Краткое руководство по перемещению: Злодей, умоляю, отпусти!/快穿攻略：大佬，求放过!

Мужчина за ширмой повторил вопрос, и его голос, холодный и размеренный, снова наполнил комнату: — И как же, по-твоему, мне следует поступить? Су Бэй мысленно закатил глаза. Откуда ему знать? Но лицо его оставалось покорным маской. Он опустил голову и тихо проговорил: — Я во всем полагаюсь на вашу волю, господин. Ответа не последовало. Уйти без приказа Су Бэй не смел, и он замер в ожидании, чувствуя, как от боли в лодыжке темнеет в глазах. Когда терпеть стало уже невмоготу, голос раздался снова: — Что ж. Тогда ты займешь место Цинь-нян. «Повышение? С чего вдруг?» — пронеслось в голове у Су Бэя. Он не мог сообразить. Видимо, для этого человека Цинь-Нян не значила ровным счетом ничего: умерла – и тут же нашлась замена. Из-за ширмы вышел слуга и протянул небольшую лаковую шкатулку. — Господин приказал тебе принять это. Су Бэй открыл крышку. На бархатной подушке лежала одна пилюля. Яд. Значит, Цинь-нян тоже принимала отраву. Но если это был яд медленного действия, то противоядие, должно быть, существовало. Значит, был шанс. Не колеблясь, он проглотил пилюлю. Заметив это, невидимый хозяин за ширмой легким движением руки дал новый знак. Слуга кивнул и произнес: — Господин позволяет тебе войти. Су Бэй на миг замер: а не убьют ли его, лишь только он увидит лицо того человека? Но раз уж яд принят, отступать было некуда. Он сделал шаг вперед. За ширмой, в кресле, полулежал человек в черном. Даже не видя четко его черт, Су Бэй ощутил исходящую от него леденящую, властную ауру. — Понимаешь, что теперь делать? — ленивым тоном спросил мужчина. — Нет, — ответил Су Бэй с искренним недоумением. — Я не против сменить исполнителя. Мне неважно, кто именно это будет. Понимаешь, что я имею в виду? — голос звучал спокойно, почти отстраненно. Су Бэй кивнул. — Понимаю. — «Убьют, если не справлюсь».  Мужчина, казалось, остался доволен его сообразительностью. — Расскажи господину Су, что ему надлежит делать. Слуга почтительно склонился, а затем обратился к Су Бэю: — Господин Су, пройдемте. Его проводили в потайную комнату, где от пола до потолка рядами лежали папки и свитки. Оставшись один, Су Бэй тяжело вздохнул. Все произошло слишком поспешно. Во-первых, я – сын опального министра. Разве он не боится, что я устрою беспорядок? Яд – ненадежная гарантия. И во-вторых… неужели меня даже не проверили? Просто вот так, сходу, решили… Тот человек, без сомнения, был Цзюнь Цзюлинем. Двое суток в этом мире– и он уже повстречал одного из главных действующих лиц. Эффективность, что и говорить, высокая. Эх, теперь о победе и думать нечего. На душе стало гнетуще и сложно. Этой ночью о сне можно было забыть – досье следовало изучить. Да и его собственное любопытство брало верх. Су Бэй наугад вытащил несколько папок. Вскоре он обнаружил, что те «верноподданные» и «невинные жертвы», которых, согласно ходившим слухам, тиран Цзюнь Цзюлин отправил на плаху, на поверку не были так уж чисты. На каждого имелось досье с уликами – взяточничество, злоупотребления, заговоры. Как выяснилось, Цинь-нян была шпионкой на службе у Цзюнь Цзюлина и использовала этот бордель как прикрытие для сбора сведений о чиновниках. Ее слабостью была алчность, но пока она исправно работала, на этот порок закрывали глаза. Ирония заключалась в другом: настоящими агентами здесь были не девушки, принимающие гостей, а малозаметная прислуга – горничные, слуги, музыканты. Такой подход усыплял бдительность целевых персон и сводил риск разоблачения к минимуму. «Значит, быть слугой здесь – занятие не из легких», — констатировал про себя Су Бэй, вглядываясь в строки отчетов при тусклом свете масляной лампы.