Глава 483. В грязи и в пыли
26 января 2026 г., 19:24
Все произошло в одно мгновение: Су Бэй опрокинул столы, отправив на пол фарфор и яства, а после – взялся за слуг. Горничные и лакеи разлетелись по углам под градом ударов.
Со стороны же это выглядело иначе. Для всех присутствующих юный господин Цзун Чэнь внезапно впал в неистовство. Словно безумец, он крушил всё вокруг, не щадя и прислугу.
Цзун Я почувствовала, как заныла недавно отлежавшая щека. Инстинктивно она попятилась к выходу – надо было бежать, пока не поздно.
Но Су Бэй опередил ее. Щелчок замка прозвучал громко и окончательно. Теперь она в ловушке.
— Цзун Чэнь! — голос ее дрогнул, выдав страх. — Что ты задумал?!
Су Бэй лишь усмехнулся в ответ. Какая интересная перемена: эта хищница внезапно стала такой беззащитной. Он шагнул вперед, молниеносно надавив на определенную точку у ее ключицы.
Тело Цзун Я обмякло, лишившись сил, и она рухнула на пол. Не обращая внимания на ее хриплые мольбы, Су Бэй вцепился ей в воротник и потащил прочь – прямиком в ванную комнату.
Там еще стояла вода, оставшаяся после купания Цици. Без лишних церемоний он погрузил в нее голову захлебывающейся сестры.
Обессиленная, Цзун Я могла лишь беспомощно барахтаться в тесной ванночке, никак не находя опоры. А над ней, холодный и безразличный, стоял Цзун Чэнь – вернее, тот, кто им притворялся. Его взгляд был лишен всякой жалости, будто он наблюдал за агонией букашки. В этот миг Цзун Я осознала леденящую душу истину: он – демон. Настоящий демон.
«Кто же ты?» — подумал настоящий Цзун Чэнь, рассматривая Су Бэя, впавшего в ярость.
[Значение захвата цели увеличилось на 2%. Общий прогресс – 25%.]
Когда силы стали покидать ее окончательно, а выбраться так и не удалось, в голосе Цзун Я послышались настоящая мольба и отчаяние.
— Цзун Чэнь… Братец… Вытащи меня, прошу! — захлебываясь грязной водой, выкрикивала она. — Я виновата! Больше никогда! Клянусь!
Су Бэй обернулся к молчаливому хозяину тела.
— Веришь? — спросил он с легкой иронией.
— А ты? — парировал Цзун Чэнь.
— Я? — Су Бэй презрительно скривился. — Да если бы ее слова чего-то стоили, наш Цици уже заговорил бы по-человечески.
— Брат, я действительно виновата, клянусь! Я больше никогда не буду тебя обижать!
Цзун Чэнь лишь пожал плечами, глядя на разбросанные по полу холсты.
— Я рисунок не закончил.
— И что же ты рисуешь? — оживился Су Бэй.
И, словно по сговору, оба они развернулись и вышли из ванной, оставив Цзун Я наедине с ее унижением. Прислуга, запертая в столовой, замерла у стен, стараясь не привлекать внимания. Этот юный господин со странностями становился от дня ко дню все страшнее.
Су Бэй устроился на полу рядом с Цзун Чэнем, удобно устроив на коленях кота, и небрежно махнул рукой в сторону слуг.
— Твоя прислуга совсем обленилась, — заметил он. — Гляди, какой кавардак, а они стоят столбами.
Цзун Чэнь лишь скользнул взглядом по осколкам и разлитому супу. Этого оказалось достаточно. К удивлению Су Бэя, слуги вдруг засуетились, бросившись наводить порядок. Они трудились под непрекращающиеся хлюпающие звуки и приглушенные всхлипы из ванной, и от этого тихое спокойствие юноши с котом на коленях казалось им поистине демоническим.
Для них это был, конечно же, Цзун Чэнь.
Лишь когда действие акупунктурной точки начало ослабевать, Цзун Я, промокшая до нитки и покрытая грязью, смогла наконец выползти из ванны. Не смея даже обронить слово протеста, вся в гневе и унижении, она выбралась из комнаты. Единственное желание – проскочить в свою комнату, не встретив ни души.
Но судьба оказалась неблагосклонна. В коридоре она столкнулась нос к носу с Цзун Шэном.
— Сяо Я?.. — старший брат замер, ошарашено разглядывая ее вид. — Что с тобой случилось?
— Цзун Чэнь! — вырвалось у нее, полное ярости и обиды. — Он совсем рехнулся!
— Это… он тебя так? — не поверил своим глазам Цзун Шэн.
Цзун Я, вся пылая от стыда, кивнула.
— Не знаю, что в его башке щелкнуло сегодня, но он дал мне три пощечины! И это… — она не стала вдаваться в подробности, но по ее сжатым кулакам и дрожащему подбородку было все ясно.
Цзун Шэн задумался, в глазах мелькнула тень беспокойства.
— В чем же дело? — тихо пробормотал он. — Раньше он сопротивлялся, но так… чтоб до этого. Его всегда удавалось поставить на место.
