Сигналы

— Рассказывай, почему «Руно» в твоей крови так сходит с ума рядом со мной. Так сильно хочешь меня? Вопрос звучит оглушительно в ночной тишине, и Райна реагирует на удивление спокойно. Ей кажется, что она подсознательно ждала этого весь день, что ему недостаточно ее уклончивых ответов. Райна бросает взгляд на Ксандра, все еще стоящего у двери, и медленно уходит вглубь комнаты, осматривая ее внимательнее. Стул, стоящий у окна, вызывает яркие вспышки воспоминаний с прошлой ночи. Она проходит к кровати, медленно опускаясь на нее лицом к Ксандру.  Он буравит ее взглядом, не двигаясь ни на миллиметр, и Райна тоже смотрит на него не отрываясь. Она медленно откидывается назад на кровати, опираясь на локти — его кровать такая мягкая, и запах этой комнаты такой неуловимо его, что это немного кружит голову. Райна чувствует, что бретелька ее топа снова съехала с плеча, но она не поправляет ее. По направлению взгляда Ксандра она понимает, что и он обращает на это внимание. Впрочем, его внимание сейчас настолько сконцентрировано на ней, что от этой интенсивности ей становится жарко.  — Ты и сам знаешь ответ.  — Я бы тогда не спрашивал.  — Почему ты там стоишь? Боишься приближаться ко мне? Раньше тебя ничто не останавливало, — в ее голосе сквозят нотки раздражения. Она не помнит, чтобы видела его настолько неподвижным так долго. А сейчас он пугающе сосредоточен — на ней. Это… слегка дурманит и так затуманенные его присутствием мысли.  Он усмехается, не переставая сверлить ее этим жадным взглядом. И все еще не двигается с места. Райна внезапно вспоминает, что весь сегодняшний день он удивительно не тактилен — для такого человека, как Ксандр, который не умеет держать руки при себе, когда она рядом, это совсем не свойственно.  — Я хочу ответов на свои вопросы. Райна нетерпеливо закатывает глаза.  — Так подойди и получи их.  Ксандр стоит неподвижно еще какое-то время. В ночной тишине комнаты слышно только мерное гудение системы вентиляции и сердцебиение Райны, которое танцует свой странный танец, как и всегда рядом с ним. Наконец он отталкивается от двери и неторопливо, словно выверяя каждый свой шаг, подходит к кровати, все еще не отрывая взгляда от Райны. Его глаза почти черные в тусклом свете комнаты. Теперь он смотрит на нее снизу вверх — словно препарирует взглядом, мучительно медленно скользя по каждой линии ее тела и по рассыпанному по плечам водопаду волос, задерживаясь на съехавшей бретельке чуть дольше.  Райна чувствует себя почти обнаженной под его настолько голодным взглядом — она в хлопковом топе и легких шортах, в которых обычно спит. Кажется, что все оголенные участки кожи горят, пока его поблескивающие черным карие глаза скользят по ним.  Он садится на кровать, лицом к ней, но сохраняя дистанцию. Садится ровно и выглядит уже чуть более расслабленно, чем несколько минут назад, но все равно он все еще напряжен — это резко контрастирует с ее позой полулежа.  Его запах снова накрывает ее с головой, а сердцебиение звучит громче, чем ее собственное.  — Что ты сказала Марии? Сразу к делу, значит. Райна слегка наклоняет голову, глядя на него. Места для маневров больше не остается, но почему-то это пугает не так сильно, как она ожидает.  — Она срочно вызвала меня к себе, как только я вышла из тренировочного зала. Так беспокоилась… — Райна замолкает, не отрывая от него взгляда. Немного нервно облизывает сухие губы — глаза Ксандра сразу же опускаются на них. — Сказала, что мои показатели взлетели так, как будто я дралась с Колоссом голыми руками.  Это вызывает у Ксандра самодовольную усмешку. Райна закатывает глаза, но продолжает. Слова даются тяжелее, чем обычно — наверное, потому что такой честности в их общении с ее стороны еще не было. Такой же запредельной, как и все ее чувства под «Руном» прямо сейчас.   — Я сказала, что Карвер отчитал меня перед занятием, и я разозлилась. И пыталась выместить агрессию в кромсание мишеней ножами.  — И она поверила?  Райна ведет плечом. Смотрит на Ксандра, чуть прищурившись. Эта дуэль взглядов не прекращается ни на секунду — карие глаза напротив все еще смотрят так, словно видят ее насквозь. — Думаю, я была убедительной. Ну или она сделала вид, что поверила.  — А вчера ночью?  — Я не была под инъекцией, — голос Райны звучит ровно, и после этих слов она чувствует себя даже более обнаженной перед ним, чем была до этого. Замирает, следя за его реакцией. Ее собственное сердцебиение ускоряется, пускаясь в безумный пляс.  Его взгляд тяжелеет, и Ксандр двигается к ней ближе — немного, но его присутствие рядом начинает фонить еще сильнее.  — А если бы была? Не пришла бы?  — Мне нужно было п–... — Райна осекается и думает, что ему не нужно этого знать. Она поднимается из своей позиции полулежа на кровати и садится. Скрещивает руки на груди. — Хватит дурацких вопросов.  После этого Ксандр бросает на нее еще один взгляд и поднимается с кровати, подходя к Райне и глядя на нее сверху вниз. — Ты забываешь, что я твой командир.  — А ты сам помнишь об этом? — Райна злобно сверкает глазами, глядя на него и начиная закипать. — Или вспоминаешь, только когда это для тебя удобно?  — Помню, — его взгляд становится серьезнее, а голос звучит ниже и резче. — Если бы ты пришла ко мне под «Руном». Мария снова допрашивала бы тебя?  Она поднимается с кровати резким движением, теперь стоя рядом с ним почти на равных с учетом их разницы в росте. Взгляд Ксандра снова скользит к ее предплечью и чертовой сползшей с плеча бретельке топа. Райна растягивает губы в ухмылке. — А ты спрашиваешь как командир? Ксандр протягивает руку и возвращает бретельку на место — уже второй раз за эту ночь. Райну пробирает дрожью от этого прикосновения. Он убирает руку слишком быстро, но место контакта сохраняет его тепло.  — Спрашиваю как человек, который сейчас стоит тебе пары лишних десятков ударов пульса в минуту, — он говорит это медленно, явно наслаждаясь собой. Снова привычная территория — его переливающееся через край самодовольство.  Он делает шаг к Райне. Кажется, что все тело еще больше наливается жаром его присутствия, а тонкая ткань одежды совсем не спасает.  — Я могу это контролировать, — злобно бросает Райна, скрещивая руки на груди и случайно касаясь локтем его руки. Это прикосновение обжигает, что сейчас злит особенно сильно.  — М-м-м… поэтому ты промахнулась мимо мишени, когда я стоял рядом? Райна резко отворачивается и отходит к стоящему у окна столу, потому что не может больше видеть это нестерпимо самодовольное выражение на его лице.  — Кто сказал, что это из-за тебя? — Сложил два плюс два. — Некоторое время он молчит, а потом снова приближается к Райне: она слышит звук его медленных шагов и шуршащей одежды за своей спиной. — Или сегодня в лаборатории тоже не из-за меня?  — Зачем тогда спрашиваешь, если так уверен? — голос Райны все еще звучит раздраженно. Неужели датчиков было недостаточно? Еще и вербального подтверждения он не получит. Она все еще злится, когда Ксандр, подойдя максимально близко, резко разворачивает ее к себе за локоть.  — Почему у тебя такая сильная реакция?  — Потому что я их самый ценный… образец, — она особенно выделяет последнее слово. — И у меня самый высокий отклик на «Руно». Доволен?  — Почему не держишься от меня подальше? Райна закатывает глаза, больше злясь не на сам факт вопроса, а на то, что именно этого она сделать не может. Да и не хочет, если быть честной с самой собой.  — Я учусь это контролировать. И у меня получается.   — Но ты не можешь быть уверена, что Мария не заподозрит что-то снова.  — Если она и заподозрит, ты узнаешь об этом первым… капитан.  — Уверена, рядовая? Ксандр подходит еще ближе, заставляя ее отступить назад и упереться в стол. Если она чуть поднимется, то может сесть на его прохладную поверхность. После этого Ксандр убирает с ее лица белоснежную прядь волос и опирается на стол, кладя ладони по обе стороны от Райны и заключая ее в ловушку из своих рук. Кажется, что ее кожа искрится от того, что он так близко.  — Хочешь проверить? — Райна выдыхает это в губы Ксандру и чувствует, как ее тело наполняется предвкушением. Она думает, что уже целые сутки не целовала его. Он наклоняется к ней еще больше, заставляя прогнуться в спине над столом. Кажется, что их тела касаются друг друга везде, где это физически возможно. Кожа ее ног чувствует каждую ворсинку жесткой ткани его брюк, а топ — слишком тонкая преграда, и она чувствует, как ее соски твердеют от наполняющего ее возбуждения.   — Датчики не закричат в этот раз? — его голос отдается пульсацией внутри, и Райна снова начинает терять связь с реальностью от его близости. Она смотрит в его глаза и видит в них тот же голод, который, она уверена, плещется и в ее. Старается сконцентрироваться на них, представляя ровную, но высокую красную линию на графике монитора.  — Закричать могу я, — полушепот прямо ему в губы. Эта игра в «кто первый сорвется» начинает пьянить разум хлеще абсента в барах Ковчега. Райне хочется, чтобы это был он. — Если хорошо постараешься.  Ксандр тихо усмехается и принимает вызов. Он начинает медленно целовать кожу вокруг ее губ, потом переходит на щеки и нос — все лицо нестерпимо горит от его прикосновений. Он намеренно не касается ее губ, хотя Райна уже едва сдерживается, чтобы не притянуть его к себе самой, запустив руку во взлохмаченные волосы. Он вжимает ее в стол и заставляет выгнуться еще сильнее. Оба их сердцебиения заходятся в сумасшедшей симфонии звуков, громко стучащей в висках.  Когда его губы в очередной раз мажут по ее щеке мимо губ, Райна наклоняется ближе и, опираясь руками на стол, садится на его прохладную поверхность, которая контрастирует с ее разгоряченной кожей. Она немного отклоняется назад, но не отстраняется слишком сильно. Кладет ладони на стол по бокам от себя для опоры и обхватывает ногами спину Ксандра, притягивая его ближе.  В ответ Ксандр издает звук, которому Райна не может подобрать названия у себя в голове, прямо ей на ухо, и от этой низкой вибрации у нее внутри все пульсирует с такой силой, что она готова взорваться. Он отнимает руки от стола, наконец перемещая их на Райну — обхватывает ее лицо обеими руками. Она победно ухмыляется и даже хочет сказать что-то едкое, но все мысли об этом испаряются из ее головы, когда он наконец сминает ее губы даже не в поцелуе, а в полномасштабной атаке. Его руки одновременно везде на ее теле — он касается ее так, словно пытается разом присвоить себе каждый дюйм ее кожи, и эта грубая уверенность его ладоней помогает ей не потеряться в этом водовороте сбивающих с ног ощущений.  Райна с готовностью отвечает на поцелуй, подаваясь вперед и вжимаясь в него еще сильнее, скрещивая ноги за его спиной. Она отнимает руки от стола, чтобы тоже коснуться Ксандра — вцепиться в его непослушные волосы, чтобы взлохматить их еще больше.  Одновременно с этим она чувствует, как он запускает руку в ее волосы, наматывая длинные пряди на пальцы и заставляя ее откинуть голову назад. Грубое натяжение волос отзывается снопом искр внизу живота, и Ксандр отстраняется от ее губ, чтобы вдохнуть аромат ее волос так жадно, словно это единственный кислород, которым он готов дышать. У Райны больше нет опоры в виде собственных ладоней на столе, поэтому она почти лежит на его поверхности, охлаждающей ее распаленную кожу.  Губы Ксандра переходят в атаку ее шеи, и Райна продолжает плавиться в его руках, вдыхая его запах и концентрируясь на всех точках касания их тел, которые горят на ее коже и взрываются фейерверками в голове. Она цепляется за его плечо, сжимая его так, словно от этого зависит ее жизнь, а вторая рука все еще зарыта в его волосы — Райна прижимает его к себе так близко, как только может.  Ксандр прикусывает кожу на ее шее и внезапно отстраняется. Уменьшение контакта с его телом чувствуется как медленная пытка, и Райна распахивает глаза, издавая протестующий полустон. Она видит, как он смотрит на ее кожу еще несколько секунд и после этого снова припадает к ней губами, прикусывая ее уже ниже — нежно, но в то же время ощутимо. Затем отстраняется быстрее и снова смотрит на результат своего творения. Взгляд Райны все еще расфокусирован от дурманящего разум поцелуя, и она старается сконцентрироваться на родинке под губой Ксандра. Нестерпимо хочется ее поцеловать.  — Они так быстро затягиваются, — вдруг говорит Ксандр, и в его голосе сквозит разочарование. Райне требуется еще несколько секунд, чтобы понять, о чем он, потому что она слишком сконцентрирована на его присутствии, поцелуях, укусах, широких ладонях на ее коже. Она следит за направлением его взгляда и понимает, что он про свои укусы.  — Так и работает инъекция, если ты забыл, — Райна даже находит в себе силы саркастично выгнуть бровь, пока все, что она хочет, — это чтобы он снова вернулся к покрытию ее тела нетерпеливыми поцелуями.  — Надо было использовать свой шанс вчера, — он говорит это непривычно низким, с легкой хрипотцой, голосом прямо ей в губы, и Райна почти уверена, что он делает это специально. Надо признать, что это работает. — Надо было, — выдыхает Райна, сжимая его плечо еще сильнее. — Вдруг еще одного шанса не будет.  В ответ на это Ксандр смеется, и звук его смеха так близко к ней, почти на ухо, делает что-то непередаваемое с внутренностями Райны, потому что они совершают немыслимые кульбиты под саундтрек его частого сердцебиения, которое начинает звучать все громче в ее ушах.  — Неубедительно врешь, родная, — он сжимает ее талию, сильнее прижимая к себе, а второй рукой касается ее подбородка, приподнимая его и заставляя ее смотреть ему в глаза.  Райна улыбается и ничего не отвечает словами, но вместо этого скрещивает ноги за его спиной еще сильнее. Она медленно ведет языком по нижней губе, смакуя свое бесконечное наслаждение от его настолько пристального внимания. Он так сосредоточен на ней и каждом ее движении — это делает дурман в ее мыслях еще более густым. Она повинуется какому-то неистовому внутреннему импульсу и, упиваясь тем, что она центр его вселенной сейчас, ведет пальцами по своей руке к плечу и спуская с него бретельку топа. Жадный взгляд Ксандра, следящего за каждым ее движением, подстегивает и заставляет гореть внутри с еще большей силой. То же самое она проделывает и со второй бретелькой.  На мгновение время будто замирает — Ксандр задерживает дыхание, скользя взглядом по ее лицу, плечам, ключицам: по всему, до чего может дотянуться глазами, которые выглядят почти черными в этом свете. В них горит какой-то дикий огонь. Словно голод хищника, который разрешает себе наконец не сдерживаться.  Райна медленно, все еще не сводя с него внимательного взгляда, отклоняется назад, опираясь на ладони, которые вновь нащупывают поверхность стола. Она чувствует себя как-то по-новому, смакуя свою власть над Ксандром. И то, что она точно знает, что сейчас ему стоит невероятных усилий не наброситься на нее. Она не понимает, почему он сдерживается, и ей ужасно хочется ускорить этот процесс.  — Датчики уже кричали бы, — импульсивно выпаливает Райна, и это чувствуется, как финальный выстрел, потому что Ксандр сжимает ее талию почти до боли — это настолько желанная победа, что Райне хочется рассмеяться.  — Самое время начать кричать и тебе, детка, — резко бросает Ксандр и внезапно подхватывает ее под бедра, направляясь в сторону кровати.  Это движение такое неожиданное и грубое, что Райна сильнее цепляется пальцами за его плечи как за единственную опору. У нее вырывается удивленный вскрик прямо ему в ухо, и, кажется, от этого он звереет еще сильнее, потому что его пальцы грубее впиваются в ее бедра.  Комната вокруг слегка плывет в ее глазах от переизбытка сенсорных сигналов, и она вслушивается в его сердцебиение, пытаясь подстроить свое дыхание под его ритм. Ровная красная линия все еще стоит перед глазами, и необходимость поддерживать ее — тоже.  Через секунду она оказывается вжатой в его мягкую кровать и пытается приподняться на локтях, но почти сразу же Ксандр накрывает ее своим телом — Райна чувствует, как сильно он возбужден, и это заставляет все внутренности плавиться в безумном адском огне. Ксандр целует ее грубо и жадно, Райна кусает его в ответ, цепляясь пальцами за его мягкие, растрепанные волосы.  Он прижимает ее к постели всей своей тяжестью, не оставляя пространства для маневра. Райна с легкостью могла бы скинуть его, используя ту нечеловеческую силу, что искрится в ней, но прямо сейчас она упивается его близостью — его тяжесть сладко дурманит мозг, и она вжимается в него всем телом.  Ксандр резко разрывает поцелуй и отстраняется, чтобы посмотреть на нее. Картина перед ним, видимо, очень ему нравится, потому что что-то мелькает в его взгляде. Какой-то нестерпимый голод, который заставляет ее хотеть сделать что-то, только бы он не переставал смотреть так.  — Такая красивая подо мной.  У Райны не находится слов для возражения или саркастичного ответа. Но у нее находятся силы ухмыльнуться и потянуть за низ его футболки, начиная ее снимать. Ксандру приходится подняться, чтобы рывком избавиться от ненужной ткани, и он тут же возвращается обратно, нависая над Райной.  Его обнаженный торс касается оголенных участков ее кожи, и она выгибается под ним — настолько остро отзывается в ней этот контакт. Все внутри заходится от предвкушения того, что будет дальше: Райна чувствует такую невероятную легкость, какую не способно дать даже «Золотое руно».  С его шеи свисает армейский жетон, и Райна цепляет его пальцем, чтобы притянуть Ксандра к себе, как за поводок. Он покоряется, и их губы встречаются в поцелуе — таком невыносимо сладком и тягучем, в который они вкладывают все свое неутолимое желание, накопившееся к этому моменту.  Он отрывается от нее и медленно, до последнего не разрывая их зрительного контакта, начинает соскальзывать ниже, размещаясь между ее колен. Его ладони спускаются по ее бокам к талии, грубо сжимая ее, пока губы оставляют цепочку влажных следов от ключиц до груди. Тут он останавливается на преграде в виде ее топа.  Райна приподнимается на локтях, потому что не хочет пропустить ни секунды этого сладкого зрелища.  Ксандр поочередно обхватывает губами ее соски через ткань, оставляя на ней влажные следы, и Райна чувствует, как они твердеют под его губами. Жажда внутри становится настолько нестерпимой, что она подается бедрами вперед, издавая тихий полустон сквозь приоткрытые губы.  Это заставляет Ксандра поднять на нее взгляд, отрываясь от ее груди. Он медленно растягивает губы в ухмылке и возвращается к делу — спускается ниже, продолжая влажную дорожку на ткани. Его ладони опускаются от талии к бедрам. Райна нетерпеливо ерзает на кровати. В ответ на это Ксандр усмехается, но не изменяет мучительно медленного темпа, с которым он покрывает ее тело своими влажными метками.   Он спускается ниже и останавливается, когда доходит до ткани шорт. Поднимает жадный, слегка безумный взгляд на Райну, которая смотрит на него в ответ из-под полуопущенных век. Если он хочет найти еще одно «да» на ее лице, то, видимо, находит. Цепляет ткань пальцами, чтобы снять — Райна приподнимает бедра, чтобы помочь ему. Нежную кожу обдает прохладой, но она так горит от всех его прикосновений, что этого почти не чувствуется. Ксандр устраивается поудобнее между ее разведенных ног и касается губами колена, медленно прокладывая дорожку влажных поцелуев ниже, по внутренней стороне бедра. Каждое его касание отдается внутри пульсацией такой силы, что весь мир сужается только до этого момента, до каждого следующего поцелуя Ксандра на ее бедре.    Пружина внутри сжимается настолько сильно, не находя выхода скопившемуся возбуждению, что Райна снова нетерпеливо ерзает, подаваясь бедрами вперед.  — Твою мать, ван Хейс, не испытывай мое терпение, — ее голос звучит раздраженно, но в то же время почти как мольба. Она удивляется сама себе, что может выдать целую осмысленную фразу в момент, когда настолько растворяется в этих мокрых прикосновениях Ксандра к ее коже.  Он наконец отрывается от ее бедра и смотрит на нее снизу, наслаждаясь видом. Райна может представить, какая она сейчас раскрасневшаяся, растрепанная и невероятно возбужденная — судя по взгляду Ксандра, он чертовски доволен своим творением.  — Тише, сладкая, — мурлычет он, наконец спускаясь ниже и обжигая своим дыханием низ ее живота. Это заставляет Райну судорожно втянуть воздух и изо всех сил сжать покрывало. — Побереги голос для более приятных звуков.  Райна откидывает голову назад, прикрывая глаза. Интенсивность ощущений выжигает все внутри, не оставляя за собой ничего — полная капитуляция наполовину с долгожданным триумфом. Она снова начинает терять связь с реальностью в этом застывшем мгновении, когда чувствует его пальцы внутри — это заставляет ее изогнуться навстречу, открывая глаза. С ее губ слетает удивленно-томный стон. Ксандр, чувствуя на себе ее взгляд, нарочито медленно достает из нее пальцы с тонкими нитями смазки между ними и подносит к губам. Как в замедленной съемке, облизывает каждый из них, глядя на Райну.  — Вкусная. И так хочешь меня.  Райна хочет ответить что-то едкое и сказать ему, что пора бы наконец сделать что-то с этим, но Ксандр не дает ей времени на передышку. Его горячие ладони перемещаются на бедра, фиксируя их сильно и с легкой ноткой грубости, что удерживает Райну в осязаемой частоте ее сознания.  Он наклоняется еще ниже, и Райна наконец чувствует первое, мимолетное касание его шершавого языка к своему клитору — мир вокруг взрывается белым шумом с такой силой, что все прочие звуки тонут в этом влажном, горячем центре шторма, куда Ксандр затягивает ее без остатка. Окружающий мир сужается до одного только Ксандра — обездвиживающие ее руки, горячий язык внутри, его запах, которым Райна пропиталась уже целиком, жар его тела везде.  Райна уже настолько на пределе, что единственная мысль, которая формируется в ее голове целиком, пока она распадается на части в его руках, — то, что долго она явно не продержится.  Шершавые и горячие ладони Ксандра удерживают ее на месте, а язык находит идеальный сводящий ее с ума ритм — томительный, влажный и заставляющий ее выгибаться и извиваться на кровати, насколько это возможно в его цепком захвате. Каждое движение его языка и присоединяющихся к нему пальцев, когда он оказывается внутри, отдается яркими вспышками в голове и во всем теле.  Райна даже не замечает, как начинает стонать почти непрерывно, одной рукой цепляясь за покрывало и сжимая его со всей силой, а другой лихорадочно сжимая волосы Ксандра — она уверена, что почти до боли, потому что иногда и он издает такие рычащие звуки, вибрация от которых прошибает Райну насквозь.  Кажется, что с каждым ее стоном Ксандр двигается все хаотичнее, то ускоряя движения языка, то мучительно замедляя, словно он тоже теряется в этой бездне, как и она, и хочет продлить эту сладкую пытку для них обоих. Пружина внутри нее начинает сокращаться все чаще и быстрее, готовая лопнуть, выжигая все внутри, и с каждым новым сокращением стоны Райны становятся все громче и отрывистее.  К моменту, когда ее накрывает мощной волной оргазма, в ее голосе прорезается хрипотца, и ее стон на пике наслаждения звучит как что-то, что она сама никогда не ожидала услышать от самой себя. Что-то настолько неприкрыто развязное и открывающее новую ее грань, с которой ей только предстоит познакомиться. Эта вспышка удовольствия настолько яркая, что, кажется, она даже перестает видеть на несколько секунд — вокруг остается только ослепительный белый свет, который сопровождает бешеный стук ее сердца. Райне даже кажется, что она превращается в сгусток чистого наслаждения.  Выдержка под «Золотым руном» дает о себе знать почти сразу же — она чувствует еще больший тактильный голод, чем до этого. Словно эта первая волна оргазма небывалой силы всего лишь раззадоривает ее неутолимую жажду, и теперь она хочет Ксандра еще больше.  Он упирается в кровать по обе стороны от Райны и поднимается вверх по ее телу. Слишком медленно, на ее взгляд, поэтому она снова тянет его к себе за жетон на цепочке и удовлетворенно стонет прямо ему в ухо, когда он снова накрывает ее собой. — Наконец достойное применение твоему языку, — Райна ведет пальцем по его торсу, насколько этого позволяет их позиция и то, что они максимально прижаты друг к другу.  — Наконец я услышал, как сладко ты стонешь, — парирует Ксандр лениво и самодовольно, глядя на нее сверху вниз. Райне даже не хочется думать о том, что она дала ему еще один повод для этого самодовольства. — Приятно знать, что именно я этому причина.  Райна собирается посоветовать ему не надумывать себе многого, но Ксандр, словно чувствуя, что она хочет сдерзить в своем обычном стиле, прикладывает палец к ее губам. — Не стоит, детка.   Это вызывает сладкое, тягучее чувство внизу живота — как и каждый раз, когда он читает ее так легко, будто это для него естественнее, чем дышать.  Под взглядом Ксандра, искрящимся чистым вожделением, Райна поддается какому-то дикому внутреннему импульсу. Она медленно приоткрывает губы и ведет языком по его пальцу, прижатому к ее губам. Взгляд Ксандра моментально становится еще более голодным — Райне кажется, что в ее собственных глазах такой же голод.  Все еще не отрывая глаз от Ксандра, Райна вбирает его палец в рот и начинает его посасывать, после чего отрывается от него с громким влажным звуком. Его дыхание замирает на мгновение, после чего сердцебиение ускоряется, а зрачки становятся еще шире.  — Ненасытная, — хрипло произносит Ксандр, и его свободная рука до боли сжимает ее бедро, притягивая еще ближе. — Что, второй раунд? Его самодовольство даже не злит, как обычно, а скорее подстегивает ее азарт.  Райна поднимает руки, касаясь его спины и прочерчивая дорожку вниз с каждой стороны, пока наконец не доходит до плотной ткани брюк. Она цепляет их пальцами и приспускает вниз. — Это лишнее, капитан. Два раза ему повторять не нужно: одной рукой он упирается в кровать, другой срывает с себя остатки одежды и скидывает их на пол, возвращаясь в свою прежнюю позицию.  Теперь из преград между их телами только ее тонкий топ. Его ладони тут же ныряют под него, цепляя ткань и поднимая ее вверх. Райна помогает ему окончательно себя раздеть, и когда они избавляются от этой последней преграды между телами, Ксандр тянется к ее обнаженной груди, как магнитом. Припадает к каждому из сосков поочередно, посасывая — только теперь влажные следы от его губ остаются не на ткани, а на коже. Райна выгибается от этих прикосновений, чувствуя гул все больше нарастающего внутри возбуждения.  Думая, что у него еще будет время насладиться ее грудью, она притягивает его к себе обратно для поцелуя. Одной рукой она зарывается в его волосы, а другой, свободной, скользит по его торсу вниз, пока не доходит до возбужденного члена. Она обхватывает его своими пальцами, и неожиданный полурык-полустон, который Ксандр издает в поцелуй, заставляет все внутри закружиться в экстазе от того, как этот звук вибрацией отдается во всем ее теле.  Ее черед дразнить его мучительно медленными, тягучими движениями: она скользит пальцами по члену, и пульс Ксандра звучит в ее висках теперь уже с нереальной скоростью — ее собственный пульс в похожем состоянии, они будто соревнуются в том, какой будет безумнее и быстрее.  Когда она резко останавливает движение пальцев, Ксандр протестующе рычит в поцелуй, и Райна кусает его губу в ответ. Тогда он отстраняется, чтобы посмотреть на нее затуманенным, темным взглядом. Райна наслаждается этим видом, потому что ни разу до этого не видела своего капитана таким, и это возбуждает еще больше. — Приказа останавливаться не было, сладкая.  Райна улыбается в ответ на эту мольбу в его фирменном приказном стиле. Ее безумно заводит иметь такую власть над ним. То, что не только она сходит с ума от его присутствия, но и он тоже — пьянит похлеще любого алкоголя.  Физическая сила, данная Райне инъекцией, приходится очень кстати, когда она впервые использует ее с ним — переворачивая их на кровати так, чтобы он оказался под ней. Она торжествующе улыбается, глядя на него сверху вниз. Прикладывает палец к его губам.  — Приказываю лежать смирно, капитан.  Райна упирается руками ему в грудь и слегка склоняет голову набок, глядя на его самодовольную улыбку — он явно наслаждается происходящим так же сильно, как и Райна, если не больше. Она чувствует, как он сжимает ее бедра, и это в очередной раз ударяет в голову, как шампанское, искрясь шипящими пузырьками.  Такие прикосновения точно оставили бы синяки на ее белоснежной коже, но под «Руном» они, конечно, сразу исчезают. Райна думает, что была бы не против, если бы они остались, и она могла бы касаться их наедине с собой, вызывая легкую боль — и вспоминая его грубые касания.  Райна медленно выпрямляется, сидя на нем, ее волосы жидким белым шелком спадают на грудь. Не отрывает взгляда от Ксандра ни на мгновение — ловит каждую искру вожделения в его глазах. Что-то внутри нее хочет упиваться его реакциями на ее присутствие всегда, и это начинает походить на зависимость похлеще, чем от «Золотого руна».  Она приподнимается над ним, обхватывая пальцами его член и направляя в себя, но не спешит. Дыхание Ксандра становится прерывистым, пульс ускоряется еще больше, и Райна расплывается в издевательской ухмылке. Дразнит его, слегка мазнув головкой по влажному входу, и чувствует, как пальцы Ксандра впиваются в ее бедра еще жестче.  Его рваный выдох — лучшая награда, но теперь Райна дразнит не только его, но и себя. Желание наконец почувствовать его внутри сметает все остальное на своем пути, и наконец она медленно опускается на него — настолько неспешно, насколько может, миллиметр за миллиметром. Изо всех сил сдерживаясь от того, чтобы не насадиться на него рывком. Для того, чтобы эта медленная, сладкая пытка для них обоих продолжалась, заставляя весь окружающий мир затихнуть и поблекнуть.  Ощущение того, как он медленно заполняет ее, такое острое и тягучее, что Райна не понимает, как она вообще способна выдержать что-то подобное, не взорвавшись множеством искр. Она запрокидывает голову назад, прикрывая глаза.  Когда она наконец опускается на него полностью, с ее губ срывается нечто среднее между стоном и вскриком — еще один в коллекцию звуков, которые она не думала, что может издавать. Райна распахивает глаза и встречается взглядом с Ксандром — конечно, все его внимание сконцентрировано на ней. Она даже не знает, может ли подобрать слова, чтобы описать, что она видит в его глазах, но ей безумно нравится все, что она там находит.  Райне нравится видеть, как вся выдержка Ксандра сконцентрирована на том, чтобы дать ей и себе насладиться этим моментом — он напряжен, как натянутая струна, и предвкушение от того, что долго он не продержится, добавляет новых ноток в ее возбуждение.  Она начинает двигаться на нем, так же мучительно медленно, и Ксандр издает низкий хриплый стон, который подначивает ее еще больше. Не разрывая зрительного контакта, Райна ведет своими ладонями вниз по бокам и накрывает ими руки Ксандра, сжимающие ее талию. Она направляет его ладони вверх, пока их шершавая кожа не накрывает ее грудь. Прикосновения к сверхчувствительным соскам вызывают вспышки по всему телу — Райна снова стонет, запрокидывая голову так, чтобы все еще сохранять зрительный контакт с Ксандром. Ей кажется, что если она перестанет смотреть на него и чувствовать его горящий взгляд на себе, то утонет в этом шторме.   Его ладони властно сжимают ее грудь, и это окончательно сминает ее желание мучить себя и заодно его этими медленными, тягучими движениями. Она больше не может сдерживаться, каждая клеточка ее тела на ультразвуке кричит о том, что ей нужно больше. Ее движения становятся резче, яростнее, и она судорожно впивается пальцами в ладони Ксандра на своей груди в поисках хоть какой-то опоры.  Ксандр резко подается вперед, оказываясь на одном уровне с Райной. Угол проникновения меняется, и Райна вскрикивает от неожиданности, цепляясь за его плечи. Теперь площадь контакта кожи к коже еще больше, и каждое место касания оголенными проводами окручивает Райну, делая ее ничем иным, как концентратом чистого желания. Руки Ксандра снова перемещаются на ее бедра, а его ладони на груди заменяют губы, которыми он прикусывает ее белоснежную кожу и зализывает следы укусов. Зная, что это бесполезно, но наслаждаясь процессом оставления своих меток, даже если они затянутся уже через несколько секунд.  Райна держится за его плечи, как за спасательный круг, и насаживается на его член все резче и быстрее. Каждый толчок внутри сопровождается стоном, слетающим с ее губ — она не в силах это контролировать, да и не хочет, даже зная, что это подпитывает эго Ксандра как ничто другое. Он же, чувствуя, что она уже на пределе, начинает вбиваться в нее рваными, резкими движениями. Их порывы агрессивной страсти встречаются в безумном круговороте ее стонов, влажных шлепков кожа о кожу и его рваных горячих выдохов прямо ей в шею.  Внутри все натягивается до предела, когда очередной резкий толчок Ксандра выбивает из Райны остатки воздуха настолько, что она впивается пальцами в его плечи до побелевших костяшек, захлебываясь собственным стоном — громким, надрывным, переходящим в хриплый полувскрик. Последние барьеры рушатся, смывая остатки контроля и оставляя на поверхности только голую, первобытную нужду.  Этот звук действует на Ксандра, как детонатор, и с низким животным рыком он опрокидывает Райну на кровать, не выходя из нее. Теперь он снова нависает над ней, тяжело дыша. Замирает на мгновение, наслаждаясь видом, и медленно прижимает ее запястья к кровати ладонями вверх.  Райна прикрывает глаза — безнадежная попытка собрать себя воедино, когда внутри не остается ничего, кроме короткого замыкания от каждого прикосновения, каждого контакта их тел. Ее голос срывается на хрип — стоны становятся рваными, и эта потеря контроля пьянит ее так же сильно, как и сама близость к Ксандру.  — Смотри на меня.  Это заставляет ее открыть глаза, и мир сужается до карих глаз, все еще смотрящих на нее с этой неутолимой жаждой, до его тяжелого, горячего тела, которое вжимает ее в кровать, до его пальцев, сжимающих ее в цепком захвате. Райна скрещивает ноги за его спиной, притягивая ближе, и тянется к его губам.  — Приказа останавливаться не было, капитан, — хрипло произносит Райна и в конце срывается на стон, потому что в это же время он наконец начинает двигаться снова.  Райна выгибается ему навстречу, чувствуя, как сейчас взорвется от запредельного, граничащего с безумием удовольствия. Сидя на нем верхом, она сама задавала глубину проникновения, но сейчас Ксандр вбивается в нее всем своим весом, и каждый толчок внутри поджигает такие нервные окончания, о существовании которых в своем теле она даже не догадывалась.  Чувствуя, что она на пределе, как и он сам, Ксандр отпускает одну ее руку и накрывает своими пальцами ее клитор, доводя ее до пика. Райна тянется к его шее, хватаясь за нее освободившейся рукой, и начинает покрывать ее укусами. То, что не только он оставляет на ней свои метки, но и она тоже, делает с ней что-то странное. Новая волна оргазма накрывает быстрее, чем в прошлый раз, и более сокрушительно, выжигая все нервные окончания. Райна обмякает в его руках, и Ксандр, чувствуя это, останавливается, но она протестующе мычит прямо ему в шею и притягивает его еще ближе, скрещивая ноги за его спиной.  Ксандр понимает этот приказ без слов и делает еще несколько яростных толчков, после чего выходит из нее и изливается на живот. Горячие капли на коже, кажется, только больше распаляют ее. Ксандр отстраняется, выпутываясь из объятий ее ног, после чего раздается шуршание где-то около кровати, и он снова между разведенных ног Райны, с несколькими салфетками в руках. Она приподнимается на локтях и смотрит на Ксандра, ведя пальцами по животу и размазывая по нему вязкие белесые капли. Не разрывая зрительного контакта, подносит пальцы к губам. Облизывает их так медленно, все до последней капли, словно это самый изысканный деликатес в ее жизни. Ксандр замирает, не в силах отвести взгляд от того, как она пробует его на вкус. — Какое возбуждающее зрелище, детка — хрипло произносит Ксандр, и его голос настолько сочится самодовольством, что Райне хочется тут же закатить глаза. — Тебе идет. Он начинает вытирать ее живот салфетками. Медленно, касаясь ее кожи пальцами чаще, чем этого требует процесс. Это настолько интимный жест, что внутри Райны что-то заходится странным восторгом — она чувствует, как его касания снова разжигают ее тактильный голод.  Когда он заканчивает, Райна внезапно вспоминает их ночной разговор несколько дней назад. В моих снах ты намного ласковее, чем в жизни. — Такая же ласковая, как в твоих снах?  Она смотрит на него, закусив губу, и слегка разводит ноги еще шире. Он шумно втягивает воздух сквозь зубы, и его пальцы непроизвольно сжимаются на ее бедре, оставляя на нем красные пятна. — Бешеная. Куда лучше моих снов, — вкрадчиво отвечает он и, отбрасывая салфетки куда-то в сторону, притягивает Райну к себе за талию. Он наматывает прядь ее волос на палец, заставляя запрокинуть голову, и накрывает ее губы своими. Этот поцелуй выходит влажным и медленным — они целуются с полуоткрытыми ртами, не разрывая контакта ни на секунду, пробуя друг друга на вкус так жадно, словно им все еще мало. Не остается места для вопросов, только для этого бесконечного, обжигающего «здесь и сейчас». Райна первой отстраняется от него, с трудом подавляя стон разочарования, который так и рвется наружу. Ксандр тяжело дышит ей в губы, не сводя с нее жадного взгляда. Она проводит по его нижней губе кончиками пальцев, словно ставя невидимую точку в этой сцене, пока еще может заставить себя уйти. — Мне пора, — она старается, чтобы ее голос звучал ровно, когда поднимается с кровати. Не смотрит на него, пока собирает свои вещи, разбросанные по полу и по кровати, потому что боится поддаться соблазну и остаться. Это никак не входит в ее планы.  Когда она поворачивается к нему и начинает одеваться, он лежит на кровати все еще голый, с одной рукой под головой, и не двигается, жадно наблюдая за каждым ее движением.  — А если Мария снова тебя вызовет?  Вопрос возвращает Райну из мира, где нет ничего, кроме бесконечного упоения близостью, в реальность.  — Как я и сказала, — Райна натягивает топ, глядя на него в ответ, — если вызовет, ты узнаешь об этом.  — Райна, — его голос снова непривычно серьезный, в нем сквозит предупреждение и даже... беспокойство.  — Если что — скажу, что мне снился эротический сон, и я проснулась вся мокрая, — Райна дразняще ухмыляется, медленно подходя к Ксандру на кровати. Она пытается звучать убедительно и верить своим же словам. Он ловит ее за руку и встает, притягивая к себе за талию.  — Я знаю, что ты и сейчас снова мокрая. Райна закатывает глаза и тянется к его губам, словно собираясь поцеловать, но только дразнит, выдыхая преступно близко от его губ: — Кто знает. Проверишь в следующий раз, — и разворачивается, чтобы наконец уйти, несмотря на то, как ей хочется остаться на еще один раунд. Или несколько.  Она слышит, как он спрашивает:  — Уверена, что дотерпишь до следующего раза?  Но не оборачивается и ничего не отвечает, пряча самодовольную ухмылку в темной прохладе коридора.  Даже не сомневайся. Я с тобой еще не закончила.