Искушение суккуба

Комната была погружена в приглушённый фиолетовый полумрак. Шторы не до конца закрывали окна, и неон города лениво расползался по стенам. Вокс лежал на спине, закинув одну руку за голову, экран на его лице давно погас — редкость, означающая, что он действительно думал, а не позировал. Валентино растянулся рядом, на животе, лениво выводя когтем узоры по простыне, будто всё происходящее его не особенно волновало. Тишина после секса была странной — не неловкой, а напряжённой. Как затишье перед тем, как кто-то обязательно скажет что-то важное. — Итак, — протянул мотылёк, не поднимая головы — мы снова в одной лодке. Только теперь грести придётся против течения. Бизнесмен усмехнулся. — Зато грести вдвоём. Это уже прогресс. Мужчина фыркнул. — Ты правда думаешь, что от сделки с Неолой можно просто… избавиться? — он повернул голову, прищурился. — Она не из тех, кто отпускает игрушки. — Думаю, — спокойно ответил теледемон— что любая сделка имеет слабое место. Особенно если её заключал суккуб с амбициями. Сутенёр приподнялся на локтях. — Осторожнее, — хмыкнул тот — Ты всё ещё жив только потому, что она пока считает тебя полезным. — Вот именно— парень повернул голову к нему. — Пока. Бывший оверлорд замолчал на секунду, будто взвешивая, стоит ли говорить дальше, а потом добавил: — Если мы хотим выбраться, надо бить по ней не напрямую. Моль медленно сел, простыня сползла с плеч. — А по кому тогда? Вокс повернулся к нему, улыбка стала острее. — По Аластору. Имя Радиодемона прозвучало почти как вызов. Валентино замер, а потом рассмеялся — тихо, хрипло. — Ты шутишь? Этот олень — ходячая катастрофа. Он пережил куда более сильных, чем мы. — Знаю, — кивнул грешник. — Но дело не в силе. Он сел, опершись локтями о колени. — Ты видел, как она на него смотрит? Не как на партнёра. И уж точно не как на подчинённого. Мужчина нахмурился. — Думаешь, у них…? — Да,— перебил Винсент— что он её слабость. Или, по крайней мере, был ею. А такие связи в Аду — редкость. И всегда дорого обходятся. Валентино задумчиво щёлкнул языком. — И ты предлагаешь… что? Столкнуть их лбами? — Нет, — Вокс усмехнулся. — Я предлагаю сделать так, чтобы Аластор стал проблемой. Он поднял взгляд. — Если Неоле придётся выбирать между сделкой и чувствами, она ошибётся. Все ошибаются, когда дело касается эмоций. Мотылёк медленно улыбнулся — той самой улыбкой, от которой обычно страдали другие. — Мне нравится, как ты думаешь, — протянул тот. — Опасно, с большим шансом, что нас убьют. — Ну, — пожал плечами демон— скучно нам точно не будет. Сутенёр откинулся обратно на подушки, заложив руки за голову. — Ладно, Вокси. Допустим, я с тобой. Он повернул голову, глядя в потолок. — Но если мы лезем к Радиодемону, нужно быть готовыми к тому, что Ад вспыхнет. Бизнесмен усмехнулся, в глазах мелькнул знакомый блеск. — Отлично. Значит, начнём с искры.

***

Прошла неделя — странная, тихая, почти неправильная по меркам Ада. Для посторонних всё выглядело обычно: суккуб правила кабаре с холодной уверенностью, Радиодемон — Отелем, всё так же улыбаясь своей вежливой улыбкой и внезапно появляясь из теней. Но между ними существовало что-то невидимое, тонкое, как нить, натянутая между двумя пропастями. Они виделись не каждый день, но достаточно часто, чтобы это перестало быть случайностью. Иногда демонесса приходила в Отель поздно вечером — не как оверлорд, а как… просто девушка. Они сидели в библиотеке, где пахло пылью, старой бумагой и слабым ароматом чая. Говорили обо всём и ни о чём: о музыке Земли, о том, как менялся Ад за десятилетия, о грешниках, которые смешили их обоих. Иногда ведущий позволял себе то, чего раньше не допустил бы ни при каких обстоятельствах. Он ел нормальную еду. Не внутренности или сырое мясо, а простые блюда — пусть и адские, но всё же… обычные. Мужчина делал вид, что это ничего не значит, что это просто «эксперимент», но брюнетка замечала, как осторожно тот наблюдает за её реакцией. И каждый раз, когда она улыбалась, что-то в его груди странно сжималось. Иногда он приносил цветы. Не как в первый раз — неловко и будто по инструкции, а уже увереннее. Розы, тёмные лилии, иногда совсем экзотические адские растения, которые шевелились и тихо шептали. Грешница всегда ставила их в воду, даже если они не нуждались в ней, и каждый раз благодарила — искренне. Это почему-то было важно. Они обнимались. Не часто. Обычно это были короткие, осторожные прикосновения — рука на талии, плечо к плечу, редкие объятия, в которых Аластор сначала напрягался, а потом… позволял. Он был худым, почти угловатым, но под этим чувствовалась сила, как у натянутой струны. Неола каждый раз ловила себя на мысли, что в этих объятиях было больше тишины и безопасности, чем во всём её огромном доме. Только вот было кое-что, что не давало каннибалу покоя. Его душа. Он мог смеяться, шутить, вести себя как обычно, но иногда — в самые неподходящие моменты — чувствовал это. Тонкое давление где-то глубоко внутри, не боль, нет… осознание. Как якорь, вбитый в саму суть. , Он, Радиодемон, один из самых опасных грешников Ада, был… связан. Однажды вечером оверлорд сидел в своей комнате в Отеле, у окна, глядя на вечный красный горизонт. В руках — бокал с виски, который тот даже не пил. Радио в голове трещало тише обычного, будто тоже прислушивалось к его мыслям. "Она не пользуется этим."— раздражённо отметил садист. И это злило сильнее, чем если бы демонесса действительно тянула за нити. Потому что где-то глубоко он понимал: Неола может. В любой момент, и не делает этого не потому, что не умеет, а потому что… не хочет. А это уже было опасно. Ведущий вспоминал, как она смеялась на прошлой неделе, сидя у него на диване, поджав ноги. Как без спроса поправила его бабочку. Как сказала, что ему идёт тишина, когда он выключает радио. "Тишина,— хмыкнул он мысленно. — Кто бы мог подумать?" В какой-то момент каннибал поймал себя на том, что думает не о том, как вернуть душу, а о том, что будет, если он это сделает. И эта мысль была куда страшнее. Аластор медленно сжал бокал, стекло едва слышно треснуло под давлением когтей. Улыбка вернулась на лицо — привычная, безупречная, но в глазах мелькнуло что-то иное. — Опасная ты женщина, ma chérie… — тихо, почти беззвучно пробормотал Радиодемон в пустоту.

***

Прошло всего пару дней — и Ад будто сошёл с ума. Шестьдесят лет со дня Победы и заключения соглашения с Раем. День, который демоны любили почти так же сильно, как хаос. Улицы всех кругов были залиты светом неона и адского пламени, повсюду — гирлянды из костей, голограммы старых лозунгов, сцены с живой музыкой, демоны танцевали прямо на крышах, грешники пили так, будто завтра их сотрут из существования. Воздух гудел от смеха, криков, музыки и магии. Ад праздновал. Неола стояла перед зеркалом в своей спальне, медленно проводя пальцами по ряду нарядов, развешанных на вешалке. Сегодня хотелось выглядеть… не как владычица кабаре и не как суккуб, вышедший на охоту, а просто — красиво. Она отложила строгий костюм, потом чёрное платье с высоким разрезом. Остановилась на другом: тёмно-бордовом, почти винном, мягко облегающем фигуру, с открытой спиной и тонкими бретелями, но в последний момент передумала. Волосы оставила распущенными, лишь слегка подкрутив кончики, макияж — тёплый, с акцентом на глаза. Телефон на туалетном столике завибрировал. Веросика: «Малышка, ты жива? Праздник без тебя — преступление. Я уже жду. И да, Энжел тоже приглашён.» Демонесса усмехнулась и отправила короткое «Еду». Она как раз застёгивала браслет на запястье, когда воздух в комнате дрогнул. Тень в углу стала гуще. — Ну конечно… — вздохнула брюнетка, даже не оборачиваясь. — Ты всегда выбираешь эффектные моменты. Из тени вышел Аластор. Он был одет как обычно безупречно, но сегодня — в чуть более светлом костюме, с бордовой бабочкой вместо привычной красной. Улыбка на месте. Радиошум — тихий, почти ленивый. Но когда его взгляд скользнул по ней, он на мгновение… задержался. Совсем чуть-чуть. — Добрый вечер, моя дорогая, — протянул садист. — Судя по всему, я прервал нечто весьма… праздничное? Оверлорд наконец повернулась, скрестив руки на груди. — В Аду праздник. Удивительно, да? — с иронией ответила та. — Все гуляют, пьют и делают глупости. — Хм, — он приподнял бровь. — Значит, ты решила не отставать от традиций? Мужчина оглядел её ещё раз — теперь уже откровенно. Не пожирающе, не как хищник. Скорее… оценивающе. И в этом было что-то непривычное. — И куда же ты собралась в таком виде? — спросил, словно между прочим, но уши предательски дёрнулись. Неола заметила. Конечно, заметила. — Веросика устраивает вечеринку — ответила суккуб спокойно. — Большую, громкую. Очень в её стиле. Я и Энжел приглашены. — Веросика Мэйдей… — протянул каннибал, будто пробуя имя на вкус. — Ах да. Королева разбитых сердец и громких скандалов. Сделал шаг ближе. — И ты считаешь разумным исчезнуть в толпе пьяных демонов в такой… знаменательный день? — С каких пор тебя волнует моя разумность? — фыркнула девушка. — Или моя безопасность? Грешник на секунду замолчал. — С тех пор, — наконец сказал он мягче обычного — как некоторые вещи перестали быть для меня… абстрактными. Она приподняла бровь, изучая его лицо. — Ты волнуешься? — с лёгкой насмешкой уточнила брюнетка. — Интересуюсь— тут же поправил ведущий, улыбка снова стала шире. — Это разные вещи. Демонесса подошла ближе, остановившись почти вплотную. — Расслабься, Радиодемон. Это всего лишь праздник. Я не собираюсь устраивать революцию… как минимум сегодня. Она взяла клатч, проверила телефон, затем взглянула на него снова. — Хочешь — приходи. Там будет весело. Много музыки, танцы, хаос. Всё, что ты так любишь… или ненавидишь, до сих пор не определилась. Оверлорд тихо рассмеялся, радио в его голосе на секунду зашипело. — О, моя дорогая, — наклонился тот ближе, почти к её уху— хаос я люблю только тогда, когда знаю, кто его контролирует. Она усмехнулась. — Тогда наслаждайся сюрпризом. И, не дожидаясь ответа, направилась к выходу, чувствуя спиной его взгляд. Аластор остался стоять посреди комнаты, сложив руки за спиной. Улыбка была на месте. Но глаза — тёмнее обычного. Садист сделал шаг вперёд ровно в тот момент, когда Неола уже потянулась к двери. — Подожди— сказал он. Хозяйка квартиры обернулась, медленно, с вопросительным взглядом. — Что-то случилось? — спокойно спросила она, хотя интуиция уже подсказывала: разговор будет неприятным. Мужчина чуть выпрямился, сцепил пальцы за спиной. Его улыбка была на месте — привычная, безупречная, но радио в голосе едва заметно потрескивало. — Нам… необходимо поговорить— произнёс он. — До того, как ты уйдёшь развлекаться в компании рок-звёзд и прочих любителей шума. — Если это ревность, то можешь не начинать— сухо ответила девушка. — Я опаздываю. — Это не ревность— быстро отрезал тот. — По крайней мере… не только. Ведущий замолчал, будто подбирая слова, что было редкостью. Обычно он говорил легко, с насмешкой, словно каждое предложение — часть заранее написанного сценария. Сейчас же каннибал словно… импровизировал. — Между нами многое изменилось, — наконец сказал грешник. — Мы не враги, не партнёры по сделке, не временные союзники. И всё же… — на мгновение отвёл взгляд. — Есть одна деталь, которая меня не устраивает. Оверлорд скрестила руки на груди. — О, — протянула она. — И что же это? Он посмотрел прямо на неё. — Моя душа. Слова повисли в воздухе, тяжёлые, как свинец. На лице Неолы мелькнуло удивление. Совсем короткое. Она явно не ожидала, что он заговорит об этом так. — Я думал, — продолжил Радиодемон — что смогу игнорировать это, что это всего лишь формальность. Но теперь… — его уши дёрнулись, прижимаясь к голове. — Это стало проблемой. Брюнетка несколько секунд молчала, изучая его. Потом усмехнулась — мягко, почти лениво. — Вот оно что. — сказала она. — Тебя это наконец начало беспокоить. — Не искажай— резко ответил садист. — Меня это беспокоило и раньше. — Нет, — покачала головой грешница. — Раньше тебя беспокоило, что кто-то имеет власть над тобой. А сейчас — что это я. Аластор прищурился. — И в чём разница? Она подошла ближе, остановившись на расстоянии шага. — В том, — сказала спокойно — что так безопаснее. Для всех. Когда я знаю, где ты, что ты делаешь и какие игры затеваешь. Сам знаешь, на что способен. — Я не пёс— в голосе ведущего появилась сталь. — И уж точно не на поводке. — А я не твоя спасительница — парировала Неола — И не обязана отпускать тебя просто потому, что нам сейчас… хорошо. Это слово — хорошо — задело сильнее, чем ожидалось. — Значит, вот как ты это видишь? — его улыбка стала резче. — Контроль под видом заботы? — Не переворачивай — нахмурилась суккуб — Я никого не использую, в отличие от тебя. Радиошум усилился. — Осторожнее, — произнёс тот тихо. — Ты сейчас говоришь так, будто я всё ещё тот монстр, которым был раньше. — А разве нет? — резко спросила демонесса. — Ты сам сказал: в Аду нельзя доверять. Он сделал шаг к ней. Теперь между ними почти не было расстояния. — Я изменился— процедил мужчина. — Ради тебя. И ты это знаешь. — Изменился — не значит стал безопасным— ответила она, не отводя взгляда. Оверлорд резко выдохнул. Его уши прижались к голове, пальцы сжались. — Значит, ты просто… оставишь всё как есть? — спросил он. — Спать со мной, говорить о будущем — и при этом держать мою душу в кармане, на всякий случай? — А ты предпочёл бы, чтобы я доверилась тебе вслепую? — вспыхнула грешница. — После всего, что было?! — Да! — сорвалось у него. — Хотя бы раз! Тишина ударила сильнее крика. Они смотрели друг на друга несколько долгих секунд. В воздухе чувствовалось напряжение — густое, тяжёлое, почти физическое. — Я не могу — наконец сказала суккуб тише. — Не сейчас. И, возможно… никогда. Улыбка садиста медленно вернулась на место, но была холодной. — Понимаю, — кивнул. — Тогда не притворяйся, что между нами что-то большее, чем рабочие отношения. Эти слова ударили неожиданно больно. —Ты сам только что говорил обратное.— прошептала девушка. — Я ошибся — ответил ведущий ровно. Каннибал отступил на шаг, снова становясь тем самым Радиодемоном, которого знали все: безупречным, язвительным, недосягаемым. — Иди, — добавил он. — Твоя вечеринка ждёт. Не стоит портить праздник… разговорами о доверии. Неола сжала губы, затем резко развернулась и открыла дверь. — Ты сам выбрал этот путь, Ал — бросила она через плечо. — Не вини меня, если он тебе не понравился. Дверь захлопнулась. Аластор остался один посреди комнаты. Радио в его голове гудело, и на этот раз в этом шуме не было ни музыки, ни смеха. Только помехи.

***

Дом Вэросики встретил их волной света, звука и запахов — сладкий дым, алкоголь, духи, грех во всех его вариациях. Музыка била по нервам, не агрессивно, а так, что хотелось либо танцевать, либо утонуть в ней с головой. Внутри было много народу. Слишком много. Грешники всех мастей, демоны разных кругов, знакомые лица и те, кого Неола предпочла бы никогда не встречать снова. Потолок переливался иллюзиями — словно живой, стены были украшены неоном, бархатными драпировками и светящимися символами. По воздуху летали искры магии, смех, крики, фальшивые комплименты. — Бля… — выдохнул Блиц, оглядываясь. — Вот это я понимаю — вечеринка. И тут же его взгляд зацепился за длинную стойку, ломящуюся от бутылок. — Я знаю, где моё место силы. Рванул к бару, лавируя между танцующими телами, как торпеда. Столас секунду постоял, явно сомневаясь, стоит ли следовать за этим стихийным бедствием, а потом лишь вздохнул и пошёл следом. — Я… присмотрю за ним— бросил он через плечо, будто извиняясь заранее. Суккуб осталась с Энжелом. Она медленно осматривала зал, взгляд скользил по лицам, нарядам, жестам. Кто-то явно пытался поймать её внимание, кто-то делал вид, что не узнаёт, а кто-то — слишком явно узнавал. Всё как обычно. И всё же… что-то было не так. Даст это почувствовал. Он всегда чувствовал такие вещи. Парень подошёл ближе и легко, почти невесомо, положил одну из своих рук ей на плечо. — Эй, — сказал тише, чем позволяла музыка. — Ты точно окей? Девушка на секунду напряглась. Всего на миг. Потом повернулась к нему и кивнула. — Да. Правда. Улыбка была идеальной. Паук прищурился, но не стал давить. Вместо этого слегка сжал её плечо, будто говоря "я рядом" и отпустил. — Если что — бар, танцпол или ближайший балкон. Я везде— усмехнулся тот. — Знаю — ответила брюнетка. Оверлорд ещё раз оглядела зал. Праздник кипел. Ад веселился, празднуя мир, который всё равно рано или поздно рухнет. Иронично. Очень по-адски. — Пойду к бару — сказала грешница и направилась туда, куда уже исчез Блиц. Шла уверенно, покачиваясь в такт музыке, лавируя между демонами, принимая пару мимолётных комплиментов, от которых отмахивалась ленивым жестом. Внутри всё ещё было шумно — мысли, эмоции, обида, сомнения — но алкоголь и музыка начинали делать своё дело. Бар показался впереди — яркий, шумный, залитый светом. Бес уже сидел там, размахивая стаканом и что-то эмоционально объясняя бармену. Рядом, с безупречно прямой спиной, устроился Столас, выглядящий так, будто попал на светский приём не по адресу. Неола подошла и опёрлась локтями о стойку. — Мне то же самое— сказала она бармену, даже не уточняя что именно. Виски появился почти мгновенно. Демонесса взяла стакан, задержала взгляд на янтарной жидкости… и на секунду позволила себе подумать, что, возможно, эта ночь будет не самой плохой. Музыка снова накрыла волной, когда суккуб поднесла стакан к губам. Напиток обжёг язык, но не успела она сделать и глотка, как над толпой раздался знакомый, звонкий голос: — Столааас, дорогой, подойди ко мне, нужна помощь! Вэросика махала рукой с другого конца зала, уже утянув за собой парочку демонов просто по дороге. Принц вздрогнул, поправил манжеты и посмотрел на Блица. — Я… э-э… вернусь через минуту, дорогой. — Ага, — фыркнул бесёнок. — Только не дай ей втянуть себя в очередной сопливый “давай поговорим о чувствах под текилой”. Сова неловко улыбнулся и ушёл, растворяясь в толпе. Неола и Блиц остались у бара одни. Она молча поставила стакан обратно на стойку, пальцы сжались чуть сильнее, чем нужно. Парень это заметил сразу — он был тем ещё говнюком, но поведении разбирался прекрасно. — Так, — повернулся к ней всем корпусом, хвост лениво щёлкнул по полу. — Ладно, давай без этой хуйни. По тебе же видно — день дерьмо. И вечер туда же катится. Что стряслось? Девушка усмехнулась, но в этой улыбке не было ни капли веселья. — Ничего особенного— сказала она и всё-таки сделала глоток. — Просто… я поняла истинное лицо одного дорогого мне существа. Брюнетка помолчала, подбирая слова. — И оно оказалось… так себе. Бес прищурился, внимательно глядя на неё. Потом махнул хвостом и фыркнул. — А-а-а — протянул он. — Понятно. Красный радио-парень, да? Неола замерла. Медленно повернула к нему голову. — …что? — Ну а кто ещё— пожал плечами демон, как будто речь шла о погоде. — Вечно улыбается, вечно весь такой “я выше этого дерьма”, а потом — бац — и понимаешь, что тебя держали за удобную фигуру на доске. Парень взял чей-то забытый стакан, понюхал и тут же отставил. — Классика, мать её. Суккуб смотрела на него с откровенным удивлением. — С каких пор ты вообще… — демонесса сделала неопределённый жест рукой, — …знаешь что-то о моей личной жизни? Блиц ухмыльнулся, обнажив клыки. — О, поверь, я знаю куда больше, чем тебе бы хотелось. Оверлорд приподняла бровь. — Например? — Например, —тот наклонился ближе, понизив голос— что у тебя был парень с теликом вместо башки. И что вы с ним были не просто “коллеги по аду”, а вполне себе клёво трахались. Грешница резко выпрямилась. — ЧТО? — Расслабься — Блиц рассмеялся. — Не я подглядывал. Столас рассказывал. — Столас?! — в её голосе прозвучало искреннее недоумение. — Ну да— чертёнок пожал плечами. — Он иногда слишком много говорит, когда переживает. Или когда пьёт. Или когда и то и другое сразу. Девушка выдохнула и устало провела рукой по лицу. — Прекрасно. Просто… замечательно. — Слушай, — демон вдруг стал серьёзнее, насколько это вообще было возможно для него. — Я не лезу не в своё дело, но… если один мудак облажался, это не значит, что весь ад такой же. Он ткнул пальцем в сторону танцпола. — Иногда полезно просто… посмотреть по сторонам. Или, чёрт возьми, выбрать себя, а не очередного харизматичного психа. Она усмехнулась, на этот раз чуть искреннее. — Забавно слышать это от тебя. — Эй, — бесёнок поднял руки. — Я профессионал по плохим решениям. Поверь, знаю, о чём говорю. Неола посмотрела на свой стакан, потом на бар, потом — на бушующий праздник вокруг. — Знаешь… — сказала она тихо. — Возможно, ты прав. Блиц ухмыльнулся. — Я почти всегда прав. Просто мир к этому ещё не готов. Музыка снова усилилась, и где-то в толпе Вэросика рассмеялась так громко, что это было слышно даже здесь. Ночь только начиналась. Алкоголь лился легко — слишком легко. Хозяйка кабаре осушила ещё один стакан, потом второй. Виски уже не обжигал, а растекался тёплой дымкой, приглушая острые углы мыслей. Бес, сидящий рядом, не отставал — он вообще воспринимал выпивку как вид спорта. — Ну вот, — буркнул, ставя пустой стакан. — Теперь мы официально в состоянии “принимать сомнительные решения”. — Я всегда в этом состоянии — усмехнулась девушка, делая знак бармену. — Просто иногда притворяюсь, что нет. Парень фыркнул, но вдруг замер, его взгляд скользнул куда-то за её плечо. Хвост дёрнулся. — Э-э… — протянул тот. — Не хочу портить момент, но, кажется, тот самый хочет с тобой поговорить. — Кто? — машинально спросила она. — Парень с теликом вместо башки. Синий. Стоит так, будто считает это место своей ахуеной виллой Оверлорд медленно обернулась. И действительно — Вокс. Он выглядел иначе, чем обычно: всё те же синие тона, но без излишней строгости, без делового напряжения. Пиджак был расстёгнут, галстука не было вовсе, экран мерцал мягче, почти… живее. Празднично. Их взгляды встретились. Теледемон улыбнулся — той самой улыбкой, от которой когда-то у неё внутри всё сжималось, а теперь… это было просто знакомо. Он подошёл уверенно, будто имел на это полное право, и, не спрашивая, приобнял её за плечи. Легко, но достаточно, чтобы обозначить присутствие. — Неола, — сказал бизнесмен тоном старого друга. — Нам надо поговорить. Она приподняла бровь. — Здесь и сейчас? — Наедине— добавил он, склонившись чуть ближе. — Это важно. Блиц медленно повернулся к ним, смерил Вокса взглядом с головы до ног. — О-о-о— протянул бес. — Я так понимаю, голубки снова спелись? Пошлая ухмылка расплылась на лице чертёнка. Суккуб выдохнула, на секунду прикрывая глаза. Алкоголь шумел в голове, эмоции путались. — Я… — начала она, потом остановилась. — Ладно. Пять минут. Винсент кивнул, явно довольный. — Я подожду— парень поднял стакан. — Если что, буду тут. Пить. Грешница бросила на него короткий взгляд — благодарный, хоть и усталый — и позволила Воксу увести себя чуть в сторону, подальше от шума и света.

***

В это же время в Отеле атмосфера была совсем другой. Чарли сидела за столом, заваленным бумагами и планшетами, с энтузиазмом рассказывала о планах на ближайшие недели. Аластор стоял рядом, как обычно — идеально выпрямленный, с неизменной улыбкой. — …и если всё пойдёт по плану, — продолжала она — то мы сможем расширить программу реабилитации и... Блондинка замолчала, и нахмурилась. — Ал? — М-м? — отозвался он тут же, голос бодрый, как радиопередача в полдень. Принцесса наклонила голову, внимательно вглядываясь в него. — Ты вообще меня слушаешь? — Разумеется, моя дорогая! — ведущий слегка наклонился вперёд. — Каждое слово. — Лжёшь, — сказала она без упрёка, но уверенно. — Ты здесь… — постучала пальцем по столу— …а сам где-то совсем в другом месте. Улыбка каннибала на мгновение дрогнула. Совсем чуть-чуть. Почти незаметно. Он выпрямился, сцепил руки за спиной. — Просто задумался, — ответил мужчина. — Ничего, что должно тебя беспокоить. Блондинка прищурилась. — Это связано с Неолой? Тишина повисла плотная, тяжёлая. Радиодемон не ответил сразу. Его уши едва заметно прижались к голове — жест, который он почти никогда не позволял себе при других. — Почему ты так решила? — наконец спросил тот. — Потому что каждый раз, когда ты так выглядишь— мягко сказала девушка — дело либо в Воксе… либо в чувствах. А он уже в прошлом. Значит, остаётся второе. Садист отвернулся к окну, где огни Ада мерцали празднично и чуждо. — Чувства... — повторил он тихо, почти с насмешкой. — Забавное слово. Морнингстар встала и подошла ближе. — Ты не обязан всё держать в себе — сказала та осторожно. — Что случилось?

***

Коридор оказался почти пустым — приглушённый свет, бархатные тени, музыка с вечеринки сюда доходила лишь глухим пульсом, будто сердце здания билось где-то далеко. Вокс вёл Неолу уверенно, но без грубости. Его ладонь скользнула по её запястью, дверь за ними мягко закрылась. Он обернулся, окинул её внимательным взглядом — тем самым, слишком знающим. — Скажи, что случилось? — произнёс бизнесмен спокойно. — Ты не пьёшь столько просто так. Девушка скрестила руки, прислонившись спиной к стене. — А с каких пор тебя это волнует? — спросила она, прищурившись. Теледемон усмехнулся, чуть наклонив голову. — Всегда волновало. Ты можешь сколько угодно делать вид, что мы друг другу никто… но ты была мне близка. По-своему. Парень сделал шаг ближе. — Это он, да? Суккуб промолчала. Этого было достаточно. Грешник выдохнул, будто всё уже сложилось в голове и в этом выдохе было не торжество — скорее понимание. — Аластор..— тихо сказал он. — Я так и знал. Вокс не стал ждать ответа. Всё произошло слишком быстро — шаг, тень, тепло его тела рядом. Спина Неолы коснулась стены, когда тот прижал её к ней, не грубо, но настойчиво. Его ладони легли по обе стороны от неё, отрезая путь к отступлению. — Ты всегда так реагируешь, когда он делает тебе больно— прошептал бизнесмен. — А потом всегда приходишь ко мне. И поцеловал. Уверенно, горячо. Демонесса ответила почти машинально, позволив ему втянуть себя в это чувство: губы, дыхание, напряжение, которое снималось привычным способом. Его поцелуи скользнули ниже, к шее, к плечу, оставляя за собой горячие, почти ласковые следы. На мгновение брюнетка позволила себе не думать. "Почему бы и нет? Почему бы просто не дать себя целовать, не раствориться в этом, не чувствовать?" Но когда ладонь Вокса двинулась дальше, когда близость стала требовательнее, что-то внутри щёлкнуло. Мысль ударила резко, как холодная вода. "Что я делаю?… и с кем?" Перед глазами вдруг всплыло другое — неловкая улыбка, красные розы, извинения, сказанные с таким трудом. Уши, прижатые к голове. Чужая, непривычная нежность. И на этом фоне — Вокс. Её тело отреагировало раньше разума — Неола упёрлась ладонями ему в грудь и отстранилась. — Стоп — выдохнула девушка. Теледемон замер, удивлённый. Его экран чуть дрогнул, будто помеха прошла по сигналу. — Что? — нахмурился тот. — Всё же было нормально. Она отвела взгляд, чувствуя, как внутри поднимается неприятная тяжесть. — Нет— сказала оверлорд тихо. — Это… неправильно. Парень опустил руки, изучая её лицо. — Это из-за него? — спросил бизнесмен уже без насмешки. Грешница закрыла глаза на секунду, затем открыла и посмотрела прямо на него. — Из-за меня— ответила она. — Я не хочу так. Не сейчас и не с тобой. Повисла тишина. Бывший оверлорд выдохнул, отступая на шаг. — Понял, — сказал он после паузы, и в его голосе впервые за вечер не было ни уверенности, ни игры. — Значит, всё действительно изменилось. Она ничего не ответила. Музыка с вечеринки снова стала слышнее, будто напоминая, что мир вокруг продолжает веселиться — даже когда внутри всё переворачивается. Коридор снова опустел. Вокс задержался у выхода, обернулся через плечо и, уже почти буднично, сказал: — Если вдруг передумаешь… я буду в зале всю ночь. Не было ни привычной насмешки, ни давления. Слишком спокойно... и заботливо. Бизнесмен ушёл, растворившись в шуме вечеринки. И только тогда девушка выдохнула — глубоко, дрожа, будто всё это время держала воздух в груди. Она провела рукой по лицу, пытаясь вернуть себе ощущение реальности. Сердце билось слишком быстро, мысли путались. "Что за чёрт со мной происходит…?" Но облегчение длилось всего пару секунд. Сначала — ощущение. Будто воздух стал плотнее, а тени в углах комнаты сгустились, начали смотреть. Неола медленно подняла взгляд. В дальнем углу коридора — там, где свет почти не доставал — вспыхнули красные глаза. Холодные, узнаваемые. Из тени вышел Аластор. Его улыбка была слишком широкой. Лицо — пустое, напряжённое, словно вырезанное из фарфора. Глаза — циферблаты, стрелки которых дёргались слишком резко, ломая привычный ритм. Радиопомехи глухо потрескивали в воздухе, хотя ни одного приёмника рядом не было. Суккуб всё поняла сразу. Он видел. Всё. Горло сжалось от стыда — резкого, неприятного, почти физического. Хотелось отвернуться, но она заставила себя стоять ровно, не показывать слабость. Радиодемон не сказал ни слова, оказался рядом мгновенно — резкое движение, тень, и его рука сомкнулась на её запястье. Сильно, до боли. Пальцы сжались так, что кожа под ними запульсировала. — Ну и как проходит вечеринка? — спросил он ровно, почти вежливо, однако радиопомехи были в голосе— Судя по всему… просто великолепно. Брюнетка поморщилась от боли, но не закричала. Подняла на него взгляд. — Пусти, — холодно сказала та. — И если между нами ничего нет, то почему тебя это вообще волнует? Стрелки в его глазах дёрнулись. В следующий миг его рука переместилась на горло. Каннибал прижал её к стене, резко, без расчёта. Камень ударил по спине, выбивая воздух из лёгких. Пальцы сомкнулись вокруг шеи — не до удушья, но достаточно, чтобы каждое дыхание стало осознанным. — Замолчи — процедил мужчина. Радиопомехи усилились, воздух задрожал, будто сам ад реагировал на его эмоции. Он наклонился ближе, так что демонесса чувствовала его дыхание — неровное, горячее, злое. — Чёрт возьми, мне не всё равно — вырвалось у него. — И никогда не было. Его голос сорвался, впервые за долгое время. — Моё извинение было искренним садист стиснул зубы. Рука на её горле дрогнула, не усилилась — наоборот, будто он сам сдерживал себя. — И если этот телевизионный ублюдок думает, что может к тебе прикасаться… — оверлорд усмехнулся, эта усмешка была пугающей—то я разорву его. Прямо здесь. И с удовольствием. Суккуб тяжело дышала, чувствуя, как под его пальцами бьётся пульс. Внутри всё металось: страх, злость, стыд, и — к её ужасу — что-то ещё, слишком знакомое. Неола положила ладонь на его запястье. Не для того чтобы убрать, а наоборот, удержать. — Тогда отпусти— тихо сказала брюнетка. — И скажи это без угроз. Её взгляд был прямым, упрямым. Стрелки в его глазах замедлились. Рука на горле ослабла… но Аластор всё ещё был слишком близко. И в этой близости было больше правды, чем в любых словах, которые они говорили друг другу раньше.