Глава 861. Тяжесть на душе героини
3 марта 2026 г., 15:51
— Будет понос, — равнодушно сказал Лу Сяннань, покосившись на него.
Су Бэй только тут вспомнил, что он теперь зомби.
И ведь правда, странно: другую еду его организм отвергает, а сигареты – пожалуйста. Что за дурацкие законы этого мира?
Су Бэй уставился в небо. На душе скребли кошки. Хорошо же быть обычным человеком, правда-правда.
Лу Сяннань молча протянул ему руку. Так же обыденно, как если бы подавал стакан воды.
Су Бэй скривился:
— Слушай, а у тебя анемии не будет? — С чего бы иначе такая щедрость по отношению к собственной крови.
— Нет, — отозвался Лу Сяннань, но руку не убрал.
Су Бэй подумал: «Халява – она и есть халява». Оглянувшись и убедившись, что никто не смотрит, он впился зубами в предложенное запястье.
Что ни говори, а нечеловеческая природа давала свои плюсы: кровьотлично помогал глушить тягу к никотину.
Насытившись, Су Бэй по привычке зализал ранки. Тёплое прикосновение языка заставило Лу Сяннаня на миг отрешиться от реальности – всего лишь на миг.
[Значение захвата цели увеличилось на 3%. Общий прогресс – 38%.]
Су Бэй довольно развалился в кресле и прикрыл глаза.
Сун Чжи и остальные тем временем доиграли первую половину матча, но подойти так и не решались.
— Они тебя боятся, — констатировал Су Бэй.
— Возможно, — безучастно согласился Лу Сяннань.
Су Бэй давно заметил: что бы ни происходило вокруг, Лу Сяннань всегда оставался невозмутимым. Его ничто не трогало, ничто не могло выбить из колеи.
Прогресс по заданию, кстати, очень точно отражал эту его черту.
Наконец Сун Чжи, которого подтолкнули вперёд, с перепуганным видом выпалил:
— Бэй-гэ, если тебе надо идти – ты иди, мы не обидимся!
Су Бэй приоткрыл один глаз:
— Это ты сказал.
Сун Чжи яростно закивал:
— Я! Я сказал!
Су Бэй поднялся. Торчать на солнце и изображать активность – нет уж, увольте. Гораздо приятнее пойти в класс и вздремнуть.
Лу Сяннань двинулся следом.
Проходя мимо парты Чу Юнь, Су Бэй почувствовал, как кто-то вцепился в край его одежды. Девушка подняла голову, и на лице её застыло страдание.
— Су Бэй, мне плохо, — с трудом выговорила она.
Су Бэй замер, не заметив, как изменилось лицо Лу Сяннаня. Он повернулся к Чу Юнь, но промолчал.
Под пристальным взглядом его персиковых глаз Чу Юнь стало не по себе. Так смотрят на того, кто в чём-то провинился. Раньше она была виновата, сейчас – нет.
Ей и правда было невыносимо плохо. Так плохо, что она готова была ухватиться за Су Бэя, как за соломинку. Ведь раньше он бы не позволил ей страдать. Она не считала, что сама виновата в том, что всё так обернулось.
На глазах у Чу Юнь выступили слёзы. Вид у неё был жалкий.
— Мне правда очень плохо, — повторила она.
Су Бэй, если честно, редко видел главную героиню в таком состоянии. Ладно, чего уж там, не мелочиться.
— Есть хочешь? — спросил он.
Чу Юнь покачала головой:
— Нет. Просто плохо, и всё.
Су Бэй подумал и спросил снова:
— Тогда, может, домой?
Чу Юнь кивнула.
Отличнице, чтобы уйти с уроков, нужно только попросить разрешения. А это несложно.
Она шла за Су Бэем, с трудом переставляя ноги. Кровь в жилах буквально кипела.
— Чью бы кровь я ни пила, у всех она отдаёт тухлятиной, — выдохнула она. «Кроме крови Лу Сяннаня», — мысленно добавила она. Но вслух, конечно, не сказала.
Слова Чу Юнь навели Су Бэя на одну мысль. В оригинальном сюжете было написано, что после того, как главная героиня попробует кровь Лу Сяннаня, вся остальная кровь покажется ей противной.
Он ничем не мог ей помочь.
— Дома осталось? — спросил он.
Чу Юнь на мгновение замялась, потом кивнула.
— Да, я приносила.
