Краткое руководство по перемещению: Злодей, умоляю, отпусти!/快穿攻略：大佬，求放过!

Мысль Су Бэя промелькнула быстро: они же коллеги, могли бы и общаться по-человечески. Пока он размышлял, его руки работали быстрее, торопливо восстанавливая сердце Му Синъюня. В тот самый миг, когда Хуа Цинцин начала атаку, с неба обрушились молнии. Они пронзили толщу земли, чтобы ударить точно в цель – в них обоих. [Кто не слушает систему, того молнией покарает], — раздался в сознании ехидный голос системы 748. Хуа Цинцин, изящно уклонившись от одного разряда, с презрением сжала губы: — Всего лишь небесное правление захолустного мирка, а важничает, будто владеет вселенной! Но, несмотря на слова, в её движениях читалась осторожность. Молний она боялась. Су Бэй же не стал уворачиваться. Он вобрал удар в себя, позволив электричеству прожигать плоть до костей, и не прекращал работу ни на секунду. Каждая мышца была напряжена до предела, каждая капля силы уходила в хрупкую ткань сердца в его руках. И оно, наконец, забилось. С губ Су Бэя стекала алая нить, но он, игнорируя новые удары с небес, поднял свободную руку. В воздухе замерли осколки, похожие на хрустальные слезы. В них переливались сцены – лица, голоса, боль и смех. Воспоминания Су Бэя. И забытые миры Му Синъюня. Хуа Цинцин, в очередной раз увернувшись, вплотную подлетела к нему. Её глаза расширились от невероятного осознания: — Ты… Ты хочешь вложить в него всё? Вернуть память из всех миров?! Это безумие! Су Бэй не ответил. Он даже не взглянул на неё. Весь его мир сузился до сияющих осколков и трепещущего сердца. В его взгляде горел огонь такой концентрации и одержимости, что стало страшно. И это решило всё. Видя эту безрассудную решимость, Хуа Цинцин поняла: полумерами не обойтись. Она тоже вложится в эту схватку по полной. Она перестала отпрыгивать от молний. Вместо этого, собрав силу, она ринулась вперёд, чтобы выбить осколки из его рук. Удар. Звон. Энергия вырвалась волной. Сила Су Бэя, подкреплённая чем-то безмерным и личным, оказалась мощнее. Отмашка руки – и Хуа Цинцин отбросило, как щепку. Она приземлилась на колени, с трудом переводя дыхание. В её голосе звучало не только поражение, но и горькое изумление: — Невероятно… Как ты смог достичь такой силы? У меня на это ушли целые эпохи… Затем её лицо исказила решимость. Она встала, её фигура уже начинала терять чёткость, светиться изнутри. — Но ладно! — крикнула она, и её голос прозвучал на грани истерики и торжества. — Даже если я верну ему это сердце, твоей цели ты не достигнешь! Не позволю! Она сделала последний рывок к парящему сердцу, желая в последний миг уничтожить его. Но было поздно. Силы мира, доведённые до предела их противостоянием, сжались и вытолкнули их. Хуа Цинцин начала растворяться. В последнее мгновение, уже почти невидимая, она успела прошептать заклинание. Печать на сердце лопнула. И тогда случилось чудо. Осколки памяти коснулись освобождённого сердца. На миг вспыхнул ослепительный свет – и они оба исчезли. Сердце растворилось в воздухе. Су Бэй тоже не мог больше сопротивляться. Мир вокруг него распался на лоскуты света и тьмы под рёв финальной небесной кары. Покидая рушащуюся реальность, он уловил на грани слуха знакомый механический голос: [Прогресс завоевания 100%. Завоевание успешно завершено.] *** А в мире, который они покинули, тишину разорвал одинокий крик. У Му Синъюня не было сердца, поэтому он не мог чувствовать. Но его настоящее сердце, то, что только что вернулось в пустую грудную клетку,помнило всё. Каждую встречу. Каждую разлуку. Каждую невысказанную эмоцию и всю ту бездонную, невозможную любовь к Су Бэю. Память нахлынула чудовищным цунами, сметая разум. Вместе с ней вернулось и другое – то, что было скрыто даже от него самого. Лица родителей. Последний ужас в их глазах. И холод рукояти меча в его собственной руке… Он, лишившись сердца, в безумии сам оборвал их жизни. Но их последним желанием было уберечь сына от правды. «Пусть никогда не узнает», — успели они прошептать Му Жуну. Правда, однако, оказалась сильнее любых печатей. За одну ночь волосы Му Синъюня поседели. И в ту же ночь, прихватив с собой легендарный меч, артефакт, нарушавший сами законы мира, исчез. В клане Му, пережив период хаоса, нашли нового главу. Су Бэй уже знал, что и он и Хуа Цинцин, использовав силу, превосходящую допущения мира, были насильно изгнаны его небесным правлением. «Принудительное изгнание» означало, что было уничтожено и исходное тело того мира. За что приходилось выслушивать нотации системы. [Хозяин, это чистый произвол! Если повторится, все небесные правления внесут вас в чёрный список! Задания закончатся навсегда!] Су Бэй медленно поднял голову. Боль отдавалась в каждом виртуальном мускуле, но в глазах была лишь холодная, ясная решимость. «Ты уже восстановила связь с Главным центром?» — спросил он, не отвечая на упрёки. В системе повисла тяжёлая, подозрительная пауза. — Я… усилила брандмауэр, — наконец, ответила 748, и ее голос прозвучал неестественно ровно. — Ваш прошлый метод больше не сработает. Гарантирую.] *****  Примечания переводчика: Оу… и как я не заметила, что это Су Бэй вмешивался в систему…Ощущение, что я понимаю сюжет, ускользает, как песок сквозь пальцы. Может дальше понятнее будет.  Вот это нам жирный кусок сюжета отвалили… жаль, что герои даже не чмокнулись. Зато теперь мы уверены, что Су Бэй знал, что в главные герои в каждом мире – один человек. Так, эта арка закончилась, следующая ожидается вновь сочетанием мистики и современности.