Краткое руководство по перемещению: Злодей, умоляю, отпусти!/快穿攻略：大佬，求放过!

Тринадцатая госпожа тем временем воспользовалась моментом и скрылась. Впрочем, чему тут удивляться – тот, кто сумел преуспеть в этом жестоком мире, наверняка знает толк в искусстве побега. Цзи Цюцю так и осталась стоять в неловком одиночестве. Подавляя дрожь, она с трудом выдавила из себя улыбку, обращенную к Су Бэю: — Спасибо. Су Цяньлань, словно не замечая ее, обратился к учителю: — Наставник, уже глубокая ночь. Вам пора отдыхать. Су Бэй кивнул: — Что ж, вернемся. Цзи Цюцю, только что избежавшая смерти, все еще не могла прийти в себя. Она наконец начала осознавать: далеко не всё в этом мире подчиняется ее воле. — Су Бэй, я… можно мне… Она не договорила – Су Бэй оборвал ее на полуслове: — Нельзя. Ученик, идем. Цзи Цюцю так и застыла с приоткрытым ртом, глядя ему вслед. На душе вдруг стало горько и обидно. Он же явно беспокоился о ней! Зачем бы иначе пошел следом? Она сердито пнула камешек, мысленно выругавшись: «Ну и несносный же характер!» Но вместе с тем ее грызла досада. Почему это, казалось бы, простое задание вдруг обрастает такими трудностями? И этот Су Цяньлань… Сначала, кажется, он был к ней расположен, а теперь почему-то смотрит с такой откровенной неприязнью. Порыв холодного ветра немного отрезвил Цзи Цюцю. Нужно было поскорее убираться отсюда – кто знает, не вздумается ли Тринадцатой госпоже вернуться. Собираясь уходить, она нагнулась и подняла с земли несколько листьев, испачканных кровью. То самое оружие, которое только что пустил в ход Су Бэй. Цзи Цюцю тяжело вздохнула. Где же она просчиталась? Терзало неприятное, гнетущее чувство. ***  А тем временем Су Бэй, едва они с Су Цяньланем скрылись из виду Цзи Цюцю, больше не мог сдерживаться. Горло обожгло приливом тошноты, и по подбородку потекла алая струйка крови. Глаза Су Цяньланя расширились, он не смог скрыть тревоги: — Наставник!.. Су Бэю было по-настоящему скверно. Эта личинка гу, должно быть, существует лишь в этом мире, и он до сих пор не нашел способа справиться с ней. Он досадливо махнул рукой: — Пустое. Сю Цяньлань, не скрывая упрямства в голосе, спросил: — Это снова та старая хворь? Слова его звучали как вопрос, но острый ум парня уже успел уловить неладное. Оба раза, когда с наставником случался приступ, это было после применения внутренней силы. Он, отбросив осторожность, шагнул вперед и прижал ладонь к его спине, передавая свою энергию. Су Бэй тут же выплюнул новый сгусток крови. Даже он сам растерялся – если и это не помогает, значит, все совсем плохо. Он перехватил запястье Су Цяньланя и, стараясь говорить как можно спокойнее, произнес: — Не надо. Внутри же у него все кипело от тревоги. Неужели он что-то заподозрил? Дело было не в недоверии к объекту обольщения, но пока прогресс не достиг надежной отметки, рисковать было слишком опасно. Однако Сю Цяньлань уже подтвердил свою догадку: состояние Су Бэя было напрямую связано с использованием внутренней силы. Но он не стала ничего говорить. Лишь опустил взгляд туда, где пальцы сжимали его запястье. Тепло чужой ладони проникало сквозь кожу, разгоняя ледяной холод, въевшийся в самые кости. Глаза Сю Цяньланя были черны, словно пролитая тушь. Он думал о том, что суть его такова: стоит дать хотя бы крупицу тепла – и он тут же начнет жаждать большего. [Значение захвата цели увеличилось на 5%. Общий прогресс – 64%.] ***  Возможно, после того как Сю Цяньлань случайно раскрыл секрет Су Бэя, в последующие дни он все отчетливее чувствовал, что ученик начинает позволять себе лишнее. Вот и сейчас: Су Бэй обмолвился, что не прочь выйти на прогулку, но СуЦяньлань наотрез отказался, заявив, что солнце слишком яркое и он может получить солнечный удар. «Я и впрямь похож на такую неженку?» — усмехнулся про себя Су Бэй. К тому же Су Цяньлань вовсе не выглядел так, будто готов обсуждать его желание. В его тоне, пусть и почтительном, все явственнее проскальзывали нотки, не терпящие возражений.