Гик, который спас Рождество

      Кому нужен дом для празднования Дня Благодарения? У нас всегда найдется место для еще одного гостя! ~Шерил Бриджес       У нас тоже! У нас полный дом и 9 килограмм индейки! ~Семья Фриск       Люди! Пожалуйста, обращайте внимание на то, где паркуются ваши гости. Обычная вежливость имеет большое значение. ~Эрнест Моррисон, опубликовано в приложении «Как дела у соседа».       Гидеон       Стоять на коленях на крыше было облегчением, хотя я бы никогда не признался в этом вслух. Но «мне нужно поработать над украшением» было таким хорошим оправданием, чтобы уйти с «Дня друзей» до того, как начались пьяные шалости, для которых мы все были уже слишком стары. Каждый год наша группа становилась все меньше, поскольку люди создавали пары и тройки, усыновляли детей, мирились с биологическими семьями и находили новые связи с более привлекательными приглашениями.       Конечно, у меня самого не было недостатка в других приглашениях. Моя бывшая и ее жена. Шерил и ее дети. Джорданы с соседней улицы. Пегги с работы. Но быть веселым одиноким гостем было утомительно. Были годы, когда я посещал множество мероприятий, и, как бы я ни любил людей, заниматься освещением было гораздо лучшим отвлечением от моего жалкого одинокого положения, чем все эти счастливые кланы.       Итак, вот я и оказался здесь, в вечер Дня Благодарения, когда свет постепенно угасал над районом, где в полном разгаре были семейные собрания. Но я был один на крыше с тысячами светодиодных лампочек, пластиковыми крючками для вешалок и всеми моими таймерами. Это было настоящее блаженство – подключить все к моему новому приложению для управления всеми таймерами, установить украшения именно так, как я хочу, и напомнить себе, сколько радости получат незнакомые люди, посетив наш район. Если бы я смог осветить темный день хотя бы одного человека, то вся эта работа стоила бы того. Тихо напевая, на этот раз мелодию из мюзикла, которая не выходила у меня из головы, я закончил переднюю половину крыши и повернулся к лестнице. Но...       Лестницы не было.       – Что за черт? – сказал я в пустую ночь. Я оставил ее у того же карниза, что и всегда, боковая веранда была лучшим и самым безопасным местом для доступа. Но лестницы не было. Я посмотрел вниз и...       – Пиздец. – Иногда не было лучшего слова, потому что там лежала моя лестница, лениво растянувшись поперек подъездной дорожки. – Пиздец.       Я не только блокировал подъездную дорожку, что было недопустимо по соседским нормам, но, что еще более важно, у меня не было возможности спуститься вниз. Я не был ловким худым подростком, способным спуститься по водосточной трубе. А все окна наверху были заперты, что я проверил. Ириска сидел на своем кошачьем дереве у окна запасной спальни, не обращая внимания на мое бедственное положение. Вероятно, мне придется разбить окно, но разве это не приведет к беспорядку? У меня был телефон, но кому я мог позвонить? Все, кого я знал, либо проводили время с семьей, либо были не в состоянии сесть за руль. Может быть, если я закричу, Пол услышит меня. Это было чертовски неловко, но спасение лучше, чем альтернатива.       Но нет, грузовика Пола не было на его обычном месте у гаража. Вероятно, он тоже на вечеринке. Разбить окно казалось единственной возможностью. Я снял шарф, чтобы обмотать им руку, и уже собирался произнести необходимую мотивационную речь, когда в ночном воздухе раздался явно раздраженный вздох.       – Холидей, что ты делаешь? – крикнул Пол. Черт. Спасение, которого я хотел, с привкусом унижения, которого я надеялся избежать.       – Огни, – ответил я бодро. – Первое декабря уже не за горами.       – Твоя лестница блокирует подъезд. – Его хмурый взгляд был настолько суровым, что я без труда разглядел его со своего места. Он казался очень нетерпеливым и держал в одной руке пакет с покупками. – Мне пришлось три раза объехать квартал, чтобы найти место для парковки.       – Извини за это. – Я постарался звучать кающимся. – Если это не составит большого труда, не мог бы ты поставить лестницу обратно у моего крыльца?       – Ты застрял там? – Морщины на лбу углубились.       – Не совсем. – Я ни за что не признался бы ему, насколько мрачно я себя чувствовал. – Я собирался разбить окно.       Пол пробормотал что-то под нос.       – Почему ты никому не позвонил?       – Не хотел никому доставлять хлопоты. – Я сказал правду, но выразился легко и непринужденно.       – Лучше досадить кому-то, чем превратиться в сосульку или сломать ногу. – Его тон был совершенно прагматичным, когда он поставил пакет и поднял мою лестницу, как будто это был мешок с картошкой. Черт. Мне нравилось смотреть, как работают эти мускулы. – Вот, держи.       Естественно, Пол не просто поставил мою лестницу и ушел, а подпер ее своими крепкими руками и остался там, пока я спускался.       – Большое спасибо. – Мои слова прозвучали с придыханием, потому что он был прямо здесь, слишком близко, и от него пахло слишком пряно. Он имел классический запах, такой же, как у первого парня, которого я поцеловал, и черт, это было не то воспоминание, которое мне нужно сейчас.       – Ты не должен делать это в одиночку. – Его укорительный тон был достаточен, чтобы изгнать из моей головы мысли о поцелуях.       – Я был в порядке. Это моя первая катастрофа за годы лазания по крыше в поисках идеального освещения. – Я улыбнулся, но он не ответил мне тем же.       – Достаточно одного опрометчивого шага. Я никогда не позволяю своим парням работать на крыше в одиночку. – Пол покачал головой, как будто я был каким-то глупым ребенком. Это было справедливо, так как я часто чувствовал себя рядом с ним именно так, несмотря на то, что мы одного возраста. – Я думал, что ты сегодня вечером уедешь. Семейный ужин.       – Хотелось бы. – Мой голос прозвучал слишком тоскливо, а это было не к месту. Я заставил себя улыбнуться. – Моя семья разлетелась по всему миру. Мама в Фениксе. Папа во Флориде. У обоих я единственный ребенок, но у меня есть несколько двоюродных братьев и сестер по всему восточному побережью. Ни с кем из них я особенно близко не общаюсь. Но ничего страшного. У меня был прекрасный обед в кругу друзей. А у тебя?       – У меня? – Он искривил губы.       – Большая семья?       – Нет. – Его лицо закрылось, как плотно задернутая темная занавеска, не давая проникнуть в его личные мысли. – Только я, Джим и футбол. Кстати, мне пора возвращаться к поздней игре.       Он наклонился и поднял свой пакет. Я заметил две банки собачьего корма, коробку ванильного мороженого и замороженную индейку. Ох, Пол. Мой холодильник был забит остатками от «Дня друзей» и пирогом, который Шерил принесла ранее, потому что у них «случайно» оказалось слишком много еды. Я никак не мог наслаждаться своим изобилием, зная, что он ел разогретый в микроволновке ужин на День Благодарения.       – Еще раз спасибо за спасение. Не хочешь зайти на вишневый пирог? У меня еще есть индейка и ветчина. Хватит на всех.       – Давай пока не будем говорить о твоих планах по освещению. – Он потер переносицу свободной рукой. То, что он сразу же решил, что у меня есть скрытый мотив, вызвало у меня раздражение. В последнее время я несколько раз пытался поговорить с ним о планах по декорированию его дома, но он каждый раз отмахивался. В данном случае, однако, я просто подумал, что, может быть, нам обоим не нужно ужинать в одиночестве.       – Я не...       – Не сегодня. Пожалуйста. – В нем сквозило какое-то необычное для него утомление, его плечи были опущены. Мне хотелось разогреть его напряженные мышцы, но этот импульс, скорее всего, привел бы к тому, что он меня оттолкнул. Я также хотел настоять на своем, чтобы посмотреть, не прогонит ли совместная трапеза тучи, нависшие над его глазами, но прежде чем я успел это сделать, из дома Пола раздался приглушенный лай. – Мне лучше пойти. Постарайся убрать все удлинители с подъездной дорожки. Я хочу загнать грузовик обратно.       – Конечно. Без проблем. – Убрать мои украшения было легко. Гораздо сложнее было не обращать внимания на то, что делало Пола таким одиноким.