Гик, который спас Рождество

      Будьте осторожны! Позже прогнозируют снег, и может быть гололедица! Не замерзните! ~ Шерил Бриджес, опубликовано в приложении «Как дела у соседа».       Гидеон       Пол Фрост втайне был мягким человеком, и теперь у меня было достаточно доказательств. Его коробка с сокровищами была первой подсказкой, но наблюдение за ним во время покупок было еще одной. И хотя он хотел полагаться на меня, я прекрасно провел время, позволяя его подсказкам направлять мой выбор. Он тяготел к классическим темам и предметам со старомодным стилем. Его взгляд задерживался на украшении с изображением ретро-саней или винтажного грузовика, везущего елку, затем он вздыхал и шел дальше.       А я быстро добавлял этот предмет в его корзину, пока он ругал меня за превышение бюджета, даже когда его губы изгибались в едва заметной улыбке. Мы стали отличной командой, и к тому времени, когда мы подошли к кассе, я был на седьмом небе от счастья, которое не покидало меня вплоть до нашей подъездной дорожки.       – Я рад, что мы взяли мой грузовик. – Он ловко загнал грузовик задним ходом, выровняв полную платформу с задним крыльцом, как будто он выравнивал уровень в видеоигре. – Я удивлен, что в магазине еще что-то осталось.       – Ха. Если мы быстро разгрузимся, то еще успеем повесить гирлянды, пока погода не испортилась. – Весь день было холодно, небо было серым и зловещим, но снегопад еще не начался. Выскочив из машины, я сразу же отправился проверять груз. Пол закрепил все брезентом, но я все равно был рад, что мы вернулись, не потеряв ничего по дороге. Я взял две сумки и начал складывать вещи у его задней двери.       – Ты все еще хочешь повесить гирлянды сегодня? – Он вздохнул, но не выглядел полностью против этой идеи, когда поставил свои сумки рядом с моими. Внутри Джим выдала серию возбужденных лаев. – У тебя есть запасной аккумулятор или что-то в этом роде? Как ты так долго держишься?       – Выведи Джим, – приказал я, набирая еще одну охапку покупок. – Я пойду куплю нам сэндвичи. С едой ты будешь меньше злиться.       – Я не злюсь. – Он бросил на меня абсолютно уничтожающий взгляд, но я не дал себя обмануть.       – Нет, ты вечно ворчливый. – Не задумываясь, я погладил его по щеке. Упс. Забыл о своем решении больше не трогать его. А то, как его усы щекотали мою ладонь, заставило все мое тело задрожать. Его выражение лица из раздраженного превратилось в нечто гораздо более сильное. И опасное. Я поспешно отступил назад, задыхаясь. – Я вернусь с едой, схемами освещения и таймерами, чтобы приступить к работе.       – Только ты можешь сделать так, чтобы это звучало захватывающе. – Его тон был покорным, но глаза блестели. Я обрадовался, что смог его развлечь, если не больше.       – Я стараюсь. – И я воспользовался тем, что он был отвлечен борьбой с оленем в коробке, чтобы он сказал мне, какие сэндвичи он хочет. После молниеносной поездки в сэндвич-бар на другой стороне парка я вернулся, как и обещал, удерживая пакет с сэндвичами на одной из моих больших пластиковых коробок с осветительным оборудованием.       – Спасибо. – Пол повел меня к кухонному столу, а собака побежала за ним по пятам. – Не обращай на нее внимания. Она почувствовала запах еды. Джим, иди ляг.       – Все в порядке. – Я все равно обошел ее стороной, садясь на стул. – Но спасибо.       – Бог знает, у меня достаточно лежанок для собак. Она может понюхать твою еду оттуда. – Он махнул Джим в сторону мягкого коврика в углу. Забота Пола о моем комфорте и нервах наполнила мою грудь теплом и легкостью.       – Как ты оказался с собакой по кличке Джим? – спросил я, распаковывая сэндвич с индейкой и авокадо на пшеничном хлебе.       – Девочек нельзя называть Джим? – он поднял бровь.       – Понятно. – Мне следовало заказать сэндвич с фрикадельками, как Пол, потому что его сэндвич пах гораздо лучше, чем мой. – Я имел в виду, как ты убедил Джим терпеть твой взрывной характер?       – Может, она не считает меня ворчливым. – Еда явно улучшила его настроение, но я не собирался об этом говорить. – Мы нашли ее на рабочей площадке. Она была еще молодой собакой, меньше года, и находилась в плачевном состоянии, сжавшись под тачкой. Коллега, с которым я работал, Джим Риверс, убедил меня взять ее на ночь домой, пока мы не найдем хозяина. Я назвал собаку Джим в его честь, чтобы его разозлить. Это должно было быть временным.       – Так твоя интрижка на одну ночь превратилась в долговременные отношения? – Я рассмеялся. – Если бы только все было так же просто в остальных случаях.       – Да, но с собаками все просто. Проблема в людях. – Пол ловко снял языком каплю маринары.       – Говорит собачник, – отпарировал я, наслаждаясь видом, как он поглощает еду. То, что его прекрасный аппетит присоединился к растущему списку вещей, которые меня в нем привлекали, было явным признаком того, насколько я в отчаянии.       – Животные меня обычно любят, – сказал Пол насмешливым тоном, приступая к чипсам. – Когда я рос, у нас было несколько терьеров. Жаль, что я не мог завести собаку для Брэндона, пока мы жили в квартире. А он, конечно, был в восторге от идеи, что я оставлю Джим у себя, как только услышал о ней. Я совершил ошибку, отправив ему фотографию на мобильный. Я пообещал, что она не попадет в приют, пока мы не найдем ей постоянный дом.       – И как давно она с тобой? – Да. Он был на сто процентов мягким человеком, и открывать для себя хорошего человека, скрытого за его грубой внешностью, стало моим новым любимым хобби.       – Уже три года. – Он бросил на собаку такой ласковый взгляд, что я чуть не соблазнился сам лечь на коврик. – Было несколько предложений, но ни одно не подошло. Поэтому она осталась.       – Мне кажется, что только королевская семья с личным выгульщиком собак могла бы пройти твой тест.       – Так же сказал и настоящий Джим. – Смеясь, Пол доел свой обед и убрал мусор. – Ладно. Покажи мне свою схему. Сколько удлинителей нам понадобится?       – Парочка, – уклончиво ответил я, передавая ему схему освещения. – Но большая часть того, что нам нужно, находится в этой коробке. Плюс олени.       – Нельзя забывать про оленей. – Он улыбнулся кривой улыбкой, и это длилось всего мгновение, но его выражение лица стало таким же снисходительным, как и в случае с собакой. Мое сердце забилось чаще. Вот оно. Я хотел большего. А потом улыбка исчезла, и он снова стал деловым, возвращая мне планы. – Давай вытащим оленей и припасы через окно гостевой комнаты.       – Умно. – Неся сумку для хранения, я последовал за ним наверх. Он принес с собой большую коробку, в которой лежали резные олени. С помощью перочинного ножа он аккуратно распаковал все восемь. Добавьте еще один пункт в мой список, потому что мужчины, которые умело обращаются с ножом для резки картона, явно меня возбуждают. – Хороший инструмент.       – Спасибо. – Он ухмыльнулся. – У меня много лет был старый многофункциональный нож моего отца. Ржавая штука наконец сдалась, и Брэндон купил мне этот модный нож несколько лет назад.       – Хороший брат.       – Да. Гениальный и хороший. Он унаследовал все лучшие гены. – Посмеиваясь, Пол поставил оленей и их подставки прямо за окном. – Теперь мы можем достать лестницу, но я оставлю окно открытым на всякий случай.       – Ты уверен, что гениален брат не ты? – спросил я, когда мы вышли в его гараж.       – Ха. Мои оценки по английскому говорят об обратном, но иметь запасной выход – это просто здравый смысл. – Он открыл дверь гаража, и перед нами предстал впечатляющий набор электроинструментов и материалов для ремонта. Моя любовь к порядку одобрила аккуратные ряды и упорядоченные ящики, хотя я видел, что ситуацию можно было бы улучшить с помощью более эффективной системы маркировки. – Вообще-то, я возьму две лестницы. Мы не можем оба оказаться в затруднительном положении.       – О, сплетники будут в восторге. Застряли вместе на крыше. К ужину нас уже обручат.       Остановившись на полпути к лестнице, он издал сдавленный звук, и я закатил глаза, видя его явную панику.       – Дыши, Пол. – Я похлопал его по плечу, прежде чем взять вторую лестницу. – Пока никто не делает предложений.       – Как будто кто-то, кроме Джим, смог бы меня вынести. – Он рассмеялся, и я тоже, хотя и не соглашался с ним. Он оказался отличным парнем. Возможно, он еще не знал этого, но я ни за что не собирался ему об этом говорить, пока не спас его праздник.       – Тебе нужны перчатки. – Он сунул мне пару толстых рабочих перчаток. Да. Он был таким классным парнем. И то, что он этого не осознавал, делало его еще более привлекательным.       – Спасибо. У меня есть перчатки в кармане пальто, но эти лучше. Я надел обувь с нескользящей подошвой, чтобы подняться на крышу.       Пол неодобрительно посмотрел на мои туфли.       – Это не рабочие ботинки.       – Нет, но все будет хорошо, – заверил я его, когда мы обошли дом и вышли на переднюю площадку крыши.       – Хорошо. Давай приступим к работе, – потребовал он, осматривая лестницы и остальные наши материалы, которые еще не были на крыше. Мне очень понравилось, что он, казалось, совершенно не возражал против моих распоряжений. По моему опыту, большие, крепкие парни, такие как он, не очень хорошо терпели мою властную манеру поведения, но Пол был идеальным помощником: без возражений расставлял пластиковые вешалки, нанизывал гирлянды и выполнял все мои требования, иногда даже до того, как я их озвучивал.       – Понадобится...       – Черный удлинитель. Вот он.       – Это должно быть...       – Подальше влево. Ты прав. Я перемещу. – Он был просто чудом, и я хотел каждый год заниматься гирляндами вместе с ним. Мне нравилось украшать свой дом самостоятельно, но работа с другим человеком доставляла совершенно иное удовольствие.       – Теперь включим все? – спросил он, когда мы закончили крепить последнюю гирлянду. Воздух пах снегом, но пока что на крыше нас застали лишь несколько одиноких хлопьев.       – Ты очень активен. Мне это нравится. – Я подмигнул ему, довольный румянцем, который расцвел на его щеках. Я постоянно забывал, что не должен флиртовать. Но с ним это было так легко. И весело. – Свет еще не включаем. Для полного эффекта нужны олени.       – Ты здесь главный. – Вернувшись к окну, где мы их спрятали, он поднял оленей и поставил на место. – Черт. В магазине они не казались такими тяжелыми.       – Давай, я тебе помогу. – Я протянул руку, но он отмахнулся.       – Я сам. – Это был первый раз за несколько часов, когда он был со мной резким. Подождите. Мы занимались этим весь день. Свет начал угасать. Мне, наверное, нужно было снова его покормить.       – Давайте прикрутим их, а потом я принесу печенье, чтобы мы могли полюбоваться готовым результатом.       – Мне не нужно печенье.       – Да, нужно. – Начав раздражаться, я повернулся, чтобы найти степлер, но неправильно рассчитал равновесие. Или, может быть, все начало обледеневать, а я этого не заметил. Какова бы ни была причина, я поскользнулся. Колени ударились о крышу, а затем и все остальное тело. Мое пальто скомкалось вокруг талии, и я пытался ухватиться за что-нибудь. Мои брюки зацепились за что-то шероховатое, но этого было недостаточно, чтобы остановить мое медленное падение.       – Гидеон. – С мощным рыком Пол схватил меня прямо перед тем, как я достиг края, подтянув меня обратно на крышу. Мы вместе приземлились на плоской поверхности у мансарды. – Блядь. Блядь. Ты в порядке?       – Как никогда хорошо. – Я улыбнулся ему. Возможно, я был в шоке, но его руки все еще обнимали меня, и я не валялся на его лужайке, так что жизнь была чертовски хороша, если вы спросите меня.       – Лжец. Мы занесем тебя внутрь. – Он затащил меня через окно, потянув за мое сбившееся пальто. – Дай посмотрю, насколько сильно ты поцарапался. Пиздец. У тебя колено в крови. Я же говорил, что эти ботинки не подходят для такой работы. Ты мог сломать себе шею, идиот.       Его лицо было бледным как у призрака, глаза испуганными, когда он снял с меня пальто и осмотрел мои различные травмы, его тон становился все более тревожным. Может быть, я был не единственным, кто находился в шоке.       – Но я не сломал, – заверил я, толкая его в плечо. – Пол. Я в порядке. Я не упал. Ты спас меня.       – Чуть не упустил. – Он снял перчатки, и его пальцы были теплыми на моей поцарапанной коже. – Мне нужно будет тебя перевязать.       Прошло уже тридцать пять с лишним лет с тех пор, как кто-то проявлял такую заботу о моем благополучии, и то, что это был он, мой самый сварливый сосед, заставило мои глаза заслезиться.       – Спасибо. – Я поднял его лицо, чтобы он перестал искать на мне новые раны. Но это привело к тому, что его лицо оказалось на одном уровне с моим, его щетинистый подбородок оказался в моих руках, карие глаза затуманились от боли, как будто это он был ранен, а рот приоткрылся, как будто он собирался высказать еще больше упреков.       И я сделал единственное, что имело смысл – прижался губами к его губам.