Часть 14
4 января 2026 г., 15:56
Ищете елку? Мой старший сын устроился на свою первую настоящую подработку в елочном магазине «Мерфи» на другой стороне парка. Заходите! Он вам что-нибудь подберет! ~Молли Рид, опубликовано в приложении «Как дела у соседа».
Гидеон
– Время пришло, – объявил я, когда Пол открыл входную дверь. Когда я возвращался с работы, в его кухне горел свет, но я не хотел действовать самонадеянно. Даже если у нас была договоренность.
– О? – Горячий взгляд Пола, когда он проводил меня в темный вестибюль, говорил о том, что он явно не проверял расписание.
– Чтобы купить тебе елку. – Я поднял график, любезно улыбаясь. Хотя было приятно, что он думал, будто я пришел с сексуальными намерениями. Последние несколько дней мы то и дело переходили от неловких разговоров к флиртующим намекам, но пока что не повторили танго на диване. Может, сегодня будет моя счастливая ночь. Но сначала у меня есть миссия. – В выходные дни у елок большие очереди. Вечер среды – хорошее время, чтобы купить красивую елку, поставить ее на веранде, а потом украсить, когда будем готовы.
– Постой. Живая елка? – Пол нахмурился, на его лбу проступила глубокая морщина. Как и я, он, вероятно, недавно вернулся домой, потому что на нем все еще были толстые рабочие носки, выцветшие джинсы и футболка с рекламой его бизнеса.
– Да. Конечно. Тебе нужен лучший фон для предложения Брэндона. А мне все еще нужна елка для моего дома. – Я ждал этого уже несколько дней. Вероятно, в итоге я все равно украшу свою елку сам, но уют совместной покупки елки был слишком привлекателен, чтобы от него отказываться. – Мы можем каждый...
– Гидеон. – Пол прервал меня, его выражение лица сделалось слишком серьезным. – Я не могу поставить настоящую елку, извини. Опасность пожара... – Он судорожно вздохнул. – Я думал, ты знаешь.
– Я должен был, – сказал я с горечью, ужасно разочарованный в себе. С кем-то другим я бы, возможно, попытался объяснить логику, рассказав, как регулярный полив значительно снижает риск, но это был Пол, и он был смертельно бледен. Был пожар... Тут требовались извинения, а не споры. – Опасность пожара. Ты прав. Прости. Мне очень жаль.
– Все в порядке. – Когда Пол был расстроен, его филадельфийский акцент становился более выраженным, и слова «в порядке» звучали грубо. – Просто одна из тех странных причуд. Дерево даже не было причиной пожара, просто неисправная электропроводка, но я также не могу пользоваться свечами. Никакого открытого огня. Костры и грили тоже вызывают у меня беспокойство. Но это не твоя вина.
То, как он это сказал, тихо и с покорностью, ударило меня прямо в живот. Этот парень слишком хорошо знал, что такое самообвинение, и я ненавидел его за это.
– Эй, я думал, мы договорились на днях, что можно говорить, когда что-то не нравится. – Я переминался с ноги на ногу, пытаясь найти способ спасти этот вечер. То, что я расстроил его, вызвало у меня тошноту.
– Да. Это действительно плохо. Но я не хочу навязывать тебе свои фобии. – Его рот исказился.
– Нет, ты этого не делаешь. Это даже не такая уж странная особенность. У всех есть свои страхи. Я боюсь темноты, – выпалил я, ненавидя самоироничный тон, с которым Пол продолжал говорить. Я редко делился этой информацией, но если это поможет ему почувствовать себя лучше, я могу немного смириться.
– Ты? Король света? – Пол рассмеялся, но его глаза оставались добрыми.
– Может, отчасти поэтому я так люблю световые шоу. Но мне сорок два, и я до сих пор сплю с включенным светом в коридоре, потому что мой внутренний шестилетний ребенок по-прежнему не может смириться с тем, что он один в темноте и слышит, как ругаются родители. Так что я понимаю. Некоторые страхи не проходят с возрастом.
– Да. – Потянувшись за спину, он не слишком деликатно включил свет в темной гостиной за своей спиной. – Думаешь, в плане есть место для искусственной елки?
– Конечно. – Я уже на ходу придумал хорошее решение. – И не из гипермаркета. В центре Эвергрина есть старинный хозяйственный магазин. У них всегда есть витрины. Товары высшего качества. Мы сходим туда сегодня вечером.
Я потер руки, чувствуя, что эта новая идея мне нравится все больше и больше.
– Мы все равно можем купить тебе настоящую елку, – предложил он. – Я не хочу портить твои планы.
– Не глупи. – Я отмахнулся от его беспокойства, когда Джим вышла из задней части дома. – В этом году все равно только я. Мне нужно купить красивую искусственную, чтобы она служила запасной на те годы, когда настоящую будет трудно достать.
Обычно я мог рассчитывать, что Лори с детьми придут хотя бы один раз, а также другие друзья, но в этом году все выглядело явно не так радужно. Поэтому я особенно ценил отвлечение в виде Пола и этого проекта.
– Так ты собираешься идти прямо сейчас? – спросил он, наклонившись, чтобы погладить пушистую голову Джим. Собака действительно казалась очень милой, и я хотел побороть свою странность в отношении больших собак, и не только потому, что хотел, чтобы Пол снова пригласил меня в свой дом.
– Э-э, да. Ра...
– Расписание. – Пол кивнул и направился к кухне, а мы с Джим последовали за ним. – Понятно. Дай мне быстро покормить Джим.
– Это я страдаю неврозами, – признался я, пока Пол доставал миску для собаки. – Ни один из моих родителей не умеет планировать. Встречи всегда менялись в последнюю минуту. Я никогда не знал, в каком доме буду в тот или иной уик-энд. А после смерти деда мой отец отговорил бабушку от ее прежних планов и уговорил переехать с ним во Флориду наобум. Мне нужны мои планы.
– Я понимаю, Гидеон. – Прервав свою работу, он сжал мои плечи. – Я не использую цветовую кодировку, но если я не проверяю батарейки в дымовых датчиках третьего числа каждого месяца, я начинаю нервничать.
– Мы хорошая парочка, – рассмеялся я. Было приятно не скрываться и найти родственную душу. Мои плечи стали гораздо легче, чем за последние годы, а смех – гораздо свободнее.
– Да, мы такие. – Подняв глаза от кормления Джим, он встретил мой взгляд, но я не мог понять, подыгрывает ли он моему юмору или же его настроение более серьезное. Все еще пытаясь понять его выражение лица, я посторонился, пока он брал пальто с крючка у кухонной двери. – Я оставлю свет включенным, чтобы было светло, когда мы вернемся.
Мое лицо покраснело. Он был так добр ко мне.
– Ты не обязан этого делать.
– Это всего две лампы. – Он пожал плечами. – И мне не двадцать пять, у меня месячная зарплата намного больше. Я могу оставить свет включенным.
– Спасибо. – Я протянул руку, а он взял ее, и мы шли, держась за руки, до его грузовика, который лучше подходил для перевозки большой коробки с елкой, чем моя машина. Его хватка была теплой и крепкой, и мне понравилось, как естественно наши руки соединились. Я хотел, чтобы этот жест был шутливым, но в том, как затрепетал мой живот от этого прикосновения, не было ничего смешного.
Исторический центр города Эвергрин, расположенный прямо на пути следования поезда из центра Филадельфии, идеально подходит для декабря: все, от железнодорожного вокзала до маленьких магазинчиков, украшено белыми лампочками, а каждый уличный фонарь декорирован веселым красным бантом.
– Я всегда забываю, как красиво выглядит центр города, когда он весь освещен. – Я замедлил шаг, чтобы полюбоваться всем вокруг, пока мы шли от парковки, где наконец нашли место, к ряду магазинов, окружающих городскую площадь.
– Действительно красиво. – Как и я, Пол держал руки в карманах. Не повторилось то, что было раньше, когда его рука в моей казалась такой правильной. Но даже без держания за руки наша прогулка все равно выглядела довольно романтичной с украшениями вокруг нас. В центре площади сезонная выставка «Деревня Санты» закрывалась на ночь, а группа колядников прогуливалась вокруг, напевая знакомые мелодии. Местные группы, собирающие деньги на различные благотворительные цели, по очереди пели колядки по вечерам, добавляя атмосфере района ностальгический оттенок. – Брэндон говорил, что это как в кино: деревья, колядники и витрины.
– Уверен, его девушке тоже понравится. Трудно не полюбить это место. Я всегда чувствую себя здесь как ребенок.
– Я знаю. – Он улыбнулся мне снисходительно, так же, как улыбнулся Джим перед тем, как мы ушли. Моя грудь раздулась. Пол заставил меня хотеть гораздо большего, чем просто еще один секс. Каждый раз, когда он смотрел на меня так, как будто я особенный, я испытывал тоску по желаниям, которые, как я думал, давно похоронил.
Магазин хозтоваров подчеркивал свои корни, уходящие в начало 1900-х годов, витриной в викторианском стиле и блестящими деревянными элементами, украшенными зеленью.
– Нам нужна самая большая и пушистая искусственная елка, которая у вас есть, – сказал я молодой продавщице у двери.
– Вам повезло. У нас осталась только одна коробка с моделью делюкс. – Она провела нас к группе украшенных елок у входа в магазин. Самая большая елка была выше Пола, широкая, с густыми ветвями и впечатляющим аутентичным цветом ели.
– Ох, она великолепна. – Я уже представлял ее в углу дома Пола.
– Она действительно огромная. – Пол присвистнул, обойдя модель вокруг. – Она поместится?
Я фыркнул.
– Поверь мне. Я измерил. Это идеальный фон для предложения.
– О, поздравляю! – Продавщица улыбнулась так широко, что ее веснушки натянулись.
– Не нашего, – поспешно сказал я. – Его брата. Но нам нужно, чтобы все было идеально.
Не обращая внимания на продавщицу, пытавшуюся нас поженить, Пол опустился на колени, чтобы полюбоваться железной дорогой, окаймлявшей юбку елки на витрине. Его взгляд казался отрешенным, а полуулыбка заставила мое сердце биться чаще. Я опустился на колени рядом с ним.
– Пол, – шепнул я настойчиво. – Возьми поезд.
– Зачем? – Он нахмурился, но его взгляд по-прежнему оставался прикованным к поезду, пыхтящему по рельсам. – Поезд, скорее всего, не попадет на фотографии с предложением руки и сердца.
– Пусть Брэндон положит коробку с кольцом в один из вагонов с углем. – Постучав себя по виску, я попытался придумать еще идеи, пока он не успел передумать. – Или загрузи в вагон для скота леденцы для него.
Пол не купил бы поезд для себя, но купил бы для Брэндона. Я с радостью воспользовался этим оправданием, потому что Полу нужен этот поезд.
– Хорошо, – наконец согласился он, вставая.
– Отличный выбор, – воскликнула продавец. – Осталась только одна коробка. Я принесу вам и елку, и поезд.
– Видишь? – Поправляя пальто, я тоже встал и улыбнулся Полу. – Так и должно было быть.
– Понимаю. – Он серьезно смотрел на меня, внимательно изучая мое лицо. Воздух как будто замер, все мои нервы завибрировали. Что-то происходило. Что именно, я не знал, но что-то точно. – Хочешь поужинать после этого?
– В ресторане? – Пол приглашал меня на свидание? Да. Ответ был «да».
– Если хочешь. Я скорее думал о том, чтобы приготовить для тебя ужин.
– Еще лучше. – И это была не просто вежливость. Я ел гораздо больше еды на вынос, чем следовало бы. Кто-то, готовящий для меня ужин, был удовольствием, от которого я не собирался отказываться.
– У меня есть мясо в холодильнике. Подожди. Ты ешь мясо?
– Да, Пол, я ем мясо. – Я хихикнул, как двенадцатилетняя девочка. – Звучит здорово.
– Хорошо. Ты можешь помочь поставить елку, пока я буду готовить. – Его тон прозвучал очень деловито, но мое сердце все равно забилось чаще. От одного только представления этой сцены у меня по коже побежали мурашки.
– Это... – Я замолчал, потому что не хотел рисковать спугнуть его, назвав это свиданием, если дело было скорее в том, что он был голоден.
– План, – подсказал он с редкой для него широкой улыбкой.
– Да. Именно. – Его понимание было даром, редким даром. У меня много друзей и знакомых, но немногие понимали меня так, как Пол. И он не только понимал, но и, казалось, принимал мою властную натуру и одержимость деталями. И, как лучшие подарки, я не мог дождаться, чтобы распаковать Пола под этой елкой. В ближайшее время.
