Криминалистика

Глава 10: Советы, признания и полный хаос Тишина в городе затянулась. «Фатуи» словно вымерли, и это начинало тревожить даже самых оптимистичных сотрудников отдела. Но Джинн была непреклонна: отдыхать, пока есть возможность. — Через неделю начнём подготовку, — сказала она на утренней планерке. — А пока — разбирайте старые дела, приводите в порядок документацию и... отдыхайте. — Отдыхать, работая? — уточнил Венти. — Отдыхать от активной работы, — поправила Джинн. — Вы поняли. Все поняли. И разбрелись кто куда. --- Часть 1: Мужские посиделки Вечером в комнате отдыха собралась мужская половина отдела. Повод был надуманный — «просто посидеть», но на самом деле все понимали: назревает что-то важное. Кинич сидел в углу и мрачно смотрел в одну точку. Рядом с ним примостился Лини, который после истории с розовой краской стал частым гостем в отделе (неофициально, конечно). — Ты чего такой кислый? — спросил Лини, жуя печенье. — Ничего, — буркнул Кинич. — Врёшь, — констатировал Лини. — Я по лицу вижу. У тебя там на лбу написано «проблемы с личной жизнью». — С чего ты взял? — У меня сестра такая же, когда о чём-то переживает. Только у неё лицо не меняется вообще, а у тебя меняется. Значит, дело серьёзное. Кинич вздохнул и сдался. — Ладно. Только никому не говори. — Обещаю. — Я... — Кинич замялся. — Мне кажется, я влюбился. — Ого, — Лини присвистнул. — В кого? — В Муалани. Лини моргнул. — В твою напарницу? — Да. — Которая всё время с тобой? — Да. — Которая тебя уже сто раз видела в разных ситуациях? — Да, блин! — Кинич схватился за голову. — Я знаю, что это глупо! Мы работаем вместе, мы друзья, а я... — А она? — Что — она? — Она тоже что-то чувствует? — Не знаю, — честно признался Кинич. — Она со мной как с братом. Обнимает, шутит, но... — Но ты хочешь большего, — закончил Лини. — Да. Лини задумался. Как опытный артист и манипулятор (в хорошем смысле), он знал толк в человеческих чувствах. — Слушай, — начал он. — У меня есть план. — Какой? — Во-первых, перестань быть просто другом. Начни делать то, чего не делают друзья. — Например? — Например, комплименты. Не просто «ты классная», а конкретные. «У тебя красивые глаза», «мне нравится, как ты улыбаешься». Почувствуй разницу. — И она не заподозрит? — Заподозрит, — кивнул Лини. — В этом и суть. Пусть задумается. В разговор вмешался Сайно, который сидел рядом и делал вид, что читает книгу, но на самом деле внимательно слушал. — А если она не готова к отношениям? — спросил он. — Может, лучше сначала узнать? — Сайно, ты в любви ничего не понимаешь, — отмахнулся Лини. — Я просто логически подхожу, — обиделся тот. — В любви логика не работает, — авторитетно заявил Лини. — Там работают чувства. И риск. Кинич задумался. — А если я всё испорчу? — Тогда будешь знать, что пытался, — пожал плечами Лини. — Лучше так, чем всю жизнь жалеть. — Мудро, — заметил подошедший Хэйдзо. — Лини, ты прямо философ. — Я артист, — поправил Лини. — А артисты — те же философы, только с гримом. В другом углу комнаты сидели Сяо и Дурин. Оба молчали, но мысли у них были похожи. — Сяо, — вдруг сказал Дурин. — А ты когда-нибудь влюблялся? Сяо посмотрел на него как на инопланетянина. — Нет. — И я нет, — вздохнул Дурин. — И вот теперь... — Люмин? — догадался Сяо. — А Ягода? — в тон ему ответил Дурин. Они помолчали. — Тяжело, — признался Дурин. — Ага, — согласился Сяо. К ним подсел Венти с двумя кружками чая. — Чего грустите, орлы? — Женщин обсуждаем, — буркнул Дурин. — О, это я люблю, — оживился Венти. — Давайте помогу. Сяо, ты чего хочешь от Люмин? — Чтобы она перестала меня дразнить, — честно сказал Сяо. — Это невозможно, — отрезал Венти. — Она будет дразнить тебя всегда. Это её способ общения. Вопрос в том, нравится тебе это или нет. Сяо задумался. Ему вдруг пришло в голову, что когда Люмин дразнит его, он почему-то не злится. Наоборот, внутри становится тепло. — Кажется, нравится, — признался он. — Бинго! — Венти хлопнул его по плечу. — Значит, надо идти ва-банк. Скажи ей что-нибудь приятное. — Например? — Например, «ты красивая, когда злишься». Или «мне нравится с тобой спорить». Что-нибудь такое. — А если она засмеётся? — Значит, не судьба, — философски заметил Венти. — Но хотя бы попытаешься. Дурин слушал и запоминал. — А мне? — спросил он. — Что сказать Ягоде? — Ягода — это сложно, — задумался Венти. — Она эмоциональная. Ей нужны не слова, а действия. — Какие? — Ну, например, когда она говорит, что холодно — не плед неси, а обними. Когда говорит, что не любит готовить одна — предложи помочь. Не думай, просто делай. — А если неправильно пойму? — Лучше неправильно понять и извиниться, чем правильно понять и ничего не сделать, — выдал Венти очередную мудрость. — Я это где-то читал. — В интернете? — уточнил Сайно, который опять подслушивал. — В «ВКонтакте», — невозмутимо ответил Венти. — Там тоже бывают умные мысли. --- Часть 2: Женские посиделки Параллельно в кабинете Лизы собрались девчонки. Повод был официальный — «девичник», но на самом деле всё те же разговоры о мужчинах. — Они такие тупые, — жаловалась Ягода, развалившись на кресле. — Дурин уже третью неделю не понимает, что я к нему клеюсь! — А ты пробовала прямо сказать? — спросила Эола, поправляя перчатку. — Прямо? — Ягода возмутилась. — Это не романтично! — Зато эффективно, — заметила Линнетт, которая сидела в углу с неизменным каменным лицом. — Линнетт, ты вообще не понимаешь, — отмахнулась Ягода. — У тебя вместо личной жизни — брат. — Меня устраивает, — ровно ответила та. — А у тебя, Эола? — переключилась Ягода. — Есть кто-то? Эола замялась. — Ну... вообще-то... — О! — оживилась Муалани. — У нас новости! Давай, колись! — Да не в кого, — отмахнулась Эола. — Просто... ну, задумывалась иногда. — О ком? — О Венти, например. В комнате повисла тишина. — О ВЕНТИ? — переспросила Лиза, поперхнувшись кофе. — О том Венти, который играет в Fortnite и спит на работе? — Он милый, — покраснела Эола. — И весёлый. — Эола, милая, — мягко сказала Муалани. — Ты уверена? — Нет, — честно призналась Эола. — Поэтому я ничего и не делаю. — Правильно, — кивнула Лиза. — С Венти надо быть осторожной. Он как ветер — непредсказуемый. — А ты, Лиза? — спросила Люмин. — У тебя кто-то есть? Лиза загадочно улыбнулась. — А вот это уже моё дело. — Да ладно, колись! — накинулись на неё девчонки. — Ну... — Лиза задумалась. — Есть один человек. Но я не уверена, что он замечает меня. — Кто? Кто? — Кэйа, — тихо сказала Лиза. Все замерли. — Кэйа? — переспросила Муалани. — Тот Кэйа, который вечно шутит и носит повязку на глазу? — Он самый. — А он знает? — Не знаю, — вздохнула Лиза. — Он со всеми одинаково любезен. Никак не пойму, есть у него ко мне что-то или нет. — А ты пробовала его спросить? — спросила Люмин. — Спрашивать? — Лиза удивилась. — Я? Нет, это не мой метод. — А какой твой? — Ждать, — улыбнулась Лиза. — Терпение и кофе творят чудеса. В комнату вошла Джинн с папкой документов. — О, а вы тут? — удивилась она. — А я думала, вы работаете. — Мы работаем, — быстро сказала Люмин. — Обсуждаем рабочие моменты. — Какие? — Мужские, — ляпнула Ягода и покраснела. Джинн вздохнула. — Ладно, отдыхайте. Я тоже посижу с вами, если можно. — Конечно! — обрадовалась Муалани. — Джинн, а у тебя кто-то есть? Джинн поперхнулась воздухом. — Что? — Ну, личная жизнь? Мужчина? — Я... я занята работой, — смутилась Джинн. — А если подумать? — не унималась Муалани. — Может, кто-то есть, на кого ты смотришь? Джинн задумалась. В голове почему-то всплыло лицо Кэйи. Потом — лицо Далии. Потом — вообще непонятно что. — Нет, — твёрдо сказала она. — Никого. — Врёшь, — констатировала Линнетт. — У тебя глаз дёргается. — Не дёргается! — Дёргается, — подтвердила Лиза. — Джинн, колись. — Не в чем колоться! — Джинн вскочила. — Я вообще не об этом думаю! — А о ком ты думаешь? — хитро прищурилась Муалани. — Ни о ком! — О Кэйе? — предположила Люмин. — Нет! — О Далии? — Нет! — О Варке? Джинн замерла и покраснела так, что, казалось, сейчас задымится. — Ага! — заорали все хором. — Варка! — Ничего не ага! — Джинн заметалась по комнате. — Он мой начальник! Бывший! То есть... он просто... — Просто тот, кто тебе нравится, — закончила Лиза. — Джинн, это нормально. — Не нормально! Он в другом городе! У него своя жизнь! — А у тебя своя, — возразила Эола. — И ничего в этом плохого нет. Джинн остановилась и тяжело вздохнула. — Ладно. Допустим. Но что мне делать? — Написать ему, — предложила Люмин. — Позвонить, — добавила Муалани. — Сходить в гости, — вставила Линнетт. — Вы с ума сошли! — ужаснулась Джинн. — А что такого? — удивилась Лиза. — Ты взрослая женщина, он взрослый мужчина. Почему бы и нет? — Потому что... потому что... — Потому что страшно, — закончила за неё Ягода. — Я понимаю. Но без риска никак. Джинн села обратно на стул. — Ладно. Я подумаю. Но не сейчас. — Конечно, — кивнула Лиза. — Сначала дело, потом личное. Мы понимаем. — Но после дела — сразу к Варке! — добавила Муалани. Джинн застонала и закрыла лицо руками. А девчонки захихикали. --- Часть 3: Пересечение миров Поздно вечером в отдел заглянул неожиданный гость. — О, Тигнари! — удивился Сайно, увидев друга. — Ты как здесь? — Пришёл проведать, — ответил Тигнари, оглядываясь. — Слышал, у вас тут затишье. Решил составить компанию. — Отлично! — обрадовался Сайно. — Как раз мужские посиделки. Присоединяйся. Тигнари устроился на диване рядом с Сайно. Девчонки, заметив нового гостя, оживились. — О, Тигнари! — пропела Муалани. — А ты чего такой красивый? — Я всегда такой, — невозмутимо ответил тот. — Скромный, — хмыкнула Лиза. — Нравится. — Лиза, не отвлекай, — шикнула на неё Люмин. — А что? Я просто смотрю. — Ты просто сводничаешь. — Я? — Лиза сделала удивлённое лицо. — Ни в коем случае. Тигнари, заметив, что стал объектом внимания, слегка напрягся. — Сайно, — шепнул он. — Что здесь происходит? — Девичник, — так же шепотом ответил Сайно. — Не обращай внимания. — Легко сказать. В комнату вошли Кинич и Лини, оживлённо о чём-то споря. — Я говорю, надо действовать быстро! — горячился Лини. — А я говорю, надо подготовиться! — возражал Кинич. — Что у вас? — спросил Венти. — Кинич влюбился, — сообщил Лини. — В кого? — заинтересовались все. — В Муалани, — ляпнул Лини и тут же прикусил язык. В комнате повисла тишина. Муалани, которая как раз пила чай, поперхнулась и закашлялась. — Что? — переспросила она, вытирая слёзы. — В меня? Кинич покраснел так, что, казалось, сейчас лопнет. — Лини, блин... — выдохнул он. — Прости, — пискнул Лини. — Я не подумал. Все смотрели то на Кинича, то на Муалани. — Так... — медленно сказала Муалани. — Ты... серьёзно? Кинич молчал. Потом медленно кивнул. — Да, — сказал он тихо, но твёрдо. — Серьёзно. Муалани открыла рот, закрыла, снова открыла. — Ого. — Это всё, что ты можешь сказать? — спросила Эола. — А что я должна сказать? — растерялась Муалани. — Я... не ожидала. — И что теперь? — спросил Лини. Муалани посмотрела на Кинича. Тот смотрел на неё с надеждой и страхом одновременно. — Знаешь, — вдруг сказала она. — А давай попробуем. — Что? — не понял Кинич. — Встречаться. Попробуем. Если не получится — останемся друзьями. Кинич просиял. — Правда? — Правда, — улыбнулась Муалани. — Только если будешь таким же тупым, как Дурин, я тебя утоплю. — Я постараюсь, — пообещал Кинич. Все зааплодировали. — Ну вот, — сказала Линнетт. — А я говорила. — Ты ничего не говорила, — заметил Лини. — Я думала. Это почти то же самое. --- В углу Сяо и Дурин смотрели на это с завистью. — Повезло им, — вздохнул Дурин. — Ага, — согласился Сяо. — Может, и нам рискнуть? — Может. — Тогда завтра? — предложил Дурин. — Завтра, — кивнул Сяо. Они пожали друг другу руки, заключая безмолвный договор. — Что это они? — спросила Люмин, заметив этот жест. — Готовятся, — ответил Венти. — К главному бою. — К какому? — К любовному, — загадочно улыбнулся Венти. --- Ночь опустилась на город. В отделе горел свет только в комнате отдыха, где всё ещё сидели уставшие, но довольные сотрудники. — Знаете, — сказала Лиза, потягивая уже третью чашку кофе. — А ведь хорошо, что мы все здесь. — Ты уже говорила, — напомнил Далия. — Повторю, — улыбнулась она. — Потому что это правда. Кинич и Муалани сидели рядом, и он осторожно, боясь спугнуть, взял её за руку. Она не отдёрнула. Сяо и Дурин строили планы на завтрашний день. Люмин и Итэр спорили о чём-то своём, но беззлобно, скорее по привычке. Венти и Далия снова ругались, но уже без прежней злости. А где-то далеко, в другом городе, Варка вдруг чихнул и подумал: «Кто-то меня вспоминает». И улыбнулся. — Спокойной ночи, — сказал Кадзуха, провожая Скарамуччу до двери. — Спокойной, — ответил тот и, помедлив, добавил: — Завтра увидимся. — Обязательно. Скарамучча вышел под дождь и впервые за долгое время не спрятался под козырёк. Он просто стоял и смотрел на звёзды, которые пробивались сквозь тучи. Где-то там был его отец. Где-то там готовилась большая операция. Но сейчас, в этот момент, было просто хорошо. Он улыбнулся и пошёл домой.