Глава 582. Злопамятность
1 февраля 2026 г., 00:40
Эти бумажные талисманы, брошенные рукой Су Бэя, взмыли в воздух и вспыхнули сами собой, без единой искры. Алые верёвки, опутывавшие тело госпожи Цянь, лопнули в одно мгновение.
Под действием магии призрак оторвался от остывающего тела и растаял в темноте, словно его и не было.
— Эй! Что ты сделал? — раздался сердитый возглас. Гань Тяньтяньсмотрела на него с возмущением. — Он явно не мог обрести покой из-за невыполненного желания! Зачем же насильно отправлять его в цикл перерождений?
Су Бэй лишь искоса взглянул на неё. «Ну что ж, хочешь словесной перепалки? Пожалуйста». Он с холодным высокомерием развернулся, намереваясь уйти. Ночной ветер пробирал до костей, и мысль о тёплой постели в покоях казалась куда привлекательнее этого сумрачного места.
Однако Гань Тяньтянь не думала отступать. Она резко шагнула вперёд, преграждая ему путь.
— Эй-эй-эй! Нельзя вот так бесцеремонно действовать, пользуясь своим саном Гоши! — потребовала она. — Объясни, зачем ты это сделал!
Су Бэй остановился и произнёс с медленной, многозначительной интонацией:
— Так ты всё же помнишь, что я – Национальный мастер?
«Для любого другого такое непочтительное обращение уже стоило бы головы, подруга, — промелькнуло у него в мыслях. — Вот она, всесильная аура главной героини. Ей всё сходит с рук. Мало того, в прошлом "я" ещё и влюбился в эту упрямицу. Просто поразительно».
— Ну и что с того, что Национальный мастер? — Гань Тяньтяньвызывающе выпятила подбородок. — Разве чин даёт право игнорировать правду и справедливость? Ну давай, убей меня на месте, если посмеешь!
«Главная героиня этого мира и впрямь невыносима», — с раздражением подумал Су Бэй и сказал вслух:
— Последним желанием того призрака было убить младшего сына чиновника Цяня. И ты предлагала позволить ему это осуществить?
Девушка на миг замешкалась, но быстро пришла в себя.
— Откуда ты это знаешь? Он же ничего не говорил!
— Более того, — продолжал Су Бэй, приняв загадочный вид, — я знаю, что движет им зависть. Он считал, что младший сын отнял у него всё, что по праву должно было принадлежать ему.
«Откуда мне знать? — мысленно усмехнулся он. — Да потому что я вижу весь сюжет как на ладони».
— Призрака уже нет, теперь можешь говорить что угодно! — фыркнула Гань Тяньтянь.
Терпение Су Бэя лопнуло. Он резко обернулся к стражнику:
— Досье на чиновника Цяня. Немедленно.
В его голове уже рисовалась картина, как он швырнёт толстую папку с бумагами этой назойливой девице прямо в лицо.
Стражник замер в неловкой позе, затем почтительно склонил голову.
— Ваша Светлость… Документы при вас не были.
Су Бэй сделал глубокий вдох, сдерживая эмоции.
— По возвращении в резиденцию немедленно доставьте все материалы госпоже Гань, — отчеканил он и, не дожидаясь ответа, зашагал прочь.
Оставаться здесь дольше не было сил – эта Гань Тяньтянь могла довести кого угодно до белого каления.
Цзи Шусюань, наблюдавший за этой сценой, проводил взглядом стремительно удаляющуюся спину мужчины. В уголках его губ дрогнула едва уловимая улыбка. Было в этом бегстве что-то забавное.
[Значение захвата цели увеличилось на 3%. Общий прогресс – 10%], — прозвучал в сознании Су Бэя механический голос системы 748.
Гань Тяньтянь же, окинув взглядом опустошённый и перевёрнутый вверх дном погребальный зал, тут же хватает Цзи Шусюаня за рукав.
— Пойдём! Нам тут тоже делать нечего.
Она твёрдо решила не становиться козлом отпущения за этот беспорядок.
***
Вернувшись в свою резиденцию, Су Бэй первым делом отдал распоряжение:
— Доставьте досье по делу Цяня госпоже Гань. И вручите лично, чтобы она прямо в лицо его получила.
Таковы были его прямые слова. Иначе чувство досады не уляжется.
Последующие дни превратились в сплошную, отчаянную тренировку. Су Бэй с яростью погрузился в изучение навыков и знаний, оставленных прежним хозяином этого тела, и с упорством, граничащим с безумием, практиковался в рисовании киноварных узоров.
Запасов, унаследованных от прежнего владельца, должно было хватить надолго, но его собственное расточительство в первые дни сильно сократило этот ресурс. Теперь, ради собственной безопасности, приходилось рассчитывать только на себя.
Создание талисманов оказалось занятием невероятно кропотливым и выматывающим. Лишь после того, как было испорчено невообразимое количество дорогой бумаги и сожжены тонны благовоний, у него начали получаться более-менее цельные символы.
Тем временем дело чиновника Цяня было закрыто. Его прегрешения стали достоянием гласности, младшего сына взял на попечение один из министров. Император оперативно назначил на освободившийся пост нового человека.
Особняк чиновника, получивший дурную славу из-за истории с призраком, стоял заброшенным.
Су Бэй отлично помнил, как по сюжету Гань Тяньтянь, используя своих призрачных «помощников», раздувала слухи о нечисти в этом доме до небес, вынуждая владельцев продать его за бесценок.
Не выйдет. Су Бэй злопамятен. Этот дом он ей не отдаст.
