Сигналы

Дорога до кабинета полковника Карвера кажется Райне бесконечно долгой, словно путь на эшафот. Она проходит мимо остальных курсантов, собирающихся на утреннее построение, и думает, что с радостью присоединилась бы к ним.  Она невольно отмечает, что никаких признаков Ксандра в казарме нет — ни его запаха, который она обычно улавливает сразу, когда он близко, ни его тяжелых шагов, которые она тоже почему-то безошибочно определяет. Странно, потому что обычно в это время он уже здесь.  В последний раз, когда Карвер вызвал ее к себе, она получила выговор за тех курсантов. Одно только воспоминание об этом вновь обжигает раздражением, и Райна сжимает руки в кулаки, впиваясь в ладони ногтями. Все равно никаких следов не останется, а кратковременные вспышки боли помогают отвлечься от нарастающей внутри тревоги.  Не в ее пользу играет и то, что этим утром она все еще в состоянии легкой эйфории с прошлой ночи — нивелировать это, в отличие от недосыпа и многих других состояний, «Золотое руно» никак не может. Райна думает, что это к лучшему. Хотя бы это останется только ее.  Райна поправляет воротник формы, невольно задерживая пальцы на оголенном участке кожи и пространно ведя ими вниз, по ткани. Утром она провела слишком много времени, рассматривая свою белоснежную кожу в душевой. Словно не верила, что никакие метки Ксандра на ней не сохранились, хотя Райна их чувствовала и даже могла визуализировать. Но кожа остается нетронутой. Идеальной. Когда ее пальцы доходят до живота, Райна резко думает, что, наверное, это выглядит странно со стороны, и убирает руку с ткани, словно обжегшись. Она не знает, куда деть руки, которые снова хотят продолжить поиск этих невидимых меток и снова их не найти.  Вместо этого Райна перемещает фокус внимания на волосы и начинает пропускать их сквозь пальцы. Свою ошибку она осознает почти сразу же, когда вспоминает, как Ксандр касался их при любом удобном случае вчера. Это настолько не помогает сосредоточиться перед визитом к полковнику, что Райна просто яростно затягивает хвост потуже, поправляя все выбившиеся пряди.  Она заходит в нужный коридор, и заветная дверь черного цвета заметно отрезвляет. Оказаться здесь после ночи, проведенной в объятиях Ксандра? Определенно не лучшее начало дня. Может, Мария заподозрила что-то и все рассказала Карверу. Может, они уже поняли, что она никудышный реципиент несмотря на такой высокий отклик, и никакой заместительной казнью не отделается. Может, может, может.  Ворох этих мыслей вызывает сильную дрожь внутри, и на несколько секунд Райна закрывает глаза, обнимая себя руками, чтобы почувствовать хоть какую-то опору в мире, который продолжает размываться под ее ногами.  Когда Райна распахивает дверь кабинета, ее встречает резкий запах озона и металла. Обычный букет ароматов для тренировочной базы, но здесь они почему-то особенно сильны.  Тревога продолжает царапать внутренности в ожидании новой угрозы, и при взгляде на Зейна эта тревога будто замирает во времени, пока он не озвучит причину ее вызова.  Взгляд Зейна холодный и препарирующий, как и всегда, и у Райны в голове всплывает вчерашний разговор с Ксандром про Марию. Райне кажется, что в этом кабинете все ее эмоции как под микроскопом, словно она лежит на хирургическом столе под ярким светом. Жар приливает к ее щекам, и Райна пытается незаметно впиться ногтями в ладони как можно больнее, чтобы переключить внимание и снова не окунаться в воспоминания о вчерашней ночи сейчас, когда это может сыграть против нее особенно сильно.  Райна вскидывает голову после секундной заминки и рапортует о своем прибытии полковнику.  — Присаживайтесь, рядовая.  Голос Зейна лишен каких-либо оттенков чувств и словно исходит от робота, автоматически выдающего нужные команды. Райна присаживается напротив него. Легенда Ковчега, которую знают скорее как символ, чем как человека, и лучший реципиент в программе «Золотое руно», на которого возлагают слишком большие надежды.  Несколько секунд проходят в неловком молчании. Его сопровождает приближающийся звук шагов в коридоре. Райна замирает. Зейн собирается что-то сказать, когда дверь резко распахивается, и в голову ударяет тот самый дурманящий запах, которого ей и недоставало в казарме. Ей даже не нужно оборачиваться, чтобы знать, кто это. За считанные секунды Райна успевает испытать все возможные эмоции от его появления: радость, смущение, страх, злость, тревогу — и не успевает остановиться на какой-то одной, когда она чувствует движение сзади и его приближение со спины.  Ксандр подходит слишком близко. Не касается Райны, но шлейф его присутствия, как обычно, накрывает с головой. Райна упорно смотрит в одну точку на деревянном столе, не поднимая взгляда, но чувствует взгляд Ксандра на себе. Соблазн встретиться с ним глазами слишком велик, но это самое неподходящее время и место.  — Полковник, — лениво докладывает о своем прибытии Ксандр, не утруждаясь доложить по полной форме. Райна слышит по голосу, что он ухмыляется. После чего оборачивается к ней. — Мисс Рейн.  Райне не хочется додумывать, но на мгновение ей кажется, что в голосе Ксандра при обращении к ней прорезаются какие-то новые нотки. Наверное, это волнение вперемешку с тревогой, которые прямо сейчас оплетают все внутренности.  Боковым зрением она видит, как Зейн предлагает присесть и Ксандру, кивая на второй стул в кабинете, но он остается стоять, отойдя к противоположной стене. Райна скидывает с себя наваждение от неожиданного появления Ксандра, поднимая глаза и стараясь выглядеть как можно более невозмутимо.  Все это время она чувствует взгляд Ксандра на себе, и когда поднимает на него глаза, то, конечно, встречается с его взглядом. Он стоит, засунув руки в карманы и небрежно опирается на стену у окна со скучающим видом. Смотрит на нее, словно изучает. Райна думает, что он стоит слишком далеко. А Ксандр, будто чувствуя направление ее мыслей, приподнимает уголок губ, и Райна теряется в этом ощущении, почти делая то же самое. Их безмолвную дуэль взглядов прерывает Зейн.  — Все в сборе, — сухо говорит полковник, сцепляя руки на столе. Звук его безэмоционального голоса действует на Райну отрезвляюще, и она поворачивается к нему, отрываясь от Ксандра. Совсем не время и не место, соберись, Рейн. — Как вы знаете, через три дня мы выдвигаемся в полевой лагерь, где отряд «Арго» пройдет завершающий этап подготовки и приступит к выполнению боевых задач. Здесь только вы, Райна, потому что, как вы, возможно, уже знаете, капитан, у рядовой Рейн самый высокий уровень отклика на «Золотое руно».  — Разумеется, — тут же отвечает Ксандр. Ты узнал это только вчера от меня.  Зейн никак не реагирует на него, глядя только на Райну.  — Доктор Шу сказала, что в целом все в порядке, но ваша адаптация к улучшенной форме инъекции нестабильна. Что можете сказать об этом? Как вы себя чувствуете? Повторюсь, это критически важно, когда мы переходим на более серьезный этап вашей подготовки.  Райна ерзает на стуле, чтобы сесть поудобнее. Форма внезапно ощущается тяжелее и теснее — хочется снять ее, чтобы вздохнуть свободнее. Взгляд Ксандра, который она чувствует всем телом, тоже не помогает. Мог бы найти себе и другой объект для фокуса, а не пялиться на нее не переставая.  — Адаптация нестабильна, но Мария уверила меня, что это нормально на начальных этапах, — говорит Райна, и, к ее облегчению, ее голос звучит ровно, не выдавая миллиона ее тревог в этот момент. — Откаты проходят плавнее, так что здесь тоже не о чем волноваться.  — Хорошо, — задумчиво протягивает Зейн. — Что насчет членов вашего отряда? Больше никаких неприятных стычек?  Вопрос отсылает к прошлому вызову на ковер в этот же кабинет, и Райна снова начинает злиться.  — У меня и до этого не было неприятных стычек с членами моего отряда, полковник, — Райна смотрит на Зейна и старается выглядеть максимально невозмутимо, натянув на лицо легкую улыбку. Она сидит ровно и старается казаться намного более расслабленной, чем есть на самом деле. Ей нужно выдержать этот удар и никак не дрогнуть. Никакой ее вины в том, что какие-то отбросы вздумали поставить ее на место и облажались с этим, загремев в медкорпус. У него не получилось вызвать у нее чувство вины тогда, не получится и сейчас.  Райна смотрит на Зейна в упор, и он даже хочет что-то сказать в ответ, но, видимо, передумывает, и вместо этого обращает внимание на Ксандра, которого он до этого игнорировал.  — Что скажете по поводу готовности рядовой Рейн вы, капитан?  Это заставляет Райну напрячься еще больше. Мало того, что нужно держать лицо перед Зейном, так еще и от непредсказуемости того, что может выкинуть Ксандр, тревога скручивается внутри все сильнее. От него в достаточной степени зависит ее дальнейшая судьба, и ничто не помешает ему этим воспользоваться.  Ксандр не спешит с ответом. Медленно отходит от стены, руки все еще в карманах, и сам его вид такой лениво-расслабленный, словно не его сюда вызвали, а он сам заглянул.  Райна переводит взгляд на него и старается успокоиться — ему нет никакой выгоды сдавать ее. Ведь правда? Миллион возможных сценариев успевает пронестись в голове, а Ксандр, словно намеренно желая помучить ее подольше, оттягивает момент. Райна фокусируется на его слегка растрепанных волосах и замирает. Блики пробивающегося сквозь окно солнца красиво ложатся на темные пряди. Ксандр подходит ближе к столу, и теперь он возвышается над ними обоими — Райной и Зейном. Он становится чуть поодаль ее стула, за ее спиной.  — Вам не о чем беспокоиться, полковник, — наконец подает голос Ксандр, и Райне кажется, что с вопроса от Зейна прошла уже целая вечность, и в своей голове она уже прожила каждый вариант развития событий. Его голос довольный и спокойный, какой-то лениво-дразнящий, словно ничто сейчас не может вывести его из себя. Райна уверена, что Зейна это бесит. — Мисс Рейн очень радует меня своими результатами.  Легкий смешок Ксандра за ее спиной заставляет Райну похолодеть. Она внезапно вспоминает разговор с Ксандром о том, что Зейн все знает. Что конкретно входит в это «все», она не уточнила, потому что была слегка занята другим.  Зейн выглядит, как обычно, безэмоциональным, но теперь еще и задумчивым. Он смотрит на Ксандра за спиной Райны, и она чувствует себя между двух огней. Непредсказуемость Ксандра напрягает, но в то же время ей было бы спокойнее, если бы она могла наблюдать за его реакцией в этот момент. — Не сомневаюсь, — сухо выдает Зейн, и Райне не очень нравится его тон. Что, если… — Перейдем к самому важному вопросу. Вы считаете, что рядовая готова к выполнению боевых задач, и готовы нести за нее ответственность?  — Да, — моментально отвечает Ксандр, даже, кажется, не думая над ответом. Райну прошибает волной жара, и все варианты развития событий, все еще крутившиеся у нее в голове, медленно растворяются в новых появляющихся вопросах. Неужели его рыцарство продолжается? Наверняка это вообще не связано с ней, просто их личные разборки. — Не стоит сомневаться в моих командирских качествах, полковник.  — Я сомневаюсь в вашей… — Зейн замолкает на пару секунд, сверля Ксандра взглядом. — Объективности.  В ответ на это Ксандр смеется. Райне нравится этот звук. Зейн же, напротив, раздраженно вздыхает — нечастое явление для такой ледяной глыбы, как он.  — Ничем не могу в этом помочь, — издевательски протягивает Ксандр, подходя ближе к столу и останавливаясь вровень с Райной.  Зейн, кажется, борется с тем, чтобы не ответить ему что-то еще. Он натягивает свое дежурное выражение лица и холодно процеживает: — Тогда я вас больше не задерживаю, капитан. А мисс Рейн нужна мне еще на пару минут.  Он так выделяет обращение к ней, намеренно игнорируя звание, прямо как Ксандр, что Райну это слегка напрягает.  — Не задерживайтесь, мисс Рейн, — вкрадчиво говорит Ксандр, слегка наклоняясь к ней и игнорируя Зейна. — У вас напряженный график сегодня.  На этом он разворачивается и уходит, а в Райне борется раздражение от того, что весь этот спектакль лишь для того, чтобы позлить Зейна, и странное удовольствие от того, как нагло он ее выделяет. Последнему она старается не поддаваться.  После ухода Ксандра атмосфера в кабинете неуловимо меняется, и она снова наедине с этой ледяной стеной.  — Что-то еще, товарищ полковник?  — По поводу капитана ван Хейса… — задумчиво начинает Зейн и впервые за все время разговора встает из-за стола, отходя к окну. — Как вам служится под его началом? Учитывая ваше долгое время знакомства. — Когда Райна отвечает не сразу, он добавляет: — Его здесь нет, так что можете не выбирать выражения, Райна.  Райна едва сдерживается, чтобы не закатить глаза. Возможно, он правда думает, что в отсутствии ван Хейса она сразу же начнет на него жаловаться.  — Служится? Так же, как и всем остальным. Наше знакомство никак не влияет на мою службу. Мы с вами оба знаем, зачем я здесь, — Райна смотрит на него, окончательно сбрасывая с себя эффект присутствия Ксандра. Я не дам тебе того, что ты хочешь.  — Безусловно, — отвечает Зейн, и его губы трогает легкая улыбка. Раздражение опять окатывает неприятной волной. Если это метод доверительного разговора для вытягивания из нее информации, то он не работает. — Просто хотел удостовериться, что все в порядке, у вас лично.  У Райны появляется ощущение, что Зейн ищет лишние поводы свести старые счеты с Ксандром, иначе зачем тогда весь этот фарс? Она сдерживает неизвестно откуда появившийся порыв как-то защитить Ксандра, но тут же злится на себя за это. Сам может за себя постоять, не маленький. Да и выглядеть это будет подозрительно.  — Я могу идти?  В голосе Райны сквозит нетерпение и желание скорее убраться отсюда, и она надеется, что это так же очевидно и для Зейна.  — Конечно, — великодушно отвечает Зейн, и Райна снова напрягается. Неужели на этом конец допроса?  Райна встает и направляется к двери, когда вот оно. Голос Зейна снова ее останавливает, словно он забыл сказать это сразу. Она застывает на пути к двери и поворачивается к Зейну у окна.  — И еще, мисс Рейн… Если у вас будут какие-либо нарекания по поводу поведения капитана ван Хейса, докладывайте их лично мне. Любое… недопустимое поведение. Я могу на вас рассчитывать?  — Разумеется, — почти незамедлительно выпаливает Райна максимально спокойно и разворачивается, не дожидаясь ответной реакции Зейна.   Когда она наконец захлопывает чертову дверь в его кабинет, дает себе немного времени на передышку и прислоняется к холодному металлу. Ничто так не отрезвляет, как командир, который хочет использовать тебя против другого твоего командира. Райна раздраженно выдыхает и направляется в казарму, накручивая прядь волос на палец в успокаивающем жесте. Пусть разбираются со своими старыми обидами сами.  Слишком знакомый и уже такой родной запах внезапно окружает ее, когда Райна подходит к коридору, ведущему в технический блок, и в следующую секунду она оказывается притянута за руку прямо к груди Ксандра. Который довольно улыбается, как кот, в лапы которому попало самое вкусное лакомство в его жизни.  Райна позволяет себе насладиться моментом и остаться в таком положении еще совсем немного, прежде чем отстраниться. Любые тактильные взаимодействия с Ксандром становятся слишком приятными и ударяют в голову похлеще инъекций. Соберись, Рейн.  — Соскучилась по мне? Ксандр расслабленно прислоняется к стене и смотрит на нее с каким-то странным выражением лица. Райна теперь стоит чуть дальше, уже не прижимаясь к нему, но он все еще не отпускает ее руку. По какой-то причине она тоже этого не делает.  — Всю ночь не спала, думала о тебе, — Райна закатывает глаза, но это чувство возвращения на привычную территорию их перепалок разливается теплом в груди.  — М-м-м… — Ксандр медленно касается ее волос и начинает накручивать прядь на палец. — О да, лично наблюдал этот завораживающий процесс. Хотелось бы повторить.  Очередная ответная колкость застывает на губах, потому что сбоку резко раздается стук двери — они синхронно поворачиваются в ту сторону, откуда оба и пришли.  Из кабинета Зейна только один путь до следующего блока, и ему придется пройти мимо них. Ксандр реагирует быстрее: он хватает Райну за талию и подталкивает ее в сторону бокового тупикового коридора. В его тусклом свете Райна успевает заметить много шкафов и другой массивной мебели, которой заставлен этот коридор, прежде чем Ксандр втискивает ее между чем-то похожим на шкафы, закрывая ее собой.  Райна прислоняется к прохладной стене, причудливый коктейль из запаха Ксандра, чистящих средств и металла окружает ее невидимым плотным облаком. Ее сердцебиение звучит слишко оглушительно в этом тесном пространстве. Если они будут стоять тихо, то Зейн даже не заподозрит, что они все еще здесь. Теоретически.  Райна стоит у стены между шкафами, Ксандр — напротив нее, и вся эта ситуация вызывает у нее странный восторг. От Зейна она еще не пряталась, тем более с Ксандром. Это вкупе с близостью Ксандра к ней после все еще не выветрившейся из нее эйфории от прошлой ночи действует на Райну слегка дурманяще. Тяжелые шаги Зейна приближаются, и Райна, видя, что Ксандр стоит слишком далеко от нее, рывком притягивает его к себе за ремень. Он упирается руками в стену по обе стороны от головы Райны, и она видит, что он улыбается. Видимо, так же наслаждается этим неожиданным адреналиновым всплеском рядом с ней.   Неожиданно спокойный, Ксандр невозмутимо возвращается к тому, на чем его прервали: отнимает одну руку от стены и продолжает накручивать прядь волос Райны на палец. Это действует успокаивающе и на нее. Эта хрупкая, невесомая идиллия прерывается в момент, когда Райна возвращается в реальность, слыша шаги уже слишком близко к ним. Ускоряющееся сердцебиение Ксандра совсем не помогает, хотя и слегка удивляет — ему-то чего бояться.  Райна прикрывает глаза, как всегда делает, пытаясь немного прийти в себя, и чувствует, как вторая рука Ксандра отрывается от стены и обхватывает ее за талию, притягивая к себе. Она даже благодарна за этот жест, который почти кажется поддерживающим. Кладет обе ладони ему на грудь, сдерживаясь от того, чтобы обвить ими его шею — плотная ткань формы под пальцами напоминает о прошлой ночи и о том, как они скользили по обнаженной коже. То ощущение, конечно, намного приятнее этого. Как и обстоятельства.  Пик напряжения проходит, когда гулкий звук шагов наконец-то удаляется от них в другую сторону, но никто из них не делает ничего, чтобы отстраниться друг от друга. Ксандр все еще прижимает ее к себе за талию, а она держит ладони на его груди, максимально близко.  — Он ушел, — говорит Райна, даже не зная, зачем, когда это и так очевидно. Возможно, чтобы разрушить это застывшее во времени безмолвное мгновение.  — Я слышу, — Ксандр наклоняется ближе и сжимает ладонь на ее талии. — Он просил сдать меня ему?  — Да.  Нет смысла увиливать или скрывать, когда он и сам догадался. Прежняя стратегия уже не работает: удивительным образом Ксандр остается единственным человеком, перед которым Райне не нужно фильтровать себя. Со всеми без исключения окружающими ее здесь людьми это нужно делать по разным причинам. Но не с Ксандром — они видели друг друга в худших состояниях, и сейчас это даже играет на руку.  Райна смотрит ему в глаза, ожидая вопроса, но вопрос не поступает. Она ухмыляется.  — Почему не спрашиваешь, сдала ли я тебя?  В ответ на это Ксандр наклоняется прямо к ее уху, его голос низкий и более тихий: — Я знаю, что ты не сдала меня, детка.  Райну бесит даже не то, что он по сути прав, а то, что он так в этом уверен и наслаждается своей правотой, как и всегда. Но отрицать очевидное глупо, а стратегия отрицания стремительно изживает себя в их общении.  Не дожидаясь ее ответа, Ксандр продолжает, опаляя Райну жаром своего дыхания:  — Как и тогда Третьему отделу, — после этого он слегка отстраняется, чтобы иметь возможность посмотреть ей в глаза. — Переживаешь за мою судьбу?  — Тебе бы тоже стоило попробовать. Напомнить про пистолет, которым меня чуть не убили?  Все невысказанное ему по этому поводу резко возвращается, повисая в воздухе между ними, и Райна отталкивает его от себя, скрещивая руки на груди. Ксандр не сопротивляется, делая шаг назад и поднимая руки в сдающемся жесте.  — Я помню. Ты же знаешь, что этого не случилось бы, если бы я знал, что тебя попытаются им убить.  — Охотно верю, — Райна хмурится и порывается уйти из этого тесного пространства, в котором становится тесно от присутствия Ксандра и всех его попыток сделать ее жизнь сложнее, которые все еще стоят между ними.  Ксандр не двигается с места и не выпускает ее, вместо этого снова глядя на нее своим нечитаемым взглядом.  — Райна. Его голос звучит тише. Райне не хочется смотреть на него, пока внутри нее бурлит этот бешеный коктейль из противоречащих друг другу чувств: напоминания, что его стараниями она могла быть уже мертва, желания больше никогда с ним не разговаривать и порывом наброситься на него прямо сейчас и ни о чем не думать. Она не знает, как примирить все эти части между собой, особенно когда само присутствие Ксандра так путает и без того запутанные мысли. Его серьезный голос возвращает ее из пучины этих противоречий в реальность: — Зачем ты меня защищаешь?  С губ Райны слетает смешок. Они что, серьезно об этом разговаривают?  — И что же ты хочешь услышать?  — Желательно правду.  — Не доставлю тебе такого удовольствия, — раздраженно цедит Райна, обдумывая свои следующие слова. — А вот я хочу услышать от тебя правду. К чему все это рыцарство? Искупаешь вину?  — Получается? — незамедлительно выпаливает Ксандр в ответ, и это застает Райну врасплох.   — Возможно. Райна решает ответить честностью на честность, и это удивляет даже ее саму. Когда речь заходит о Ксандре, ее незамедлительные реакции часто опережают осознание того, что к ним приводит. Она смотрит на Ксандра, не отводя взгляд. Наклоняет голову вбок, наблюдая за его реакцией.  — М-м-м… буду стараться лучше, детка.  Райна поджимает губы и рывком притягивает его к себе, схватив за ткань формы. Смотрит на него снизу вверх:  — Я серьезно, ван Хейс. Еще одна такая выходка — и я лично скормлю тебя Горгонам. И в этот раз спасать тебя будет некому.  Ксандр растягивает губы в довольной ухмылке, накрывая ладони Райны своими.  — Такая грозная, когда злишься. Я уже возбудился.  Райна раздраженно закатывает глаза и хочет вырвать руки из захвата Ксандра, но он удерживает их — не грубо, но все еще крепко. К раздражению добавляется странное чувство удовольствия от того, как он хочет удержать ее рядом. Она не успевает развернуть эту мысль у себя в голове, когда Ксандр продолжает:  — Я серьезно, Рейн. Пистолет был ошибкой, — его голос звучит так, будто это последнее, что он хотел бы сейчас говорить, и Райне все еще непривычно слышать его таким, без его обычных издевательских интонаций. Он чуть сильнее сжимает ее пальцы в своих, прежде чем продолжить.  — К тому же я бы очень расстроился, если бы этот припадочный тебя убил.  — Долго мы еще будем тут стоять? — Райна пытается не думать о том, что подобное хотелось услышать от него уже давно, но в то же время слышать это странно и сюрреалистично. Как будто она хотела этого, но не ожидала этого от него всерьез.  Ксандр делает несколько шагов назад, все еще не отпуская ее руки из своих.  — Хочешь, чтобы я тебя проводил до… куда там тебе нужно? — его слишком довольная ухмылка при взгляде на нее возвращается, и она почти уже не бесит Райну. Почти. — Или хочешь задержаться и показать мне, как сильно ты скучала?  — Я начинаю скучать по времени, когда твой язык был занят чем-то более полезным и приятным, чем эта пустая болтовня. Ксандр хищно улыбается в ответ на это и подается ближе к ней, его губы почти касаются ее: — Что, прямо здесь? С этими словами он начинает медленно опускаться на колени перед ней, наслаждаясь ее реакцией. Когда он наконец оказывается на коленях на полу — смотрит на нее снизу вверх, его ухмылка еще наглее.  Райна не знает, какая гамма эмоций отражается у нее на лице, но, судя по реакции Ксандра, именно на это он и рассчитывал. Он довольно смеется, когда через несколько секунд она все еще продолжает молча на него смотреть.  — Не волнуйся, мы найдем более приятное место, чтобы испортить твою репутацию, — произнося это, он медленно встает. Вид Ксандра на коленях перед ней — возможно, лучший за сегодня.  — Ты специально нарываешься?  — А ты специально все еще не можешь оторваться от меня, когда у тебя уже идет занятие?  На этом Райна спохватывается, и ей кажется, что она розовеет до кончиков ушей. Но быстро берет себя в руки:  — Скажу, что полковник Карвер никак не мог меня отпустить, — теперь черед Райны ухмыляться. Она медленно отходит от Ксандра, высвобождаясь из зоны максимальной к нему близости.  Она почти ожидает, что он снова словит ее за руку и вернет в свои объятия — и он это делает сразу же, как только эта мысль зажигается в ее голове. Это дает новую волну эйфории, прокатывающейся дрожью по всему телу.  — Как будто ты бы смогла выдержать его прекрасное общество так долго, — говорит Ксандр и сжимает ладони на ее талии.  Райна успевает подумать, что если ее отношение к Зейну так очевидно написано у нее на лице, то она надеется, что и Зейну оно так же очевидно. Хотя, возможно, Ксандр просто слишком хорошо ее знает и читает, как открытую книгу, нравится ей это или нет. Но в последнее время ей это больше нравится, чем нет. Даже слишком.  Ксандр прерывает поток ее мыслей, наклоняясь и слегка прикусывая ее нижнюю губу.  — Заставить твое сердечко биться так быстро, как сейчас, он бы точно не смог, — его голос слишком самодовольный, как и всегда, но отрицать это было бы глупо.  Райна резко притягивает его к себе еще ближе, не думая о том, что они вообще-то в коридоре, открытом для всех, при свете дня. Она не оставляет места для прелюдии, сразу атакуя его губы и сталкиваясь своим языком с его в каком-то бешеном, жадном ритме. У нее нет этих пары минут, и ее самой здесь уже давно не должно быть, но она выжимает из них все, что ей нужно. Этот поцелуй чувствуется как чистая, концентрированная жажда.  Ксандр не теряет ни секунды, отвечая так же яростно и жадно. Глухо рычит ей в губы, впивается ладонями в талию Райны до боли. Влажные звуки этого яростного сплетения их языков кажутся Райне громче ее сердцебиения, которое застревает где-то в горле и отдается пульсацией во всем теле.  Райна дает себе время насладиться этим выражением своей нужды в нем и так же резко отрывается от Ксандра, чувствуя дикую эйфорию от того, что он рефлекторно тянется за ее губами, и почти поддается соблазну остаться еще ненамного.  Еще несколько секунд они просто смотрят друг на друга — Ксандр напротив нее растрепанный и с расширенными от возбуждения зрачками. Райна уверена, что и сама выглядит так же, если не хуже. Она не хочет отпускать этот момент и кивает на коридор к выходу в остальные блоки базы. Медленно разворачивается и направляется в ту сторону, ожидая услышать шаги Ксандра за спиной, и слышит их уже через несколько все еще бешеных ударов сердца.  Она ускоряет шаг и слышит, что Ксандр следует ее примеру. Куда нужно ему, она понятия не имеет, но сомневается, что сейчас у него по распорядку свободное время.  Ксандр нагоняет ее, и теперь они идут вровень — недостаточно близко для того, чтобы это выглядело как-то подозрительно, но достаточно для того, чтобы Райна чувствовала исходящее от него тепло слишком интенсивно. Боковым зрением она видит, что он на ходу приглаживает волосы и поправляет форму: осознание того, что это ее усилиями внешний вид капитана подпорчен, зажигается приятным удовлетворением внутри. Сама же она только поправляет волосы, затягивая хвост чуть туже. Он резко останавливается на одной из коридорных развилок спустя пару минут. Райна слегка замедляет шаг и бросает ему за спину, почти не оборачиваясь:  — До встречи на спарринге, где я наконец-то надеру тебе задницу, — и машет рукой на прощание, ухмыляясь.  — Даже не надейся на легкую победу, детка, — парирует Ксандр из-за спины, и в его голосе слышится довольная усмешка. 

***

Голоса сослуживцев создают вокруг приятный фон, в котором Райне нравится раствориться вечером, перед самым отбоем. Когда в казарме более шумно, чем обычно, и можно отдохнуть от служебных ролей, бесконечных приказов и ходьбы по струнке перед командирами. Выдохнуть и побыть наедине с собой в этой толпе.  Райна задумчиво расчесывает все еще слегка влажные после душа волосы, сидя на своей кровати, когда на нее опускается Макс — как всегда сияющий лучезарной улыбкой.  — Пойдешь с нами? — он кивает куда-то в сторону, где вокруг стола начинают собираться люди. Снова эта карточная игра, в которую сама Райна тоже играла со всеми, когда была в настроении, но не запомнила название.  Райна задумчиво щурится, глядя на сборище курсантов неподалеку и думает, что Ксандра стало так много в ее голове и жизни, что в последнее время она обращает меньше внимания на все остальное вокруг нее. А значит, ей определенно нужно отвлечься. — Сейчас подойду, — она улыбается, глядя на Макса. Его присутствие рядом настолько спокойное и не фонящее, что это кажется даже странным. — Снова планируешь выиграть семь раз подряд, как в прошлый раз?  — Рассчитываю побить этот рекорд, — он заговорщицки подмигивает и окидывает Райну внимательным взглядом. — Снова планируешь сбежать куда-то ночью?  Райна растерянно замирает с расческой в волосах. Тревога и страх снова медленно поднимаются внутри. Что он знает? Он что-то знает? Кровать Макса не так далеко от нее, не мог же он… или мог?  — Сбежать? — глухо повторяет она, не зная, какую стратегию лучше выбрать — аккуратно узнать, что он видел, или сделать вид, что ничего такого не было. Райна задумывается, усиливает ли «Золотое руно» еще и ее паранойю, вдобавок ко всему остальному. — Да-да, у меня иногда бывает бессонница, так вот… в последнее время активность в районе твоей кровати после отбоя прямо зашкаливает. А вчера… — Макс замолкает, загадочно улыбаясь, и Райна холодеет внутри, хотя она даже не знает, чего конкретно боится. Вряд ли Макс будет стучать на нее. Она напрягается и вопросительно смотрит на него в ожидании продолжения. — Да расслабься, ты чего такая напряженная? Вчера мне показалось, что я видел кого-то в нашей казарме, не в курсантской одежде. Подумал, может к тебе гости? Раз ты все равно часто ускользаешь. Райна с облегчением закатывает глаза, ухмыляясь в ответ: — Кто может ходить ко мне в гости по ночам? Завязывал бы ты с этим пойлом, которое вы все таскаете в расположение, а то оно явно вызывает у тебя галлюцинации, — она откладывает расческу в сторону и хлопает его по плечу.  — Если ты нашла себе кого-то из технического или офицерского блока, так и скажи, только порадуюсь.  Это заставляет ее рассмеяться от того, как на самом деле он близок к правде — и чем только думал Ксандр, когда приперся в их расположение, где все могли его видеть?  — Куда уж мне, — с притворной грустью вздыхает Райна. — Да и заводить романы на службе так себе идея.  — Не попробуешь — не узнаешь, — тон Макса такой загадочный, что на долю секунды Райне кажется, что он что-то недоговаривает. Или это все-таки просто ее паранойя. — Я не буду осуждать, если что.  Райна подозрительно щурится. — На что ты намекаешь, Максимиллиан Керроу?  — Да так… Кто-то же должен думать головой в нашем прекрасном тандеме.  — Нет уж, Максимиллиан, хватит этих загадок, говори прямо или я сейчас тебя побью, — Райна шутливо накидывается на него с кулаками, а он жалостливо ахает от ее ударов. Это продолжается еще около минуты, и они оба начинают смеяться. — Все-все, идем, мне еще свой рекорд обновлять. Чем раньше закончим, тем лучше выспимся. А то капитан будет недоволен, если мы придем к нему как сонные мухи.  Макс подмигивает и тянет Райну за руку к столу.