Три оттенка одного притяжения

Когда поезд свистнул в последний раз и медленно притормозил у станции Хогсмид, вечернее небо уже окрасилось густым синим. Сквозь открытые двери повалил тёплый пар — и сотни голосов наполнили платформу. Ёнми ступила наружу одной из первых. Под ногами слегка скользили круглые камни, на коже чувствовалась знакомая шотландская сырость. Воздух пах хвойным лесом, мокрыми листьями и свободой. — Ну вот мы и дома, — тихо сказала она, не удержав улыбку. Сынмин встал рядом, сумка висела на плече, руки — в карманах. — Да. Наконец-то. Джисон выбежал после них: — Я всё-таки уверен, что нас ждал грандиозный приём! — Он сделал широкий жест, будто приветствуя толпу фанатов. — Но все почему-то делают вид, что им не повезло нас увидеть. Ёнми усмехнулась. Сынмин только глаза закатил. Джисок спрыгнул с подножки, обернулся на шумную станцию и чуть нахмурился: — Вы серьёзно? Мы пять минут назад вышли на платформу. Неужели вы уже успели устать от его голоса? — А ты нет? — невинно спросила Ёнми. Джисок посмотрел на неё долгим, тяжёлым взглядом. — У меня отличный самоконтроль. — У него просто нет выбора, — фыркнул Джисон. — Чтобы перебить мой голос, ему пришлось бы заговорить. — Что? — Джисок вскинул бровь. — Прости, не расслышал под звуками собственного молчания? Ёнми рассмеялась. Сынмин тоже, тихо, сдержанно — и от этого ещё более честно. Небо было тёмным, но тёплым, и где-то высоко светились звёзды, будто приветствуя студентов. По перрону разливался шум голосов, ряды факелов бросали тени на каменную кладку, и слова Хагрида разносились по платформе: — Первокурсники — за мной! Первокурсники — сюда, пожалуйста! Толпа шестого курса двинулась вперёд, в сторону ряда магических экипажей. Чёрные силуэты фестралов были заметны только тем, кто мог их видеть — но колёса сами наклонялись, будто их уже вели. Влажный ветер пробирал до костей, играя с волосами, однако ощущение тепла поднималось всё выше — с каждым шагом к замку. Когда ребята подошли к одному из экипажей, Ёнми потянулась к ручке, намереваясь забраться первой. И в этот момент экипаж дёрнулся вперёд слишком резко. Девушка потеряла равновесие. — Эй, — сорвался тихий голос совсем рядом. Чья-то рука перехватила её запястье — сильная, тёплая. Джисок стоял вплотную, взгляд серьёзный, сосредоточенный. — Осторожнee, Ёнми. Фестралы сегодня нервные. Она выдохнула: — Спасибо… Джисок отпустил её, будто обжёгся. А Джисон тут же подхватил момент ради шуточки: — А я думал, что ты даже фестралу уступишь, лишь бы не касаться людей… — Людей — да, — спокойно ответил тот. — Но её бы я не уронил. На мгновение воздух между ними натянулся, как струна — и Сынмин взглядом оборвал эту нить: — Садимся. Экипаж тронулся через секунду после того, как дверь захлопнулась. Колёса заскрипели. В окнах появились огни Хогвартса — огромные, тёплые, манящие. Сердце у Ёнми ударило дважды. Ей казалось, что стены замка смотрят на неё живыми глазами, ждут и уже готовят что-то интересное для нового учебного года.

***

Пока их группы ещё не рассеялись, четвёрка остановилась на короткую минуту у входа в Большой зал, стоя плечом к плечу, почти соприкасаясь. — Ужин — и потом у гостиной? — шепнул Джисон, наклоняясь ближе к друзям. — По традиции, — кивнул Сынмин, чуть улыбаясь. Джисок лишь молча наблюдал, но взгляд его смягчился. Их шаги по залу сливались с шумом других студентов, и вдруг время будто замедлилось: они вместе, хотя уже и разделены стенами факультетов. Большой зал ждал. Внутри было тепло. Горели сотни свечей под потолком, парили над головами, отражая пламя в серебряных тарелках. Потолок был темнее неба — чёрный, глубокий, усыпанный звёздами. Пахло хлебом, деревом и магией. Ёнми остановилась на секунду, поражённая глубиной пространства. — Дом, — снова прошептала она. Джисон ткнул её локтем в бок: — Дом — там, где можно есть бесплатно. — Ты неисправим, — улыбнулась она. Сынмин тихо рассмеялся. Джисок — нет. Он смотрел вперёд, на зелёный стол Слизерина, будто готовился надеть обратно маску. Взгляд Ёнми метнулся к столам факультетов: Гриффиндор — красно-золотой, шумный, живой, с группой старшекурсников, заряженной смехом. Рейвенкло — полный спокойной уверенности, книг, аккуратных студентов. Слизерин — холодные взгляды, но яркие глаза. Хаффлпафф — тёплые улыбки, светлые лица и её свободное место. Дом. Четвёрка пошла к своим столам. Ёнми устроилась за столом Хаффлпаффа рядом с Лией, которая радостно вскинула руки: — Ёнми! Я тебя словно сто лет не видела! Как каникулы? — Жарко, скучно и слишком много домашних, — улыбнулась она. — А у тебя?.. Когда шум вокруг немного утих, к Ёнми прилетела маленькая бумажная птичка. «Не скучай там без нас — ты выглядишь как королева Картофелина среди картофельного пюре. — Джисон» Она подавилась смехом и тут же сложила ответ. Сынмин тихо усмехнулся, Джисок осторожно поднял взгляд и встретился с её глазами — молчаливо, но тепло.

***

Минерва Макгонагалл появилась около преподавательского стола — прямая, строгая, уверенная. Её голос разнёсся по залу звеняще: — Приветствую вас в новом учебном году! Шум стих так быстро, что показалось — стены пропитаны уважением. Слова о правилах, экзаменах, войне, тёмных знамениях — всё скользило мимо, будто фон. Ёнми смотрела на лица вокруг. На Сириуса, который смотрел куда-то вверх, прикусив губу. На Джеймса, который украдкой смотрел на Лили. На Сынмина — спокойного, но уже погружённого мыслями в расписание. На Джисона — который в миллионный раз ел глазами тарелки ещё до того, как еда появилась. И на Джисока. Того, кто будто исчез — сидя среди своих, он был один. В тот момент он повернул голову, их взгляды столкнулись. Ни тепла, ни холода. Просто признание факта: они существуют друг для друга. Её сердце дрогнуло. — Пир начинается! — объявил Дамблдор. Буквально по волшебству столы заполнились едой.

***

Когда шум посуды и разговоров стих, Макгонагалл остановилась перед столами факультетов: — Мистер Хан, мисс Ан, мистер Ким, мистер Квак. После ужина кабинет старост. Четверо замерли, каждый на своём месте. Джисон нахмурился: — Что..? Сынмин выдохнул: — Старосты? Ёнми почувствовала дрожь под кожей. Джисок тихо и мрачно шепнул: — Не может быть. Макгонагалл кивнула серьёзно, объявляя громче: — Хаффлпафф — Ан Ёнми. Гриффиндор — Хан Джисон. Рейвенкло — Ким Сынмин. Слизерин — Квак Джисок. Вы — старосты шестого курса. Шум вокруг будто исчез. Тихий вздох Ёнми был похож на первый шаг в пустоту. Джисон и Ёнми обменялись ошарашенными взглядами. А затем, очень медленно, Джисон прошептал губами, зная, что она поймет его, даже через несколько столов: — Это будет потрясающий год. Она почувствовала, как сердце ударилось в рёбра. Да… Потрясающий. И страшный. И настоящий. И именно их год.