Глава 484. Готовка
26 января 2026 г., 19:24
— Это наверняка та стерва, Тан Синьюэ! — сквозь зубы процедила Цзун Я. — С тех пор как она здесь появилась, Цзун Чэнь стал меня просто бесить!
— Тан Синьюэ? — Цзун Шэн произнёс это имя с холодной уверенностью. — Если дело в ней, предоставь это мне.
Цзун Я, конечно, была знакома с методами брата. Она скептически прищурилась.
— Ты уверен, что с ней справишься?
— В чём-то другом – не берусь, — усмехнулся Цзун Шэн. — Но что до женщин… Я разбираюсь в них даже лучше тебя.
Цзун Я фыркнула, лицо её оставалось хмурым.
— Пойду переоденусь.
Цзун Шэн развернулся и ушёл. Однако добраться до своей комнаты Цзун Я так и не удалось – на пути ей повстречался отец.
Господин Цзун выглядел воплощением учтивости, но каждый раз при виде его Цзун Я невольно съёживалась от смутного страха. Она сглотнула и робко проговорила:
— Папа.
Отец едва заметно кивнул.
— После того как переоденешься, зайди в кабинет.
Она молча кивнула, не смея возражать. Не сказав больше ни слова, господин Цзун удалился, оставив дочь с влажными от пота ладонями. Она и сама не понимала, чего боится – этот страх жил где-то глубоко внутри, на уровне инстинктов.
Сменив одежду, Цзун Я направилась в отцовский кабинет. Едва переступив порог, она услышала ровный, не терпящий возражений голос. Отец даже не поднял на неё взгляда.
— На колени.
Девушка вздрогнула.
— Папа… в чём я провинилась?
Голос прозвучал чуть громче, но не потерял спокойствия:
— На колени.
Цзун Я безвольным движением опустилась на колени.
— Мне доложили, что ты сегодня досаждала психологу Цзун Чэня, — раздался всё тот же мягкий, почти бесстрастный тон.
— Это… это она сама лезла не в своё дело! — попыталась оправдаться Цзун Я.
Отец не выразил ни гнева, ни раздражения. Его слова были ужаснее любой ярости.
— Дочь для меня – понятие условное. Вполне можно обойтись и без неё.
Цзун Я широко раскрыла глаза, и её охватила паника.
— Папа, прости! Я виновата! Больше не посмею!
Господин Цзун сделал легкое, отстраненное движение рукой.
— Выйди.
Она выскочила из кабинета, чувствуя, как сердце бешено колотится о ребра. Отца она никогда не могла понять. Он смотрел сквозь пальцы на то, как она с Цзун Шэном издевается над Цзун Чэнем, но при этом никогда не позволял зайти слишком далеко. И теперь эта Тан Синьюэ… Какие у неё могут быть отношения с отцом, что он лично за неё вступился?
От этих мыслей злость лишь нарастала. День выдался отвратительный –всё шло наперекосяк с самого утра. Цзун Я поймала своё отражение в зеркале: щека всё ещё была слегка припухшей. Не раздумывая, она набрала номер.
— Пойдем выпьем.
***
Благодаря выходке Су Бэя, утренний завтрак на следующий день внешне казался совершенно обычным. Вот только можно ли было ему доверять? Су Бэй снова не позволил Цзун Чэню притронуться к еде.
Однако совсем оставлять его голодным тоже было нельзя. И Су Бэй вернулся к своей идее – нужно, чтобы парень готовил сам. Своими руками –значит, безопасно.
Су Бэй сидел рядом с Цзун Чэнем, держа на коленях Цици, и наблюдал, как тот выводит на бумаге замысловатые, непонятные ему узоры.
— Ты голоден? — спросил он.
Цзун Чэнь повернул к нему своё непроницаемое лицо.
— Голоден.
— Тогда иди приготовь что-нибудь.
— Нет.
— Если не приготовишь, есть будет нечего, — терпеливо объяснил Су Бэй. — Останешься голодным.
Цзун Чэнь посмотрел на него своими тёмными, бездонными глазами, в которых, казалось, не было ни единого блика.
— Приготовь ты.
Су Бэй с отчаянием закрыл лицо руками.
— Да я же не умею!
Вот уж правда – за много жизней он освоил и медицину, и музыку, но дружба с кухней у него так и не сложилась. Вдруг его осенило. Он резко поднял голову.
— Давай сделку! Если приготовишь ты – я сыграю для тебя на пианино.
Цзун Чэнь замер на мгновение, затем медленно моргнул.
— Хорошо.
«Интересно… Он умеет играть?» — промелькнуло в голове у Цзун Чэня. Это было неожиданно.
