Гравитация тишины.

Остальные уроки прошли спокойно, не считая нескольких минут словесной перепалки Маши и Семёна. На переменах Катя рассказывала что происходит в школе, что можно делать, что нельзя, к какой учительнице стоит подлизываться, а на какую можно не обращать внимания. Конечно же Катя порой могла говорить грубо, а Маша всегда опасалась из-за этого её. Но когда девушки увидели как первоклассник полетел в стену из-за невнимательности, то холл сразу заполнился девичьем смехом, а затем дестким плачем. В конце учебного дня Колесникова, стоя на крыльце, осматривала территорию школы. Бяша с другом, Антоном вроде, шли домой, блондин всё время оборачивался на одну парочку. И эта парочка была Ромой и Полиной, Пятифан возвышался над девушкой, бегал глазами, словно чего то опасается. Он смущался? – Ромка уже давно бегает за Полиной, а та сразу убила двух зайцев одной стрелой. Антошка тоже влюблён в неё, только Рома больше власти имеет. – неожиданно подошла Катя. – Я решила пойти к твоей бабушке раньше, только домой зайти и книгу взять, ты не против? – Маша заметила как Катя испепеляет взглядом Антона и блондинка сразу почувствовала неладное. – Только если ты расскажешь почему испепеляеешь взглядом Антона. – усмехнувшись ответила Колесникова. По дороге Катя рассказала такую историю, что кровь в жилах стынет. Оказывается когда ребятам было по тринадцать лет, в посёлке был маньяк, несколь детей исчезло, двоих даже ещё не нашли. Катя и Антон оказались в плену убийцы, и Петров, как настоящий рыцарь, спас её. Точнее они просто сбежали и бродили по лесу всю ночь и весь день. У двоих психика пошатнулась, но только после этого Катя начала на него по другому относиться. Он стал её первым другом мальчиком, а спустя ещё два года она в него влюбилась. Из-за своей гордости и страха Катя не решалась, а когда она узнала, что Антон любит Полину, то и вовсе закрыла это чувство на тысячу замков. Маша хотела спросить, а нашли ли того маньяка, но не успела, девушка стояла возле колидки и ждала подругу. Почему бабушка не рассказала это Маше? Блондинке хотелось больше подробностей, ведь это очень страшно и интересно. – Ледышка. – от знакомого голоса Маша повернулась к источнику, это был Рома. – Что же ты такая острая стала? Давно не было мужского плеча?– сзади Ромы был Бяша и Семён и последний больше всего напрягал её. – Рома, это не твоего ума дело, быть может потом тебе расскажу, если этой свиноты не будет. – Маша отвернулась и стала смотреть на дом Кати, мысленно умоляя её выйти. – Я тебе сказал язык придержать, ледышка. – сильная рука ловко повернула Машу к лицу Роме. Карие глаза прожигали её, этот взгляд словно трогал, щипался, от этого блондинке стало не по себе. Но даже перед дулом пистолета она не собиралась выражать свои эмоции, даже гнев. – Я с тобой разговариваю так же как и ты со мной. – холодно ответила девушка. – Ромыч, дай мне с ней ласково поговорить, такой паинькой станет. – жирные кулаки прохрустели и Маша напряглась, Пятифан это почувствовал, убрав руку с её плеча он повернулся к Семёну. – Твоё "ласково поговорю" с ней ты будешь разговаривать когда я дам разрешение. – от таких слов Колесникова была готова открыть рот. – А ты, повторюсь, научись не огрызаться, моё терпение тоже не резиновое. – так же холодно ответил Рома. – И что же ты сделаешь? Так же захочешь ударить меня? – в ответ Пятифан всего лишь хмыкнул носом. Парень наклонился, обжигая дыханием небольшой участок кожи. В нос ударил крепкий одеколон и табак, и что-то ещё совсем непонятное девушке, толи что-то знакомое и родное, толи совсем иное. – У меня есть свои методы, целочкой долго не будешь. – от такого спокойного голоса Марию окутал табун мурашек, но вместе и с ним пришёл гнев. – Я вижу ты превратился в ублюдка, Ромочка. Мне не составит труда проехаться на льду по твоей шее. – голос был спокойным, но глаза горели от гнева и Рома это видел. Маша не ожидала такого от Пятифана, в кого он превратился? Хотя и в детстве был не лучше, но всё же. – Скоро весна, ледышка, провалишься под лёд и захлебнёшься, а я с удовольствием на это посмотрю. – его голос стал грубее, из-за чего Колесникова злилась ещё больше. Ей не нравилось его поведение, слишком много себе позволяет. Рома выпрямился и обошёл девушку, специально задев её плечо.

***

– Да, забыла тебе сказать, Рома стал ещё тем подонком, но равзе это не было очевидно? – Катя всю дорогу слушала от Маши какой Рома стал ублюдком и что к нему зарождается ненависть. – Он хочет чтоб я с ним нормально разговаривала, а сам пошлятину всякую говорит! – в который раз сказала Колесникова, от чего Кате становилось уже смешно. – Теперь, хочу услышать историю, почему же ты ненавидишь Полину? – на столе в комнате Марии стояли две кружки чая, сама же девушка сидела на подоконнике и зажгла сигарету. Бабушка была конечно же на работе, и придёт не скоро, поэтому такую шалость Маша себе позволила. – На самом деле всё это произошло около года назад, и простыми словами Полина заработала себе статус шлюхи, а я статус сплетницы, хотя не отрицаю этого. – закусив печенье и сделав глоток чая Катя продолжила. – В двадцати минутах от начала леса находится полузаброшенный дом, где часто компании устраивали вечеринки. Так же, два года назад, нам перестроили дом культуры, на каждом празднике там дискотеки. И там и там мы с Полиной всегда приходили вместе, пока Ромка прожигал её взглядом, она общалась с мальчиками. И подумаешь, ну не любит его, бывает такое, но Полина начала уводить у меня мальчиков. И Роме ложные надежды давала, словно для неё это игра. – от таких слов Маша подавилась сигаретой. – Да ну нахуй. – оживлённо сказала блондинка. – Изначально это было незаметно, она просто общалась с ними и те в неё влюблялись забыв про меня. Потом она могла спокойно сказать мне, что переспала с тем, кто мне нравился, всё время говоря "он сам этого захотел, а он симпатичный". В один момент я не выдержала и сказала Роме, вот только он влюблённый долбаеб и не видит этого. – Это слишком тупо не видеть этого.– сказала Колесникова, потушив сигарету. – Согласна, но парни из-за страха к Роме отрицают этого, как и Полина, поэтому верит им. Полина морозит Рому, при этом удерживает маленькими знаками, а так же цепляет Антона, им вертеть куда проще. Так у нас и зародилась вражда, когда Полину объявили первой скрипкой школы, то поняла что любит внимание. – Маша внимательно слушала подругу. Катя так же рассказала как сама пускала слухи про людей, и если раньше это было из-за вредности, то сейчас в основном сплетни про "скрипку" школы. – Ты чемпионка СССР, ты уехала со славой и приехала с ней, Полине это не нравится, а если ты ещё заберёшь кого нибудь из её мальчиков, то она голову тебе скрутит, особенно если это будет Рома... Я тебе тоже скручу, если на Антона полезешь. – пробубнила Катя, но Маша это услышала. – Не волнуйся, твой Антошка меня даже не интересует как друг. А Пятифан такой дебил, что мне тошно, поэтому и он в пролёте. – усмехаясь ответила Колесникова. – Теперь ты расскажи, почему сюда переехала? – и Маша помрачнела быстрее любой гоночной машины. Воспоминания, словно пули, тут же прилетели в неё с большой болью.

***

Входная дверь открылась и громко залопнулась, Маша сматерилась, уже слыша детский плач и тяжелые шаги. Брюнетка лет тридцати пяти вышла из комнаты и смотрела как девушка на костылях пытается разуться. – Как же ты меня достала, я только Аню уложила спать! – женщина скрестила руки на груди, игнорируя плачь ребёнка. – Света, уж лучше иди и успокой её, не видишь я на костылях? Как я могу тихо закрывать дверь, курица безмозглая! – огрызнулась Маша. – Да как ты смеешь!? – Светлана хотела подойти и ударить девушку, но костыль упёрся ей в живот. – Если ударишь, то я эти костыли засуну тебе в жопу, отстань от меня! – блондинка еле как встала, чувствуя как свежие швы горят на ноге. – Вова приедет с вахты, ты сразу вылетишь из это квартиры, дрянь! Раньше от тебя хоть какой-то толк был, а теперь ты лишний рот, который я не собираюсь кормить. Да уж лучше бы ты без ноги осталась, ты бы точно начала что-то делать. А так только и делаешь что ноешь, ничтожество! – с самого начал Мария и мачеха невзлюбили друг-друга, но это было незаметно даже для них. Маша всё время была на тренировках и в школе, пока та стачивала лезвие от коньков, Светлана же сидела беременная дома, а Владимир часто застревал на вахте. Самое ужасное, что эти слова действительно влияли на Машу, и как бы она ни старалась, они всегда вызывали у неё ухудшение состояния. Мучительные две недели проходили с криками, драками и дестким плачем. Как только Владимир приехал с вахты, Светлана, его новая жена, тут же закатила истерику. Тогда Маша уже могла спокойно ходить, и нервы её сдали окончательно. Мария схватила Светлану за волосы и та сразу встретилась со стеной, оставив небольшое пятно крови. На следующий день отец зашёл в комнату к дочери, которая на этот момент обрабатывала ногу. Как же Владимиру было больно на это смотреть. На икре дочери была ровная длинная полоса, красная, а местами розовая. Швы затянулись, но не полностью, оставив маленькие следы, этот шрам будет большим и ярким, и все это понимали прекрасно. – Чего тебе? – грубо сказала Маша. – Я хочу с тобой поговорить, по поводу Светы. – отец, чувствовал себя виновато, но останавливаться не собирался. – Я думаю, тебе стоит поехать к бабушке Вере, на определённое время. – тяжело вздыхая сказал Владимир. – На сколько? У меня учёба накапливается, я максимум смогу у неё неделю побыть, а добираться три дня. – не смотря на своего отца ответила Колесникова. – Пока тебе не будет восемнадцать лет. – в этот момент бутылочка перекиси водорода упала на пол, заливая небольшой участок пола. Мария смотрела в одну точку, с каждой секундой она больше понимала суть его слов и масштаб ужаса. – Тебе шестнадцать, я не могу отправить одну тебе жить, к тем более в таком большом городе. А там твои старые друзья, бабушка, ты моргнуть не успеешь как уже надо будет уезжать. Два года. Эти мысли душили девушку, нет, она не была готова к такому. В тот вечер квартира заполнилась криками и слезами, Мария кричала на отца, на Светлану, проклинала их. И говорила, что это последний день, когда они её видят, и следующая встреча будет на том свете, рядом с её мамой.

***

– И через три дня после этого я оказалась здесь. – тяжело вздыхая ответила Колесникова, руки от эмоций стали дрожать. Катя тут же взяла подругу за руку, разгоняя все плохие эмоции. – Да брось ты, восемнадцать не за горами, а своей карьерой ты обеспечила себе хорошую жизнь на несколько лет уж точно. – Катя нежно улыбнулась, а Маша сжала её руку. – Это уж точно. – опустив голову, тихо проговорила блондинка. Её взгляд опустился на шрам, через чёрные колготки можно было его увидеть, но не так чётко. – Расскажешь как получила травму? – осторожно спросила Катя. – Нет. Смирновой не надо было повторять два раза, она сразу же сменила тему и решила рассказать как все напились на зимнем балу. А через час и вовсе начала объяснять алгебру с геометрией, как никак, но Маше надо было подтягивать школьные предметы. И оставшиеся три часа прошли в хаосе, Катя объясняла слишком смешно, но и понятно одновременно. – Ну ты дурочка! Вот представь, Х это страшный толстый парень, но если подставить число, то он станет красавчиком! Но сейчас он тупой, страшный и жирный! – Катя чуть ли не кричала, а у её подруги болел живот от смеха. Спустя час Маша провожала свою подругу, наблюдая как та собирается. – Признаюсь, этого мне не хватало. Я вообще думала, что вы меня ненавидите. – скрестив руки на груди сказала блондинка, но при этом улыбалась. – За что? За то, что ты тебя отправили в большой спорт и ты не хотела приезжать в эту дыру? – Я хотела приехать, но летом у меня тренировок было больше, чем в другое время. Каждое лето я просила папу приехать сюда, хотя бы на день. Но вместо этого он мне давал сумку с вещами и отвозил на лёд. – Хорошо, но тебя никто не ненавидит, почти. – Катя поправила шарф и заметила как странно на неё смотрит Маша. – Когда мы были ещё детьми, Ромка любил тебя, но ты уехала да и он забыл. Это всего лишь детская любовь, так что сейчас он просто хулиган, за которой вся школа бегает. – от таких слов Мария удивилась, такого она точно не была готова услышать. Но детская любовь забывается быстрее любых формул по математике, поэтому девушка забыла про эти слова спустя час. Блондинка кружилась на кухне, готовя ужин к приходу бабушки, а после поднялась в свою комнату и снова застыла на месте. Она смотрела на детские рисунки, местами потрёпанную мебель, можно подумать что тут живёт шестилетняя девочка. И Маше это не нравилось. Завтра пятница, а потом два дня выходных, где она будет заниматься своей комнатой. Уж если она здесь ненадолго, это не значит что можно оставить всё так. Каждому нужны перемены в жизни, колоссальные перемены.