Пепел на могиле в качестве удобрения

Макс проснулся от солнечного света, светящего прямо в глаза. Протянув руку в сторону, где должен был лежать Шарль, он нащупал лишь прохладную простыню. Постель рядом была пустой и холодной, что означало — Шарль встал уже давно. «Чёрт», — подумал Макс, переворачиваясь на спину и закидывая руки за голову. Вообще-то он рассчитывал на доброе утро. На очень доброе утро с Шарлем, желательно без одежды. Что ж, планы меняются. Он посмотрел на часы — 7:43. Ранний подъём для человека, который вернулся домой глубоко за полночь после участка и всего остального дерьма. — Ладно, плевать, — пробормотал он, поднимаясь и потягиваясь. — Сегодня важный день. И круассаны. Не стоило забывать про обещанные Шарлем круассаны с кокосом. Макс натянул спортивные штаны, решив не утруждаться футболкой. Проходя через гостиную, он услышал шум воды из ванной комнаты. Шарль, видимо, принимал душ. Мысль о том, чтобы присоединиться к нему, мелькнула и исчезла — сначала кофе, потом всё остальное. На кухне уже сидел Кими, попивая кофе и... поедая круассан. Последний круассан из коробки, судя по смятым бумажным оберткам, лежащим рядом. — Доброе утро, — сказал Кими с полным ртом. — Шарль сказал, что можно. Очень вкусно, кстати. Макс замер в дверном проёме, глядя на пустую коробку из пекарни. Мечты о сладком кокосовом завтраке растворились, как утренний туман. — Я думал, что хотя бы один остался для меня, — произнёс он с наигранной трагичностью. Кими сглотнул кусок круассана и с виноватым видом посмотрел на пустую коробку. — Прости, Макс. Я не знал... Шарль просто сказал, что могу взять. Макс махнул рукой, принимая это со стойкостью и смирением, которые обычно не входили в список его добродетелей. — Ладно, малыш, ты заслужил, — произнёс он, направляясь к кофеварке. — А я потерплю. Не первый раз Шарль нарушает обещания, связанные с едой. Он налил себе большую кружку крепкого кофе и присел напротив Кими. Молодой парень всё ещё выглядел немного виноватым, поэтому Макс решил перейти к делам, чтобы сменить тему. — Так, что у нас сегодня, — начал он, отпивая горячий напиток. — Во-первых, мне нужно в офис. И Юки должен принять груз из Китая — две новые Ламборгини. Надеюсь, на этот раз без сюрпризов в выхлопной системе. Кими поднял бровь, и Макс отмахнулся: — Долгая история про таможенников, которые слишком любят свою работу. — А что насчёт меня? — спросил Кими, допивая свой кофе. — Я могу помочь с машинами. — У тебя другая миссия, — сказал Макс, наклоняясь ближе. — Тебе нужно съездить к Джорджу. Он должен быть в офисе к десяти. Вместе вы наведаетесь к Тото. — К Вольфу? — Кими слегка напрягся. Тото Вольф был не просто влиятельным человеком — он был связующим звеном между преступным миром Монако и его официальными властями, тем негласным арбитром, к которому обращались, когда дела принимали слишком сложный оборот. — Именно, — кивнул Макс. — Во-первых, нужно, чтобы он замял дело с нашим вчерашним арестом и решил вопрос с бумагами. Во-вторых, попроси его пораспрашивать про Алонсо. Меня интересуют любые слухи, любые крошки информации. Мне нужно знать, что этот змей планирует. Кими энергично кивнул, впитывая каждое слово. — Всё понятно, сделаю в лучшем виде, — он поставил пустую чашку на стол и помедлил секунду. — Можно я возьму твою машину? Так будет быстрее. Макс улыбнулся: — Да, но не Астон Мартин, — он сделал паузу, наблюдая, как лицо Кими слегка вытянулось от разочарования. — Возьми Ауди. Ключи на крючке в прихожей. Несмотря на то, что это была не престижная спортивная модель, а "всего лишь" RS 7, Кими всё равно просиял. — Спасибо, Макс! — он допил последний глоток кофе одним махом и вскочил из-за стола. — Я не подведу! Кими быстро вышел из кухни, и через несколько секунд Макс услышал, как он возится с обувью в прихожей. Макс улыбнулся сам себе, наблюдая этот юношеский энтузиазм. Он не был образцом ответственности или идеалом, на который стоит равняться. По общепринятым стандартам, Макс Ферстаппен едва-ли мог похвастаться высокими моральными качествами. И всё же, почему-то он действительно ощущал ответственность за Кими. Этот малыш, этот дерзкий, талантливый пацан каким-то образом стал для него семьёй. Не просто членом команды или полезным активом — а кем-то, о ком он искренне заботился. Размышления Макса прервал звук открывающейся двери ванной комнаты. Шарль. Макс медленно усмехнулся, вставая из-за стола. О, Шарль определённо заслуживал мести за отданные круассаны. И она будет медленной и мучительной. Возможно, влажной. Определённо долгой. Он бесшумно двинулся по коридору, услышав, как входная дверь захлопнулась за Кими. Теперь они с Шарлем были одни в квартире. Тот вышел из ванной, с полотенцем, обёрнутым вокруг бёдер. Капли воды стекали по его груди, а влажные волосы были небрежно зачёсаны назад. Он выглядел как чертова модель из рекламы дорогого парфюма. — О, ты уже встал, — улыбнулся Шарль, увидев Макса. — Я думал, ты будешь спать до обеда после вчерашнего. Макс молчал, и медленно приблизился, пока не оказался всего в нескольких сантиметрах от Шарля. Его взгляд был нарочито изучающим, почти осязаемо скользя по телу. — Мне кажется, — наконец произнёс Макс тихим, низким голосом, — что кто-то забыл о своих обещаниях. Шарль нахмурился, но в его глазах мелькнуло понимание. — Ты про круассаны? Я оставил их на кухне... — Все круассаны, — медленно проговорил Макс, делая ещё один шаг вперёд и вынуждая Шарля отступить к стене, — съел Кими. С твоего разрешения. Шарль прикусил губу. — Чёрт, Макс, я не думал... — Не думал? — Макс поднял руку и провёл пальцем по шее Шарля, спускаясь к ключице. — Это становится твоей привычкой. Шарль инстинктивно задержал дыхание от этого лёгкого, но властного прикосновения. — Я куплю тебе ещё, клянусь, — пробормотал он, слегка хрипло. Макс покачал головой, не отрывая взгляда от глаз Шарля. — Это не вернёт мне то, что я планировал на утро. Знаешь, после вчерашнего дерьмового дня я действительно рассчитывал на особенный завтрак. Его рука проскользнула на затылок Шарля, пальцы зарылись во влажные после душа волосы. Одним плавным движением Макс притянул голову монегаска ближе, так что их губы почти соприкасались. — И теперь, — прошептал он, — тебе придётся компенсировать это... другим способом. Шарль сглотнул, его зрачки расширились. — Я весь внимание, — произнёс он с легкой улыбкой, которая не могла скрыть его явное возбуждение. Макс резко притянул его к себе и поцеловал — не нежно, но и не грубо, а с тем идеальным балансом страсти и контроля, который всегда сводил Шарля с ума. Его свободная рука скользнула к узлу полотенца на бедрах, одним движением освобождая его от этой последней преграды. Влажная ткань упала к их ногам. Макс отстранился, скользя взглядом по обнажённому телу Шарля, наслаждаясь тем, как тот слегка подрагивает под его пристальным наблюдением. — В спальню, — коротко скомандовал Макс. Шарль послушно двинулся в указанном направлении, но Макс поймал его за запястье, останавливая. — И чтобы ты знал, — прошептал он, наклоняясь к самому уху Шарля, — твоя расплата за круассаны только начинается. Шарль явно наслаждался этим вниманием, и его вальяжная походка буквально кричала об этом. Макс усмехнулся и направился следом. Он прижал Шарля к постели, нависая над ним и наслаждаясь видом его разгоряченного тела. Каждый сантиметр кожи манил к себе, требовал внимания. Макс наклонился, оставляя влажную дорожку поцелуев от ключицы вниз, когда первый звонок разорвал интимную тишину спальни. — Игнорируй, — выдохнул Шарль, запуская пальцы в волосы Макса и слегка оттягивая их, что только усилило возбуждение последнего. Макс проигнорировал и Шарля, впиваясь в его губы глубоким поцелуем, заставляя того тихо застонать. Телефон перестал звонить, но лишь на мгновение, вскоре назойливая мелодия возобновилась. — Ты популярен сегодня, — пробормотал Шарль между поцелуями, его руки скользили по спине Макса, прижимая их тела ближе друг к другу. — Пусть насладятся моей голосовой почтой, — ответил Макс, спускаясь поцелуями по шее Шарля, наслаждаясь его участившимся дыханием. Шарль неожиданно перевернул их, оказавшись сверху, и начал покрывать поцелуями грудь Макса, спускаясь всё ниже. Макс прикрыл глаза, полностью отдаваясь ощущениям, когда новый звуковой сигнал нарушил атмосферу — на этот раз зазвонил телефон Шарля. Они оба замерли. — Черт, — выдохнул Макс, открывая глаза. — Если звонят обоим, это что-то серьезное. Шарль тяжело вздохнул, соглашаясь. Он неохотно поднялся и направился обратно в ванную за телефоном, который оставил там после душа. — Это может подождать пять минут? — с надеждой спросил Макс ему вслед. — Только если ты умеешь останавливать время, — отозвался Шарль из ванной. Вернувшись, он показал экран телефона, где светилось имя "Юки". Макс поморщился. Юки не стал бы звонить им обоим без веской причины. — Да боже, — простонал Макс, протягивая руку за телефоном. Шарль передал устройство, а сам присел на край кровати, не делая попыток одеться. — Юки, что такое? — спросил Макс без приветствия, не скрывая раздражения. — Босс, у нас проблемы, — голос Юки звучал напряженно. — Таможня арестовала груз. Обе Ламборгини. — Блять, — Макс сел на кровати, все мысли о приятном утре мгновенно испарились. — Какого хрена? У нас все документы в порядке. — Они утверждают, что нашли несоответствия в декларации и VIN-номерах, — сказал Юки. — Говорят, нужно провести полную проверку. Но я думаю, кто-то просто стукнул им, чтобы насолить нам. — Алонсо, — прорычал Макс, и Шарль понимающе кивнул, услышав это имя. — Ладно, я понял. Я сейчас приеду. Ничего не предпринимай до меня, просто держи их там. Он завершил звонок и с сожалением посмотрел на Шарля. — Прости, но нам придется отложить... это, — Макс жестом обвел пространство между ними. — Ты слышал — таможня задержала мои машины. Шарль улыбнулся с пониманием: — Все в порядке. К тому же, — он посмотрел на свои часы, — у меня есть пара свободных часов. Я могу поехать с тобой. — Серьезно? — Макс поднял бровь. — Ты готов провести утро в доках, разбираясь с таможенниками? — Почему нет? — пожал плечами Шарль. — Мне даже любопытно посмотреть, как ты улаживаешь такие... ситуации. К тому же, — добавил он с легкой улыбкой, — тебе нужен кто-то, кто будет тебя сдерживать. А поскольку Джорджа нет... Макс усмехнулся: — Ладно, да. Ты прав, лучшего варианта не найти. Только не вздумай использовать свою фирменную улыбку на работниках таможни — они должны нас бояться, а не просить автограф. — Я буду серьезен как налоговый инспектор, — засмеялся Шарль, поднимаясь и направляясь к гардеробной. Макс быстро принял душ и начал одеваться. Он накинул черную рубашку, застегивая пуговицы и оставляя верхнюю расстегнутой. Надел дорогие часы Hublot, подарок Шарля на прошлое Рождество. Облегающие темно-синие брюки и дорогие кроссовки дополняли образ. Он не надел бы туфли даже под пытками. Никогда. Еще раз проверив мобильный и убедившись, что нет новых сообщений от Юки, он был готов выходить. В этот момент из гардеробной вышел Шарль, на удивление быстро собравшийся. На нем было белое поло Ralph Lauren, идеально подчеркивающее его стройную фигуру и загорелую кожу, светлые брюки и мокасины. На носу красовались солнцезащитные очки Ray-Ban, на запястье — элегантные часы Patek Philippe, а на пальцах — пара дизайнерских колец. Макс остановился, окидывая его оценивающим взглядом. — Боже, — произнес он наконец, — тебя бы на обложку модного журнала, а не в доки разбираться с контрафактными авто. Шарль улыбнулся, поправляя воротник поло: — А кто сказал, что нельзя делать и то, и другое? — он подмигнул и добавил: — К тому же, я думал, ты ценишь мое умение выглядеть хорошо в любой ситуации. — О, я ценю, — Макс подошел ближе, притягивая Шарля за пояс. — И именно поэтому нам лучше выйти отсюда прямо сейчас, иначе я забуду про все Ламбы в мире. Шарль шутливо оттолкнул его: — Сначала дела, потом удовольствия. Разве не ты меня этому учил? — Я определенно учил тебя другому, — хмыкнул Макс, направляясь к выходу из квартиры. — И напомню тебе об этом, когда мы вернемся. Шарль последовал за ним, подхватывая ключи от квартиры с консоли у входа. — Какую машину берем? — спросил он, закрывая дверь. — Мою? Или твою? — Ауди взял Кими, — задумчиво произнес Макс. — Давай Мерседес. Пусть таможенники думают, что мы приехали с благословения Тото. Шарль одобрительно кивнул: — Хороший ход. Они спустились на подземную парковку, где в ряд стояли несколько премиальных автомобилей. Макс подошел к черному Mercedes-AMG GT и разблокировал его. — Знаешь, — сказал Шарль, устраиваясь на пассажирском сидении, — несмотря на испорченное утро, это может быть интересно. Я давно хотел увидеть, как работает таможня изнутри. Макс завел двигатель, который отозвался глубоким рыком. — Поверь, ничего интересного. Просто люди с избытком власти и недостатком мозгов, — он вырулил со стоянки. — Но с тобой даже это может быть... терпимо. — Я воспринимаю это как комплимент, — улыбнулся Шарль, надевая солнцезащитные очки, когда они выехали на залитые солнцем улицы Монако. Макс покосился на него, позволяя себе секундную улыбку: — Так и было задумано. Макс вел машину одной рукой, со свойственной ему небрежной уверенностью, периодически отвлекаясь от дороги, чтобы бросить взгляд на своего пассажира. Шарль, развалившись на сиденье, делал вид, что полностью поглощен видом за окном, но легкая улыбка, играющая на его губах, выдавала его с головой. — Ты отвлекаешься от дороги, Макс, — произнес он, не поворачивая головы. — Не хотелось бы разбить еще один автомобиль из твоей коллекции. — Не разобьем, — отмахнулся Макс. — Я могу управлять этой машиной с закрытыми глазами. — Что объясняет тот инцидент с фонтаном в прошлом году? Макс усмехнулся и покачал головой: — Тебе никогда не надоест вспоминать это? — Никогда, — подтвердил Шарль с улыбкой. — Особенно ту часть, где тебе пришлось давать автографы полиции, стоя по колено в воде. Они обменялись взглядами, и Макс не смог сдержать улыбку, несмотря на предстоящие неприятности с таможней. В этом был весь Шарль — он мог заставить улыбаться даже в самых напряженных ситуациях. Вскоре пейзаж изменился: аккуратные улицы с дизайнерскими бутиками и роскошными кафе сменились промышленными постройками и контейнерными площадками. Они въехали в портовую зону. Макс притормозил у шлагбаума, опустил стекло и коротко кивнул охраннику, который сразу же поднял барьер, узнав и машину, и ее владельца. — Удобно быть тобой, — заметил Шарль, наблюдая за этим мини-ритуалом признания власти. — Иногда, — кратко ответил Макс, паркуясь рядом с административным зданием таможенного терминала. Выйдя из машины, Макс будто трансформировался. Его расслабленная поза и легкая улыбка исчезли, уступив место прямой спине и холодному, собранному взгляду. Походка стала более целенаправленной, плечи расправились, а в движениях появилась опасная грация хищника. Это был уже не тот Макс, который несколько минут назад флиртовал и шутил — это был Макс Ферстаппен, человек, с которым в Монако предпочитали не связываться. Шарль шел чуть позади, осматривая окрестности с непринужденным интересом и легкой самоуверенностью, которая всегда была ему присуща. В отличие от Макса, он не источал угрозу, но его спокойная уверенность и элегантный вид среди контейнеров и грузчиков привлекали не меньше внимания. У входа в здание их уже ждал Юки — молодой японец в строгом костюме, который заметно нервничал, теребя запонки. — Макс, — кивнул он Максу, затем повернулся к Шарлю: — Шарль. — Где машины? — без предисловий спросил Макс. — В зоне задержанного товара, — ответил Юки, указывая на большой ангар в сотне метров от них. — Они были доставлены сегодня утром из Пармы. Все документы в порядке, как обычно. Но во время стандартной проверки один из инспекторов заявил, что VIN-номера могут быть перебиты, а декларация содержит "существенные несоответствия". — Что за несоответствия? — спросил Шарль, снимая солнцезащитные очки. — Вот в том и дело, — Юки покачал головой. — Они не вдаются в детали. Просто говорят, что нужно провести "углубленную проверку", которая может занять до трех недель. — Три недели? — Макс сощурился. — Это смешно. Кто здесь главный? — Зак Браун, — ответил Юки. — Он относительно новый начальник таможенного поста. Раньше работал в американском отделении. — Значит, не близок с Тото, — задумчиво произнес Макс. — И, судя по всему, не в курсе, как здесь все устроено, — добавил Шарль. Макс холодно улыбнулся: — Тогда мне придется его просветить. Они вошли в административное здание, где Юки быстро договорился с одним из сотрудников, незаметно передав ему сложенную купюру. Тот провел их по узкому коридору к кабинету начальника таможенного поста. У двери с табличкой "Закари Браун, начальник таможенного поста" Макс остановился. Его взгляд сканировал коридор, отмечая расположение камер наблюдения, датчиков движения и аварийных выходов — профессиональная привычка, ставшая второй натурой. — Вы двое подождите здесь, — сказал он Шарлю и Юки. — Я хочу побеседовать с мистером Брауном наедине. Шарль поднял бровь: — Уверен? Я мог бы... — Уверен, — отрезал Макс. — Если понадобится дипломатия, я тебя позову. Он не стал стучать. Просто повернул ручку и вошел в кабинет, как будто имел на это полное право. Кабинет оказался просторным и скудно обставленным. Массивный стол из темного дерева, пара кожаных кресел для посетителей, книжный шкаф с профессиональной литературой и несколько фотографий на стенах — Браун пожимает руки разным официальным лицам. На одной из фотографий он стоял рядом с Берни Экклстоуном, что вызвало у Макса мимолетную усмешку. За столом сидел крупный мужчина с округлым лицом и редеющими волосами. Зак оторвал взгляд от бумаг и удивленно посмотрел на незваного гостя. — Простите, но вы кто? — спросил он с заметным американским акцентом. Макс промолчал, и осмотрев кабинет сел в одно из кресел напротив Брауна, закинув ногу на ногу с легкой небрежностью. — Макс Ферстаппен, — наконец представился он, барабаня пальцами по подлокотнику кресла. — Я владелец груза, который ваши люди незаконно задержали сегодня утром. Браун выпрямился, его лицо стало более строгим: — Мистер Ферстаппен, задержание груза было проведено в полном соответствии с таможенным кодексом Монако. Если у вас есть претензии, вы можете подать официальную жалобу, которая будет рассмотрена в установленном порядке. Макс смотрел на него несколько секунд без единого слова, словно оценивая. Затем его губы изогнулись в холодной улыбке: — Сколько? — просто спросил он. — Простите? — Браун выглядел искренне озадаченным. — Сколько, — повторил Макс, чуть наклоняясь вперед. — Меня интересует две цифры. Первая: сколько вам заплатили за то, чтобы притормозить мой груз. И вторая: сколько мне нужно заплатить, чтобы уехать отсюда с моими Ламборгини в течение часа. Атмосфера в кабинете мгновенно стала напряженной. Браун заметно побледнел, но быстро взял себя в руки. — Мистер Ферстаппен, я не знаю, как вы привыкли вести дела, но я должен попросить вас покинуть мой кабинет. То, что вы предлагаете, является прямым нарушением закона. Макс рассмеялся — коротко и без тени юмора: — Мистер Браун, вы в Монако. Здесь закон приспосабливается к реальности, а не наоборот. И реальность такова, что кто-то заплатил вам, чтобы создать мне проблемы. — Он сделал паузу. — Я не злюсь. Так работает бизнес. Но теперь я здесь, и мне нужны мои машины. Так что я спрошу в последний раз: сколько? Браун встал, опираясь руками о стол: — Мистер Ферстаппен, я понимаю, что вы расстроены задержанием ваших автомобилей, но я настаиваю на том, что все процедуры проводятся в строгом соответствии с законом. Если вы продолжите свои инсинуации, я буду вынужден вызвать охрану. Макс не двинулся с места. Его взгляд оставался спокойным, почти скучающим: — Вы можете вызвать охрану. Или можете позвонить Тото Вольфу и спросить его, стоит ли создавать проблемы Максу Ферстаппену из-за двух автомобилей. — Он выдержал паузу. — Но если вы предпочитаете другой путь, я готов компенсировать любые... административные расходы, которые могут возникнуть при ускоренном оформлении моего груза. В кабинете повисла тишина. Браун медленно опустился обратно в кресло, его взгляд метался от Макса к двери и обратно. — Я... Мне никто не платил, — наконец сказал он, заметно тише. — Один из моих инспекторов действительно нашел несоответствия в документах. Это обычная процедура. — Конечно, — кивнул Макс с понимающей улыбкой. — И я уверен, что эти несоответствия могут быть разрешены... оперативно. Браун потер подбородок, явно взвешивая варианты. — Существует ускоренная процедура проверки, — медленно произнес он. — Но она требует дополнительных административных расходов. Скажем, десять тысяч евро. Макс поднял бровь: — За каждую машину или в общей сложности? — В общей сложности. — Хорошо, — Макс кивнул. — Я могу заплатить эту сумму прямо сейчас. Наличными. — Оплата должна производиться через официальный счет таможенной службы, — начал Браун, но осекся, встретив ледяной взгляд Макса. — Мистер Браун, — тихо произнес Макс, — давайте не будем усложнять. Вы получите деньги. Я получу свои машины. Все будут довольны. Браун сглотнул, затем коротко кивнул: — Хорошо. Десять тысяч евро. Я подпишу все необходимые бумаги. Макс улыбнулся и достал из внутреннего кармана пиджака сверток денег: — Вот. Пятнадцать тысяч. Дополнительные пять — за вашу... гибкость. И за то, чтобы в будущем вы помнили, что я ценю сотрудничество. Он положил деньги на стол и встал. — Мой человек закончит с формальностями. А мне нужно идти. Приятно было познакомиться, мистер Браун. Надеюсь, в будущем мы сможем избежать таких... недоразумений. Браун молча кивнул, не прикасаясь к деньгам, пока Макс не направился к двери. — Мистер Ферстаппен, — окликнул он, когда Макс уже взялся за ручку. Макс обернулся: — Да? — В следующий раз, — осторожно произнес Браун, — было бы лучше, если бы ваш человек предварительно связался со мной. Это... упростило бы процедуру. Макс чуть улыбнулся: — Я учту, мистер Браун. Хорошего дня. Он вышел из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь. В коридоре его ждали Шарль и Юки. — Ну? — спросил Шарль, изучая лицо Макса. — Все в порядке, — ответил Макс. — Юки, зайди к нему и заверши формальности. Он должен подписать все необходимые бумаги. Машины будут готовы в течение часа. Юки кивнул и проскользнул в кабинет, а Макс и Шарль направились к выходу. — Сколько? — тихо спросил Шарль, когда они оказались вне здания. — Пятнадцать тысяч, — ответил Макс. — Десять за процедуру, пять за лояльность. Шарль присвистнул: — Недешево. — Но эффективно, — пожал плечами Макс. — И это дешевле, чем потерять три недели и репутацию надежного поставщика. Они подошли к стоянке, где все еще ждал их Мерседес. — Так что, — Шарль улыбнулся, надевая солнцезащитные очки, — мы можем вернуться домой и... Макс ухмыльнулся, доставая ключи: — Сначала я хочу увидеть мои Ламборгини. А потом... — он окинул Шарля оценивающим взглядом, — потом у нас будет достаточно времени, чтобы наверстать упущенное. Ангар, где хранились задержанные машины, был ярко освещен промышленными светильниками, от которых блики скользили по полированным бокам двух Ламборгини — алой Aventador SVJ и матово-черной Huracan Performante. Макс медленно обошел оба автомобиля, внимательно осматривая каждую деталь, словно хирург, проверяющий пациента после риcкованной операции. — Что скажешь? — спросил Шарль, наблюдая за ним. — Все в порядке, — ответил Макс, проводя рукой по гладкому капоту Aventador. — Никаких повреждений. Этот Браун не так глуп, как кажется. Знал, что трогать машины не стоит. Юки подошел к ним, держа в руках стопку документов с печатями и подписями: — Все готово. Документы в порядке, машины могут быть отправлены по назначению сегодня же. Макс кивнул: — Отлично. Позаботься об этом. И на следующий раз... предварительно свяжись с этим Брауном. Похоже, он хочет стать частью системы. — Понял, босс, — Юки кивнул и отошел, чтобы дать распоряжения рабочим. — И ради этой ерунды нас прервали, — пробормотал Макс, возвращаясь к Шарлю. — Алонсо становится мелочным. Шарль пожал плечами, его глаза весело блеснули: — Ну, мы хотя бы прокатились. И день только начинается... — он посмотрел на часы. — Кстати о начале дня. Ты завтракал? — Нет, — Макс покачал головой. — Ты это прекрасно знаешь. — Тогда предлагаю позавтракать. Я знаю одно место у залива, — Шарль улыбнулся. — Там подают эклеры, которые почти так же хороши, как круассаны. — Почти? — усмехнулся Макс. — Звучит обнадёживающе. — Я реалист, — ответил Шарль с притворной серьезностью. — Хорошо, поехали. Я действительно проголодался. — кивнул Макс. Они вернулись к припаркованному Мерседесу. Шарль сел на пассажирское сиденье и сразу же опустил стекло, подставляя лицо морскому бризу. Макс, заводя машину, не мог не залюбоваться этой картиной — легкий ветер играл с волосами Шарля, а на губах танцевала легкая улыбка. Словно почувствовав взгляд, Шарль повернулся к Максу: — Что? — Ничего, — Макс покачал головой, трогаясь с места. — Просто думаю, что ты похож на рассвет. Шарль удивленно поднял брови: — На рассвет? Это что-то новенькое. Обычно меня сравнивают с закатом. — Рассвет лучше, — твердо сказал Макс, выезжая на дорогу вдоль побережья. — Он бывает каждый день, но каждый раз по-своему прекрасен. И всегда обещает что-то новое. Шарль рассмеялся, откидывая голову назад: — Макс Ферстаппен, ты становишься поэтом? Не знал, что среди твоих талантов есть и это. — Заткнись, — беззлобно огрызнулся Макс, но не смог сдержать улыбку. — Иногда ты делаешь меня слишком сентиментальным, даже не осознавая этого. — Я? — картинно удивился Шарль. — Человек, который держит коллекцию маленьких авто в витрине с регулируемой влажностью и температурой, обвиняет меня в провоцировании сентиментальности? — Это историческая ценность, — парировал Макс. — К тому же, твоя коллекция часов не менее впечатляющая. — Туше, — признал Шарль. Через пятнадцать минут они прибыли в небольшое кафе, расположенное почти у самой кромки воды. Терраса с белыми столиками была наполовину заполнена — в основном местными и несколькими туристами, которые каким-то образом обнаружили это место, скрытое от основных туристических маршрутов. Как только они сели за столик у самого края террасы, к ним подошел официант — мужчина средних лет с идеально подстриженными усами. — Месье Леклер! — воскликнул он с искренней радостью. — Какой приятный сюрприз! Давно вас не было. — Жан-Поль, — Шарль тепло улыбнулся. — Как поживаете? Как Мари и дети? — О, все прекрасно! Луи поступил в университет в Ницце, а Софи готовится к экзаменам. Мари просила передать, что она все еще ждет вас на съемку для ее журнала. — Обязательно найду время, — пообещал Шарль. Макс наблюдал за этим обменом любезностями с легкой улыбкой. Конечно, Шарля здесь знают. Днем он модель для всего дорогого и эксклюзивного в Монако, а ночью — один из лучших гонщиков на трассах Макса. Противоречие, которое делало Шарля еще более привлекательным. Они сделали заказ — кофе, эклеры и омлет с трюфелями для Шарля, более плотный английский завтрак для Макса. — Кстати о ночной жизни, — сказал Макс, когда официант отошел. — Сегодня вечером гонка. На той трассе, что тебе нравится — у старого туннеля. Можешь поучаствовать, если хочешь. Я освобожу для тебя Феррари. Шарль задумчиво посмотрел на него: — С чего вдруг такая щедрость? Ты обычно не предлагаешь свои любимые игрушки. — Просто подумал, что тебе будет интересно, — Макс пожал плечами, но под пристальным взглядом Шарля сдался. — Ладно. Может быть, из-за всего этого бизнеса я уделяю тебе мало времени. И... — он на мгновение замялся. — Мне не понравилось твое выражение лица вчера, когда мы с Кими вернулись на рассвете. С разбитой губой и в крови. Ты выглядел... расстроенным. Шарль несколько секунд изучал его лицо, затем тихо рассмеялся: — Макс, ты пытаешься загладить вину? Это... почти мило. — Я не... — начал Макс, но его прервал звук подъезжающего автомобиля. Знакомый черный Ауди RS7 припарковался прямо перед кафе, привлекая внимание посетителей своим агрессивным рыком двигателя. — Я думаю Джордж установил чип в твой телефон. — прокомментировал Шарль, наблюдая, как из машины первым выскочил Антонелли. Кими практически подбежал к их столику, плюхнувшись на свободный стул рядом с Максом: — Макс! Мы так и знали, что найдем вас где-нибудь, где можно поесть! — он повернулся к Шарлю. — Выглядите отдохнувшими. Видимо, я вовремя ушел. Макс закатил глаза: — Где ты научился такой бестактности? Точно не от меня. — От Джорджа, — без колебаний выдал Кими. — Он говорит, что честность — это форма эффективности. — Разумеется, — пробормотал Макс. В это время Джордж Рассел — высокий, элегантный англичанин в безупречном светло-сером костюме — неторопливо вышел из машины. В отличие от импульсивного Кими, каждое движение Джорджа было выверенным и продуманным. Он тщательно проверил, заперта ли машина, включил сигнализацию и только после этого направился к их столику. — Доброе утро, Шарль, — поздоровался он, прежде чем кивнуть Максу. — Макс. — Джордж, — в тон ему ответил Макс, затем повернулся к Кими. — Вы закончили с тем делом у Тото? — Да, все улажено, — ответил Джордж, садясь и подзывая официанта. Официант подошел к столику, и Джордж заказал эспрессо и круассан с миндалем. — Серьезно? — Макс посмотрел на него с иронией. — Ты в одном из лучших кафе Монако, а заказываешь самое банальное, что только можно представить? — Некоторые из нас ценят постоянство, Макс, — ответил Джордж, поправляя запонки. — К тому же, я предпочитаю есть пищу, которая не испачкает мой костюм. — Боже, ты такой сноб, Рассел, — фыркнул Макс. — Вот именно! — подхватил Кими, довольно улыбаясь. — Джордж такой англичанин, что иногда мне кажется, он пьет чай даже в душе. Шарль не выдержал и рассмеялся, а за ним и Кими. Даже Макс не смог сдержать усмешку. Джордж только закатил глаза: — Очень смешно. А теперь, может быть, расскажете, почему вы устроили переполох на таможне в девять утра? — Браун решил повыпендриваться, — ответил Макс. — Пришлось объяснить ему правила игры. — И как, он быстро понял? — поинтересовался Джордж. — Пятнадцать тысяч евро помогли ему осознать все нюансы, — сухо ответил Макс. — Дорого, — заметил Джордж. — Зато теперь у нас есть свой человек на таможне, — пожал плечами Макс. — Инвестиция в будущее. Шарль задумчиво помешивал кофе: — Вы думаете, это был Алонсо? — Кто еще? — Макс фыркнул. — Он до сих пор не может простить мне тот случай с его партией часов. — Справедливости ради, ты действительно перешел черту, — заметил Джордж. — Перепродать его товар его же клиентам? Это было... нетактично. — Это был бизнес, — парировал Макс. — И потом, он первый начал, переманив трех моих курьеров. — Дети, — вздохнул Шарль, беря эклер. — Вы все ведете себя как дети на игровой площадке. — Говорит человек, который месяц назад угнал Бугатти Майкла только потому, что тот назвал твои фотографии для Vogue "слишком претенциозными", — заметил Макс с усмешкой. — Это было не из-за фотографий, — возразил Шарль с достоинством. — А из-за того, что он сказал, будто я не умею водить. Мне пришлось доказать обратное. — Разбив его машину о знак на площади Казино? — уточнил Джордж. — Это был несчастный случай, — Шарль невозмутимо откусил кусочек эклера. — К тому же, я послал ему новую. — После того, как я заставил тебя, — напомнил Макс. Шарль пожал плечами, не теряя спокойствия: — Не помню такого. Кими, наблюдавший за этим обменом репликами с нескрываемым удовольствием, внезапно повернулся к Максу: — Скажи, а правда, что сегодня гонка у старого туннеля? — Правда, — подтвердил Макс. — Ты хочешь участвовать? — Конечно! — воскликнул Кими. — Я правда-правда запомнил вчерашний урок. И давно не садился за руль чего-то стоящего. Только эта скучная Ауди, — он кивнул в сторону припаркованной машины. — "Эта скучная Ауди" стоит больше, чем весь твой гардероб, — заметил Джордж. — Именно об этом я и говорю! — не унимался Кими. — Она слишком... правильная. Мне нужно что-нибудь с характером. Может, тот Феррари 458 Italia? Макс покачал головой: — Его я обещал Шарлю. — Что? — возмутился Кими, поворачиваясь к Шарлю. — Это нечестно! — Жизнь вообще штука несправедливая, — философски заметил Шарль, допивая кофе. — Но если ты перестанешь жаловаться, я, возможно, позволю тебе опробовать мой новый Астон Мартин Валькирия. Глаза Кими расширились: — Ты шутишь? У тебя есть Валькирия? Их же всего сто пятьдесят штук в мире! — Сто сорок девять, — поправил его Шарль. — Один разбил какой-то шейх в Дубае. Но да, есть. Выиграл пару дней назад в покер у одного русского олигарха. — Шарль, — в голосе Макса появились грубые нотки. — Мы говорили об этом. Никаких азартных игр с русскими. — Он был пьян и невыносимо высокомерен, — пожал плечами Шарль. — К тому же, я действительно выиграл честно. Не моя вина, что он не умеет блефовать. — И что, ты теперь дашь мне покататься на Валькирии? — с надеждой спросил Кими. — Возможно, — уклончиво ответил Шарль. — Если Макс разрешит. Кими тут же повернулся к Максу с умоляющим взглядом. Макс вздохнул: — Посмотрим на твое поведение сегодня на гонке. И на то, как пройдет встреча с итальянцами завтра. — Я буду святым! — пообещал Кими. — Клянусь всеми святыми Италии! — Ты атеист, — напомнил Джордж. — Это мелочи, — отмахнулся Кими. — Главное, что я буду вести себя идеально. Никаких проблем, Макс! Макс посмотрел на Шарля, который наблюдал за этой сценой с нескрываемым весельем: — Видишь, что ты наделал? Теперь он будет невыносим весь день. — Прости, — ответил Шарль, совершенно не выглядя виноватым. — Но зато он будет очень старательным. Не это ли ты всегда от него требуешь? — Я требую от него здравого смысла, что, видимо, слишком много, — проворчал Макс. Джордж, допив свой эспрессо, посмотрел на часы: — Нам нужно ехать, если мы хотим успеть на встречу с поставщиками из Марселя. Они будут ждать нас в полдень. — Точно, — Макс кивнул, доедая свой завтрак. — Шарль, ты с нами или у тебя свои планы? — У меня съемка в четыре часа, — ответил Шарль. — Но до этого я свободен. Могу поехать с вами, если ты не против присутствия постороннего на деловой встрече. — Ты не посторонний, — просто сказал Макс. — К тому же, твой французский гораздо лучше моего. Может пригодиться. — В таком случае, я с вами, — Шарль улыбнулся. — Но потом вам придется подбросить меня до студии. — Без проблем, — Макс подозвал официанта и расплатился за завтрак, оставив щедрые чаевые. Когда они вышли из кафе, Кими тут же бросился к Ауди: — Я поведу! — Даже не думай, — отрезал Джордж. — Не при мне. Кими скорчил недовольную гримасу, но спорить не стал, устраиваясь на заднем сиденье Ауди. — Увидимся на месте, — сказал Джордж Максу, садясь за руль. Макс кивнул и открыл дверь своего Мерседеса для Шарля: — После тебя. — Какой джентльмен, — улыбнулся Шарль, садясь в машину. Макс сел за руль и, прежде чем завести двигатель, повернулся к Шарлю: — Спасибо. — За что? — удивился Шарль. — За то, что остаешься, — просто ответил Макс. — Несмотря на всю эту безумную жизнь. Шарль несколько секунд смотрел на него, затем мягко улыбнулся: — Ну, кому-то же нужно следить, чтобы ты не превратился в полного тирана. Это сложная работа, но кто-то должен ее выполнять. Макс рассмеялся и завел двигатель: — В таком случае, я рад, что это ты. Мерседес плавно тронулся с места, следуя за черной Ауди по извилистым улицам Монако.