Глава 591. Сделка со свирепым духом
1 февраля 2026 г., 00:40
Мгновение – и Су Бэй оказался в окружении прекрасных дев.
«Честно говоря, раньше от такого "наваждения" я бы, пожалуй, и не устоял. "Умереть под пионом" – звучало бы заманчиво. Но сейчас... — он мысленно усмехнулся. — Смените этих красавиц на статных мужчин – вот тогда, может, я бы и дрогнул».
Легким движением запястья Су Бэй щёлкнул бумажным талисманом. Тот вспыхнул сам собой, без огня, и иллюзия рассыпалась.
Исчезли красавицы, и взору открылось иное зрелище: наложница Чжоу была пригвождена к колонне чёрными, словно из ночи, ветвями. Багряные капли сочились из ран и, мерно отсчитывая время, падали на пол.
Лицо императорской наложницы исказила нечеловеческая гримаса. Её голос, леденящий душу, прорезал тишину:
— Мы все – духи! Почему ты встал у меня на пути?!
Су Бэй едва заметно приподнял бровь. Значит, это Цзи Шусюань. Отлично. Можно спокойно ждать, пока рыбак и баклан сражаются за сеть.
С новым талисманом в руке он шагнул вперёд, намереваясь наложить печать прямо на лоб твари. Но в тот же миг сгустки тьмы, сковывавшие духа, рассыпались в прах. Наложница Чжоу, будто чёрная стрела, метнулась к Су Бэю. Широкий рукав её халата скользнул по его лицу.
И вновь мир поплыл перед глазами, сменившись иллюзией.
«Что-то не так, — мелькнула у Су Бэя тревожная мысль. — Ведь по сюжету Цзи Шусюань должен был разобраться с ней без труда. Как она сумела вырваться?»
На этот раз соблазнительных видений не было. Лишь тот же тихий сад, да зеркальная гладь пруда.
Внезапно вода вздыбилась с тихим шумом, и из глубины поднялась фигура. Мокрая одежда липла к телу, а лицо... было до боли знакомым. Объект его миссии.
«Неужели "наваждение" тоже идёт в ногу со временем? — поразился про себя Су Бэй. — Поняли, что красавицы не работают, и сменили тактику?»
Цзи Шусюань неспешно вышел из воды, не отрывая пристального взгляда от лица государственного наставника. Это и была его цена в сделке с тем духом – возможность явиться перед Су Бэем.
Он приблизился вплотную, и тёплое дыхание коснулось уха Су Бэя:
— Знаешь ли ты, кто я?
Су Бэй почти физически ощущал тепло, исходящее от призрака. Черт, какая же всё-таки реалистичная иллюзия...
И тут из его носа хлынула кровь. Он инстинктивно поднял руку, пытаясь остановить поток, просачивающийся сквозь пальцы.
Не дождавшись ответа, Цзи Шусюань обернулся и замер, увидев эту картину. А затем рассмеялся, словно обнаружил нечто невероятное,– низко, глухо, будто выпуская на волю что-то, долго дремавшее в его душе.
[Значение захвата цели увеличилось на 10%. Общий прогресс – 60%.]
Сильная рука обхватила Су Бэя за талию, провернула в воздухе – и в следующий миг он уже лежал на мягком ложе, прижатый телом Цзи Шусюаня. Холодные пальцы скользнули по его щеке.
— А известно ли великому национальному мастеру, — голос призрака был подобен шёпоту шелков, — что я – свирепый дух, что питаюсь дыханием жизни смертных?
Прикосновения опускались ниже: к шее, к ключицам, будто намечая путь... И странное дело – Цзи Шусюань, начавший эту игру для соблазнения, сам теперь казался пленённым.
Су Бэй поймал его руку, остановив её движение.
— Значит, когда я под властью «наваждения», я могу видеть тебя? — спросил он, соображая быстрее, чем система 748.
Выходит, все эти сложности с «загробным браком» были не нужны?
Уголки губ Цзи Шусюаня дрогнули в улыбке. Он перехватил запястье Су Бэя, и его большой палец принялся медленно водить по нежной коже.
— А что, если я всего лишь плод твоего воображения? Почему ты в это не веришь?
Су Бэй фыркнул, глядя куда-то в потолок иллюзорных покоев.
— Я что, по-твоему, похож на круглого идиота? Если бы это было моей фантазией, всё шло бы по моему сценарию. Разве персонаж из грёз может иметь собственные мысли?
Цзи Шусюань прищурился. В его глазах вспыхнул опасный, любопытный огонёк.
— Так ты всё время знал, что я здесь?
Су Бэй попытался выдернуть руку, но захват был подобен железным тискам.
— Ну и что с того? Всё равно не вижу. Какая от этого знания польза?
— Хм, — лишь усмехнулся в ответ Цзи Шусюань, и в его усмешке слышался лёгкий, почти что игривый вызов. — И великий государственный наставник, повелитель духов, не в силах узреть одного-единственного призрака?
