Искушение суккуба

Двор перед башней Ви кипел как улей. Демоны-рабочие таскали кабели, ставили подпорки, подвешивали огромные голографические панели с эмблемой Вокса. Сам владелец башни стоял посреди хаоса, в дорогом костюме, полностью довольный собой. Он лично контролировал каждую деталь предстоящей “великой” вечеринки — праздника захвата Рая. —И побольше подсветки на сцену! — босс щёлкнул пальцами, на его лице пробежали всполохи голубого электричества. — Сегодня будет шоу достойное истории. Кармина появилась за его спиной — высокая, с недовольным лицом, неся в руках короб с укреплениями, и техническими элементами. — Твоё оружие почти готово— сказала она. Она щёлкнула защёлкой, короб развернулся, показывая схему массивной пушки. В центре конструкции пульсировал золотой свет — сердце самого Люцифера, запертого внутри энергетической камеры. — Она питается напрямую от него. Луч сложности… ну, скажем так: если ты спустишь — от ангелов останутся обугленные перья. Телевизор довольно рассмеялся. — Великолепно. Это будет самый прекрасный день моей жизни. Он прошёлся вдоль строящейся сцены, поднял кабель, бросил его под ноги рабочему. — Поторопитесь! К нам придёт принцесса. Да и зрелище нужно подготовить — она ведь любит театральность.

***

В отеле царила тревога. Чарли мерила шагами холл, в руках стискивая телефон, через который оверлорд только что “пригласил” её на вечер. В её глазах впервые за долгое время мелькала настоящая ярость. — Он держит моего отца… — прошептала она. — И моих друзей. Думает, что просто приду на праздник, как будто это обычное мероприятие?! Вэгги положила руку ей на плечо. — Мы пойдём. Но не по его правилам. У нас есть шанс переиграть его — если мы достучимся до Рая. Энджел, который сидел рядом, ещё выглядел потрясённым после освобождения от чар Валентино. — Я хреново выгляжу, знаю,— буркнул он. — Но… если показать ангелам Пентиуса... это будет бомба. В хорошем смысле. Ниффти подпрыгнула: — Он же сейчас уже полностью изменился! Если Рай увидит — то поверит, что искупление реально! Хаск зевнул: — Остаётся только вопрос: как связаться с Раем? У них там… ну, цензура покруче, чем у этого телика. Принцесса остановилась, резко развернулась, на её лице появилась знакомая решимость. — Мы найдём способ. И сделаем так, чтобы Вокс увидел, как его план рушится прямо у него перед носом.

***

Тем временем, далеко от суеты и подготовки, Аластор и Неола всё ещё с дело связанные. Камера была просторная, но тяжёлая — стены изоляционные, заблокированные от магии. Радиодемон сидел на полу, прислонившись спиной к холодной стене. Его воротник был разорван, волосы растрёпаны, но выражение — всё такое же надменное. Суккубша поднялась первой, крылья были перевязаны золотой верёвкой, придерживаясь за стену, и, осторожно подошла ближе. — Как самочувствие? — спросила она. — О, прекрасно, благодарю — ответил он с лёгкой радиопомехой в голосе. — Плен, пытка, унижение… обожаю разнообразие в повседневности. Девушка фыркнула. — Ты хоть раз можешь ответить нормально? Каннибал улыбнулся, но уже чуть мягче: — Ты жива. Это хорошая новость для Ада. Она смутилась, но быстро спрятала эмоции. — Слушай… если честно… я думала, ты умрёшь. Он ведь победил тебя. Ведущий чуть приподнял бровь. — Победа — это громкое слово для того, кто просто связал меня проводами. Потом скрипнул зубами: — Но всё стоит отметить: психопат с экрана сделал шаг, который другие не решались сделать. Неола присела рядом. — Как думаешь… мы выберемся? — Конечно, — Аластор повернул голову к ней, улыбнувшись опасно— Вокс допустил одну очень важную ошибку. — Какую? — Поверил, что уже победил. Брюнетка улыбнулась в ответ. — Ну… а ещё он идиот. Прямо вселенского масштаба. Садист тихо рассмеялся: — Ооу, полностью согласен. Он перевёл взгляд на дверь, где мерцал красный сканер. — Но… — добавил мужчина— нам придётся двигаться осторожно. Его оружие, планы… и уверенность. Это делает Вокса куда опаснее, чем многие думают. Демонесса нахмурилась: — Ты видел пушку? Аластор кивнул. — И видел, как в неё встроен Люцифер. Если выстрелит — Рай падёт. — Значит… нужно торопиться. Он поднял взгляд, глядя на неё серьёзно: — Неола… если будет шанс — ты должна уйти первой. — Нет. — девушка резко перебила. — Я не брошу тебя. Радиодемон посмотрел на неё так, будто оценивал что-то в своей голове. Потом, неожиданно тихо произнёс: — Тогда нам придётся спасать друг друга...

***

Двор башни Ви преобразился до неузнаваемости. Всё сияло голубыми неоновыми огнями, огромная сцена возвышалась над толпой демонов, которые собрались, чтобы увидеть шоу века, на гигантских экранах мерцала эмблема Вокса, а над сценой вращалась корона из пиксельных электрических шипов. Оверлорд стоял в центре сцены, проверяя звук микрофона— от его голоса шли электрические помехи, подёргивая воздух. — Тест. Один. Два. Экран вспыхнул ярким синим. — Ну что ж… сегодня Ад будет полыхать. Теледемон был в восторге, в центре внимания, богом собственной эпохи. Позади него были выставлены почётные “экспонаты”: огромная пушка с Люцифером внутри, трон из проводов и неоновых трубок, на котором Вокс собирался сидеть после “захвата”. Демоны кричали, аплодировали, ждали начала, однако среди общего веселья несколько фигур выглядели тревожно: охрана шепталась, уставившись на вход — там должна была появиться Чарли. Вокс знал: она придёт. У неё нет выбора. Толпа внезапно смолкла — словно звук выключили сразу у всех. Медленно, через главный вход на территорию, вошла принцесса Морнингстар. Она шла прямо, ровно, с выражением лица которое не видели в Аду давно — блондинка была спокойной, и, решимой, но за её спиной шёл огонь. Вэгги, Энджел, Хаск и Ниффти шли за ней, но немного позади — Чарли хотела показаться не жертвой, а лидером. Оверлорд расплылся в широкой улыбке. — Добро пожаловать, ваше Высочество. Какая честь. Он сделал театральный поклон. Толпа засмеялась. Девушка не отвела взгляда: — Где мой отец? Парень щёлкнул пальцами. На экране позади него появился Люцифер — измученный, но живой, заключённый в энергетическую клетку внутри пушки. Он попытался пошутить: — Милая, ты вовремя. Они здесь делают очень паршивый кофе. Толпа снова рассмеялась. Чарли дрогнула, но тут же собралась. — Я пришла, как ты просил. Но не собираюсь просто смотреть твоё шоу. Вокс поднял бровь: — А что ты можешь сделать? Ты даже не знаешь, что я приготовил. Принцесса сжала кулаки. — На самом деле — знаю. По её сигналу Энджел нажал на маленький проектор, спрятанный под плащом. На гигантских экранах появилась запись — Пентиус, сияющий крыльями, исповедующийся, говорящий с искренностью, которую мог почувствовать даже камень. Он говорил о страхе, вине, выборе… О том, что Бог дал ему шанс искупиться. И что каждый может измениться. Толпа замерла. Даже демоны, которые не особенно верили в Рай, чувствовали — это не фейк. Запись пробирала до костей. Среди толпы прошёл ропот: "Это правда?”, “Он… изменился?”, “Значит, шанс есть…”, “Она не сумасшедшая…” Вокса переклинело— впервые за долгие годы. — Выключить! — закричал он. — Выключить эту чушь! Но ничего не исчезло — Ниффти ловко переподключила кабели, Хаск создал защитный барьер, и запись продолжала идти. Чарли подняла подбородок: — Вокс, дело не в войне, или власти. А в том, что даже в Аду есть место надежде. Он засмеялся. Жёстко, резко. — Надежда? Тебе никто не говорил, принцесса? Надежда — это вирус. А я пришёл его удалить. Он поднял руку — и электрические разряды вокруг сцены вспыхнули.

***

Неола и Аластор переглядывались — дверь глубоко в коридоре щёлкнула, будто замок разблокировали. Радиодемон поднялся. Его улыбка становилась шире, тёмнее. — Похоже, представление начинается. Демонесса подошла ближе, тихо: — Ал… что бы там ни было снаружи… я с тобой до конца. Он слегка наклонил голову. — Осторожнее, дорогая. Такие заявления могут принять всерьёз. Она лишь ухмыльнулась, расправив крылья, верёвка разорвалась, будто кто-то перестал её контролировать. В коридоре вспыхнули красные аварийные лампы. Гул пушки с Люцифером усиливался — её заряжали. — Нужно торопиться — сказала девушка. — Да,— кивнул ведущий. — Иначе пропустим всё шоу. И они бросились вперёд — к выходу из камеры, который наконец открылся.

***

Вокс был вне себя от ярости. Все экраны за его спиной перекосило, картинка прыгала, на лице демона переливались полосы багрового гнева. Толпа замерла — никто не видел его в таком состоянии. Он закричал — так громко, что звук сорвался в белый шум: — РАЗВЕ ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ?! ЕСЛИ ЕСТЬ ШАНС НА ИСКУПЛЕНИЕ — ТО ВСЁ МОЁ ПОТЕРЯЕТ СМЫСЛ! И Я ЭТОГО НЕ ДОПУЩУ! Теледемон поднял руку. Пушка, в центре которой светился подавленный Люцифер, зажужжала. Потоки энергии переливались внутри неё, как миниатюрные звёзды. Чарли закричала: — Папа, нет!.. Но поздно. Пушка выстрелила не лучом — а массивной волной энергии, которая взревела, как рев зверя, разбрасывая неоновые искры. Волна ударила в небесные врата Рая. Небеса дрогнули. Золотые ворота, сиявшие тысячелетиями, впервые затрещали, как стекло под ударами молота. Тонкая трещина побежала вверх. Паника началась мгновенно. Со стороны Рая слышались крики: “Врата повреждены!”, “Ангелы, в строй!”, “Атака снизу!” Запах озона, серы и священного сияния смешался в воздухе. Вокс взмахнул руками. Экран позади него вспыхнул: "Ад идёт в Рай. И я буду тем, кто его туда поведёт" Принцесса рванулась вперёд, золотой огонь вокруг неё вспыхнул, как факел. Вэгги толкнула её к укрытию: — Ты не можешь просто рваться под удар! Энджел уже был с двумя револьверами— злость в его глазах горела, как бензин. Хаск раскрыл крылья, и материализовал щит. Ниффти, уже абсолютно бешеная от хаоса вокруг, собирала кабели и пыталась перебить питание пушки. Но оверлорд был готов. — Вы думали, я не учту вас, маленькие насекомые? Он хлопнул ладонями. Из-под сцены появились десятки его экранных солдат, вооружённые винтовками, энергетическими шипами. Началась бойня.

***

На другом конце башни двое выбежали из разрушенной камеры. Аластор уже с широкой улыбкой, посохом, но всё ещё слабее обычного. Неола с свободными крыльями, которые были с новым оттенком силы. Её дыхание было тяжёлым, но взгляд — острым, решительным. И тут из коридора донёсся тихий хохот. Мягкий. Живой. Приторно-сахарный. —Ну надо же… — раздалось в темноте— Вы вдвоём выглядите как пара беглых котят. Таких милых, что хочется… раздавить. Из теней вышла Вельвет. Она шла, словно по подиуму: каблуки стучали по металлу, вокруг неё вибрировала энергия. Девушка проводила рукой по щеке Неолы: — Ой, а ты теперь с крыльями… как трогательно! Надеюсь, ты не думаешь, что это тебе поможет? Суккубша оттолкнула её руку: — Отойди, Вельвет. Не сегодня. Та захихикала: — О, детка… сегодня — именно мой день. Оверлорд щёлкнула пальцами. На полу по обе стороны коридора раскрылись два экрана — и из них полезли монстры из чистого пиксельного мира, похожие на волков, но с искажёнными лицами. Каннибал сузил глаза: — Ах, какие интересные игрушки… Жаль, что мы спешим. — А я — нет. — промурлыкала Вельвет. Первые два пиксельных зверя рванули к Аластору. Он вскинул руку — из воздуха вырвался рой зелёных марионеток, которые подрезали монстров пополам. Но их фрагменты снова собирались, каждый раз становясь уродливее. Неола расправила крылья, глаза сверкнули фиолетовым. Она крикнула: — Ал, держись рядом! Она ударила по земле ладонью — из-под неё вырвался импульс фиолетового цвета, и волков отбросило к стенам. Их пиксели начали плавиться, словно от жара. Кукла закатила глаза. — Ну хватит. Мне скучно. Она щёлкнула пальцами — коридор заполнился тысячей маленьких летающих камер. Они начали стрелять по ним тонкими лучами, режущими воздух, металл, плоть одинаково эффективно. Радиодемон закрыл демонессу чёрным щитом — лучи пробивали его оставляя дыры. Суккубша в ужасе: — Чёрт!.. Он усмехнулся: — Милая… я переживал и худшее. Но силы оставляли его очевидно. Девушка схватила его за руку. — Мы должны идти. Сейчас. Садист уже хотел согласиться, когда Вельвет вдруг появилась у них за спиной — словно телепортировалась. Она прошептала на ухо: — Вас не будет нигде. Вокс не хочет видеть нищих. И резко ударила их обеих ладонями — вспышка энергии проломила стену, через которую они вылетели в другой коридор. Брюнетка упала на колени. Ведущий рядом, тяжело дыша, его раны светились зелёной энергией. Оверлорд снова появилась сверху — вися в воздухе. — Игра закончена, детки. Она подняла руку — готовясь нанести финальный удар. Коридор дрожал от грохота пушки, криков. Пыль падала с потолка, стены вибрировали от ударов энергии. В этот момент суккуб медленно поднялась с пола. Её крылья дрожали, глаза горели ярко фиолетовым светом — и чистым гневом. Аластор заметил, как её зрачки сузились до острого блеска. Он, тяжело дыша, произнёс: — Ma chérie… не стоит… Но Неола шагнула вперёд. Каждой клеткой тела она чувствовала — если сейчас не встанет между радиодемоном, и Вельвет, то не выстоит никто. Девушка презрительно хмыкнула: — Ты хочешь играть? Девочка… Я ломаю таких, как ты, за секунду. Демонесса улыбнулась — хищно. Непривычно для себя, но уверенно. — Попробуй. Оверлорд бросила первую волну энергии — ослепительно-розовую, шипящую, как кислотный огонь. Брюнетка взмахнула крыльями — и от них сорвалась фиолетовая дуга. Она столкнулась с атакой Вельвет, воздух взорвался вспышкой. — Ого… — та ухмыльнулась. — Ты стала интереснее, но не настолько. Она телепортировалась за спину. Но Неола ожидала это. Суккуб резко разворачивается, хватается за лицо девушки, впиваясь пальцами в её щёки: — Ты как и Вокс, слишком… много… болтаешь! И в тот же миг демонесса направила в неё удар. Сила, какой суккубы пользовались в древние времена, когда были охотниками, а не игрушками. Вельвет вскрикнула — впервые. Её тело дрогнуло, помехи сверкнули по коже. — Что ты… со мной делаешь?! Грешница приблизила губы к её уху: — Лишаю твоей силы. Она шепнула древнее демоническое слово, которое вызывало у демонов дрожь — и оверлорд рухнула на колени, отключив все свои дроны разом. Экранные волки распались в пиксельный мусор. Вельвет в ярости ударила воздух — вспышка рванулась из её ладони, но была слабой. — Нет… нет! НЕТ!!! Девушка опустила голову: — Ты просто… жалкая. И ударила её крылом — резко, сильно. Кукла отлетела в стену, разбивая панель экранов, потоками пикселей исчезая в обломках. Она попыталась подняться, но рухнула, потеряла сознание. Тишина накрыла коридор. Суккуб развернулась, тяжело дыша. Каждый шаг отзывался пульсацией свежей силы в её теле. Фиолетовое сияние усиливалось, но угасало, когда она подошла к Аластору. Он сидел, прислонившись к стене. Его тело… выглядело ужасно. Кожа — вся в глубоких, рваных трещинах зелёного цвета, словно кто-то провёл по нему когтями. На костюме — разошедшиеся швы, тёмные следы крови. Склера глаз потемнела, зрачки дрожали, как сбивающийся радиоциферблат. Но он улыбался. — Ах… великолепное зрелище — прохрипел мужчина. — Ты справилась так, словно… всегда была рождена для битвы. Неола опустилась перед ним на колени. — Ты в порядке? Ты… весь… — она тронула его руку, дрогнула. — Сатана, Ал… ты же весь изрезан… Он тихо рассмеялся: — Дорогая… это лишь мои боевые раны. Я всё ещё держусь. Но… — радиодемон с трудом поднялся, опираясь на стену — не беспокойся обо мне. Ведущий посмотрел прямо в её глаза. — У нас есть куда более важные дела. Чарли, Рай и Вокс. Брюнетка сжала губы, и кивнула. — Пойдём. Мы должны помочь им. А потом… что-то в ней оборвалось. От напряжения, страха за него, благодарности — да всего сразу. Она внезапно обняла его. Крепко, искренне, словно боялась, что если отпустит — он исчезнет. Аластор… замер. Не оттолкнул. Не выдернул руку. Не высказал сарказм. Садист позволил этому случиться. Хотя не обнял в ответ. Лишь тихо сказал: — Ну же, милая. Не время… терять ни секунды. Демонесса, чуть смущённая, отстранилась, но в её глазах стояла решимость: — Тогда пошли. Сегодня Вокс получит своё. Они двинулись к выходу коридора, навстречу войне, которая разворачивалась внизу.

***

Грохот стоял такой, будто сам Ад трещал по швам. Теледемон расстреливал всё вокруг импульсами чистой энергии, а его голос разносился по площади — усиленный десятками колонок, встроенных прямо в конструкцию сцены. Неола и Аластор вырвались из освободившегося прохода, и на них хлынул горячий воздух, пахнущий озоном, гарью, почти отчаянной решимостью грешников, которые решили, что сегодня лучше умереть, чем жить под Воксом. Чарли, Вэгги и Нифти сражались у подножия той огромной пушки, внутри которой был заключён Люцифер. Пушка сияла бело-золотым светом — небесная энергия выкачивалась из тела Короля Ада, будто Вокс тянул его душу по проводам, а принцесса каждый раз вздрагивала, когда машина выбрасывала очередной заряд. Пара остановилась на мгновение, пытаясь оценить масштабы происходящего. Брюнетка чувствовала поднимающуюся растущей волной ярость — то, что Вокс пытается уничтожить Рай, Чарли, весь их шанс на искупление — всё это билo в сердце так же болезненно, как его жестокость по отношению к ней самой. Рядом с ней радиодемон держался так же ровно, как всегда, но тело его было изрезано тонкими, неровными зелёными полосами. Даже его костюм выглядел так, будто прошёл через мясорубку. Но улыбка… оставалась прежней. Хищной. Спокойной. Радостной, несмотря ни на что. — Ну и свинарник устроил, — прокомментировал тот спокойно, глядя на хаос перед ними— Честно, я ожидал большего шоу. Девушка выдохнула, собравшись с силами. — Нам нужно разделиться. — Разделиться? — каннибал повернул голову, заинтересованно— Обычно после таких заявлений люди предполагают гибель по крайней мере половины участников плана. — Если мы оба пойдём на Вокса, то Люциферу конец, а с ним и Раю — жёстко сказала суккубша. — Ты можешь освободить его. Мужчина поднял бровь. — Хочешь доверить мне короля Ада? Как… необычно. — А у тебя есть вариант получше? — резко.— Я отвлеку Вокса. Ты освобождаешь Люцифера. Мы не можем дать ему уничтожить ворота окончательно. Она видела, как по лицу ведущего пробежала молнией эмоция, настолько короткая, что она не успела её распознать. Он смотрел на неё иначе — слишком внимательно. Будто взвешивал не план, а её саму. — Ты очень смелая, Неола — тихо сказал он, и его голос звучал почти человечески. — Иногда даже глупо смелая. Брюнетка усмехнулась угрюмо: — Училась у лучших. Вдалеке послышалось новое встряхивающее пространство гудение — теледемон перегружал пушку, готовясь к следующему удару. Небо над воротами небес треснуло, будто стекло. Демонесса взглянула на садиста — и впервые позволила себе показать страх. — Если он пробьёт ещё раз… всё. Улыбка Аластора стала немного меньше. Он подошёл ближе — настолько, что его голос звучал только для неё: — Тогда держись, дорогуша. И обещай не сдохнуть. Мне будет крайне скучно, если ты исчезнешь. — Постараюсь — лишь кивнула она. И, не давая себе ни секунды колебаний, бросилась вперёд — прямо в сторону сцены, где стоял Вокс с сияющими голубыми глазами, готовый нажать на спуск. Ведущий смотрел ей вслед пару ударов сердца — и только после этого шагнул в противоположную сторону, растворяясь в хаосе битвы, чтобы добраться до клетки Люцифера. Площадь перед сценой ревела, как живой зверь. Демоны, одержимые страхом и безумием, бросались друг на друга, пытаясь прорваться к выходам или наоборот — к Воксу, чтобы остановить его. Но все они лишь попадали под разряды из его импульсных пушек, падали, дымясь, словно перегоревшие платы. Над всем этим висела громадная конструкция — пушка, питающаяся энергией заключённого внутри Владыки Ада. Яркие небесные лучи рвали воздух, и каждое попадание по воротам небес сопровождалось вибрацией пространства, будто само небо умоляло прекратить. Суккубша бежала — её крылья, увеличившиеся после поглощения силы Валентино. Вокруг всё взрывалось, трещали провода, падали металлические конструкции, но Неола чувствовала только холодную цель: отвлечь теледемона. Выиграть время. Вокс стоял на центре сцены, окружённый проводами, как паук в собственной сети. Его экранные глаза мерцали электрическим безумием. —А вот и ты, моя маленькая изменница — протянул он, заметив её. — Снова решила вмешаться? Ты удивительно плоха в непредсказуемости. — А ты удивительно плох в том, чтобы держать власть— холодно ответила брюнетка, медленно подходя. Она была спокойна. До поры. Оверлорд ухмыльнулся — цифровой рот на его маске искривился. — Ты должна была быть просто красивым троянским конём. А теперь… мы устроим признание. Прямой эфир. Всё как любит публика. Он щёлкнул пальцами — камеры вокруг сцены ожили, нацелившись на неё. И в этот миг демонесса вылетела вперёд, размахнув крыльями которые ударили по воздуху, создавая импульс. Парень не ожидал такой скорости — она почти сбила его с ног, и пушка дёрнулась, почти сорвавшись с режима стабилизации. Тем временем Аластор двигался вдоль разрушенных рядов колонн, почти невидимый среди хаоса. Его уши ловили всё: треск электричества, рычание демонов, далёкие стоны раненых… и слабый, почти угасающий пульс Короля Ада внутри машины. Устройство Кармины было массивным, насыщенным божественной энергией, и даже Радиодемон чувствовал её отталкивающую силу. Приближаясь, он заметил металлический кокон, внутри которого медленно поднимался и опускался грудь Люцифера — его сила убывала с каждой секундой. — Ну что ж, ваше величество— пробормотал ведущий, рассматривая защитные шины — кажется, пора вылезать. Хотя в столь нелестном положении вы выглядите просто великолепно. Он поднял руку, собирая вокруг пальцев вибрирующие частоты своего радио-сигнала. Его сила била в металл, разрывая заклинания Кармины. Но защита была куда прочнее, чем мужчина ожидал. И чем дольше он бил по барьеру, тем сильнее становился неприятный вибрирующий отклик — пушка пыталась адаптироваться под его частоты. — Чёртова техника,— прошипел каннибал— ненавижу, когда железки пытаются думать. На сцене Вокс уже оправился от атаки. Он резко развернулся, ударив по Неоле разрядом. Её отбросило к металлическим усилителям, но девушка удержалась — крылья сверкнули, поглощая часть импульса. — Какая неожиданная прокачка, малышка — насмешливо произнёс теледемон — Новые крылья? Новые силы? Думаешь, это поможет тебе против меня? Она улыбнулась в ответ — хищно, так, как редко позволяла себе. — Думаю, ты слишком уверен в себе, Вокс. А это — смертельно опасная ошибка. Оверлорд взревел — динамики вокруг заскрежетали. — Я — сеть, власть. Я — весь Ад! И обрушил на неё поток разрядов, превращая сцену в ослепительный хаос. Демонесса, едва удерживаясь, расправила крылья, ловя часть энергии, направила её назад — тонкой, но точной вспышкой, которая ударила Вокса в грудь, и заставила его отступить на шаг. — Ты… отражаешь мою энергию? — его голос дрогнул. —Адаптируюсь,— ответила брюнетка— Как ты учил своих рабов. Правда, никто не выдерживал столько, сколько я. Парень яростно бросился к ней — металлические кабели вокруг ожили, пытаясь схватить её. Аластор наконец нашёл нужную частоту. Он сжал микрофон-посох, и его голос стал глубже, резче, приобретая металлический скрежет. Барьер задрожал. Пошёл трещинами. Люцифер внутри поднял голову, едва открывая глаза. — Олень…? — голос был тонким, слабым. —Не разговаривайте, король— усмехнулся радиодемон. — Сохраните силы. Я почти… И тут его отбросило назад вспышкой энергии — пушка решила защищаться. Ведущий ударился о ближайшую колонну, закашлялся, кровь выступила на губах. — О… чудесно. Она ещё и дерётся — выдохнул он, поднимаясь на ноги со злой ухмылкой. — Кармина, твою мать. На сцене Неола уже была в ловушке кабелей — они обвили её руки и ноги, пытаясь притянуть к Воксу. Но она, из последних сил, расправила крылья и встретилась с ним взглядом. — Я здесь не чтобы победить тебя. Тот замер. — А чтобы выиграть время. И в этот миг по площади раздался резкий, мощный хруст, будто металл ломался под гневом самого ада. Это каннибал снова ударил по барьеру — и на этот раз трещина была огромной. Вокс резко повернулся в ту сторону. — Нет… нет-нет-нет! Стоять! Демонесса хищно улыбнулась. — Поздно. Он уже почти освободил Люцифера. Теледемон закричал — яростно, звериным визгом, который сорвал сигнализацию по всей площади. Кабели попытались задушить девушку, а сам он рванулся к пушке… Но она схватила его за руку. — Оставайся здесь. Тот ударил её током — суккуб закричала — но не отпустила. Последний удар. Аластор, обливаясь зелёной кровью, вложил остатки силы в трость — и барьер лопнул, рассыпавшись светом. Люцифер упал ему в руки — полубессознательный, но живой. — Вот же… тяжёлый король, — фыркнул ведущий. — Надеюсь, ты того стоишь. — НЕЕЕЕТ!!! Вокс отбросил Неолу, переполняемый бешенством. Все провода вокруг пришли в движение, как стая металлических змей. И он прицелился в демонессу, чтобы стереть её разрядом, который бы расплавил даже оверлорда. Но брюнетка поднялась. Несмотря на кровь, боль, дрожь в руках. Она посмотрела ему прямо в глаза. И улыбнулась — упрямо и страшно красиво. — Я выиграла тебе время, Ал. Теперь твоя очередь. И в этот миг… теледемон был не просто зол — а сломан. Его план рушился прямо у него в руках. Люцифер освобождён, Чарли всё ещё жива, толпа уже перестала бояться его… и Неола стояла, шатаясь, но всё ещё не мёртвая. — Я УНИЧТОЖУ ТЕБЯ! — рявкнул Вокс, взмывая в воздух, тело его затрещало, превращаясь в электрический силуэт. Он собрал весь заряд — максимальный, тот, что он берег для Рая. И направил его в демонессу. Она не успевала даже закрыть лицо. И тогда.. Раздался сухой треск эфира. Удар, от которого пространство выгнулось дугой, попал не в девушку, а в фигуру, что оказалась перед ней. Аластор. Он стоял, дрожа, согнувшись, с тростью, воткнувшейся в землю, чтобы удержаться, вокруг них был чёрный купол. На его теле снова проступили зелёные, светящиеся как яд трещины — следы ран. Садист выдохнул сквозь зубы: — Я бы попросил… поаккуратнее… с дамой. Неола распахнула глаза. — Ал… ты… — Тсс, — он поднял бровь, хотя голос был почти срывом. — Не порть момент героизма. Но Вокс был уже вне себя. Он собрал второй импульс. Сильнее первого. — ЭТОТ АД ПРИНАДЛЕЖИТ МНЕ!!! Радиодемон попытался вновь создать щит, но силы уходили. Его тело буквально дрожало, сшивки на лице рвались, обнажая под ними демоническую сущность, которая хотела вырваться, но была удержана истощением. Брюнетка, увидев это, шагнула к нему, готовясь закрыть собой. Она знала — они оба не выдержат второй удар. Пожтому она решила рискнуть. И дотронулась к красному камню на груди, тот засиял. Грохнул звук, глубокий. Как удар гигантского сердца. И ярко-розовый, ослепительный луч разорвал пространство между Аластором и Воксом. Разряд теледемона погас как свеча под дождём. — Что за…? — прошипел парень, дёрнувшись назад. И на середине разрушенной площади, между дымом, криками и электроискрами… появился Асмодей. Его аура была настолько мощной, что даже обломки вокруг растворялись в розовом мерцании. Его шаги гулко отдавались в земле. Позади него уже подбегали стражи Круга Похоти. Демон-повелитель был не просто зол. Он был в ярости. — ВОКС. — Его голос был глубок, насыщен силой и… разочарованием.— Ты перешёл все границы. Даже для тебя. Но тот, хоть и дрожал, всё же поднялся. — Не смей указывать мне, петух на каблуках! Я— Он не успел закончить. Грех взмахнул рукой — и оверлорда прибило к земле телепатическим ударом, таким сильным, что металл под ним погнулся. Его экран треснул. Вокс попытался рвануться вверх, но Владыка Похоти добавил ещё давления — и в следующее мгновение от босса Ви осталась лишь его истинная форма: один мигающий экран, потрескавшийся, как старый телевизор. Асмодей поднял его двумя пальцами. — Вот и вся твоя власть. Толпа ахнула. Некоторые закричали. Демоны начали разбегаться, понимая, что всё действительно закончилось. Неола и Аластор стояли неподвижно, осознавая масштаб происходящего. Асмодей посмотрел на них. Первым — на радиодемона. Холодно, недоверчиво, но без агрессии. Потом — на суккубшу. И вот тут его взгляд стал другим — глубоким, тяжёлым, как приговор. — Ты нарушила древнейший закон, девочка. Неола вздрогнула, но попыталась сохранять стойкость. — Господин, я… — Не перебивай. Голос был настолько властным, что даже каннибал чуть повернул голову — редкое зрелище, когда он кого-то слушает. Грех подошёл ближе. — Ты не просто сохранила крылья, а активировала их. Усилила. Поглотила силу оверлорда. Он поднял треснувший экран Вокса, рассматривая его как доказательство. — Это делает тебя угрозой. И не только для меня. Пауза. — Ты обязана вернуться со мной. Немедленно. Неола побледнела. — Чтобы… что? — Вырвать твои крылья как и должно быть. Ведущий резко расправил плечи. — Прошу прощения, но— Асмодей метнул в него взгляд. — И тебе стоит помолчать, Ал. Ты не в том состоянии, чтобы играть героя. И не в том положении, чтобы спорить с Повелителем Круга. Радиодемон сжал трость. Его улыбка чуть дрогнула — опасно, хрупко. Демонесса шагнула вперёд. — Господин… пожалуйста… они — единственное, что у меня есть. — Не лги себе, девочка. Он приблизился, глядя прямо ей в глаза. — Крылья дают тебе силу, которую ты не контролируешь. Это не свобода, а цепи. И если ты их не сбросишь… то закончишь как те, кто пал до тебя. Неола дрогнула. Она чувствовала, как будто мир вокруг сжимается. Аластор сделал шаг к ней — незаметный, но твёрдый. Сказал тихо: — Она не идёт одна. Архидемон повернул к нему голову. — И кто же ты, чтобы решать? Мужчина наклонился, опираясь на посох, и его глаза вспыхнули глубоким, опасным, красным огнём. — Тот, кто не позволит забрать свою… союзницу. Брюнетка почувствовала, как сердце ударило сильнее. Это было… неожиданно. И приятно. Но Владыка не отступил. — Прощайся, и только. У тебя 5 минут, и мы уходим. Его аура вспыхнула. — Пока ещё даю такую возможность. Пять минут. Всего пять минут — и эти слова всё ещё звенели в голове суккуба, когда она повернулась к Аластору. Гул далёкой битвы постепенно стихал, хаос вокруг расплывался, словно мир сам понимал, что сейчас между ними происходит нечто важное, почти интимное, как редкое затишье посреди бури. Садист стоял прямо, опираясь на трость, хотя было видно, что силы покидают его. На выцветшем красном костюме — тёмные подпалины, порванные края. На коже — шрамы, оставленные Воксом: тонкие, рваные и светящиеся ядовито-зелёным, точно они всё ещё обжигали. Но лицо его оставалось спокойным, как и всегда, будто боль была чем-то совершенно несущественным. — Спасибо, — тихо сказала демонесса, глядя ему прямо в глаза. — За всё, за то, что выжил. И… — она сглотнула, пытаясь подобрать слова. — что защищал меня. Мужчина слегка склонил голову, будто прислушиваясь к её голосу, словно к новой мелодии. — Благодарность — чувство, к которому я, признаюсь, не очень привык,— мягко произнёс каннибал, почти насмешливо. Но это пусто, лишено острия. — Но мне приятно слышать, что мои усилия не пропали даром. Брюнетка отвела взгляд, зажмурилась, пытаясь удержать дрожь. — Я… должна идти. Асмодей ждёт. Ему нужно… — Неола прикрыла рукой крылья, перья которых всё ещё слегка светились после боя. — Я стану его собственностью. Работой. И… мы вряд ли увидимся снова. Она сказала это ровно, но голос всё же дрогнул. Будущего больше не было — ни для неё, ни для того странного, невозможного доверия, что возникло между ними посреди войны. Аластор молчал. Минуту. Две. Слишком долго. Он смотрел на неё так, будто изучал, пытался понять, что именно она только что у него украла — или что отдала. Наконец-то выпрямился чуть сильнее, будто в нём проснулась новая решимость. — Не делай поспешных выводов, ma chérie — сказал оверлорд низким, ровным голосом. — Я обязательно что-нибудь придумаю. И когда время придёт… мы ещё встретимся. Радиодемон всегда находит того кто ему нужен. Эти слова прозвучали слишком уверенно для того, кто едва стоял на ногах. Девушка почти улыбнулась — печально, горько. Развернулась, чтобы уйти к ожидающему Греху, но остановилась, когда почувствовала, как что-то лёгкое, но твёрдое коснулось её пальцев. Аластор взял её за руку. Но не крепко — будто боялся, что она может рассыпаться в пепел от слишком грубого прикосновения. Его пальцы были холодными, но удивительно аккуратными, почти бережными. Суккубша, ошеломлённая, повернулась к нему. Ведущий поднял её руку медленно, как что-то бесконечно важное. Наклонился, и, едва-едва коснулся её кожи губами. По-джентльменски. Почти старомодно. Но в этом прикосновении было больше тепла, чем во всех словах ,что он мог сказать . Она ахнула тихо, не ожидая от него чего-то настолько… человеческого. Каннибал отпустил её также мягко, как взял. Его глаза блеснули странным светом — не дьявольским, не кровожадным… живым. — Прощай? — прошептала брюнетка, потому что голос больше не слушался. — До встречи — поправил он. Сердце забилось где-то в горле. Она кивнула — почти незаметно — и, прижимая крылья к спине, обернулась в сторону огромной фигуры Асмодея, который всё это время терпеливо ждал в стороне, но взгляд его становился всё более тёмным. Неола сделала первый шаг. Потом второй. И только тогда поняла: этот невесомый поцелуй на её руке жёг сильнее любого огня, которым пользовались демоны.