заподозрить. — Поэтому я пришла к тебе, дядя. — Рейнира сцепила руки в замок, борясь с их дрожью. — Мне нужна твоя помощь. Я хочу обеспечить своему внуку безопасное будущее. — А я тебе нужен, чтобы ты не запачкала руки, не так ли? — Нет. Ты нужен мне для того, чтобы сделать то, что мы должны были сделать еще двадцать лет назад. Мы должны оторвать головы змеям, собравшимся в клубок в самом сердце Красного Замка. — Зачем мне это? У меня есть семья и дом, почему я должен менять это на не свою войну? — Кого ты пытаешься обмануть?       Рейнира радовалась тому, что знала, на какие точки нужно надавить, чтобы заставить Деймона согласиться на её предложение. — Ты живешь тут на птичьих правах. С каждым днем, что ты проводишь в этом дворце, твой долг перед принцем Реджио возрастает. А ты ведь ненавидишь быть в долгу, дядя. — Рейнира встретилась с взглядом Деймона. В них плескались раздражение и разгорающийся от ее слов гнев. — Помоги мне защитить моих детей и внука, Деймон. И тогда ты получишь всё, в чём тебе отказывал Визерис. — И что же это? — С притворным безразличием спросил Деймон. — Сиракс недавно отложила новую кладку. А еще на Дрифтмарке есть два молодых дракона из её прошлых выводков. У обоих нет всадников. Если ты согласишься помочь мне, твоя дочь может попробовать связаться с одним из этих драконов. Если же у нее это не получится, я отдам ей яйцо. Ведь у дочери Порочного Принца обязательно должен быть дракон. — Рейнира едва сдержала улыбку, увидев предвкушение на лице дяди. — Когда мы избавимся от всех тех, кто стоит перед моим внуком в очереди на престол, ты получишь место при дворе короля Эйнара. Денейра, конечно же, станет регентом при сыне. Но королю нужен будет Десница. Десница, в чьей верности семье и крови она не будет сомневаться. Десница, чья репутация заставит любого врага дрожать от страха и ужаса. Твоя жена и дочь станут частью двора королевы-матери.       Рейнира уловила изменения в Деймоне мгновенно. Его поза расслабилась, напряженные плечи опустились, а на губах появилась едва заметная усмешка. Она поняла, что победила. Деймон заглотил наживку, которую она забросила. Желание быть принятым и нужным всегда было его слабым местом. И Рейнира этим воспользовалась. — А что твоя дочь? Готова ли она пролить столько крови ради того, чтобы посадить сына на трон? Твой сын? Лейнор?       Рейнира вспомнила свой разговор с Лейнором. Она не смогла держать в себе эту страшную тайну и со слезами на глазах выложила всю правду мужу. Рейнира была поражена тем, что Лейнор знал об этом. — Пускай я Веларион, но в моих жилах почти столько же драконьей крови, как и в твоих, Нира. — Ответил Лейнор, когда она призналась ему во всем. — Я догадывался об этом с тех пор, как наши дети перестали быть несмышлеными малышами. Их связь всегда была сильной, намного сильнее, чем обычная родственная связь. Вначале меня это напугало. Но потом я понял, что с этим невозможно бороться. Драконы всегда получают то, чего они хотят. И я смирился с этим. Теперь все наши усилия должны быть направлены на то, чтобы защитить наших детей и нашего внука. И мне плевать на то, какую цену придется заплатить за это. — Лейнор сам предложил мне отправиться к тебе. Он сказал, что нам понадобятся твой меч и твоя сила. Твоя решимость и ненависть к Хайтауэрам. Джейс же готов на что угодно, чтобы защитить Денейру и Эйнара. — Лейнор всегда был умным малым. — Деймон кивнул с одобрением. — А твой сын — истинный Таргариен, готовый защищать свою семью. А что насчет тебя, Рейнира? Ты ведь за все эти годы могла многое сделать для того, чтобы не допустить свадьбы Денейры и Эйгона. Почему ты позволила этому случиться? — Потому что была глупа! — Воскликнула Рейнира. — Я лелеяла свою обиду на отца и Алисенту, тонула в жалости к себе и сетовала на несправедливость богов вместо того, чтобы спасти свою дочь от участи, которую для нее выбрал Визерис. Я знаю, что ошибалась. И я готова заплатить любую цену за эту ошибку.       Деймон подошел к столу и налил вино в золотую чашу на высокой ножке. Он протянул его Рейнире и поднял руку со своим кубком. — За твоих детей, Рейнира. За истинных драконов. За конец Хайтауэров. За чистую кровь на Железном Троне. За короля Эйнара.       Рейнира прикоснулась краем своего кубка к кубку Деймона. Они встретились взглядами. Воодушевление в глазах Деймона придало сил и ей. — За наше будущее, — ответила Рейнира.