neon youth

Время шло странно — будто растянуто и сжато одновременно. Прошло несколько недель после той ночи, но имя Хисына всё ещё висело в воздухе, как недосказанность. Они боялись за него — не громко, не истерично, а тихо, изнутри. Так боятся за тех, кого любят слишком сильно, чтобы признаться в этом вслух. Джей был рядом чаще всех. Писал. Звонил. Приходил без предупреждения. Он не пытался чинить — просто держал пространство, будто знал: иногда этого достаточно. Джейк тем временем тонул. Он прокручивал в голове один и тот же вопрос снова и снова, пока тот не начинал болеть: а если Хисыну кто-то дороже меня? Он даже спросил об этом — однажды вечером, когда они сидели в машине, двигатель был выключен, а город за лобовым стеклом жил своей жизнью. — Скажи честно, — тихо сказал Джейк. — То что было на той вечеринке… это была ошибка? Просто алкоголь? Хисын долго смотрел в окно. — Мне сложно, — ответил он наконец. — Я не знаю, что чувствую. Но я разберусь. Обещаю. Он говорил это спокойно. Слишком спокойно. И Джейк не знал, что больнее — неопределённость или то, что Хисын выговаривался не ему. Он всё чаще был с Сонхуном. Говорил с ним ночами. Молчаливыми сообщениями. Долгими звонками без слов. Хэллоуинскую вечеринку ждали давно. Дом какого-то школьного знакомого, украшенный дешёвыми гирляндами, фальшивой паутиной и тыквами с кривыми улыбками. Музыка громкая, костюмы абсурдные, смех слишком резкий — как всегда, когда люди пытаются забыться. Сонхун пришёл поздно. Ни-ки заметил его почти сразу — по тому, как тот держался, как смотрел. И по тому, что он принёс с собой. Это заметил и Чонвон. Он подошёл к Сонхуну, когда тот стоял у стены, и тихо сказал: — Не надо. Правда. Никому не давай. Ни сегодня, ни вообще. Сонхун усмехнулся. — Расслабься, лидер, — пробормотал он. — Это не твоё дело. — Это дело всех, — Чонвон нахмурился. — Ты можешь навредить. Алкоголь уже говорил за Сонхуна. — Ты слишком правильный, — грубо бросил он. — Иди командуй кем-нибудь другим. Чонвон сжал губы, но не отступил. — Я серьёзно. — А я нет. В этот момент рядом появился Джей. — Хватит, — сказал он спокойно, но жёстко. — Он прав. Сонхун посмотрел на него с раздражением. — О, наш старший братик включился? — Я не осуждаю, — ответил Джей. — Но если тебя поймают, виноват будешь только ты. Не мы. Не они. Он положил руку на плечо Чонвона. — Пойдём. Не стоит. Сонхун отвернулся, буркнув что-то себе под нос. Джей увёл Чонвона в одну из дальних комнат. Дверь за ними закрылась, и шум вечеринки сразу стал глухим, будто мир остался по ту сторону стены. Здесь горела только гирлянда — тёплый, неровный свет ложился на лица, делая их мягче. Пахло пылью, пластиком и чьими-то сладкими духами. — Прости, — сказал Чонвон первым, садясь на пол и прислоняясь к стене. — Я не хотел, чтобы это выглядело как… давление. Джей сел рядом, так близко, что их плечи соприкоснулись. — Это выглядело как забота, — спокойно ответил он. — А её сейчас слишком мало. Чонвон выдохнул и позволил себе улыбнуться — усталой, настоящей. — Иногда мне кажется, что я держу всех на себе, — признался он. — Будто если я отпущу… всё развалится. — Ты не обязан быть якорем для всех, — сказал Джей. — Иногда достаточно быть просто рядом. С теми, кто важен. Чонвон повернул голову. — А ты? Ты не устаёшь быть тем, кто всегда «нормальный»? Джей усмехнулся. — Я просто научился молчать вовремя. Они засмеялись тихо, почти шёпотом — как будто боялись спугнуть момент. — Знаешь, — сказал Чонвон, — с тобой не нужно притворяться сильным. Джей посмотрел на него долго. Внимательно. — Потому что ты и так сильный. Просто по-другому. Чонвон почувствовал, как от этих слов внутри что-то тёплое растекается по груди. Он придвинулся ближе — неосознанно, будто тело знало путь раньше мыслей. — Мне хорошо здесь, — прошептал он. — С тобой. Джей поднял руку и осторожно коснулся его щеки. Большим пальцем — медленно, будто проверяя, можно ли. Чонвон не отстранился. Их поцелуй начался тихо. Почти робко. Губы соприкоснулись — мягко, без спешки, но в этом было столько накопленного, что дыхание сразу сбилось. Чонвон первым углубил поцелуй, чуть сильнее прижимаясь. Джей ответил — уверенно, тепло, положив ладонь ему на талию. Не сжимая. Просто давая понять: я здесь. Они оторвались лишь на секунду, чтобы вдохнуть. — Мы правда беззаботные, — выдохнул Чонвон со смешком. — А если кто-то зайдёт…? — Пусть завидуют, — тихо ответил Джей и снова наклонился. Поцелуи стали смелее. Медленными. Чуть ниже. Их лбы соприкасались, дыхание смешивалось, и весь мир за дверью перестал существовать. Джей прижал Чонвона чуть ближе, и тот почувствовал, как сердце бьётся быстрее — не от страха, а от жизни. — Нам нужно ценить это время, — прошептал Чонвон, не отрываясь. — Я и ценю, — ответил Джей. — Каждую секунду. Они остались так — в объятиях, в тишине, в редком моменте, где ничего не нужно было доказывать.   Сонхун снова нашёл Ни-ки. Почти так же, как в первый раз. Слова были знакомыми. Тон — тоже. Просто чтобы стало тише. Ни-ки помнил обещание Сону. Помнил его голос. Его глаза. Но в этот момент всё внутри будто отключилось. Он сорвался. Они оказались на крыше — холодный воздух, неон где-то внизу, город, которому было всё равно. Ни-ки сидел, опустив голову, а внутри снова разливалась пустота. Та самая. Липкая. Обманчиво спокойная. Их нашёл Джейк. Он искал Сонхуна. Поднялся по лестнице — и увидел. — Ты издеваешься? Совсем с ума сошел?!— вырвалось у него. Сонхун обернулся. — Уйди, Джейк. — Нет! — голос Джейка дрожал. — Ты вообще понимаешь, что делаешь?! Он посмотрел на Ни-ки, потом снова на Сонхуна. — А вдруг ты и Хисыну это подсунул?! — крикнул он. — Поэтому ему так жить надоело?! Сонхун резко встал. — Ты не имеешь права. — Имею! — Джейк почти кричал. — Потому что ты разрушаешь людей и называешь это «тишиной»! Ну что, достаточно расслабились да? Голоса эхом разлетелись по крыше. Их услышал Сону. Он искал Ни-ки. Снова. Когда он поднялся и увидел картину, внутри что-то оборвалось. — Опять… — прошептал он. Слёзы выступили быстро. Гнев смешался с болью. — Я верил тебе! — крикнул он. — Я просил тебя Ни-ки ты же обещал..! Он развернулся и побежал вниз, не оглядываясь. — Сону! — Ни-ки сделал шаг, но ноги не слушались. Он остался стоять, чувствуя, как вина накрывает с головой. Он не хотел. Он просто… не смог удержаться. Джейк ушёл тоже. Резко. Почти сбежал. На лестнице он столкнулся с Хисыном. Тот выглядел уставшим. Бледным. Живым — и это было почти страшно. — Что случилось? — спросил Хисын и слегка взял Джейка за руку. Джейк вырвал её. — Лучше бы я вообще тебе не верил той ночью! — выпалил он. Хисын замер. Он не помнил ничего, кроме поцелуя. И не понимал, за что его сейчас наказывают. Джейк прошёл мимо. Хисын остался стоять один.