Глава 610. Чужие грехи не мои
1 февраля 2026 г., 00:40
Скрывшийся во тьме явно услышал шум, поднятый Су Бэем. Голос, пропитанный холодной яростью, прорезал тишину:
— Кто здесь? Выходи!
Слёзы выступили на глазах у Су Бэя. Он заторопился, но обессилевшие ноги подкосились, и он рухнул вперёд.
«Всё, сейчас расшибусь», — мелькнула мысль, но вместо удара о холодный пол он налетел на что-то невероятно твёрдое.
Су Бэй поднял голову – и его взгляд столкнулся с ледяными, лишёнными всякой жизни глазами Лина, чьё суровое лицо находилось всего в сантиметрах от него.
«Отлично, нашёл», — с облегчением подумал он.
Не раздумывая, Су Бэй вцепился в Лина, словно осьминог присосками, всем телом ощущая под одеждой жёсткие бугры мышц.
Сбоку метнулась рука, намереваясь отшвырнуть того прочь, но реакция Лина оказалась молниеносной. Он поймал запястье и резко, с размаху дёрнул.
Тишину разрезал отвратительный хруст – казалось, кость рассыпалась.
— Что ты делаешь?! — вскрикнула от боли Бай Жоли.
Су Бэй обернулся. Девушка прижимала к груди безжизненно повисшую руку, а её взгляд, полный ненависти, был устремлён прямо на него.
Лин не проронил ни слова. Одной рукой он обхватил Су Бэя и поднял, усадив на своё предплечье, как маленького ребёнка.
Да, Су Бэй был взрослым мужчиной, но как именно получилась такая поза – тайна, известная лишь самому Лину. Су Бэй и сам не понял, как очутился на «руках».
Игнорируя Бай Жоли, Лин развернулся и пошёл прочь, не выпуская свою ношу. Эта маленькая штука ему определённо нравилась.
[Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 5%.]
— Ты что, с ума сошёл? — говорила Бай Жоли, поспешая следом. — Сейчас не время таскать за собой балласт! Девятый номер – общепризнанный брак.
Су Бэй удобно устроился на мощной руке, и даже жгучая боль в ступнях отступила.
— Прошу прощения, перебью, — вежливо вклинился он. — Но я не «номер девять». Меня зовут Су Бэй.
Бай Жоли кипела от злости. Боевая мощь «Нулевого образца» была ей жизненно необходима, но этот никчёмный Девятый лишь тянул их на дно.
Вскоре они выбрались из лаборатории на улицу, уже полностью оккупированную зомби.
Изначально Бай Жоли не беспокоилась: нежить воспринимала её и Линакак себе подобных.
Но, отойдя всего на несколько шагов, она почувствовала неладное. Почему вся эта мерзкая толпа теперь двигается прямо на них?!
Рука, несмотря на ускоренную регенерацию, ещё не зажила полностью. Как справляться с такой ордой?
Сердито нахмурившись, она выхватила из обломков погнутый арматурный прут, силой ладони выпрямила его и ринулась в бой, круша черепа одного зомби за другим. Белая мозговая масса, смешиваясь с чёрной прогорклой кровью, разлеталась во все стороны, создавая невыносимо отвратительную картину.
У Су Бэя от этой демонстративной жестокости позеленело лицо. «Делает это специально», — с уверенностью подумал он.
Лин тоже вступил в схватку, действуя с пугающей прямолинейностью. Продолжая одной рукой удерживать Су Бэя, другой он просто вырывал мозг у подходящих тварей.
Брызги липкой чёрной крови и кусочки склизкой ткани тут же украсили одежду Су Бэя, сопровождаемые тошнотворным смрадом гниющей плоти.
«Господи, в какой же идиотский мир меня занесло? — едва не заплакал Су Бэй. — Нельзя ли подать заявку на смену?»
Внешне Лин не выглядел громилой – скорее, обладал идеальным, скульптурным телосложением, подобающим искусственному созданию. Но скрытая в нём сила была поистине чудовищной.
Постепенно Бай Жоли начала понимать.
— Су Бэй! — крикнула она, снова размазывая очередной череп. — Это ты их привлекаешь!
Су Бэй был в полном недоумении.
— Сестрёнка, давай по справедливости, — отозвался он. — Я вообще ничего не делаю.
«Чужие грехи на мне не висят», — твёрдо решил он про себя.
— Не увиливай! — парировала она, отбиваясь от очередной твари. — Они идут целенаправленно на тебя!
Отчаяние прокралось в её голос:
— Их слишком много! Так мы только измажемся!
Су Бэй выглянул из-за плеча Лина и указал вперёд:
— Вон там, кажется, торговый центр. Туда?
Бай Жоли бросила взгляд в указанном направлении – и её лицо мгновенно исказилось. В глазах вспыхнула та самая, знакомая по лаборатории, жгучая ненависть. Стиснув зубы, она выдохнула:
— Идём.