Глава 629. Конфетки довольно сладкие
1 февраля 2026 г., 00:40
Нин Су лежал на полу, бездыханный, с широко раскрытыми глазами. Пустой шприц откатился в сторону.
Сжимая подступившую к горлу боль, Су Бэй присел рядом с телом.
— Что я хотел сказать… — его голос прозвучал хрипло. — Поверил я тебе, как же. Извращенец-доктор, гад такой.
В голове откликнулся голос системы: […Хозяин, ты убил человека.]
Су Бэй лишь мысленно закатил глаза.
«А разве это впервые? Удивлена?»
Система 748 примолкла. Да, с какого-то момента её хозяин стал другим. Совершенно другим.
Опираясь на холодную стену, Су Бэй заставил себя подняться и, преодолевая слабость, зашагал прочь.
В соседней комнате он нашел запертого Цици. Прикосновение к шерсти было знакомым и успокаивающим.
— Пришлось тебе пострадать, — прошептал он.
Он не ожидал, что Нин Су опустится до шантажа, используя его питомца. Но и доктор вряд ли рассчитывал, что единственной целью Су Бэя с самого начала был балансирующий агент.
Особенность его собственного тела, Лина и Бай Жоли заключалась в хрупком равновесии: вирус зомби, не превращавший их в чудовищ, а дарующий силу. Но после того, как Нин Су через Бай Жоли ввёл Лину неизвестный препарат, тот баланс нарушился. Лин начал меняться, медленно скатываясь к состоянию живого мертвеца.
«Не хочу я завоёвывать зомби, — мрачно подумал Су Бэй. — С представителем другого вида как-то не срастается».
Сознание начало плыть, а боль в груди нарастала, грозя разорвать его изнутри. Мир поплыл перед глазами, и он рухнул в темноту.
Когда тело Су Бэя обмякло, Цици ловко подхватил его и взвалил на спину. Люди, почуявшие неладное и бросившиеся на перехват, были сметены могучим взмахом его хвоста. Никто не смог остановить верного зверя.
Цици отыскал Лина в самой гуще схватки, когда тот, весь в крови и грязи, выходил из очередной стычки с ордой ходячих мертвецов. Увидев знакомый силуэт, Лин, не раздумывая, ринулся к нему.
Цици мягко опустилась на землю, издав короткий, понимающий звук. И тогда Лин увидел Су Бэя, мирно спящего, уткнувшегося лицом в густую шерсть. Волна невероятного, всепоглощающего облегчения накрыла его с головой.
[Значение захвата цели увеличилось на 10%. Общий прогресс – 70%.]
Тот, кого он потерял, был найден. Возвращён.
Он потянулся к Су Бэю, но замер, взглянув на свои запачканные руки. Су Бэй не любил грязь. Осторожно проведя Цици в их временное убежище, на заброшенную виллу, Лин первым делом привёл себя в порядок. И лишь затем, с бесконечной бережностью, снял бесчувственное тело Су Бэя со спины питомца.
Нахмуренные даже в забытьи брови Су Бэя мгновенно разгладились, едва Лин прижал его к чистой одежде. В ту же секунду в душе Лина зажглась твёрдая решимость: он будет беречь его как величайшее сокровище. Больше не упустит. Никогда.
[Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 75%.]
Очнувшись, Су Бэй первым делом почувствовал непривычную лёгкость. Изматывающая боль в груди отступила. Он приоткрыл веки и увидел склонившееся над ним прекрасное, знакомое лицо.
«Цици молодец, — мелькнула сонная мысль. — Притащил меня прямиком к нему. И правильно».
Силы покинули его снова, и он провалился обратно в сон.
В следующий раз, открыв глаза, Су Бэй застал странную картину: Лин, сосредоточенно нахмурившись, расставлял на прикроватной тумбочке конфеты. Они лежали яркими горками, переливаясь фантиками, а в вазе, где раньше стояли засохшие цветы, теперь красовался пёстрый букет леденцов на палочках. Выглядело это… на удивление гармонично.
Лин почувствовал его взгляд и обернулся. В обычно пустых, ледяных глазах появилась неуловимая глубина. Молча, он взял с тумбочки пригоршню конфет и бережно высыпал их в ладонь Су Бэя.
Су Бэй невольно вздохнул. «Что, хочет, чтобы у меня все зубы повыпадалиот сладкого? Да я и не любитель… Столько конфет – явный перебор».
Но под немым, настойчивым взглядом Лина пришлось сдаться. Су Бэй нехотя развернул одну из конфет и отправил её в рот.
Только тогда Лин удовлетворённо отвернулся, возвращаясь к своему занятию.
Сладкий вкус растаял на языке. И, что удивительно, не был противным и приторным, как в детских воспоминаниях. Скорее, тёплым и успокаивающим.
«Неужели не все конфеты отвратительны? — с лёгким удивлением подумал Су Бэй. — Довольно-таки неплохо».
Прислушиваясь к нежному хрусту карамели, он мысленно позвал систему:«Эй, 8-8, проснись. Скажи на милость, отчего у меня так сердце пошаливает?»
